N 7 (130) Июль 2008 года.

Политическая напряженность возрастает

Просмотров: 2403

Прошло совсем немного времени после парламентских выборов, но и события стали развиваться с такой головокружительной быстротой, что их дальнейшее прогнозирование фактически невозможно.

С одной стороны, оппозиция объявила парламентские выборы фальсифицированными и решила создать альтернативный парламент. С другой, власть бьет себя кулаком в грудь, уверяя, что выборы были демократическими, и планирует собрать «национальный парламент» из 120 депутатов и запугивает население гражданской войной.

Трудно сказать, во что в конечном итоге все это выльется, но уже сейчас очевидно, что дальнейшая эскалация напряженности невозможна. Как искать выход? Что может стать точкой соприкосновения власти и представителей оппозиции?

Прошло совсем немного времени после парламентских выборов, но и события стали развиваться с такой головокружительной быстротой, что их дальнейшее прогнозирование фактически невозможно.

С одной стороны, оппозиция объявила парламентские выборы фальсифицированными и решила создать альтернативный парламент. С другой, власть бьет себя кулаком в грудь, уверяя, что выборы были демократическими, и планирует собрать «национальный парламент» из 120 депутатов и запугивает население гражданской войной.

Трудно сказать, во что в конечном итоге все это выльется, но уже сейчас очевидно, что дальнейшая эскалация напряженности невозможна. Как искать выход? Что может стать точкой соприкосновения власти и представителей оппозиции?

Арчил Гегешидзе, эксперт Фонда стратегических исследований и развития:

– Пока что со стороны оппозиции даже признаков желания договориться или хотя бы просто вести переговоры я не вижу. Исходя из этого, надо предполагать, что этот конфликт сам по себе не разрядится и, напротив, можно ожидать некоторого возрастания напряженности: уличные акции, попытки блокировать заседания парламента нового созыва.

– Вы сказали, что не видите со стороны оппозиции даже желания вести переговоры. А со стороны властей есть попытки наладить диалог?

Да, власть говорит, что предлагает оппозиции должности в парламенте. Другое дело, насколько это искренне, но факт, что конкретные предложения есть. Оппозиция отказывается от них, заявляя, что смена власти путем выборов уже не имеет смысла, что это должно произойти в результате уличного протеста.

– Чтобы разрядить создавшуюся обстановку, обеим сторонам, наверное, придется пойти на уступки. Как Вы думаете, в чем должна уступить власть и в чем - оппозиция?

Главнейшее требование оппозиции - назначение новых выборов. Сомнительно, что власть удовлетворит это требование, хотя бы потому, что с ее стороны это было бы равносильно признанию того, что выборы были проведены нелегитимно. К тому же в случае новых выборов она не будет иметь никакой перспективы. Нынешняя власть, в отличие от прежней, легко уступившей позиции, все сильнее и сильнее их укрепляет. Подтверждением этому служит хотя бы то, что на выборах правящая партия получила неожиданный даже для себя самой высокий результат.

Таким образом, ясно, что требование оппозиции относительно новых выборов власть добровольно не выполнит. Выходит, уступить должна оппозиция, но в чем уступить? Войти в парламент? Однако тем самым она лишится доверия своего электората. Так что на данном этапе ситуация фактически безвыходная. Думаю, единственная возможность - подключить к переговорам третью сторону, авторитетную и надежную.

Эксперт Шалва Пичхадзе:

Заявления власти, что эта общественная палата (так оппозиция намерена назвать свой альтернативный парламенту орган. - Прим. ред.) может довести нас до гражданского противостояния, лишены оснований.

– Как, по-Вашему мнению, могут развиваться события?

По конфронтационному сценарию, напряженность еще больше возрастет. Обе стороны считают, что пути назад у них уже нет, и готовятся к решающей политической борьбе. Трудно сказать, кто и что выиграет, но для всех очевидно, что чем напряженнее будет борьба, тем больший урон понесет страна.

– Власть утверждает, что создание оппозицией альтернативного парламента окончательно отбросит страну назад, в 90-е годы...

Начнем с того, что это будет не альтернативный парламент, а общественная палата. Пока что о ее функциях мы ничего детально не знаем, но лидеры оппозиции заявили, что они намерены в параллельном режиме рассматривать законопроекты, разработанные властью, и представлять их общественности под критическим углом.

Других функций у общественной палаты и быть не может. Не забывайте, что у этого альтернативного парламента и у оппозиции нет никаких рычагов воздействия на исполнительную власть. С учетом всего этого заявления власти, что эта общественная палата приведет нас к гражданскому противостоянию, лишены оснований.

Вообще между 90-ми годами и сегодняшней ситуацией большая разница, хотя бы потому, что нынешние оппозиционные силы, в отличие от той оппозиции, которая противостояла власти в 90-е годы, действительно не настроены инспирировать военные действия или выводить на улицы какие-либо воинские подразделения. Для этого у них нет ни желания, ни соответствующих рычагов.

– Какой Вы видите выход из создавшейся ситуации?

Чем большим ресурсом располагает та или иная сторона, тем больший с нее спрос и тем больше те уступки, на которые она может пойти. У оппозиции ресурс меньше, чем у власти, значит, и на уступки она тоже может пойти в меньшей степени.

В этой ситуации уступка со стороны власти будет состоять в том, что она согласится на начало диалога с оппозицией относительно новых парламентских выборов и их максимально прозрачное проведение. В таком случае ответной уступкой оппозиции должен стать отказ от создания альтернативного парламента и начало подготовки к новым парламентским выборам. Только так можно выйти из конфронтации.

– Опыт со времени «революции роз» и по сегодняшний день показывает, что всегда, когда у власти возникают проблемы во внутренней политике, резко обостряется ситуация в сепаратистских регионах, особенно в Абхазии. Стоит ли и сейчас ожидать очередной волны напряженности?

В Абхазии постоянно такая тяжелая ситуация. Еще большее ее обострение, думаю, нанесет в равной степени вред всем сторонам. Преднамеренное обострение обстановки со стороны властей Грузии исключаю не только потому, что они этого не хотят, но и потому, что им этого никто не простит - ни Америка, ни Европа.

Возможно, нередко ситуация не такая критическая, какой ее рисуют эти «общенациональные» телекомпании... Фактически можно сказать, что они виртуально создают напряженность. Если с этой точки зрения говорить о теме Абхазии, то согласен с вами, обострения действительно можно ожидать.

Гия Хухашвили, эксперт:

Очень сложное положение. Соответственно, и уровень политических рисков тоже очень высок. Оппозиция пользуется в обществе большой поддержкой. Особенно очевидно это стало после того, как в опросах, проведенных самой властью, ее рейтинг не превысил 40%.

И конечно, когда оказалось, что по итогам выборов парламент нового созыва будет более чем на 80% укомплектован представителями «Национального движения», в обществе еще раз обострилось чувство несправедливости, и политические риски возросли. С учетом всего этого делать какие-то прогнозы действительно сложно. Сейчас, наверное, все усилия должны быть направлены на поиск ресурса политического диалога. В противном случае эта эскалация может очень далеко завести.

– И в чем может состоять упомянутый Вами ресурс политического диалога?

Видимо, должно быть принято какое-то промежуточное между требованиями оппозиции и позицией власти решение. Во всяком случае, какой-то выход надо найти, иначе ситуация будет все сильнее и сильнее напрягаться и прогнозирование дальнейшего развития событий станет просто невозможным.

– Власть утверждает, что дело может дойти до гражданского противостояния. Вы согласны с этим мнением?

Да, к сожалению, надо признать, что вероятность подобного развития событий действительно существует.

Манана Абашидзе, Тбилиси

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 3 человека