N 15 (110) Ноябрь 2006 года.

России надо наращивать «мягкую силу»

Просмотров: 3523

Какую политику проводит и должна проводить Россия в таком непростом с точки зрения экономики и дипломатии регионе, как Закавказье? К лучшему или к худшему может измениться здесь ситуация? На вопросы газеты «Ноев Ковчег» отвечает политолог, председатель комиссии по международному сотрудничеству и общественной дипломатии, член президиума Совета по внешней и оборонной политике, глава фонда «Политика» Вячеслав Никонов.

— Вячеслав Алексеевич, можно ли, на Ваш взгляд, говорить сейчас о сколько-нибудь цельной стратегии России в Закавказье?

Задайте этот вопрос нескольким политикам и экспертам – и вы наверняка получите противоположные ответы. Кто-то скажет, что во внешней политике России нет строгой и четкой концепции ни по одному вопросу – в том числе и в отношении Закавказья. Другие, наоборот, станут утверждать, что в данном случае все предельно ясно. Думаю, что истина посредине, между полярными оценками.

Какую политику проводит и должна проводить Россия в таком непростом с точки зрения экономики и дипломатии регионе, как Закавказье? К лучшему или к худшему может измениться здесь ситуация? На вопросы газеты «Ноев Ковчег» отвечает политолог, председатель комиссии по международному сотрудничеству и общественной дипломатии, член президиума Совета по внешней и оборонной политике, глава фонда «Политика» Вячеслав Никонов.

— Вячеслав Алексеевич, можно ли, на Ваш взгляд, говорить сейчас о сколько-нибудь цельной стратегии России в Закавказье?

Задайте этот вопрос нескольким политикам и экспертам – и вы наверняка получите противоположные ответы. Кто-то скажет, что во внешней политике России нет строгой и четкой концепции ни по одному вопросу – в том числе и в отношении Закавказья. Другие, наоборот, станут утверждать, что в данном случае все предельно ясно. Думаю, что истина посредине, между полярными оценками. О «выстроенной» политике РФ в этом регионе можно говорить не в большей и не в меньшей степени, чем в любом другом. Кроме того, на мой взгляд, как единый регион Закавказье сейчас не существует. Это государства, имеющие очень несхожие экономические и политические интересы и, соответственно, занимающие разные места в списке приоритетов российской внешней политики.

— Стратегическим союзником России в этом регионе всегда выступала Армения. Однако сейчас в отношениях двух стран наметилось некое «охлаждение». Это обратимо? Есть ли надежда на то, что «климат потеплеет»?

Я думаю, что союзнические отношения России и Армении во многом безальтернативны. В отличие, скажем, от грузинской и даже азербайджанской, армянская политическая элита и диаспора в гораздо большей степени развернуты в сторону России. Кроме того, у Армении не столь широкий спектр внешнеполитических альтернатив по сравнению с этими двумя республиками, и ее ориентация на Россию вполне закономерна. В России тоже прекрасно осознают, что с точки зрения интересов государства необходимо делать на Армению ставку как на стратегического союзника. Я уверен, что такие отношения России с Арменией сохранятся и в ближайшем, и в более отдаленном будущем. Эта республика, думаю, по-прежнему останется одним из ведущих членов СНГ, входящим в «ядро» Содружества Независимых Государств.

— Готова ли Россия предпринимать шаги для содействия урегулированию карабахской проблемы и по силам ли ей подобная миссия?

Если проблема существует, то участвовать в ее разрешении, конечно, нужно. В то же время я убежден, что карабахская проблема относится к числу достаточно многочисленных в мире и очень трудно, практически никак на сегодняшний день не решаемых. Ситуация, подобная карабахской, существует в разных регионах земного шара, от Каталонии до Северной Ирландии. Подобного рода конфликты могут длиться годами, десятилетиями, а порой и столетиями. Откровенно говоря, я не верю в скорое решение карабахской проблемы. Но это не значит, что надо опустить руки и отойти в сторону.

— Учитывая тесные контакты России как с Арменией, так и с Азербайджаном, может ли наша страна взять на себя роль миротворца и попытаться смягчить напряженность в отношениях двух закавказских республик?

Ситуация слишком сложная. Судя по опыту многих стран, единственное, что обычно смягчает серьезные межгосударственные противоречия, имеющие длительные исторические корни, - это развитие экономических связей. Такой путь вполне возможен и для Армении с Азербайджаном. Если две страны проявят больший интерес к созданию единого экономического пространства в рамках ЕврАзЭС или СНГ, это будет, на мой взгляд, в какой-то степени способствовать смягчению их отношений. Хотя, конечно, сейчас накал страстей там достаточно силен. И, как правило, национальные чувства экономикой полностью не перебить. И поэтому экономика – да, дипломатия – да, а все остальное, увы, лежит за пределами возможностей России.

— Больная тема последнего времени – взаимоотношения России и Грузии. Просматриваются ли хоть какие-то перспективы потепления отношений после всех, и резких, действий Тбилиси?

Если у власти в Грузии будет находиться Саакашвили, я перспектив для потепления не вижу. Отношение официального Тбилиси к Москве примерно такое же, как у официальной Гаваны к Вашингтону. Оно, по всей видимости, лучше не станет. Грузия бросает вызов собственной географии, пытаясь сотворить себе из России личного врага, и это успешно получается. Правительство Саакашвили сделало своей основной политической линией жесткое дистанцирование от России. Во всех вопросах политической повестки дня оно неизменно занимает позицию, противоположную российской и ориентированную на интересы Североатлантического альянса. Откровенно говоря, я не вижу здесь хороших перспектив для развития отношений. Хотя, с точки зрения здравого смысла и реальности, ни один серьезный национальный интерес Грузии в противоречие с российскими приоритетами не входит.

— И пять, и десять лет назад аналитики утверждали, что Россия «рискует полностью утратить свое влияние в Закавказье». Что можно сказать об этом сейчас?

Не вижу особенно большой разницы в степени влиятельности России для той же Грузии сейчас или во времена Шеварднадзе, который, по сути, шел тем же курсом, что и его нынешний преемник. Не думаю, что происходит какое-то особенное ослабление российских позиций в Закавказье – они и так не слишком-то сильны.

— Как член Общественной палаты РФ Вы контактируете со многими неправительственными организациями. Насколько велика сейчас роль «общественной дипломатии» в решении международных проблем?

Ее роль в мире постоянно возрастает, и не заметить этого нельзя. Что касается Кавказа и Закавказья, то в этом регионе влияние тех или иных общественных организаций, неправительственных структур чувствуется очень сильно. Но, к сожалению, это, как правило, не российские, а западные структуры. Они крайне активны и поддержку оказывают не только неправительственным организациям или средствам массовой информации, но и органам государственной власти этих республик. Россия, на мой взгляд, обязательно должна сейчас наращивать собственные инструменты «мягкой силы». В любой сфере, в том числе и во всем, что касается поддержки неправительственных организаций и расширения деятельности российских НПО на территории других стран.

Беседу вела

Екатерина Конькова

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 5 человек