N 8 (131) Август 2008 года.

Писатель должен творить

Просмотров: 8550

Ким Бакши – писатель и кинодраматург. Более сорока лет занимается древней и современной культурой Армении, изучает манускрипты, хранящиеся в Армении, в Матенадаране и во многих других собраниях древних книг, в крупнейших библиотеках мира. Армянские манускрипты и судьбы народа – главная тема шести его книг и двадцатисерийного телевизионного фильма «Матенадаран», автором сценария которого он является.

Ким Бакши – лауреат Премии имени Ованеса Туманяна Союза писателей Армении и Государственной премии Республики Армения, а также Международной премии имени Фритьофа Нансена.

– Я знаю, что совсем недавно Вы вернулись из поездки по США, Англии и Франции, где собирали материал для новой книги. Тема ее перекликается с темами Ваших предыдущих работ об армянской культуре, о древних манускриптах, но на этот раз она связана с Нагорным Карабахом. Расскажите, что Вам удалось сделать.

– Я в этом году сначала поехал в Париж и там работал в Национальной библиотеке, затем в Лондон и там работал в Британской библиотеке – одном из крупнейших и авторитетнейших хранилищ книг и рукописей в мире. Если сюда прибавить Венскую библиотеку и отчасти библиотеку в Петербурге, то этим списком, в общем, исчерпываются все великие книгохранилища мира.

Ким Бакши – писатель и кинодраматург. Более сорока лет занимается древней и современной культурой Армении, изучает манускрипты, хранящиеся в Армении, в Матенадаране и во многих других собраниях древних книг, в крупнейших библиотеках мира. Армянские манускрипты и судьбы народа – главная тема шести его книг и двадцатисерийного телевизионного фильма «Матенадаран», автором сценария которого он является.

Ким Бакши – лауреат Премии имени Ованеса Туманяна Союза писателей Армении и Государственной премии Республики Армения, а также Международной премии имени Фритьофа Нансена.

– Я знаю, что совсем недавно Вы вернулись из поездки по США, Англии и Франции, где собирали материал для новой книги. Тема ее перекликается с темами Ваших предыдущих работ об армянской культуре, о древних манускриптах, но на этот раз она связана с Нагорным Карабахом. Расскажите, что Вам удалось сделать.

– Я в этом году сначала поехал в Париж и там работал в Национальной библиотеке, затем в Лондон и там работал в Британской библиотеке – одном из крупнейших и авторитетнейших хранилищ книг и рукописей в мире. Если сюда прибавить Венскую библиотеку и отчасти библиотеку в Петербурге, то этим списком, в общем, исчерпываются все великие книгохранилища мира.

Потом полетел прямо в Чикаго. Не потому, что этот город – духовный центр, а потому, что в Чикагском университете хранится так называемое Красное Евангелие. Эта рукопись носит еще и другое название: Красное Евангелие Гандзасара. Оттуда я полетел в Лос-Анджелес, в библиотеку Пола Гетти – там тоже есть армянские манускрипты.

Моя будущая книга – о духовной истории Нагорного Карабаха, или, как его называют армяне, Арцаха. Я не разбираю, кто прав и кто виноват в конфликте между Азербайджаном, армянским населением Карабаха и Арменией. Я не буду специально приводить никаких политических документов. Но цель моей книги - показать, какое значение эта земля имела в истории культуры и что она может дать для нашего духовного мира сегодня. Скажем, то прекрасное Евангелие, что хранится в университетской библиотеке в Чикаго.

Я хочу рассказать о бережном отношении к армянской, к арцахской культуре, которое я видел во Франции, в Англии и в Америке. Рассказать о хранилищах манускриптов, и не только армянских. Поставив армянские рукописи в контекст мировой культуры, я хотел бы ввести Арцах в контекст мировой культуры, положить на весы большого дела признания Арцаха тот факт, что к его духовным, культурным ценностям бережно и с трепетом относятся не только дома, но и в крупнейших культурных центрах мира.

Я уже несколько лет езжу в Арцах, побывал и в столице, и в деревнях. И хотя я специально в политические разговоры не пускался, а просто смотрел, как живут эти люди, что они думают о своем будущем, о своей жизни, я понял, что нельзя победить народ, который готов умереть, но остаться на этой земле. А покорить этих людей нельзя.

Теперь о том, что такое Красное Евангелие. Это очень интересный манускрипт. Люди, которые писали о нем раньше, считают, что Красное оно потому, что в его миниатюрах преобладает киноварь. Первоначально рукопись находилась в стенах Гандзасарского монастыря в Карабахе, а потом перешла к двум князьям, передавшим его церкви, построенной на их деньги в неприступной крепости Шикакар.

Кем это были перекрашены миниатюры – пока неясно. В рукописи очень много памятных записей – и в конце манускрипта, и на свободных листах, но они почти не читаются сегодня. Гарегин Овсепян замечательный арменовед и филолог, воин и священник (он стал католикосом и участвовал в Сардарабадской битве), в 1940 году видел это Евангелие в Чикаго и оставил очень много сведений о нем. Я пытался найти что-то из его записей, но пока безуспешно.

Когда берешь в руки рукопись, всегда интересуешься, какими путями она прошла, какие судьбы с нею сплетены, но в основном – и датировкой, и первоначальным художником – тем, с чего начала эта рукопись хождение по миру. А тут я выяснил, что очень многие армянские рукописи, которые составляют гордость Матенадарана, очень много времени провели в Арцахе. Например, знаменитое Евангелие католикоса Вазгена I, раннее Евангелие с удивительной историей, или Карманчац – жемчужина коллекции, долгое время оставались в Арцахе. Когда на всей территории Армении исчезла государственность и исчезла власть, - книги сохранялись в Карабахе. Местные князья вступили в альянс с монголами, и даже принимали участие в их походах против сельджуков. Но когда они шли в поход вместе с монголами, они на покоренных землях выкупали армянские рукописи, освобождали пленников – они оставались армянами. Так многие манускрипты и попали в Арцах, который и стал их хранилищем.

Я в своих путешествиях по Карабаху старался бывать в тех селах, у тех развалин или в тех церквях, которые и хранили эти рукописи. Удивительным образом в Арцахе очень много церквей, которые очень интересно называются. Есть церковь Чудесный Доктор (имеется в виду Христос), Святой Нарекаци (поэт, причисленный к лику святых), Маленький Рай… И есть удивительная церковь Красное Евангелие. Я с трудом разыскал ее развалины - в той деревне, где она должна была быть, никто о существовании церкви уже не знал.

Многие из монастырей требуют раскопок и исследований, работы там непочатый край, но тем не менее, как это часто бывает в армянских храмах, в отличие от русских, которые часто заброшены, - если стоят хотя бы стены, то непременно найдется и старушка, которая внутри поставит свечку и повесит маленькую дешевую иконку, - и церковь оживает.

Евангелие находилось на территории Арцаха вплоть до 15 века, и именно здесь, возможно, нашелся какой-то умелец, который решил сделать миниатюры «побогаче», перекрасив их, и книга уже под именем Красного Евангелия начала свое дальнейшее путешествие. Сначала в Западную Армению, потом ее много раз продавали и выкупали, и обрывки записей об этом сохранились. Потом она была продана за океан и попала в Чикаго, долгое время была во владении одного армянина, который и передал ее университету. Вот ради этой рукописи я и совершил путешествие за океан.

– Ваш интерес к Армении связан с ее историей, а Ваши книги обращены к древности. Знаете ли Вы современную армянскую литературу, следите ли за тем, что нового происходит в этой области?

Армянских писателей невозможно отучить писать. Все вроде против них – и денег нет, и читателей. Но пишут. Есть там и поэты, и прозаики, некоторых я знаю по переводам на русский язык, тем более, что общество русско-армянской дружбы недавно издало сборник рассказов в новых переводах. И там очень много новых имен, причем прекрасных имен. После смерти Гранта Матевосяна я было запечалился и все думал, кто сможет заполнить теперь эту брешь. Теперь вижу – есть мощные хорошие свежие таланты. Кстати говоря, очень немолодой уже Сос Саркисян написал роман. Я недавно закончил читать рукопись в хорошем переводе – очень глубокая и оригинальная по форме вещь, настоящая энциклопедия армянской жизни. Вообще Сос Саркисян известен тем, что он не только хороший актер и режиссер, но и хороший литератор. Надо бы издать эту вещь, она откроет нам совсем другую Армению.

