N 2 (137) Февраль 2009 года.

Генрих Игитян:«Я осуществил лишь черновик того, что задумал»

Просмотров: 4326

В нем все смешано воедино: страсти, жажда созидания, вера, абсолютные и безоговорочные крайности, нет только нейтральной, вялой середины.

Генрих Суренович Игитян – генеральный директор Национального центра эстетики и директор Музея современного искусства. В свое время эти два центра культуры накопили достаточно сил, чтобы выжить и вернуть в нравственный баланс своей страны нечто существенное, без чего армянская культура многое бы потеряла.

– Вспомните самый драматичный и самый счастливый «кадр» из Вашей жизни…

– Полагаю, что о трагическом вообще говорить не следует, потому что горем поделиться нельзя, горе свое надо пережить самостоятельно, в одиночестве. А вот радостными событиями всегда хочется делиться.

В нем все смешано воедино: страсти, жажда созидания, вера, абсолютные и безоговорочные крайности, нет только нейтральной, вялой середины.

Генрих Суренович Игитян – генеральный директор Национального центра эстетики и директор Музея современного искусства. В свое время эти два центра культуры накопили достаточно сил, чтобы выжить и вернуть в нравственный баланс своей страны нечто существенное, без чего армянская культура многое бы потеряла.

– Вспомните самый драматичный и самый счастливый «кадр» из Вашей жизни…

– Полагаю, что о трагическом вообще говорить не следует, потому что горем поделиться нельзя, горе свое надо пережить самостоятельно, в одиночестве. А вот радостными событиями всегда хочется делиться. Счастливый «кадр» из моей жизни – когда после окончания войны отец вернулся с фронта, и мы переехали из Грузии в Армению. Мне было тогда около 14 лет. Второй «кадр» – мое знакомство с прекрасным учителем – Григорием Мнацакановичем Хачатряном. Благодаря ему я и окончил школу. Без него мне бы не получить аттестата, потому что я упрямо учил лишь те предметы, которые мне нравились. После же я поступил на филологический факультет и старался хорошо учиться, потому что мне нужна была стипендия. Я ее получал и еще подрабатывал одновременно в разных местах, чтобы ни от кого не зависеть. Позже я окончил факультет теории и истории искусств Ленинградского института им. Репина Академии художеств СССР.

Еще один счастливый «кадр» – моя встреча с Григорием Ивановичем Асратяном – мэром города, по тем временам председателем горсовета. Я не встречал в жизни человека более цельного, организованного и внимательного ко всем человеческим проблемам. Ему было решительно интересно все, что касалось судьбы Еревана, Армении, нашей культуры…Он умел слушать, делать выводы. Мне даже не потребовалось особых усилий, чтобы убедить его в необходимости создания первой в мире Детской галереи, которая после превратилась в Музей детского творчества Армении. В 1972 году Асратян всячески содействовал созданию первого в СССР Музея современного искусства, который успешно функционирует и поныне. Очень помог нам и Карен Серопович Демирчян. Уже через 2-3 дня после своего назначения он вызвал меня к себе и заверил, что мне больше никто и никогда мешать не будет. Демирчян помог мне создать Национальный центр эстетики, который, благо, продолжает и по сей день свою работу. И Асратян, и Демирчян прекрасно осознавали значение культуры для своего народа.

…Культура нынче особо важна. Можно ведь быть кем угодно: общественным деятелем, философом или бизнесменом, но при этом очень далеким от культуры… Я очень надеюсь, что если кому-нибудь из детей, занятых сегодня в Эстетическом центре, суждено будет пробиться во власть, то они смогут очень многое реализовать во благо…

– С некоторых пор центр считается элитарным учреждением. Стало быть, в нем изменились и законы?

Любой ребенок может поступить в центр. Есть у нас и дети из малоимущих семей. Мы не обращаем внимания на социальную принадлежность. Был такой случай. Однажды я напечатал работу юной художницы на обложке изданной нами Библии. Причем я не знал, из какой семьи этот ребенок. Меня интересует только работа и больше ничего. Впоследствии оказалось, что это был рисунок дочери министра. Узнал я об этом, когда мне позвонил сам министр, осчастливленный тем, что работа его ребенка красуется на обложке этого великолепного издания.

– А еще Вы издали книги о своих любимых художниках: Александре Бажбеук-Меликяне, Ерванде Кочаре, Минасе Аветисяне, Вруйре Галстяне, Ашоте Ованнисяне. Издали и двухтомник «Армянская палитра»…

Но сейчас я работаю над новым альбомом - «Музей современного искусства до независимости», «Музей детского творчества». А еще мне очень хочется издать книгу «Армянское искусство: от классики до модернизма», куда вошли бы работы художников, независимо от стран их проживания.

– Я слышала, Вы задумали построить новый музей?

