№ 3 (138) Март 2009 года.

Композитор с армянским духом и русским интеллектом

Просмотров: 5668

К 80-ЛЕТИЮ НАРОДНОГО АРТИСТА СССР, ЛАУРЕАТА ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРЕМИИ АРМЕНИИ АВЕТА ТЕРТЕРЯНА

Искусство в Армении в XX веке развивалось в тесном взаимодействии с культурой России. Интересно то, что в этом единении и устремленности друг к другу творчество армянских художников обретало особую самобытность, познавая еще глубже и определенней свои национальные корни. Ярким примером этого плодотворного содружества сегодня видится творчество выдающегося композитора второй половины ХХ века Авета Тертеряна.

Собственно, связь с русской культурой сопровождала его с самого раннего детства. Авет Тертерян родился в Баку, в 1929 году. Его отец, Рубен Тертерян, известный в городе ларинголог, был страстным любителем оперы, как и мать, Кармен Иосифовна. Обладая к тому же музыкальным талантом и прекрасными голосами, он – тенор, она – меццо-сопрано, они все свое свободное время отдавали музыке.

К 80-ЛЕТИЮ НАРОДНОГО АРТИСТА СССР, ЛАУРЕАТА ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРЕМИИ АРМЕНИИ АВЕТА ТЕРТЕРЯНА

Искусство в Армении в XX веке развивалось в тесном взаимодействии с культурой России. Интересно то, что в этом единении и устремленности друг к другу творчество армянских художников обретало особую самобытность, познавая еще глубже и определенней свои национальные корни. Ярким примером этого плодотворного содружества сегодня видится творчество выдающегося композитора второй половины ХХ века Авета Тертеряна.

Собственно, связь с русской культурой сопровождала его с самого раннего детства. Авет Тертерян родился в Баку, в 1929 году. Его отец, Рубен Тертерян, известный в городе ларинголог, был страстным любителем оперы, как и мать, Кармен Иосифовна. Обладая к тому же музыкальным талантом и прекрасными голосами, он – тенор, она – меццо-сопрано, они все свое свободное время отдавали музыке. Пели сами, устраивали домашние концерты, в которых играли и профессиональные музыканты, участвовали в оперных любительских спектаклях. Одно их самых первых впечатлений будущего композитора – фигура отца на сцене, он пел партию Ленского, и потрясение – в момент гибели героя... Может быть, тогда в сознании маленького Альфреда (его первое имя) возникла формула драмы, которую он многомерно и глубоко воплотил в общечеловеческом масштабе в своих грандиозных произведениях – в симфониях, которых восемь, в двух операх – «Огненное кольцо» и «Землетрясение», в балете «Ричард III»...

Отец умер рано, в 42 года, от сердечного приступа, в первый год войны. Мать зарабатывала концертами, в ее репертуаре в основном были русские романсы. Совсем еще подросток, Авет нередко аккомпанировал ей, заменяя концертмейстера. Но дом Тертерянов был по-прежнему полон гостей, среди которых были известные музыканты. Так, в 1943 году в их доме остановилась группа музыкантов, приехавших в Баку на гастроли. Среди них были композитор Сергей Прокофьев и певица Нина Дорлиак. В те годы Прокофьев работал над созданием оперы «Война и мир» и в свободное от выступлений время часами сидел за роялем в их гостиной. «Какое это было счастье соприкасаться с неповторимой музыкой и высочайшим исполнительским мастерством!» – вспоминал впоследствии Авет Тертерян.

Прошли годы, и вот, закончив Ереванскую консерваторию по классу композиции, имея в своем творческом портфеле Первый квартет, два вокально-симфонических цикла, множество романсов, в самом начале 60-х Авет Тертерян знакомится с главным режиссером Театра им. Станиславского и Немировича-Данченко Львом Михайловым, который ищет авторов для своего театра. Прослушав музыку Тертеряна, режиссер предлагает ему сюжет – драму Брехта «Мамаша Кураж». Композитор с увлечением берется за работу, едет в Германию, посещает театр Брехта, знакомится с его вдовой, известной артисткой Еленой Вейгель... Однако юридические моменты осложняют ситуацию, и композитор вместе с режиссером решают искать другую тему. Ее подсказал армянский журналист Владимир Шахназарян. Это была счастливая находка. Только что по экранам страны прошел фильм Г. Чухрая «Сорок первый», созданный на основе одноименного рассказа Б. Лавренева. Насыщенный психологизмом, драматичный по своему содержанию сюжет удивительно подходил к оперному жанру, в котором экспрессия чувств всегда должна подниматься до накала. Лев Михайлов принял активное участие в создании либретто, а в дальнейшем и в сценическом воплощении написанной Тертеряном оперы «Огненное кольцо». Интересно, как в самой опере соединились творческие реалии русской и армянской истории. Рассказ Б. Лавренева, как и фильм Г. Чухрая, о трагических днях Гражданской войны 20-х годов. История этих лет соединила Армению с Россией как никогда близко. И в Армении в эти годы шла гражданская война, решался ее исторический путь. Поэтому действие «Сорок первого» было естественно перенесено в Армению. Все обрело свою самобытность, свою историческую правду. Поэтический пафос великого армянского поэта Егише Чаренца, современника этих событий, по духу своему и широкому регистру чувствований близкого Маяковскому, определил эмоциональный и интонационный строй оперы. Его поэмы «Неистовые толпы» и «Сома» стали литературной основой оперы. На новой творческой высоте соединились художественные импульсы русского и армянского искусства. Премьера оперы «Огненное кольцо» с резонансом на весь Союз состоялась в Ереване в 1967 году. В 1977-м она была показана на сцене ленинградского Кировского оперного театра, в том же году была осуществлена ее новая постановка на сцене оперного театра города Галле ( Германия).

Творчество Авета Тертеряна развивалось динамично. Каждые два-три года – новая симфония, была написана еще одна опера «Землетрясение», заказанная театром города Галле, балет «Ричард III» по Шекспиру. И каждый раз контакт с русскими исполнителями, с русскими слушателями становился для композитора моментом истины.

В конце октября 1982 года выдающийся русский дирижер Геннадий Рождественский исполняет в один вечер в Большом зале Московской консерватории Четвертую и Пятую симфонии Авета Тертеряна. Он повторяет этот концерт 7 ноября в зале Ленинградской филармонии. Во вступительном слове Рождественский называет Тертеряна «поэтом звука», проводит интересные параллели с поэзией Армении. Прекрасным поводом для таких рассуждений стала Пятая симфония, написанная для большого симфонического оркестра и каманчи. «Из всех людьми хваленных лир полней звучишь ты, каманча...» – цитирует дирижер строки Саят-Новы... Эти концерты под управлением Геннадия Рождественского стали подлинным триумфом композитора.

Великолепного интерпретатора своих симфоний Авет Тертерян нашел в лице дирижера Александра Лазарева, руководителя Ансамбля солистов Большого театра. Шестая симфония Тертеряна, написанная для камерного оркестра и камерного хора, тенора и девяти фонограмм прочно вошла в репертуар этого музыкального коллектива, имеющего самый высокий рейтинг. Под управлением А. Лазарева она прозвучала на ХII Музыкальном биеннале в Загребе в 1983 году, в Западном Берлине, в Бостоне на фестивале советской музыки, в Москве, в Зале им. Чайковского и на сцене Большого театра, в Дуйсбурге на Прокофьевском фестивале, на фестивале современной музыки «Варшавская осень-1985». Следующую, Седьмую симфонию Тертерян посвящает А. Лазареву, и дирижер исполняет ее в Лондоне с лондонским оркестром осенью 1994 года.

Но до этого жизнь Тертеряна обогатилась еще одним прекрасным периодом интенсивных и возвышенных связей с Россией. Зиму 1992–1993-го Авет Тертерян провел по приглашению в Екатеринбурге, где в консерватории вел мастер-классы, читал лекции, с огромным интересом и радостью общался с художественной средой города.

Интерес к музыке Тертеряна был огромный. Круг русских городов, узнающих музыку Тертеряна, расширялся. Помимо Москвы и Ленинграда его симфонии звучали в Саратове, Вологде, Пензе, а теперь и в Екатеринбурге. Новым интерпретатором симфоний Авета Тертеряна стал талантливейший дирижер, тогда молодой Мурад Аннамамедов, туркмен по национальности, ученик Геннадия Рождественского, главный дирижер Саратовского симфонического оркестра (1985-1994), в настоящее время художественный руководитель и главный дирижер Ярославского академического симфонического оркестра. Восьмая симфония Тертеряна, посвященная Мураду Аннамамедову, была написана в 1989 году и в тот же год исполнена под его руководством в Саратове.

Но и жизнь расширяла свои параметры. Известность Тертеряна росла, и в 1994 году он получил стипендию земли Бранденбургской и стипендию ДАА Д, что давало ему возможность ближайшие годы провести в Германии.

Что переживал он, уезжая из Армении, из своего дома, построенного на берегу Севана, прерывая свою интенсивную связь с Россией, с русским слушателем? Перед отъездом в Германию со всей присущей ему ответственностью он поставил перед собой вопрос: кто он, что он несет в себе? И ответил: Род, родовая память – Карабах; Дух – Армения; Генетика – Восток; Язык, интеллект – Россия; Разум – весь мир; Вера – христианская; Храм Господний, под которым теплится языческое капище.

Едва освоившись на новом месте в Германии, Тертерян с нетерпением ждал своего приезда в Екатеринбург, где 24 декабря 1994 года открывался посвященный ему фестиваль «Три вечера с Аветом Тертеряном». Вот он снова в кругу своих екатеринбургских друзей. Первые репетиции прошли прекрасно, обещая огромное художественное событие. Но за 13 дней до начала фестиваля Тертеряна не стало. Несмотря на всеобщее потрясение и скорбь, охватившие всех, задуманное свершилось. Три вечера зал Екатеринбургской филармонии был заполнен теми, кто знал и любил его музыку, кто ждал и готовился к ней. Резонанс этого фестиваля был велик. На него отозвались своим творчеством художники, поэты Екатеринбурга, о музыке Тертеряна размышляли философы, критики, простые слушатели, которых так любил композитор. Но главное – фестиваль повлек за собой динамичное творческое продолжение. Художник и режиссер Ольга Паутова приступила к работе над спектаклем на музыку Пятой симфонии «Версии-2», а в декабре 1995-го в Екатеринбурге состоялись два вечера памяти Авета Тертеряна, где Вторая и Седьмая симфонии Тертеряна прозвучали под управлением главного дирижера Уральского симфонического оркестра Дмитрия Лисса. В эти дни в Екатеринбургской филармонии состоялся большой фестиваль, приуроченный к 70-летию композитора. Фестиваль получил название «Тайны избранных», и каждый концерт имел свою тему – «Магия звука», «Путь посвященных», «Время тишины». Он стал международным событием. Все полнилось размышлениями композитора, его откровениями. Диалог продолжался... В рамках этого фестиваля прошли выставки екатеринбургских художников - живописца и графика М. Сажаева и скульптора Г. Геворкяна. В концертах фестиваля рядом с произведениями Тертеряна звучали сочинения его выдающихся современников - Арво Пярта, Гии Канчели, Софьи Губайдулиной. В своем эссе М. Сажаев писал: «Вслушайтесь в печальные восточные обертоны симфоний Тертеряна. Впитайте скрипку. Уловите шорох басовой струны. Успокойтесь и отдайтесь течению времени на зыбком и утлом плоту звуков...»

Екатеринбургская земля сполна возвращала Авету Тертеряну любовь за любовь, верность за верность, искусство за искусство. Творчество Тертеряна врастало в российскую почву, давало новые и неожиданные всходы. Оно стало предметом изучения, объектом постижения, методом общения. В 1999 году в Нижнем Новгороде прошел большой международный фестиваль под названием «На пути духовного единения: Авет Тертерян в кругу друзей». Четыре дня звучала музыка, были исполнены произведения Макара Екмаляна, Комитаса, отдельный концерт дал каманчист Акоп Халатян. Сложнейшая Восьмая симфония прозвучала в исполнении симфонического оркестра студентов Нижегородской филармонии под управлением талантливого дирижера Евгения Шейко, Второй квартет был исполнен музыкальным ансамблем солистов «София» под управлением Софии Пропищан, а в Государственной академической филармонии под управлением А. Скульского прозвучала Пятая симфония Тертеряна. А в 2002 году опять в Екатеринбурге состоялся международный фестиваль новой музыки «Линии Авета Тертеряна». Видный российский композитор В. Кабекин писал: «Явление Авета Тертеряна в Екатеринбурге не могло остаться без последствий. Мастер ушел. Осталась радиация его личности...»

Времена интенсивных контактов Армении и России в области искусства, к великому сожалению, прошли. Но есть вершины, которые подают сигналы и зовут нас к обоюдному общению.

Маргарита Рухкян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 27 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Прекрасный композитор!
  2. Да, Авет Тертерян наша гордость.
  3. Уважамеая Маргарита! Большое спасибо за интерсную статью об интересном композиторе. Но есть неприятное замечание, за что прошу прощения. Итак. Одно полушарие мозга обеспечивает логику, другое - лирику. Судя по названию статьи, у глубокоуважаемого композитора одно полушарие армянское, другое – русское. При этом, русское полушарие отвечает за логику, а армянское – за лирику. Может быть, хватит лизоблюдством заниматься? Русский народ следует уважать, есть за что, но не забывать, что слово ARMEN означает БОГОЧЕЛОВЕК, а не лакей.
  4. Не надо горячиться. Хорошая статья о прекрасном композиторе!
  5. Авет Тертерян достойно представляет армянское искусство. В музыке мы всегда были на уровне!
  6. Вы правы, уважаемый, в музыке мы всегда были на высоте. Мы всегда были на высоте во всех областях, кроме политики.
  7. Спасибо за прекрасную статью.
  8. Содержательная статья. Mersi, madam! Есть маленькое, но существенное замечание, скорее к редакции. Написано: «Искусство в Армении в XX веке развивалось в тесном взаимодействии с культурой России». Должно быть, «Искусство в Восточной Армении в XX веке развивалось в тесном взаимодействии с культурой России».
  9. Армяне музыкальный народ. И композиторы у нас замечательные. Успехов Тертеряну!!!
  10. Большое спасибо за публикацию! Завтра у меня в Консерватроии семинар по творчеству А.Тертеряна. Что-то я почерпнул и отсюда.
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты