N 3 (126) Март 2008 года.

Счетного ума палата

Просмотров: 2042

В оценке экономического развития страны мы имеем два фактора – сама экономика и инструмент ее измерения, т.е. статистика, методология которой с советских времен кардинально изменилась. Если раньше статистики стремились пересчитать всю произведенную продукцию в штуках или килограммах, то на сегодня от этой тенденции благополучно отказались – статистика оперирует в основном стоимостью произведенного продукта и услуг, зачастую пренебрегая физическими объемами.

Сегодня статистика не стремится к невыполнимому «все посчитать», она выявляет тенденции и потому все чаще использует сугубо оценочные категории, которые сближают ее с социологией – опрашивать не всех жителей страны, а выявлять общее состояние на основе углубленного исследования малой ее части.

В оценке экономического развития страны мы имеем два фактора – сама экономика и инструмент ее измерения, т.е. статистика, методология которой с советских времен кардинально изменилась. Если раньше статистики стремились пересчитать всю произведенную продукцию в штуках или килограммах, то на сегодня от этой тенденции благополучно отказались – статистика оперирует в основном стоимостью произведенного продукта и услуг, зачастую пренебрегая физическими объемами.

Сегодня статистика не стремится к невыполнимому «все посчитать», она выявляет тенденции и потому все чаще использует сугубо оценочные категории, которые сближают ее с социологией – опрашивать не всех жителей страны, а выявлять общее состояние на основе углубленного исследования малой ее части. Сплошной подсчет сохранился только при переписи населения и сельского хозяйства, когда количество людей, земли, деревьев, голов скота и др. просто считается. Эти подсчеты, требующие времени и денег, время от времени корректируют оценочные результаты.

Статистик не играет – он счет ведет. Он ничего не планирует, не прогнозирует и имеет дело только с прошлым. И если бы рядом со стремительно выбросившим вперед руку с кепкой великим вождем оказался бы статистик, то его можно было бы узнать по тому, что он смотрит в обратную сторону от кепки, указывающей на сияющие дали. И поскольку статистика, как и история, политизирована, основным условием объективности статистики становится ее независимость. В Армении Национальная статслужба не является правительственным органом, что бывает весьма редко. Даже в странах – дебютантах ЕС статслужбы являются органами министерств. Конечно, независимость не есть абсолютная категория, но в Армении для статистики созданы лучшие условия для ее проявления.

На сегодня Всемирный банк, оценивая экономические результаты, прежде всего оценивает статистические возможности страны. Произвести – это одно, уметь посчитать - другое. Удивительным образом эти требования не относятся к передовым странам, так что в совершенстве статистики реально конкурируют страны помельче. Из почти 170-и таких стран по итогам 2007 г. по своим статистическим возможностям Армения заняла 6-е место. Сегодня в стране действует также Стандарт распространения данных Международного валютного фонда, куда входят требования не только точности подсчетов, но и оперативности распространения данных, что опять-таки говорит о том, что считать Армения научилась. Было бы что считать.

Долгие завоевания армянской статистики привели к тому, что ее результаты даже оппозицией воспринимаются без напряжения и внимание критиков концентрируется на самой цифири, а не ее достоверности. Что же касается народного отношения к статистике, то владелец магазина, например, с порога заявляет, что статистика – это большая ложь. На вопрос же о том, правильные ли он цифры заявляет в налоговые органы, говорит: нет. Не соврешь – не выживешь. Тогда откуда взяться правильной цифири? И тут получается, что правильно построенная методика опроса и проверки данных по другим сферам гораздо ближе к реальности, чем официальная отчетность. Впрочем, отношение к статистике является еще и показателем развития. В Армении сбор статистических данных является принудительным - за уклонение от этой почетной обязанности предусмотрены штрафы. В развитых странах дело это сугубо добровольное, но там несколько иной уровень правосознания, и мало кому приходит в голову уклониться от представления данных.

Одна история из советских времен дает представление об эффективности методики сплошного подсчета. В 70-х группе экономистов совместно с программистами было поручено разработать экономическую программу по взаимодействию отраслей народного хозяйства, в которую была заложена экономическая статистика СССР. Когда они ввели туда отчетные данные - миллионы тонн и штук, программа стала выдавать совершенную дичь. Сперва казалось, что это – ее недостаток, пока кто-то не привез пентагоновский справочник по экономике СССР, и тогда программа нормально заработала. Экономика страны в американском справочнике скукожилась, но зато появилось взаимодействие отраслей. Так что приписывать объемы можно, пользуясь любым методом, и желание все посчитать до последней штуки ничего не говорит о точности картины.