Мы сейчас стоим на пороге строительства мощного центра армянской культуры. Это будут Музей современного искусства, Музей детского творчества и Национальный центр эстетики. Это должно быть достойное здание, в котором будут проходить международные форумы, симпозиумы и т.д. Словом, это будет культурный комплекс наподобие того, что я видел в Париже. Это и музыка, и кинематограф, и мощная библиотека, и, самое главное, современное искусство… Это будет живой, пульсирующий организм, представляющий нашу культуру в целом. Обидно сегодня сознавать, что в мире нас знают не столько по нашей культуре, сколько по двум событиям – геноциду и землетрясению. Благо, сегодня что-то сдвинулось с мертвой точки: Серж Саргсян, как и Роберт Кочарян, всерьез занялись проблемой Матенадарана. Это очень хороший знак. Как только решится проблема строительства перечисленных музеев, мы сможем с миром разговаривать на равных.

– Когда-то Вы были избраны членом Верховного Совета Армении, политика никогда не была для Вас скучной обязанностью?

Это высшая точка моего присутствия у власти. Тогда была необходимость: я защищал Карабах, мне так казалось, во всяком случае, и делал это, по крайней мере, честно и преданно. А что касается политики, то я не могу жить вне политики, потому что я живу в Армении. Я гражданин этой страны, и мне необходимо сделать все возможное для благоустройства моей страны. Это патриотизм без пафоса, таково мое убеждение. Кстати, к самым счастливым событиям своей жизни я отношу и тот день, когда мы с друзьями из Арцаха через Лачин отправились к Еревану.

…Ни разу за все эти годы у меня даже мысли не было уехать из этой страны, потому что я считаю, что лучшая страна в мире - это Армения.

– Чего, на Ваш взгляд, не хватает нынче армянству?

Нам не хватает основного – национальной идеи, единой идеологии для всего народа. Все остальное по сравнению с этим меркнет. Все богатства людские: яхты, дома, машины - все должно отойти на второй план, уйти. Должны остаться только национальная идея самосознания народа и сплоченность вокруг этой идеи. …Дух народа, единство своего народа я видел всего два раза. Первый раз – 24 апреля 1965 года, когда отмечалось 50-летие геноцида армян, и в 1988 году, когда начались карабахские события. Вот тогда я ощутил порыв, силу народа. Вы представляете, если бы нам удалось сохранить тот дух, который жил в нашем народе в 1988 году, когда мы все были как единое целое, как мощный кулак… Почему я так ценю нашу победу в Арцахе? Потому что это наша победа: за многие века мы впервые осознали результат нашей победы, отвоевали наш кусок земли, отнятый у нас в ленинско-сталинское время. Первый раз после Сардарапатской битвы мы доказали, что мы умеем за себя постоять. Это вехи истории, которые никогда забывать не следует. Кстати, наши дети из центра проиллюстрировали тему Сардарапата в своих работах. Ну и, как говорится, аппетит приходит во время еды, я и подумал, а почему бы не предложить детям поработать на тему: «Героические страницы армянского народа». Сейчас они уже начали осуществлять задуманное. Так что хватит говорить о нашем несчастном прошлом, у нас было и много героического, незабываемого.

– Верите ли Вы в судьбу?

Я верю в Бога. Если Бог позволил нам дойти до 21 века и выжить, несмотря на роковые события истории, которые претерпела наша нация, то это неспроста. Но мы должны сами осознать наш путь и не опростоволоситься, не самоуничтожиться как нация.

– Каков Ваш девиз по жизни?

У Цветаевой есть такое высказывание: «Успех – это успеть». Надо успеть, пока ты живешь, сделать полезное для людей. Я полностью посвятил себя выбранной профессии, но при этом мне думается, что я осуществил пока лишь черновик того, что задумал.

– Что бы Вы назвали слабостью в себе?

Я излишне идеализирую людей. Понимаю, что они не идеальны, но все равно люблю. Вообще же во мне живут два человека: один контролирует поступки другого. И вечером, оставаясь наедине с собой, стараюсь быть предельно критичным к себе. К тому же я человек крайностей, собственно, как и каждый нормальный армянин.

– За какое одно качество Вы простили бы человеку все его недостатки?

За гениальность, за талант.

– У каждого человека бывают ситуации, кардинально меняющие его жизнь. В подобных ситуациях обращаетесь ли Вы к кому-нибудь за советом или решаете все сами?

…Я помню совет, который мне дал один из моих друзей-художников. Он сказал: «Постарайся не упасть. Армяне очень любят, когда кто-то падает, потому что они помогут его поднять, пожалеть и… не дать ему окрепнуть». Эта фраза стала для меня во многом определяющей. Старайся не упасть, живи по-человечески, а уйти – это грех. Значит, живи и, главное, интересно живи. Вот в чем смысл жизни для меня.

Кари Амирханян,

Ереван

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовал 21 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Игитян прав, нам не хватает национальной идеи.
  2. Обидно, что у читателей нет интереса к вопросам культуры, в частности и к этому материалу. Или забыли Игитяна...
  3. Igitian vsegda prav
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты