№ 09 (156) Сентябрь 2010 года.

Не приговоренный к расстрелу

Просмотров: 4268

Нури-паша, сводный брат турецкого военачальника Энвера, личность во многих отношениях загадочная и уникальная. Оказавшись в Закавказье в 1918-1919 годах, когда в регионе бушевали межэтнические военные столкновения между азербайджанцами и армянами, Нури не был замечен ни в одном из таких актов. Более того, он активно сотрудничал с лидерами армянских общественных организаций, ратовал за политический и человеческий диалог между армянами и азербайджанцами. Возможно, именно поэтому в начале 20-х годов, когда армянские мстители составляли списки приговоренных к расстрелу лидеров младотурок, устраивавших армянские погромы в Западной Армении и в Азербайджане, имя Нури-паши было вычеркнуто. Вот почему, когда посол Турции в Азербайджане Хулуси Кылыч выступил с предложением воздвигнуть в Баку памятник Нури-паше, вновь возникло много вопросов, одновременно с интересом к этой личности. Тем более, что сейчас многие интригующие эпизоды событий того трагического времени откровенно замалчиваются турецкими и азербайджанскими историками.

Миссия в Гянджу

Нури-паша появился в Елизаветполе ( Гянджа) 25 мая 1918 года. Он прибыл туда из Тебриза вместе с Пятой турецкой Кавказской дивизией. Древний многонациональный город переживал тогда нелегкие времена: прокатились азербайджано-армянские вооруженные столкновения. По пограничной зоне, проходившей по берегам реки Гянджинки, разделявшей Елизаветполь на две части – армянскую и азербайджанскую, – были вырыты окопы и установлены проволочные заграждения. Как вспоминает очевидец событий Михаил Багратович Манучаров, в армянской части города ситуация находилась под контролем Армянского национального комитета, который возглавлял Абрам Малхасян. Помимо него действовал и Гражданский комитет во главе с Левоном Мелик-Мнацаканяном. Эти были как раз те самые лица, которые получили первое послание от Нури-паши. В нем предлагалось отказаться от вооруженной борьбы и совместными усилиями «навести порядок в городе». При этом предлагалось сдать все оружие. Глава Национального комитета Малхасян предложил принять условия Нури-паши, уверяя всех, что он не будет организовывать армянские погромы. Но в ситуации, когда по всему Закавказью шли межэтнические столкновения, как рассказывал Михаил Багратович Манучаров, многие армяне решили вместе с семьями и с оружием уходить в горы. Нури-паше было об этом известно, но он не стал предпринимать ответных мер. Более того, он сам провел переговоры с главой Национального Совета, с которым, кстати, говорил на прекрасном армянском языке. Внучка известной азербайджанской поэтессы Абиловой, Хураман-ханум, рассказывала автору, что когда в Елизаветполе в мусульманской части города начались погромы лавок купцов, а некоторые местные общественные деятели объявили армян их зачинщиками, то Нури-паша быстро нашел провокаторов. Они были публично повешены в самом центре города, напротив мечети шаха Аббаса. В результате с обеих сторон стали срываться копы, сниматься заграждения, а на границе между частями города с утра до вечера турецкий военный оркестр исполнял военные марши. Вслед за этим Нури с небольшим конвоем прибыл в армянскую часть Елизаветполя. Он успокоил армян и тем, что сообщил об ожидаемом прибытии эмиссаров из Баку от Степана Шаумяна – Амирова и Амазаспа.

В этой связи заметим, что сегодня многие азербайджанские историки утверждают, что Нури-паша якобы изначально готовил наступление на Баку, стремясь свергнуть власть Бакинской коммуны. Но, как выясняется, в планы Нури это вовсе не входило. Первоначально он вывел свои военные отряды на линию Улуханлу – Газах – Агстафа, что вызвало слухи о том, что турки готовят военный поход на Тифлис. Кстати, что такие подготовительные мероприятия действительно готовились, свидетельствует еще одно воспоминание уроженца села Баян Дашкесанского района Азербайджана Александра Сергеевича Шахмурадяна. Он рассказывал автору, что в конце мая 1918 года именно в селе Баян проходили тайные переговоры между эмиссарами Нури-паши и уроженцем Баяна, полковником русского Генерального штаба Егором Аветисяном, прибывшим накануне из Москвы. Но чтобы объяснить сложившуюся тогда ситуацию в Закавказье, определить мотивацию действий Нури-паши, сделаем небольшое историческое отступление.

