N 5 (128) Май 2008 года.

Откровенный разговор

Просмотров: 3741

В первых же интервью после переизбрания М. Саакашвили заявил, что намерен работать над улучшением грузино-российских отношений и готов «начать с чистого листа».

В связи с этим фигуральным выражением замечу, что на каждом чистом листе что-нибудь да написано; к тому же уверен, что ради подлинного взаимопонимания лучше прочитать то, что рано или поздно на нем проступит.

В первых же интервью после переизбрания М. Саакашвили заявил, что намерен работать над улучшением грузино-российских отношений и готов «начать с чистого листа».

В связи с этим фигуральным выражением замечу, что на каждом чистом листе что-нибудь да написано; к тому же уверен, что ради подлинного взаимопонимания лучше прочитать то, что рано или поздно на нем проступит.

Кто-то назвал Грузию «малой империей». Это ошибка. Империя — непременно продукт экспансии, Грузия – нечто прямо противоположное. Ни один из ее этнических анклавов не завоеван. Евреи пришли к нам гонимые Навуходоносором, греки приплыли вслед за аргонавтами, кипчаков переселил царь Давид, азербайджанцев — шах Аббас, армян — граф Паскевич, а русским духоборам споспешествовал сам Лев Толстой. Грузины поделились своей землей с занесенными историческим ветром и всегда проявляли к ним дружелюбие. Вот два характерных высказывания. На сионистском конгрессе во Франкфурте (1914 г.) в ответ на сетования о повсеместном утеснении евреев тбилисский раввин Давид Баазов заявил, что приехал из страны, никогда не знавшей антисемитизма. А писатель Ованес Туманян, потрясенный разразившейся вскоре армянской трагедией, сказал: «Если моим детям будет угрожать опасность, я со спокойным сердцем отдам их в грузинскую семью».

Еще одно свидетельство хранится в моем архиве: письмо читателя-осетина из Казахстана, он просит прислать мои книги на грузинском — для утоления ностальгии...
Что же до обилия автономий в Грузии, породивших ошибочный термин, то у этого факта есть объяснение. Военный атташе П.Сытин писал в двадцатых годах своему руководству: «Путь расчленения Грузинской республики на ряд автономных единиц, тем более подчиненных влиянию РСФСР, чем эти единицы меньше, заслуживает большого внимания». Толковый атташе предлагал создать еще и мингрельскую автономию. При обсуждении идеи было замечено, что автономии на территории Грузии, подобно кольцу в ноздре быка, позволят управлять ситуацией в геополитически важной точке.

В сущности, пятнадцать лет мир наблюдает за укрощением с помощью злополучного кольца! Это болезненный процесс. Грузия переживает трудные времена.
Читатель вправе спросить: «Грузии трудно, но при чем тут Россия?» В самом деле: прагматизм — плешивый идол XXI века, и сегодняшняя Россия, что ни день, клянется ему в верности. В пылу драки Грузии все еще кажется, что, подобно шекспировскому Меркуцио, она заколота из-под руки друга, но в этом ремейке у Ромео другая роль — он не прочь поживиться тем, что останется от беспечного и задиристого собутыльника.

В политической трактовке эта горькая метафора означает вкрадчивую аннексию, с каждым годом все более бесцеремонную.

Тут уместно вернуться к давнему письму военного атташе и дополнить его положением из недавнего доклада Института стран СНГ. «Генералы Минобороны Павла Грачева с удовольствием консультировали абхазских военных, а Совет безопасности РФ сквозь пальцы смотрел на проникновение оружия и добровольцев в Абхазию через территорию России». Не стану уточнять подлинное содержание осторожно отцеженного признания, надеюсь, это сделают непредвзятые историки. Важно другое: сведенные вместе цитаты показывают, что методы Коминтерна востребованы в сегодняшней России, разве что без прежнего масштаба и идеологического наполнения. Теперь Россия предпочитает «плетень пониже» и вместо высоких целей мировой революции довольствуется недорогим курортным сервисом и дешевыми мандаринами.

Тот же доклад Института стран СНГ утверждал: «Люди в военных погонах гораздо правильнее представляли себе интересы России на всех этапах грузино-абхазского противостояния, чем люди в погонах дипломатических».

В этом месте наш «чистый лист» особенно красноречив.

Когда российские аналитики недоумевают по поводу высокого процента проголосовавших за вступление Грузии в НАТО, они закрывают глаза на обстоятельство первостепенной важности. Речь о роли России в грузино-абхазском конфликте, в особенности на решающем этапе. Этот этап (конец сентября 1993 года) совпал с нарастанием октябрьского кровавого противостояния в Москве, в силу чего остался вне внимания. Но из грузинской памяти его не стереть.

Вот факты: 18 июля 1993 г. Грузия, при посредничестве России и под ее гарантии, подписала мирное соглашение с абхазскими сепаратистами, предусматривавшее демилитаризацию зоны боевых действий – вывод тяжелой техники и разминирование дорог. Одновременно с выполнением обязательств грузинское руководство призвало беженцев вернуться в покинутые дома. Обнадеженные весомыми гарантиями (как-никак Россия постоянный член Совбеза ООН), беженцы стали возвращаться в Сухуми. В первую очередь семьи с детьми - близилось начало учебного года. Чем это кончилось, известно. 14 сентября, убедившись, что грузинская сторона разоружилась, сепаратисты начали штурм Сухуми.

А что же высокий гарант? Россия не только ничего не предприняла во исполнение обязательств, но всячески содействовала военному успеху сепаратистов (см. доклад Института стран СНГ).

Архивы Верховного Совета РФ наверняка сохранили стенограмму выступления Виталия Чуркина (нынешний представитель России в ООН), возмущенного поведением гаранта. Этот документ было бы полезно обнародовать сегодня. Знакомство с ним многое объяснит россиянам. Десять лет грузины надеялись, что сосед и многовековой союзник найдет способ искупить вину, замолить грех. Дождались они виз, санкций и негодования по поводу нефтепровода Баку—Джейхан. Сама-то Россия гонит свои углеводороды через континенты, моря и океаны, но Грузия, пожелавшая что-то заработать на крошечной трубе, вызывает у нее праведный гнев!

Пусть читатель рассудит, вправе ли страна, оказавшаяся под таким прессом, искать союзников для решения своих проблем.

Люди в военных погонах пугают россиян сближением Грузии с НАТО и Америкой. Допустим, на этом фоне Россия изменяет конфигурацию южных границ, присоединяет Абхазию и Южную Осетию. Зададимся вопросом: существенно ли в масштабе мировой геополитики, которым вроде бы озабочены люди в военных погонах, на какой речке соприкоснутся могущественные блоки — на Псоу или на Галидзге? Каким перевалом воспользуются — Рокским или Мамисонским? Что значимо для Грузии, едва просматривается на картах мира.

России на южных рубежах нужен надежный союзник с оснащенной и обученной армией и эффективной экономикой, а не «падающее государство», слабо контролирующее свои границы. Вот чему могла бы поспособствовать дружественная страна, что может стать долговременной целью, выгодной обоим государствам. Вместо этого Россия последовательно использует слабости нынешнего положения Грузии, ее уязвимость. Она настойчиво отталкивает традиционного союзника и пестует из него врага; грубо разворачивая на юг обращенных к северу единоверцев, негодует по поводу их неловких движений. По собственному опыту знаю, что такие действия лишают пророссийски настроенных политиков и граждан опоры в грузинском обществе и сколько-либо убедительной аргументации в спорах с национал-радикалами.

Один из геополитических постулатов гласит: ключ от Кавказа находится в Тбилиси. Продолжая действовать в том же духе, Россия навсегда лишится его, зато получит взамен ключ от полулюкса в гостинице «Апсны».

В своей статье я не касаюсь той вины за сложившееся положение, которая лежит на Грузии. Она очень велика и обобщенно может быть определена как неготовность к переменам. Неготовность эта – следствие социальной инфантильности, рождающей слишком лабильный, я бы сказал, неврастеничный общественный настрой, выражающийся, в частности, в нетерпеливом ожидании перемен. Между тем, перемены возможны только как результат длительных усилий всей страны, всего народа.

«Взглянем на настрой грузинского общественного сознания, отдельных течений, официальных и неофициальных кругов, на их реакции на происходящие в последние годы явления. Бурный эмоциональный бунт против режима, жадное, но необдуманное поглощение всего доселе запретного, полное, абсолютное игнорирование того, что независимость и свобода связаны с грузом огромной ответственности, неумение осознать эту истину, растерянность, тоска по «хорошей жизни», раздражение против всех и вся, ругань по адресу «старого хозяина» и одновременно ожидание от него помощи, поиски «нового хозяина» и чуть ли не надежда на личное вмешательство Богородицы… Все это настолько напоминает типичный конфликт между инфантильным ребенком и старшим поколением (желание освободиться от старших и вместе с тем неумение самостоятельно жить), что здесь можно говорить не только о внешней аналогии – микросоциальная модель точно повторилась на макросоциальном уровне».

Проницательное наблюдение высказано социопсихологом Г.Нижарадзе в работе «Мы – грузины», опубликованной более десяти лет назад, но, к сожалению, оно мало в чем устарело.

«Общество, неспособное сочетать верность собственным символам со свободой ревизии этих символов, непременно гибнет — либо от анархии, либо в результате медленной атрофии жизни, задушенной бесполезными призраками». Эта мысль Альфреда Уайтхеда могла бы подтолкнуть к написанию другой статьи, однако печатать ее уместней в грузинской прессе.

Александр Эбаноидзе,

главный редактор журнала «Дружба народов»

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовал 21 человек