N 14 (109) Октябрь 2006 года.

Парадоксальные интерпретации Хачатура Абрамяна

Просмотров: 3653

Живопись Хачатура Абрамяна, с одной стороны, тяготеет к традиционной образности, а с другой - в ней есть эпатажность, «неклассичность». Барочно-театральная манера письма сообщает его живописи эскизность, словно художник торопливо фиксирует один за другим чувственные микробайты. Эта фонтанирующая живопись выглядит нарочитой, обусловленной интригами автора с самим собой, собственными эмоциями.

Художник родился в Ереване, учился в художественной школе и Ереванской Академии художеств. На этом его фактическое пребывание в Армении, равно как и следование армянской школе живописи, закончилось. Сегодня можно с полной уверенностью назвать его художником европейского масштаба. Начиная с 1984 года Абрамян не только плодотворно работает в области станковой живописи, но и активно участвует в многочисленных международных и республиканских выставках, каждая из которых приносит ему успех, все большую уверенность в своих творческих поисках.

Живопись Хачатура Абрамяна, с одной стороны, тяготеет к традиционной образности, а с другой - в ней есть эпатажность, «неклассичность». Барочно-театральная манера письма сообщает его живописи эскизность, словно художник торопливо фиксирует один за другим чувственные микробайты. Эта фонтанирующая живопись выглядит нарочитой, обусловленной интригами автора с самим собой, собственными эмоциями.

Художник родился в Ереване, учился в художественной школе и Ереванской Академии художеств. На этом его фактическое пребывание в Армении, равно как и следование армянской школе живописи, закончилось. Сегодня можно с полной уверенностью назвать его художником европейского масштаба. Начиная с 1984 года Абрамян не только плодотворно работает в области станковой живописи, но и активно участвует в многочисленных международных и республиканских выставках, каждая из которых приносит ему успех, все большую уверенность в своих творческих поисках.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Работы Хачатура Абрамяна по жанру могут быть определены как фэнтези. Однако дело не ограничивается лишь фантазийной эстетикой. Образный строй произведений имеет мощный интеллектуальный и философский подтекст. Намеки, напоминания, парадоксальные интерпретации, отсылки к текстам и событиям не несут в себе посыла на иллюстративность. Они изначально взяты автором как пластический повод к работе.

Для художника важно осознание своего искусства в пространственно-временном контексте: личный опыт, как творческий, так и жизненный, оказывается тесно сплетен с тысячелетней традицией его народа. Отсюда обращение к житейским мотивам в их вечных темах, в противоборстве добра и зла, а мистическая сущность цвета раскрывает для зрителя таинства жизненных устоев.

В его картинах присутствует всегда только то, что он любит: исторические реминисценции сменяются праздничными шествиями, философские подоплеки с фривольными композициями ню. В одних и тех же темах, в одном и том же мотиве художник неизменно находит все новые и новые скрытые возможности, ибо он подходит к живописи с чистой и открытой душой поэта.

Локальные цвета даются настолько крупными пятнами, что уместно говорить о колористических доминантах. Из них две главные, можно сказать, определяющие все живописное построение автора - это густо-зеленый и синий, подразделяющийся на голубоватый для неба и темно-синий для фона.

Однако в создании живописного произведения участвует не только цвет, но и рисунок, который в «Грации» оказывается вязью быстро наносимых тонких линий. Когда обращаешься к таким картинам, как «Воспоминание» (2004), то может даже показаться, будто в работе участвовали двое: один – живописец без остатка погрузился в стихию цвета, другой – рисовальщик весь находился во власти линий. Здесь, по существу, тема картины графически воспроизводится на декоративном фоне.

В творчестве живописца наблюдается большое количество портретов и картин с изображением обнаженной модели (картины «Отдых», «Грация» и др.), но он никогда не превращается в бытописателя. Многие детали он пропускает. Языку обстоятельности он предпочитает язык намеков и аллегорий. В фигурах нет ни малейшей натянутости или какого бы то ни было позирования. Обнаженные у мастера живут обособленно в некоем своем мире, не стесняясь своей наготы. Подобные персонажи Абрамяна воспринимаются как жители другой планеты, где превалирует ясность, безмятежность, спокойствие, тишина - все то, что олицетворяет понятие сказочного покоя.

Хачатур, видимо, по натуре прирожденный художник. По его словам, он держит в руках карандаш с 4-х лет. Однако рисунок все же не превалирует в творческих исканиях живописца.

Самобытность Абрамяна, прежде всего, в цвете и, конечно же, в индивидуальности творческого почерка. В манере синтезировались импрессионистическая наблюдательность, чувственная красочность и реалистическая крепость построения академической школы.

Благодаря чувству времени и реальности вектор творчества Абрамяна довольно широк. Он колеблется между Востоком и Западом, между прошлым и настоящим, вымышленным и традиционным. Искусство художника вобрало в себя достижения европейского постимпрессионизма и русских реалистических традиций XX века.

С. Шелихова, искусствовед

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 9 человек