Так что литературная жизнь в Армении продолжается, насколько это возможно в маленькой стране после исчезновения общесоветского рынка. Поэтому местные литераторы варятся в своем соку. Хотя при этом у них единый союз писателей - не так, как у нас. И когда мы приезжаем, я вижу, что жизнь если не кипит, то, по крайней мере, не замерла. Писателя, повторяю, трудно заставить не писать, хотя сейчас этот статус не дает никаких преимуществ – нет ни гонораров прежних, ни благ, и если человек пишет – он пишет на чистом энтузиазме.

– А какова сейчас ситуация с русским языком в Армении?

На словах она прекрасна. Подписано много правильных соглашений. Но если поговорить с людьми, то выясняется, что между словами и декларациями государственных деятелей и положением дел со школами, в частности в Ереване, - пропасть. Дело ведь в чем? Русская культура в виде книги, учебника, в виде научной литературы – это гигантское богатство. Но русская речь начинает умолкать, язык забывается. В главной публичной библиотеке Армении сотни томов на русском. Но пройдет 5-7 лет, и они перестанут быть понятны. Мне сказали, что для того, чтобы перевести все эти книги на английский, понадобится десять бюджетов такой страны, как Армения. И если угаснет знание русского языка – возникнет множество проблем. Беда не в том, что армянин приедет в Москву и не сможет здесь объясниться с милиционером. Беда в том, что русский язык становится непонятным, и вместе с ним армяне утрачивают, выводят из своего культурного обихода огромные духовные, моральные и художественные ценности.

Но что интересно, в Карабахе правительство Москвы финансировало проведение серии школьных конкурсов на знание русского языка. Я был в районном центре на таком соревновании: дети пели русские песни, говорили между собой по-русски, задавали друг другу вопросы о русской литературе. Было очень трогательно. В Арцахе русский язык более принят, чем в Армении, он там хорошего качества. И Министерство просвещения, и директора школ, и учителя – все большие патриоты русского языка и много делают для его сохранения. Когда они везут своих учеников в Ереван, они там занимают первые места в ученических конкурсах. Но в Москву их не посылают, потому что они из непризнанной республики. И этот крысиный страх меня убивает. Одно дело, когда министры иностранных дел соблюдают дипломатические формальности, но тут дети…

– Так что же, связи угасают?

Не только с нашей стороны, но и с армянской стороны не очень много сделано для того, чтобы их поддерживать. Армяне считают: мы-де древний народ, народ великой культуры и нечего нам заниматься саморекламой. Они мало заботятся о переводах, о своевременной доставке информации. Если нужно какое-то мероприятие провести – они к этому лениво относятся. Я не вижу в них ярко выраженного желания, чтобы Армения была представлена вовне более открыто.

В мире, который переполнен потоками информации, люди, которые оказались вне этих потоков – их не существует фактически, мир о них не знает. Поэтому армяне и не замечены в Москве, и отношение к ним никакое. Связи наши информационные очень слабы. Но я много лет являюсь болельщиком Армении и считаю, что в каждом народе должен быть человек, который защищает честь своей страны тем, что любит другой народ. Потому что когда мы любим другой народ – мы защищаем честь своего. Есть поговорка русская: наше дело петушиное – прокукарекал, а там хоть не рассветай. Вот я и кукарекаю и буду кукарекать и дальше.

– На первый взгляд отношения между Россией и Арменией радужные. Проводится множество помпезных мероприятий, посвященных этому стратегическому союзу, где произносится множество деклараций о вечной дружбе. А на человеческом уровне остались ли у двух народов чувства друг к другу, нынешнее состояние наших отношений соответствует звучащим декларациям?

Праздников и банкетов проводится множество – что в КДСе, что в ХХСе. Большинство из них проводится для того, чтобы выжать скупую ностальгическую слезу из московской диаспоры. Я, когда вижу на сцене прекрасные народные ансамбли, испытываю гордость за армянский народ и сожаление оттого, что не удается залучить на концерт русскую аудиторию. Очень часто в огромных концертных залах, где выступают армянские артисты, пустуют места.

Но вот когда я приезжаю в Армению, - а я это делаю часто, - и мы, бывает, сидим за столами, пьем армянскую хорошую водку, я убеждаюсь, что привязанность к России в армянском народе крепка как нигде. Но, на мой взгляд, Россия в последнее время делает все, чтобы эту любовь отбить. Это и удивительно, и обидно, но это так.