3 марта 1918 года в Брест-Литовске большевистское правительство Владимира Ленина подписало мирный договор с Германией. От имени России оно отказалось от значительных территорий, в том числе и на Кавказе. Но главное было в том, что большевистская Россия и Германия вместе с Турцией становились союзниками. Вскоре нарком по делам национальностей Иосиф Сталин дал следующую инструкцию главе Бакинской коммуны Степану Шаумяну: «1. Общая наша политика в вопросе о Закавказье состоит в том, чтобы заставить немцев официально признать грузинский, армянский и азербайджанский вопросы вопросами внутренними для России. 2. Возможно, что нам придется уступить немцам в вопросе о Грузии, но уступку такую мы в конце дадим лишь при условии признания немцами невмешательства Германии в дела Армении и Азербайджана. 3. Немцы, соглашаясь оставить за нами Баку, просят уделить некоторое количество нефти за эквивалент». Поэтому Шаумяну рекомендовалось вступить в союз с одним из лидеров грузинских меньшевиков Ноем Жордания.

Но существовал и иной вариант: в случае срыва переговоров Шаумян-Жордания, с севера из Владикавказа по Военно-грузинской дороге и на Арывин, через Мамиконский перевал в Кутаис должны были наступать части Красной Армии во главе с Серго Орджоникидзе. В свою очередь грузино-азербайджанскую границу должны были блокировать войска Нури-паши, чтобы не допустить прибытия в Елизаветполь из Тифлиса членов Азербайджанского Национального Совета. По существующим историческим документам, этот план был разработан бывшими царскими офицерами Генерального штаба, которые имели давно налаженное оперативное сотрудничество как с Энвером-пашой, так и с его сводным братом Нури.

Тифлисский форс-мажор

28 мая 1918 года в Москве на Поварской, где располагался центральный аппарат Наркомнаца, из Тифлиса был получен радиобюллетень: «Вчера, 27 мая, Закавказское правительство послало телеграмму министерствам иностранных дел всех государств с объявлением, что 26 мая Кавказская республика распалась и не существует больше. Сейм сложил с себя полномочия и объявил себя распущенным. Издан акт независимости Грузии. Турция предъявила Закавказскому правительству ультиматум: отторжение в пользу Турции части территории, подконтрольной бывшему сейму». Это было полной неожиданностью, поскольку чуть ранее Сталин со ссылкой на полученное из Тифлиса сообщение члена сейма Карчикяна, передавал: «Тифлис в волнении, армяне вышли из состава министерства. ЦК армянской партии «Дашнакцутюн» поставил вопрос о захвате власти на Кавказе. Некоторые грузинские и русские социал-демократы Тифлиса предложили сформировать многонациональное социалистическое правительство, которое «не плясало бы под дудку Германии и Турции». В ответ московское правительство остановило наступление на Тифлис Орджоникидзе. Но вместо ожидаемого переворота 26 мая 1918 года Грузинский Национальный Совет объявил о независимости Грузии, а 28 мая в 22.30 по местному времени Акт о независимости Армении принял и Армянский Национальный Совет.

Непросто складывалась ситуация только для Азербайджанского Национального Совета. 28 мая он также принял Акт о независимости Азербайджана. Но когда представители первого азербайджанского правительства попытались перебраться из Тифлиса в Елизаветполь, то Нури-паша воспрепятствовал их приезду. Он продолжал следовать германо-советскому плану. «При благословении Нури-паши создавались всевозможные искусственные препоны на пути построения демократического и независимого Азербайджанского государства»,- пишет в этой связи современный азербайджанский историк Айдын Балаев. Более того, когда 16 июня 1918 года первое временное правительство Азербайджана все же переехало в Елизаветполь, Нури-паша объявил его распущенным. Издававшаяся тогда в Тифлисе газета «Кавказское слово» писала: «Нури в Елизаветполе сам возглавил правительство Азербайджана и контролирует вооруженные силы». Характерно и признание премьер-министра второго азербайджанского правительства Фатали Хан-Хойского: «Все более увеличивающиеся случаи вмешательства воинских чинов Оттоманской армии в дела внутреннего управления Азербайджана и даже полное игнорирование азербайджанских властей нарушают принципы единовластия и тем самым, подрывая авторитет власти, создают анархию во всех сферах государственной и общественной жизни страны».

Поход на Баку

Кстати, Хан-Хойский пытался найти выход из ситуации. Он искал контакты с большевистской Москвой, писал письма Сталину, направлял послания в Баку Шаумяну, вел секретные переговоры с грузинским правительством. С другой стороны, многие члены азербайджанского правительства настаивали на организации вооруженного похода на Баку. Такой поход действительно состоялся, но только тогда, когда в июле 1918 года из Баку стали поступать сообщения о готовящемся там заговоре против лидера Баксовета Степана Шаумяна. О том, что между Нури-пашой и Степаном Шаумяном существовали «особые отношения», призванные координировать их действия, рассказывала автору этих строк и секретарь Шаумяна, Ольга Григорьевна Шатуновская. Она свидетельствовала, что посредником в этих контактах выступал министр внутренних дел азербайджанского правительства Бебут Джеваншир, старый друг Шаумяна по учебе в Германии. Кстати, именно Джеваншир предупреждал Шаумяна о грозящей ему опасности и советовал «не покидать Баку, дождаться турок». В начале августа 1918 года фракциям меньшевиков, эсеров и дашнаков большинством голосов удалось провести в Бакинском совете резолюцию о приглашении английских войск для «защиты города от турок». Шаумян и остальные комиссары подали в отставку.

Власть в Баку перешла в руки правительства «Диктатуры Центрокаспия и Президиума Временного Исполнительного комитета Совета рабочих и солдатских депутатов». Оно сразу послало своих представителей в ставку английского командования в Иран. 4 августа 1918 года в Баку высадился первый британский отряд под командованием полковника Стокса. И только тогда, когда это произошло, Нури-паша получил приказ наступать на Баку. Решающий штурм города Кавказской исламской армией начался утром 15 сентября. Но предварительно по договоренности с Армянским Национальным Советом (правительств Армении) Нури-паша объявил, что для армян, пожелавших покинуть Баку, будет создан «коридор безопасности». Правда, при взятии турецкими войсками Баку не обошлось без межэтнических столкновений, но их последствия могли бы быть иными.

Осенью 1918 года после поражения Германии и ее союзников в Первой мировой войне было принято решение об эвакуации турецких войск с Кавказа. 26 октября 1918 года была расформирована и Кавказская мусульманская армия. 17 ноября 1918 года в Баку высадились британские войска. Нури-паша покинул Азербайджан. Но его фамилия никогда не значилась в списках армянских мстителей, которые охотились за лидерами младотурок в 1920-е годы во многих странах мира. Понятно – почему.

Станислав Тарасов, кандидат исторических наук, специально для «Ноева Ковчега»