Арташес Шабоян, член Государственного статистического совета Армении:

При расчетах ВВП страны учитывается не только официальная цифирь, которую дают крупные предприятия, но и то, что производится мелкими и в отчеты не попадает. В Армении, в частности, 27% ВВП находится вне официального статистического поля, и выявить его можно только оценочными методами. Т.е. исследуется одно предприятие и его результаты распространяются на другие, максимально с ним схожие. Потом – следующее.

— У нас оценки теневой экономики доходят до 80%. В ВВП поле вне статистического наблюдения, согласно вашим расчетам, составляет 27%. Сколько здесь «тени» и сколько продукта, по которому можно легально не представлять отчетность?

«Тень» в экономике имеет различные толкования. Теневой денежный оборот, невыплаченные налоги, не говоря об оружии и наркотиках, считаются по-разному. В наше ненаблюденное поле, согласно статистическим методикам, входит как нелегальная деятельность, так и легальная, но со скрытыми или преуменьшенными объемами. Естественно, что в статистику попадает только то, что мы в состоянии оценить. Например, в здравоохранении денежные объемы предоставленных услуг в представлении предприятий здравоохранения и по данным домашних хозяйств отличались в 6 раз. Естественно, в «пользу» домашних хозяйств. В ВВП доля услуг здравоохранения, естественно, увеличилась. Цифры отличаются и по зарплате – разница между официальной зарплатой, с которой платятся налоги, и неофициальной бывает весьма значительной. Наркотики и проституцию мы не учитываем, хотя есть страны, которые секс-услуги включают в ВВП. При этом сокрытие прибыли и налогов – уже не к нам. Главное для нас – суметь правильно подсчитать продукт.

— Кажется, что, сравнивая экономики, мы должны сравнивать методологию статистики. В противном случае передовая страна по своим показателям может оказаться позади слаборазвитой, и наоборот.

Может, не в такой степени, но в принципе так. И это касается и сравнения данных внутри стран СНГ. Несмотря на существование Статкомитета СНГ, мы не до конца понимаем друг друга. В отчетности некоторых стран застряли обломки советских подходов, непонятных сегодня и для России – в ее статистических подходах превалируют международные. Например, Статкомитет СНГ ведет учет т.н. «потребительских товаров», т.е. предназначенных для частного пользования, несмотря на то, что тот же товар может использоваться и предприятием. Или «денежные доходы населения», имея в виду зарплаты, вознаграждения и банковские счета. На сегодня эти параметры в прежнем толковании бессмысленны, потому что денежные доходы складываются из многих источников, в том числе и частных трансфертов, и могут быть прослежены только на основании обследования домашних хозяйств.

— Если мы исходим из сугубо стоимостных показателей, то без учета изменения цен тенденции проследить невозможно. Кто у нас считает инфляцию?

Инфляцию, в данном случае индекс потребительских цен, считаем мы по международным методикам. Сюда входит 400 с лишним наименований товаров. Обычно список товаров пересматривается раз в 5 лет – появляются новые товары, исчезают старые. Однако у нас структура потребления меняется гораздо быстрее, и изменение списка происходит чаще. На основании индекса потребительских цен выводятся и данные о паритете покупательной способности. В 2005 г. «мощь» доллара в Армении в 3,2 раза превышала его мощь в Америке. Сегодня, по предварительным данным, этот паритет упал до 2,5. И Ереван, увы, уже не поражает воображение туристов дешевизной.

— Теперь, вооружившись статистическими представлениями, давайте перейдем к экономике Армении за прошлый год.

В 2007 г. ВВП в Армении перевалил за отметку 3,1 триллиона драмов, по нынешнему обменному курсу – $10 млрд. Примерно $2800 на человека в среднем по году. Рост с учетом индекса - дефлятора (в просторечии – инфляции) – 13,7%. Наиболее крупный вклад по-прежнему вносит строительство, но существенно меньше, чем в 2006 году.

Произошел достаточно резкий рост налоговых поступлений – на 1% от ВВП по сравнению с 2006-м. Как говорят сами фискальные органы – за счет налогового администрирования - особых изменений в налоговом законодательстве не было. Тут, кроме налогового администрирования, сказалось и то, что для части иностранных предприятий на территории Армении прошли сроки льготного налогообложения, и налоговые поступления от них увеличились. Доля налогов в ВВП возросла до 16,1%, приблизилась к европейским представлениям и выглядит достаточно прилично. Особенно в сравнении с прошлым. Однако я думаю, что нам не следует сильно увлекаться европейскими примерами. В Северной Европе доля налогов в ВВП может доходить до 40%, однако такой процент для нас означает как минимум запрет на инвестиции – кто станет вкладывать в развивающуюся страну с таким уровнем налогов? Цель экономики состоит не в том, чтобы опасно поднимать долю налогов в ВВП, а в том, чтобы сделать предпринимателей равными перед законом. И тогда многие вопросы будут решаться сами.