В России к Армении – стратегическому союзнику – относятся так же, как к Грузии или как к Азербайджану. Надо ли нам устанавливать хорошие отношения с Азербайджаном? Конечно, надо! И с Грузией, с которой нас связывает и история, и культура, безусловно, необходимо восстанавливать отношения.

Но стратегического союзника не душат за долги. А Россия взяла в уплату долга последние работающие предприятия в Армении, обещала их быстро восстановить, дать людям рабочие места. Но прошло 10 лет – и ничего не сделано, армяне сетуют: у нас отняли, а себе не взяли. Просто выбросили – и все.

Мы не должны отношения с этой страной ставить на коммерческую основу. Армения – это страна, где у нас военные базы. Не будет Армении или перекинется она на сторону США – не только все Закавказье мы потеряем, но и наши северокавказские республики.

Армяне активно участвовали в Отечественной войне. В церкви Святой Гаянэ в Эчмиадзине я случайно познакомился с одним из ветеранов. Он награжден орденом, медалями, а живет как нищий. Ну почему нашей стране не платить ветеранам войны такую же пенсию, как в России? Неужели она обеднеет, если заплатит эти деньги двумстам человекам? Но это такой аргумент для народного сознания, понимания, что никакие другие аргументы его не перешибут. Если мы кого-то называем другом, это слово надо произносить на весь мир, а не шепотом.

Беседу вела

Армила Минасян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 35 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Ким Бакши - друг армянского народа.Мне импонирует его подход к проблемам культры,литературы,искусства.Его величие пока не понято до конца.
  2. Это наш очень-очень большой друг! И умница большая.
  3. Поздравляю НК! Наконец-то на первую полосу выносят не эту троицу - Путин, Сарвисян, Медведев - а нормальные и интересные материалы. А то временами наш любимый НК напоминал газету Правда времен тов. Брежнева. А тут и интервью с ЕПК, и интервью с замечательным писателем и огромным нашим другом Кимом Бахши. Поздравляю!
  4. Я восхищаюсь этим Человеком!
  5. Только за один сценарий фильма "Матенадаран" Бахши надо было дать самую высокую премию!
  6. Большое спасибо Киму Бакши за монументальный фильм "Матенадаран". В свое время просмотрел все 12 (кажется столько было) серий! Как на одном дыхании! Искренне жаль, что этого фильма сейчас нигде нет - ни на ДВД, ни на СД, ни в интернете. А армянские телеканалы, вместо того, чтобы показывать "Матенадаран" крутят какие-то пустые мыльные оперы для отсталых стран или вещают ерунду по тв...
  7. Бакши- друг и большой знаток армянской истории и культуры.Он пример того,как могут уважать и любить армянский народ- неармяне.Долгих тебе лет и крепкого здоровья, уважаемый Ким Наумович!
  8. Мне очень понравилось это интервью. Там нет заумных эстетских вещей. Ким Бахши с болью и честно говорит о том, как Россия безразлично относится к своему т.н. стратегическому союзнику. Плевать Кремль хотел на нас. Я об этом постоянно повторяю. Заводы, взятые за долги, до сих пор не работают. Непонятное заигрывание с азерами. Равнодушие к армянам вообще. Обидно! Какой вывод? Надо ЗАСТАВИТЬ себя уважать и учитывать наши национальные интересы. А не кричать о любви и дружбе с Россией, как это любят армяне. И еще - надо возвращать русский язык в Армению. Открыть ТВ канал на русском. Иначе - все будет на армянском примитивно и провинциально.
  9. Вы не видите явных противоречий в Вашем посте? То призываете заставлять себя уважать наши национальные интересы (с чем я согласен), то выдаете это: "Иначе - все будет на армянском примитивно и провинциально". Это такое "уважение к своим национальным интересам" - считать все армянское "примитивным и провинциальным"...? Или армянский язык, на котором создана богатейшая и древнейшая литература, не относится к армянским национальным интересам...? Я также не вижу смысла открывать в Армении русское телевидение. Зачем? Пускай в Армении свободно вещают российские телеканалы - я только "за". А нам самим зачем откывать у себя русский телеканал? Россия у сетя армянский телеканал открывает...? В общем, Ваш пост читается как "Россия безразлична к нам, Кремль плюет на нас, и поэтому давайте откроем у себя русский телеканал, чтобы мы не казались им такими примитивными и провинцаильными мартышками"... Нонсенс!
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты