N 2 (125) Февраль 2008 года.

Андрей Тарковский: «В недрах Армении я чувствую жизнь»

Просмотров: 4444

В начале 60-х Левона Кочаряна знала вся московская богема. В его хлебосольном доме на Большой Каретной, воспетом знаменитым бардом, собиралась тогдашняя элита страны – поэты, режиссеры, писатели, артисты, музыканты. Здесь часто бывали Владимир Высоцкий, Артур Макаров, Игорь Кохановский, Василий Шукшин, Андрей Тарковский... Их радушно встречала приветливая супруга Левона – Инна Александровна. За свою короткую жизнь Кочарян успел снять единственный фильм – «Один шанс из тысячи» (1968), сценарий к которому он написал совместно со своими друзьями – Тарковским и Макаровым. Андрей Арсеньевич значится в титрах и художественным руководителем фильма. А своих «фирменных» актеров – Солоницына и Гринько – он уговорил сыграть в картине Кочаряна главные роли.

Им хорошо было вместе. Тарковский чувствовал себя счастливым среди единомышленников. Однажды он мечтательно произнес: «Ребята, давайте, когда станем богатыми, построим дом в деревне и будем вместе там жить!»

В начале 60-х Левона Кочаряна знала вся московская богема. В его хлебосольном доме на Большой Каретной, воспетом знаменитым бардом, собиралась тогдашняя элита страны – поэты, режиссеры, писатели, артисты, музыканты. Здесь часто бывали Владимир Высоцкий, Артур Макаров, Игорь Кохановский, Василий Шукшин, Андрей Тарковский... Их радушно встречала приветливая супруга Левона – Инна Александровна. За свою короткую жизнь Кочарян успел снять единственный фильм – «Один шанс из тысячи» (1968), сценарий к которому он написал совместно со своими друзьями – Тарковским и Макаровым. Андрей Арсеньевич значится в титрах и художественным руководителем фильма. А своих «фирменных» актеров – Солоницына и Гринько – он уговорил сыграть в картине Кочаряна главные роли.

Им хорошо было вместе. Тарковский чувствовал себя счастливым среди единомышленников. Однажды он мечтательно произнес: «Ребята, давайте, когда станем богатыми, построим дом в деревне и будем вместе там жить!»

Компания стала распадаться, когда в 40-летнем возрасте умер Левон Кочарян. Андрей Арсеньевич его долго вспоминал...

С армянами судьба часто сводила режиссера. В его первой ленте – дипломной короткометражке «Каток и скрипка» (1961) главным художником был С. Агоян.

А во время съемок «Андрея Рублева» рядом с ним был режиссер-стажер Баграт Оганесян. Художественным руководителем и автором сценария его первого фильма «Терпкий виноград» (1973) был все тот же Тарковский. Во время съемок фильма Андрей Арсеньевич с женой впервые посетил Ереван, где прожил около месяца. Позднее учитель пригласит своего ученика сняться в знаменитом «Солярисе»: Оганесян исполнит там роль французского ученого Тархье.

В «Солярисе» одну из ключевых ролей – космонавта Гибаряна – Тарковский предложил армянскому артисту Сосу Саркисяну. Киноначальство поначалу было против: почему это именно армянина посылают в космос? К тому же его герой в оригинале, у Лема, не был армянином (ГибарИАн). Но Тарковский настоял на своем – только Гибарян-Саркисян! Он считал, что именно этот древний народ должен представлять человечество в космосе. Да и такую трагическую роль (Гибарян, как известно, покончил жизнь самоубийством) лучше армянского актера вряд ли кто сыграет. Между прочим, эта роль писалась для Сергея Параджанова – друга-единомышленника Тарковского. Однако тот почему-то отказался от съемок и частенько напоминал Сосу Саркисяну, мол, я тебе по-братски уступил роль Гибаряна, знай мою щедрость...

Сос Саркисян вспоминает, что Тарковский во время съемок «Соляриса» принес ему в «отсек корабля» пачку «Арин-берда». Все должно было говорить о тоске Гибаряна по родине. Даже детали...

После съемок «Соляриса» они не раз встречались. Тарковский жил в ереванской гостинице «Ани». С. Саркисян старался показать ему всю Армению. Но особенно Тарковского, человека верующего и даже религиозного, потряс Эчмиадзин с его бесценными Кафедралом, святыми Рипсимэ и Гаянэ, хачкарами... «Биб-лейский мир, Армения. В ее недрах жизнь, я ногами чую пульс», - восхищался Тарковский.

Когда Тарковского не стало, Сос Саркисян вместе с Багратом Оганесяном оказался в Париже. По приглашению Ларисы, вдовы режиссера, они посетили его квартиру. Побывали и на могиле друга – на русском кладбище в Сен-Женевьев де Буа. Собралось много друзей Тарковского. Но только два армянина произнесли слова у могилы. И не потому, что хотели выделиться. Напротив, они держались очень скромно. Просто все молчали, а они не могли не сказать слова любви своему ушедшему в мир иной другу.

На эту могилу придет и его самый близкий друг-армянин - Сергей Параджанов. Когда ему было особенно трудно, когда он попросту голодал, Тарковский подарил Сергею Иосифовичу золотое кольцо: пусть продаст, сможет хоть питаться нормально. Спустя годы, согласно легенде (или правде?), Параджанов положил на могилу друга бриллиантовое колье, подаренное ему богатой армянкой из диаспоры.

Они называли друг друга гениями. Чудаковатый Параджанов не впускал в свой дом гостей, пока они... не посмотрят «Иваново детство»: «Родился гений, и я считаю себя его учеником». Он часто спал дома... под зонтиком. Это ему нравилось, потому что напоминало о фильмах Тарковского: там много воды, дождя, капель... Параджанов сделал знаменитый коллаж – они вдвоем с Андреем. У самого – мускулистое, крепкое, «языческое» тело. А на голове – Андрей в виде птицы...

Наверное, стоит сказать о том, как был благодарен Тарковский за любовь армян к его отцу. Арсений Александрович многие годы переводил армянских поэтов. Это благодаря ему русский читатель узнал о гении Егише Чаренца. Тарковскому-младшему, в фильмах которого не раз звучали стихи отца, было приятно знать, что в Армении почитают Арсения Александровича. Совсем недавно в Ереване торжественно отметили столетие поэта.

Александр Геронян

 

 

 

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 16 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты