N 14 (109) Октябрь 2006 года.

По происхождению – Таривердиев

Просмотров: 9471

К 75-летию со дня рождения выдающегося композитора

Это имя хорошо известно каждому в России. Его больше знают по музыке к популярным фильмам, таким как «Семнадцать мгновений весны», «Ирония судьбы». Но помимо того, что он написал музыку к 132 кинофильмам, он еще и автор камерных вокальных циклов, четырех балетов, четырех опер, органной музыки. Ученик Арама Хачатуряна (закончил класс композиции Государственного педагогического института имени Гнесиных в 1957г.), он дебютировал как композитор в Большом зале Московской консерватории - его романсы исполнила прославленная камерная певица Зара Долуханова. С его оперы «Кто ты?» начинался Камерный театр Бориса Покровского. А комическая опера «Граф Калиостро» вот уже пятнадцать лет остается одной из самых репертуарных опер этого знаменитого театра.

 

К 75-летию со дня рождения выдающегося композитора

Это имя хорошо известно каждому в России. Его больше знают по музыке к популярным фильмам, таким как «Семнадцать мгновений весны», «Ирония судьбы». Но помимо того, что он написал музыку к 132 кинофильмам, он еще и автор камерных вокальных циклов, четырех балетов, четырех опер, органной музыки. Ученик Арама Хачатуряна (закончил класс композиции Государственного педагогического института имени Гнесиных в 1957г.), он дебютировал как композитор в Большом зале Московской консерватории - его романсы исполнила прославленная камерная певица Зара Долуханова. С его оперы «Кто ты?» начинался Камерный театр Бориса Покровского. А комическая опера «Граф Калиостро» вот уже пятнадцать лет остается одной из самых репертуарных опер этого знаменитого театра.

В последние годы Микаэл Таривердиев много работал в области инструментальной музыки. Им написаны три концерта для органа («Кассандра», «Полифоническая тетрадь»), десять хоральных прелюдий, Симфония для органа «Чернобыль». Среди сочинений Таривердиева также два концерта для скрипки с оркестром и Концерт в романтическом стиле для альта и струнного оркестра, написанный композитором по заказу Юрия Башмета.

Микаэл Таривердиев является лауреатом восемнадцати международных премий, в том числе премии Американской академии музыки (1975 г.), премии японской звукозаписывающей фирмы «Виктор» (1978 г.), трижды лауреатом премии за лучшую музыку к фильму года «Ника» (1991 г.,1994 г.,1997 г.), лауреатом Государственной премии СССР (1977 г.), лауреатом Премии Ленинского комсомола (1977 г.), народным артистом России (1986 г.).

Возглавлял со дня основания Гильдию композиторов кино Союза кинематографистов России, был художественным руководителем Международной благотворительной программы «Новые имена».

Премия за лучшую музыку имени Микаэла Таривердиева в рамках основного конкурса Открытого российского фестиваля «Кинотавр» учреждена в 1988 г.

Международный конкурс органистов имени Микаэла Таривердиева проходит раз в два года с 1999 года в Калининграде.

Наш корреспондент встретилась с Верой Таривердиевой, вдовой композитора и хранительницей его творческого наследия.

Микаэлу Леоновичу исполнилось бы 75 лет. 10 последних лет его нет с нами. Любил ли он отмечать день своего рождения? Как отмечал его? Как вообще относился к почестям и юбилейным торжествам?

Микаэл Леонович говорил, что нет ничего глупее, чем сидеть на своем собственном юбилее. Публичного празднования своего дня рождения он избегал, хотя не всегда удавалось. Он родился летом и, как правило, оказывался в свой день рождения на юге, чаще всего в Сухуми. Самый лучший юбилей, по его словам, - это его пятидесятилетие. В этот день он вместе с Родионом Щедриным ушел на виндсерфингах в море, прихватив две маленькие бутылочки коньяка. В открытом море они их открыли и выпили за день рождения. А к почестям Микаэл Леонович относился с юмором. Например, ордена и награды мы вывешивали на елку. Просто однажды накануне Нового года мы разбили все елочные игрушки и таким образом их заменили. Так появилась эта шутливая традиция.

Музыка для Таривердиева была частью жизни, профессии. А были ли у него иные увлечения? Я знаю, он серьезно занимался фотографией. Любил спорт. Был всегда чрезвычайно элегантен (я помню его с трубкой, которая ему очень шла). Любил ли он комфорт, красивые вещи, словом, был ли он эстетом не только музыкальным?

Книга Таривердиева, которая называется «Я просто живу», заканчивается словами: «Музыка – одна из сторон моей жизни, есть масса других проблем и дел. Еще есть рассвет, еще есть ночь, еще есть море, есть океан, есть водные лыжи, есть многое, что мне очень интересно. Еще - есть моя любовь. И музыка – один из аспектов моей жизни». Это финал книги, это его мироощущение, и это его музыка, в которой есть все, что он перечислил. Но именно потому и есть, что он «просто жил». Жизнь, ее проживание, переживания были «топливом» для его творчества.

Он всю жизнь занимался спортом. В юности конным спортом, боксом, велоспортом, водными лыжами, авторалли – легче перечислить то, чем он не занимался. В последние годы увлекался виндсерфингом, был даже кандидатом в мастера по этому виду спорта. И всю жизнь фотографировал. Он никуда не ездил без фотоаппарата и подзорной трубы. А дома у него был даже микроскоп. Его интересовала жизнь в разных ее проявлениях. Он был от природы элегантным человеком. И даже самые простые вещи ему шли, сидели, как дорогие. Да, он был эстетом. Но в том самом высоком смысле этого понятия – как человек, который чувствовал гармонию как проявление высшей мировой закономерности. Он соотносил и себя, и всех с этим законом – просто так он был устроен. А то, что не соотносилось с этим законом, его ранило и не устраивало.

Таривердиев говорил: «Я убежден, если бы Моцарт жил сегодня, то он непременно писал бы музыку к кино». Почему кинематограф был так важен для Микаэла Леоновича, который написал музыку более чем к сотне фильмов? Чем привлекал его этот жанр, который, возможно, часть его коллег сочли бы «низким»?

На самом деле никто не считает кинематограф низким жанром. Даже те, кто об этом когда-то говорил. Массовым, во многих проявлениях, - да, и это нормально. Просто ему многие завидовали – его востребованности кинематографом, его успеху. Таривердиев всегда вносил в кинематограф высокие устремления, возвышенность своего миропонимания. Когда же он говорил о том, что Моцарт писал бы музыку к кино, он имел в виду ту роль, которую кинематограф занимает в искусстве ХХ века. В 18 веке это место занимала опера – самый популярный, массовый, часто народный жанр. В ХХ веке этим жанром для людей стал кинематограф. Именно поэтому кинематограф был важен для Микаэла Леоновича. Это была возможность обратиться, вступить в диалог с огромным количеством людей. А главное назначение искусства, по мнению Таривердиева, - диалог, поиск ответов на вопросы человеческого существования, работа души. Для кинематографа Микаэл Таривердиев оказался находкой – его мелодический дар, его способность говорить внятно, его поразительная способность реагировать на изображение и создавать полифонический текст, вскрывать или даже создавать внутренний смысл движущимся кадрам.

В последнем интервью, которое Таривердиев дал в Сочи в 1996 году, на вопрос, почему он не уехал из страны, шутливо отвечал: «Я люблю свой диван». В то же время считалось, что его творческая судьба была вполне успешной, его любили, его музыку много исполняли. Чувствовал ли он себя комфортно, органично ли вписывался в существовавшую тогда систему?

Он никогда не был человеком никакой системы, кроме как собственной. Он жил – и это удивительно – по своим собственным законам. Мало кто знает, что он 12 лет был невыездным. В начале шестидесятых, после успеха картины «Человек идет за солнцем», картины Михаила Калика, революционной по своей эстетике и внутренней свободе своих авторов, он отказался поехать на фестиваль в Париж без режиссера (Михаилу Калику, проведшему несколько лет в сталинских лагерях, отказали в выезде). Первое звание Микаэл Леонович получил в пятьдесят лет, когда он уже 8 лет был автором музыки к «Семнадцати мгновениям весны». Премию Американской академии музыки получил раньше, чем какую-то советскую государственную награду. Ряд примеров можно продолжить. А по поводу системы… Он говорил: я никогда не принадлежал ни к одной партии, кроме партии «Никонов». Знаете, есть приверженцы «Никонов» и «Кенонов» - фотоаппаратов. Так вот, Микаэл Леонович всегда снимал «Никонами». Что же касается дивана, то это правда. Он действительно любил свой диван. Любил сидеть в углу дивана, курить трубку, беседовать. Сегодня я могу продолжить его ответ на этот вопрос: он не уехал потому, что он знал, он чувствовал, он каким-то глубоким, самым главным своим чувством понимал, что он должен оставаться здесь, жить здесь, чтобы написать свою главную музыку, музыку последних лет, свои визионерские, пророческие произведения - Симфонию для органа «Чернобыль», Концерт для альта… Будучи голливудским композитором – а именно такую судьбу ему предлагали, провоцируя на отъезд из страны – он никогда бы не увидел Чернобыль, никогда бы не смог написать этой музыки. Он должен был жить именно здесь, в этой стране. При жизни он был полноценно востребован, пожалуй, только кинематографом. Его многие произведения еще ждут своих исполнителей.

Его творчество постоянно менялось – после оглушительного успеха вокальных циклов он много написал в других жанрах: несколько опер, инструментальную музыку. В последние годы много писал для органа. Как он объяснял это свое постоянное движение? Нравились ли ему эксперименты?

Да, ему нравились эксперименты. Но его эксперименты очень отличаются от того, что понималось в последние десятилетия под экспериментами в музыке. Это поиск новых технологий во имя технологий. Для Микаэла Таривердиева технологии никогда не были самодостаточны. Они ему были нужны как способ выражения идей, образов, создания современной музыкальной поэзии. Я не оговорилась – именно поэзии, как сущности любого искусства. И в этом он был в самом высоком и прямом смысле авангардистом. Но авангардистом, который опирался на опыт всей классической музыки, в том числе добаховской, а не только на технологии и язык ХХ века. И еще одна важная вещь: Микаэл Леонович писал только ту музыку, которую он слышал внутри себя. Он ее не конструировал. Меня часто спрашивают, почему он обратился в какой-то момент к органу. Это показательно: он обратился к этому инструменту тогда, когда он стал слышать музыку внутри себя в исполнении органа. Ведь он ощущал себя всего лишь инструментом, который улавливает что-то и фиксирует – именно так создавал все свои произведения. При этом он виртуозно владел не только искусством импровизации, но все его произведения безупречно конструктивны.

Его музыку много исполняли не только в кино, но и в концертах. Известно, как она влияла на исполнителей – в частности Зара Долуханова говорила, что не знает другого такого композитора, который мог бы писать так изысканно и в то же время просто. А как сам Микаэл Леонович – бывал ли он всегда доволен? Какие отношения были у него с исполнителями его музыки?

Эти отношения складывались по-разному. Как человек, который слышал внутри себя идеальное исполнение, Микаэл Леонович был не просто требователен к тем, с кем он работал. Он был деспотичен по отношению к ним. Например, мало кто знает, что классическое звучание голоса Пугачевой в фильме «Ирония судьбы» - это во многом создание Микаэла Таривердиева. Пугачева, тогда мало кому известная певица, записывала романсы по 33 дубля. Микаэл Леонович очень много занимался с ней, с другими исполнителями, добиваясь именно этого идеального звучания. И когда Пугачева позже пыталась спеть «Мне нравится, что Вы больны не мной» иначе, Микаэл Леонович попросил ее больше не обращаться к его музыке. Когда он согласился работать с трио «Меридиан», он просил их не выступать в течение года, отказаться от гастролей, записей на то время, пока они работали с ним над новой программой. Он учил их работать, учил особому способу произнесения музыки. И так было со всеми. Не все это выдерживали, не все были готовы к такой позиции. Но были и другие. Ведь идеальное, необыкновенное звучание Зары Долухановой в романсах Таривердиева – это ее собственное решение этой музыки, ее собственное «слышание». Такое понимание – редкий для Таривердиева подарок при жизни. Сейчас он тоже получает такие подарки. Его музыку начинают правильно слышать и произносить люди другого поколения – органисты, певцы, инструменталисты. Среди них я могу назвать лауреатов конкурса органистов имени Микаэла Таривердиева голландца Жана-Пьера Стайверса, Екатерину Мельникову, венгра Иштвана Матьяша, выдающегося пианиста Алексея Гориболя, звезд нового поколения певиц Татьяну Куинджи, Ольгу Дзусову…

Армянин, родившийся в Грузии и живший в Москве, – кем он себя считал? Как часто вспоминал о прошлом своей семьи, о своем роде, о своих корнях?

В шутку Микаэл Леонович говорил, что он «толстый, веселый армянин». А иногда всерьез: «Я по национальности – Таривердиев». О корнях Микаэл Леонович не просто помнил, говорил, думал, но его трудно представить себе вне, скажем, Тбилиси, без атмосферы этого города. В Тбилиси семью Сато Григорьевны, мамы Микаэла Леоновича, хорошо знали. Его дед Гришо Акопов был авторитетным человеком. Землевладелец, в городе у него был большой кирпичный дом в три этажа в районе Дидубе. Владел большими фруктовыми садами на берегу Куры, занимался торговлей. Отец, Леон Навасардович Таривердиев, приехал в Тбилиси из Баку, где он окончил финансовую академию. Но родом он был из Карабаха. Был директором банка Грузии. В 49 году был посажен. Освобожден после смерти Сталина. По семейному преданию предки Таривердиевых появились в Армении с войском Чингисхана, в котором было немало христиан. Прапра-прадед был тысячником.

Был ли Таривердиев в Армении? Как складывались его отношения с исторической родиной? Сказалось ли на его творчестве ученичество у Арама Хачатуряна?

По настоянию матери он поступил в Ереванскую консерваторию, но сбежал из Еревана через полтора года. Как сам он написал в автобиографической книге: «Розовый красивый город меня не принял». На самом деле Ереван стал серьезным испытанием. Ереван всегда отличался от солнечной, веселой, немного легкомысленной и очень артистичной атмосферы Тбилиси, который на протяжении многих лет был центром всего Закавказья. Тбилиси продолжал оставаться столицей со всем присущим этому понятию стилем. Ереван был всегда больше сконцентрирован на национальном. Тбилиси это монохромное ощущение еще долго было не известно. Микаэл Таривердиев прижиться там определенно не мог, хотя старался. Он стал учить армянский язык. И тогда неплохо им владел. Но в Ереване в нем чувствовали чужака, «армянина второго сорта». А еще - не сложилось с педагогом. В консерватории все, что напрямую не было связано с использованием армянских тем и мелодий, считалось космополитичным. Очень кстати пришлось постановление о космополитизме 1948 года.

Микаэл Таривердиев, как многие растиньяки тех лет, как он называет своих друзей, уехал в Москву, чтобы поступить в Институт имени Гнесиных, к Араму Хачатуряну. Конечно, Арам Ильич оказал огромное влияние на своего ученика. Ведь именно к нему Микаэл Леонович стремился. Об этом он тоже пишет в своих мемуарах.

Будет ли в юбилейный год исполняться музыка Таривердиева в Ереване? Вы даже напоминали об этом в письме президенту Армении – был ли отклик?

Я очень хотела, чтобы в день рождения Микаэла Леоновича - 15 августа - состоялся концерт в Ереване. Тем более что в Ереване это период очень активной концертной, фестивальной жизни. И я действительно писала по этому поводу президенту Армении г-ну Роберту Кочаряну. Но ответа не получила.

А что Вы ему написали?

Я напомнила о юбилейной дате, о том, что Микаэл Таривердиев его соотечественник. О том, что в России делается многое, чтобы его творчество оставалось востребованным. В Калининграде проходит единственный в России Международный конкурс органистов, который носит имя Микаэла Таривердиева, устраиваются концерты, издаются компакт-диски, ноты. В Москве установлена мемориальная доска. На русском, армянском и грузинском языках написано: «В этом доме жил композитор Микаэл Таривердиев». Установлена доска и на доме в Тбилиси, где Микаэл Леонович родился. Музыка Микаэла Таривердиева - самая цитируемая на российском телевидении, к ней обращаются современные кинематографисты в художественных и документальных картинах. Что вот уже десять лет происходит «жизнь после жизни». Армения же до сих пор оставалась в стороне от процесса освоения его творческого наследия. А он ведь по праву принадлежит и Армении.

Микаэл Леонович чрезвычайно актуален для России, но и для Армении тоже. Ведь он своей жизнью доказал, что человек не русский может в России добиться любви, популярности, уважения. В нашей многонациональной стране это очень важно. Он, армянин, многого добился. Не опираясь на свою национальную принадлежность, а просто оставаясь человеком. Ведь это самое главное и в музыке Таривердиева, и в его личности - он всегда остается человеком. И призывает всех быть людьми. И это самая высокая его заслуга, самый высокий его статус.

Одно из последних своих сочинений – Концерт для альта, посвященный Башмету, будет играть сам Юрий Абрамович. Кто еще выступит на юбилейных концертах, где они будут проходить?

Они идут весь этот год. Состоялись концерты в Минске, Полоцке, Киеве – в дни двадцатилетия Чернобыля звучали произведения для органа, в том числе Симфония «Чернобыль». Ведь Микаэл Леонович написал ее спустя несколько месяцев после поездки в Чернобыль, в зону аварии. Эта поездка стала для него знаковой, повлиявшей на его жизнь. Впечатления, которые вынес он из этого события, не только легли в основу Симфонии. Они просто перевернули его жизнь. Это даже не музыка. Это послание, которое он услышал и сумел выразить через музыку. Сегодня эта Симфония звучит в интерпретации многих музыкантов мира, в том числе и потому, что является одним из обязательных произведений Международного конкурса органистов. Я не раз убеждалась в том, как эта музыка нужна и важна для людей, как ее слушают люди, прошедшие через работу на станции, те, которых мы сегодня называем чернобыльцами, ликвидаторами. И мне очень, очень хотелось, чтобы в Минске и Киеве люди услышали Симфонию.

Уже прошли концерты в Самаре, Петербурге, Перми, Красноярске, Екатеринбурге.
15 августа музыка Микаэла Леоновича звучала на пляже Петропавловской крепости, где проходил летний фестиваль на открытом воздухе. В октябре пройдет фестиваль музыки Микаэла Леоновича в Калининграде. Но, конечно, главный концерт – это концерт 4 октября в Международном Доме музыки в Москве. В рамках программы «Quo vadis?» состоится первое в Москве исполнение Концерта для альта в романтическом стиле. Наконец этот концерт исполнит тот, кому он посвящен - Юрий Башмет.

28 ноября в Камерном зале Дома музыки состоится первое исполнение фортепианного трио, последнего произведения Микаэла Леоновича. Оно прозвучит в рамках программы «Opus post».

Много ли исполняют сейчас Таривердиева? Почему публика до сих пор не теряет интереса к его музыке?

О том, много ли исполняют – судите сами. Мне, думаю, никогда не покажется, что много. А то, что эта музыка со временем приобретает новых исполнителей, новых слушателей – это очевидно. Наверное, потому, что это глубоко человеческая музыка, в которой автор ставил главные вопросы человеческой жизни.

Беседовала

Армила Минасян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 25 человек