Итоги года выглядят вполне прилично для малоресурсной страны с международно признанной статистической службой. Но есть тут одно дополнение: официальное восприятие уровня инфляции – около 6% и обывательское сильно отличаются друг от друга. Может, потому, что мониторинг индекса потребительских цен не учитывает вымывание дешевых услуг. Дешевые спонтанные ярмарки уступают место магазинам, рынки по благоустроенности почти не уступают супермаркетам, и цены на фрукты сравнимы с европейскими. В невозвратное прошлое, в связи с ростом благосостояния, ушли и достаточно приличные мужские туфли домашнего пошива за $10 – было и такое. Статистика же исследует изменения цен в стабильно функционирующих торговых объектах и исследованиями «цыганской» экономики практически не занимается.

Что же касается экономической картины, то и восприятия тут различны. Власть считает, что армянская экономика перешла от восстановления к развитию. Мнение, которое разделяется далеко не всеми.

Татул Манасерян, руководитель Центра стратегических исследований «Альтернатива», профессор Российско-армянского и Антверпенского (Бельгия) университетов, доктор экономики:

Рост, который мы имеем в последние годы, нельзя называть ростом развития. Если хотите называть вещи своими именами, то это – восстановительный рост, причем недостаточный для перехода к устойчивому развитию. В странах Восточной Европы этот рост был куда стремительнее, а следовательно, и переходный период – гораздо короче, чем у нас. В послевоенной Германии времен Эрхарда восстановительный рост был на уровне 35-45%. Он и заложил прочную основу для устойчивого развития экономики Германии с параллельным процессом ревальвации немецкой марки. Но – постепенным, а не стремительным, как у нас.

— Если сложить официальную экономику с теневой, то, может, и рост у нас станет больше, чем официальные 13,7% ?

Неформальный сектор экономики, по нашим оценкам, составляет не менее 65-70%, и если налогооблагаемая часть ВВП растет на 13,7%, то и неформальный сектор тоже развивается примерно такими же темпами. Однако это не столько развивает экономику, сколько приводит к перекосам – растет критерий Джинни и увеличивается социальная пропасть между богатыми и бедными. Так что польза от неофициальной экономики весьма сомнительная.

— Экономика растет – это принимается практически всеми, однако многих беспокоит структура роста...

И меня в том числе. Как экономист, я больше всего обеспокоен структурой роста ВВП и неравномерным распределением доходов внутри общества. Создается своеобразная зависимость роста экономики, занятости и других экономических показателей от роста строительства. Со временем рынок недвижимости насытится, наметится сокращение спроса на строительные услуги, и строительство утеряет роль локомотива. Мы стоим перед необходимостью диверсификации структуры роста ВВП за счет других отраслей. Необходимо стимулировать создание и развитие наукоемких производств с учетом реальных конкурентных преимуществ национальной экономики. Если заняться этим сегодня, то в течение нескольких лет наукоемкие локомотивы экономики могут быть обозначены. В противном случае – спад.

— Обстоятельством, препятствующим развитию производства, является и усиление национальной валюты – драма. В то же время доллар падает и по отношению к другим валютам...

Внешние факторы, а именно изменение курсового соотношения между евро и долларом, не способны вызвать столь интенсивные колебания между долларом и драмом и стремительное усиление местной валюты в итоге. Доказать тут злонамеренность властей или лобби импортеров сложно, но очевидно, что последовательная ревальвация курса драма выгодна импорто-ориентированной экономике и ее главным игрокам. Если страна стремится изменить свой курс от импортной ориентации к экспортной, то одним из конкурентных преимуществ должно стать возможное ослабление национальной валюты или, по крайней мере, не столь стремительное усиление. Это в совокупности с рациональным использованием научно-технологического потенциала страны может заметно увеличить ее промышленную мощь и вывести республику на качественно новый уровень не только социально-экономического, но и политического развития. Кстати, центром «Альтернатива» разработаны программы превращения Армении в региональный научный, образовательный и финансовый центр. Звучит амбициозно, но это – вполне реальные программы, и если приложить к ним политическую волю и грамотный менеджмент, то результаты не заставят себя ждать.

По-разному оценивая настоящее, и власть, и оппозиция в будущее смотрят с оптимизмом. Остается надеяться, что диалог между ними и после президентских выборов станет необходимым атрибутом управления страной.

Арен Вардапетян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 11 человек