N 1 (136) Январь 2009 года.

Статус «тихой гавани» как трамплин для победы над кризисом

Просмотров: 3016

С тех пор, как ипотечный кризис разросся в глобальный финансовый, в Армении не стихают споры о том, насколько он в состоянии задеть армянскую экономику. Совокупный диагноз аналитиков таков – кризис в финансовой своей части Армению не заденет, но рецессия дружественных экономик – заденет обязательно.

По мнению д-ра Сандояна, проректора Российско-армянского университета, Армении удается противостоять финансовому кризису правильно выбранной банковской моделью, аналогичной американской. Эта модель, разработанная после Великой депрессии и просуществовавшая до 1999 г., по мнению Сандояна, была идеальной. Она, в частности, из уважения к вкладчикам не допускала банки на рисковые сегменты финансового рынка.

С тех пор, как ипотечный кризис разросся в глобальный финансовый, в Армении не стихают споры о том, насколько он в состоянии задеть армянскую экономику. Совокупный диагноз аналитиков таков – кризис в финансовой своей части Армению не заденет, но рецессия дружественных экономик – заденет обязательно.

По мнению д-ра Сандояна, проректора Российско-армянского университета, Армении удается противостоять финансовому кризису правильно выбранной банковской моделью, аналогичной американской. Эта модель, разработанная после Великой депрессии и просуществовавшая до 1999 г., по мнению Сандояна, была идеальной. Она, в частности, из уважения к вкладчикам не допускала банки на рисковые сегменты финансового рынка. Когда же банк допущен на рынок капитала, где он может соблазниться кажущимися заманчивыми ценными бумагами и потерять за один день половину котировки, выбросив на ветер средства вкладчиков, то это уже не банк, а тотализатор с запланированным печальным концом.

Однако в 1999 г. банковская система США, послужившая моделью для армянской, утратила былую надежность. Авторитетнейший президент американской Федеральной резервной системы Алан Гринспен со товарищи допустил банки на рынок ценных бумаг, и огромные банковские активы оказались вложены в бумаги сомнительной ценности, финансовые пузыри стали надуваться и, как и следовало ожидать, лопнули. Армения в подражание американским новациям выказала спасительную инерцию, и армянские банки были допущены на рынок капитала только недавно, не успев воспользоваться предоставленными им правами. И если бы активы банков были вложены даже в «голубые фишки», то все равно – катастрофа была бы неизбежна. И вообще, как считает д-р Сандоян, цель наших вкладов состоит не в том, чтобы предоставить банкам право рисковать ими на бирже, а в том, чтобы нейтрализовать инфляцию своих денег и получить что-то сверх того. Так что поправки, либерализующие поведение банков, как считает г-н Сандоян, необходимо убрать, и лучше пусть вообще не будет рынка капитала, чем если он образуется за счет банковских вкладов простодушных граждан. В этом свете и показатель надежности банков, в которых на 218 млрд драмов капитала приходится 958 млрд активов, не является вечным. Сегодня есть достаточно ликвидности, чтобы тушить финансовые пожары, но что будет завтра, соблазнись банки сегодняшней дешевизной акций, не знает никто.

Одним словом, в том, что наша экономика не интегрирована в международную и не реагирует на отрицательные развития, нам повезло. Правда, не реагирует она и на положительные тенденции, например, на снижение мировых цен импортируемых товаров из-за монополизированности импорта, из-за чего обычные соотношения спроса и предложения в формировании цен не работают. В период с 2003 по 2008 г. у нас произошло укрепление национальной валюты почти в два раза, что практически не отразилось на структуре цен, и именно это является блестящей иллюстрацией монополизма. К сожалению, эта проблема скоро решена быть не может, и нам еще долго предстоит ее наблюдать, причем уже в экстремальных условиях. Трансферты и инвестиции уменьшатся, поток инвалюты в Армению, вместе с уменьшением инвестиций в строительство, может сократиться на $1,5 миллиарда. Это неизбежно снизит потребительский спрос и темп экономического развития, но в то же время будет способствовать болезненному излечению от «голландской болезни». Драм, если правительство не наделает больших ошибок, может ослабнуть и стимулировать экспорт, что приведет к восстановлению потенциала некоторых отраслей экономики. Одним словом, этот кризис, по мнению д-ра Сандояна, – шанс, которого больше может и не быть.

В разных вариациях мысль о том, что «кризис – это шанс» или «нет худа без добра», была повторена многими аналитиками, как проправительственными, так и гордящимися своей независимостью.

Положительная составляющая кризиса, падение мировых цен, до Армении посредством импортеров доходит со скрипом и до сих пор выразилась практически только в снижении цен на бензин на 15 центов. Что же касается снижения цен на металлы, то экспортеры от горнорудной промышленности отреагировали на это практически сразу. По заявлению министра энергетики и природных ресурсов Армена Мовсисяна, за последние месяцы мировые цены на добываемые в Армении металлы упали в два и более раз. Так, цена на медь упала с $8100 до $4000 за тонну, на молибден – с $80 000 до $34 000, цинк с $2400 подешевел до $1100. Внутреннего потребления этих металлов в Армении практически нет, и экспортеры потеряли сверхприбыли. В таких ситуациях собственники ведут себя одинаково – увольняют сотрудников или снижают зарплаты. При возможности – и то, и другое. В Армении сделать это – проще простого, поскольку ни нормальных профсоюзов, ни каких-либо иных структур, которые защищали бы права трудящихся, в общем-то нет. Противостояние хозяев и рабочих оказалось настолько серьезным, что премьер Тигран Саркисян был вынужден отрядить в Сюникский марз трех министров, имеющих отношение к сложившейся ситуации. С работодателями удалось договориться - на ближайшие три месяца не проводить сокращений и, по возможности, не урезать зарплаты.

Как бы то ни было, спад в горнодобывающем секторе, по предварительным подсчетам, грозит потерей 78 млрд драмов (ок. $260 млн) в ВВП страны в 2009 г., что, однако, не отрази-лось на запланированных макроэкономических показателях будущего года. ВВП страны остался на уровне $ 13,7 млрд, с ростом 9,2%, а бюджет вплотную приблизился к отметке в триллион драмов (свыше $3 млрд) с дефицитом в 1%. Правда, премьер не исключает довольно существенных изменений в его исполнении, обещая при этом, что социальную сферу они не затронут.

Воспользовавшись защитой бюджета в парламенте, премьер заодно обнародовал программу борьбы с негативными последствиями кризиса, среди которых - сокращение прямых частных инвестиций и трансфертов, временное замораживание рудно-сырьевой промышленности, сокращение объемов потребления и ухудшение платежного баланса. Способы борьбы с негативом, по заявлению премьера, проработаны. Они, как можно судить, сводятся к развитию реального сектора экономики. Это строительство атомной станции, железной дороги Иран – Армения и строительство в зоне бедствия за счет бюджета, что создаст рабочие места и увеличит потребление. Чтобы импортеры не разгулялись вконец, правительство будет всячески содействовать работе Государственной комиссии по защите экономической конкуренции (КЗЭК) в деле устранения необоснованного перекоса цен между мировым и внутренним рынком. Роль государства, по примеру развитых и не очень стран, повысится – оно будет участвовать и в капитале предприятий, и предоставлять госгарантии для привлечения финансовых средств в частный сектор. Сознавая опасность участия государства в частных делах, премьер особо отметил, что тем самым провоцируется риск «подмены многих важных институтов, присущих самоорганизующемуся и саморегулирующемуся обществу, к которому, собственно, мы и стремимся». Выход в этой ситуации, как считает премьер, один – «общество должно почувствовать, что государство является вожатым. Тогда будет и доверие общества, и движение в едином направлении».

Премьер считает систему управления в Армении весьма далекой от совершенства, и за пять лет правительству предстоит разобраться, кто на ком стоит в государственном управлении. Функции госучреждений и чиновников не имеют четкого описания, тем более неизвестны параметры, по которым чиновник отчитывается за свою деятельность. Сегодня из-за малого реформаторского ресурса правительства многие благие пожелания отливаются в невнятные законы, среди которых, впрочем, можно отметить одно серьезное достижение – с нового года чеки расчетно-кассовых аппаратов будут играть роль лотерейных билетов, по которым каждый месяц будет проводиться розыгрыш денежных призов от $16 до $16000, что является, по примеру других стран, попыткой обойтись без репрессий в налаживании прозрачного торгового оборота.

Сегодня в правительстве уже действует оперативный штаб для бизнес-проектов граждан и предпринимателей, который в идеале будет отбирать наиболее перспективные для реализации с помощью государства. Насколько при этом будет защищено авторское право заявителя и как будут распределяться при этом значительные кредитные средства, полученные в иностранных банках, судить трудно, но попытку эту в любом случае следует приветствовать.

Реализация национального проекта «Всеармянский банк» тоже особых тревог у премьера не вызывает. Статус финансовой «тихой гавани» повышает рейтинг Армении для привлечения средств диаспоры, правда, коррупция и неравенство перед законом – снижают. Премьер надеется, что возможности Армении правильно сориентироваться в грядущих глобальных изменениях и в формировании нового миропорядка сыграют ей на руку.

Что же касается повседневной экономической жизни, то можно привести два события, претендующих на ту или иную меру скандальности. КЗЭК оштрафовала компанию ЗАО «Южно-Кавказская железная дорога» (армянская дочка «Российских железных дорог») на $1,6 тысячи за непредоставление информации по обоснованию поднятия цен на грузоперевозки. Надежды на эффективную работу концессионера не сбылись, и теперь потребителям приходится бороться с обычным для монополиста поведением ЮКЖД, которая свалила на хрупкие плечи потребителя свои недавние покупки дорогих квартир и автомобилей, никак не улучшив работу компании. Чем кончится противостояние – судить трудно, но руководство РЖД на всякий случай сменило генерального директора ЮКЖД Александра Кузнецова на Шевкета Шайдулина.

И второе событие – принудительное отчуждение «Завода минеральных вод «Бжни» от его собственника Хачатура Сукиасяна – ныне находящегося в бегах. «Бжни» задолжал бюджету 4 миллиарда драмов ($13 миллионов) и скоро будет выставлен на аукцион. Учитывая склонность олигархата избегать налогов, сумма утаенных выплат не кажется чрезмерной. Проблема в том, что объективный аудит других олигархов вряд ли продемонстрирует их склонность к аккуратным отношениям с государством, и в случае с Сукиасяном наверняка присутствует политическая составляющая. «Голос Армении» советует Сукиасяну просто выплатить бюджетный долг и не надеяться на то, что Европейский суд по правам человека вернет ему собственность – он максимум вернет деньги, а завод к тому времени уже будет принадлежать другому. Наверняка статья выражает позицию власти, которая, видимо, пытается избежать проблем с Европейским судом, достаточно хорошо зная не очень высокую квалификацию своих судов, особенно в условиях, когда они пытаются угодить власти. Тем более, что провозглашенный премьером принцип «закон и порядок везде и всюду» является всего лишь призывом, но никак не практикой.

Арен Вардапетян

 

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 8 человек