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 42 человека

Оставьте свои комментарии

  1. Все тайное,рано или поздно,становится явным.Интересная статья,Спасибо.
  2. / Правда, при взятии турецкими войсками Баку не обошлось без межэтнических столкновений, но их последствия могли бы быть иными. / А почему не сказать конкретно: «15 сентября 1918 г. азербайджанские войска при поддержке "ограниченного» контингента" частей турецкой армии ворвались в Баку. Три дня в городе шли погромы. Грабили всех подряд, а убивали исключительно армян. По различным данным число потерь армянского населения г.Баку было около 30 тыс. человек…» *** А что касается замалчиваний, то следует отметить, то азербайджанские историки предпочитают замалчивать тот факт, что турецкие дипломаты так и добрались до Баку, хотя Турция сочла нужным направить дипломатических представителей в Тбилиси и Ереван. Сейчас в Баку постоянно напоминают о непризнанном статусе НКР. Позволительно поинтересоваться: "А кем была признана АДР, когда она в 1918 г. приглашала турок для похода на Баку?"
  3. / Правда, при взятии турецкими войсками Баку не обошлось без межэтнических столкновений, но их последствия могли бы быть иными. / А почему не сказать более конкретно? 15 сентября 1918 г. азербайджанские войска при поддержке «ограниченного» контингента частей турецкой армии ворвались в Баку. Три дня в городе шли погромы. Грабили всех подряд, а убивали исключительно армян. По различным данным число потерь армянского населения г.Баку было около 30 тыс. человек…
  4. Освещая события тех далеких лет, доктор исторических наук Фарид Аликперов в своем исследовании позволил себе вспомнить анекдот об армянском солдате, который «отправился домой «на перерыв» пообедать и отдохнуть, а пушку, привязанную к телеге, забрал с собой, «чтобы ее не украли». ( http://turan.3dn.ru/news/2009-09-15-15 ) Позволительно спросить знатока военной истории Азербайджана: « Если отряды, с которыми воевала армия АДР, имели низкий боевой и моральный дух, если боец из армянского отряда мог уйти с позиции на обед и прихватить с собой пушку, то зачем в таком случае правительству АДР пришлось обращаться за помощью к турецкому генералу Нуру-паше, причем на унизительных условиях? Следует отметить, турецкий генерал Нури-паша не слишком уважительно относился к закавказским туркам, которые неожиданно объявили себя азербайджанцами. Когда азербайджанское правительство переехало из Тифлиса в Гянджу, Нури-паша не признал его. Тогда Мамед Эмин Расулзаде пошел на такой шаг – он распустил старое правительство и создал новое, под контролем Нури-паши. Так что, пытаясь посмеяться над армянскими бойцами, защищавшими Баку, Фарид Аликперов, поставил в смешное положение армию АДР. Армия АДР оказалась неспособной разгромить противника, который, как утверждает историк, имел с низкий боевой и моральный дух. Что же это была за армия? « Баку был освобожден в результате блиц-броска азербайджано-турецких войск, как логическое следствие целенаправленного наступления азербайджанской армии, которая день за днем вытесняла сначала большевиков, а затем дашнаков, меньшевиков и эсеров из всех районов Азербайджана.- утверждает Алкперов. А если основания говорить о блиц-броске? В начале июня 1918 года по просьбе Азербайджана в Гянджу входят части турецкой дивизии и только 15 сентября 1918 года турки вошли в Баку. Как бы плохо не воевали дашнаки летом 1918 года, оборона Баку вошла в историю. А вот армия АДР не могла похвастаться своими успехами в обороне своей столицы, ни в октябре 1918 года, когда в Баку вошли части английской армии, ни в апреле 1920 года, когда в Баку вошли части 11-ой армии красных.
  5. Автор статьи, стараясь рассказать о малоизвестных фактах истории Закавказья, предал забвению, немало важных исторических фактов, касающихся тех лет. - Нури-паша появился в Елизаветполе ( Гянджа) 25 мая 1918 года – начинает свое повествование Станислав Тарасов. Признаюсь, я не историк, но позвольте мне рассказать о событиях, которые предшествовал появлению Нури-паша в Елизаветполе В апреле 1918 года Закавказским сеймом была провозглашена независимая от Советской России Закавказская Республика . Перед этим представители Закавказского сейма вели переговоры с Турцией, подписавшей с Советской Россией Брестский договор. Представители Турции приветствовали освобождение Закавказья от власти России и обещали, что после провозглашения Закавказья независимости, Турция подпишет с ним договор о дружбе. Когда же представители сейма поинтересовались гарантиями, то один из турецких дипломатов заявил: «Слово турецкого правительства - вот гарантия!» Однако, как только Закавказским сеймом была провозглашена независимость Закавказья, то правительству Закавказья был предложен не договор о дружбе, а ультиматум. Появление турецких войск в Елизаветполе было не результатом удачных военных операций, было результатом дипломатических уловок, нарушений условий перемирия и норм международного права. На запросы МИД Германии, которую беспокоила активность турок в Закавказье, турецкий МИД отвечал, что закавказские турки желаю жить в Турции. Это потом, что бы прикрыть захват Закавказья турки выдумали Азербайджан и азербайджанцев.
  6. Все это так,но мне кажется,автор хотел представить читателю противоречивую фигуру Нури-паши,которыЙ мог договориться и с дашнаками,и с большевиками,и со своими головорезами.Будучи соратником врагов армянского народа,Нури не был приговорен мстителями к уничтожению.Почему?Умел договариваться.
  7. Историку. Я прекрасно понимаю, что автор хотел представить читателю противоречивую фигуру Нури-паши. Только позвольте заметить, что историческая личность действует в условиях конкретной исторической обстановки. Читателю газеты «Ноев Ковчег» просто невозможно понять из статьи, что Тифлисский форс-мажор произошел не потому, что «армяне вышли из состава министерства», а «ЦК армянской партии «Дашнакцутюн» поставил вопрос о захвате власти на Кавказе». Развал Закавказской федерации произошел совершенно по другим причинам. Развал стал результатом действий Турции, которая, вместо обещанных, мира и дружбы, предъявила молодому государству ультиматум и в Закавказье вошли турецкие войска для защиты мусульманского населения. Мне трудно понять и другое: почему автор статьи не счел возможным дать более конкретную информацию о трагических событиях в Баку в сентябре 1918 г., а ограничился фразой: «Правда, при взятии турецкими войсками Баку не обошлось без межэтнических столкновений, но их последствия могли бы быть иными»?
  8. Спасибо за дополнение к статье,но не нужно слишком строго относиться к автору,т.к.он,надеюсь писал статью для нас,читателей"НК" и предполагал,что в основном,мы знаем о событиях в Баку в сентябре 1918 года.В целом,статья интересная.
  9. Мартирос Арутюнян и Михаил Арзуманян по поручению Армянского Национального Совета в июне 1918 года попытались перейти через линию фронта и попасть в Баку. Однако от этого мероприятия пришлось отказаться. В условиях, когда шли бои между большевиками и турецкими войсками переход представителей Армянского Совета с турецкой стороны на сторону большевиков не вызвал бы особого доверия в глазах большевиков. В отчете о своей поездке Арутюнян и Арзуманян отмечали: «Поэтому утром 25 числа, сообщив о нашей озабоченности Нури-паше, мы вечером того же дня выехали в Тифлис. Считаем важным так же сказать, что наше вмешательство помогло бескровно обезоружить гянджинских армян. По просьбе Нури-паши мы написали письма армянам деревни Каябаши и Карабаха, прося их, чтобы они перестали воевать против турецких войск…» Из истории иностранной интервенции в Армении в 1918 г. Документы и материалы. Изд-во Ереванского университета. Ереван, 1970 г., стр. 184-186.
  10. Если бы читатели узнали, кто на самом деле Гунн, у них наверное отвисла бы челость от удивления! К Гунну нужно ображаться лишь как "Ваше Сиятельство!
  11. Просто этот Гунн уверился в том, что теория информационной войны - это нечто такое новое, что может принести ему успех в начинаниях.
  12. Гунн так неосторожно рассыпался словами, что просветился. Теория, это конечно, теория
  13. тот, кто полагает, что может узнать просто так о Гунне - весьма наивная личность.
  14. А Там_Там - весьма интересная личность; приятно читать его письма. В средневековье был один такой же Мамиконян, Манвел - безумно храбрый - он ринулся на боевого слона , пронзил снизу слона и и сам погиб. О конечно, это сверх храбрость. На то и Сасунец! Желаю ему приобрести немного хладнокровья. И я его уважаю!
  15. А азербайджанцы - это наши соседи, обращаться к ним следует учтиво; называть их "азерами" - недопустимо, точно так же как армян - "армяшками". Если мы и враги, но все равно - люди. Вот такой стандарт хладнокровья - желаю приобрести читателям такое мировозрение(фрагмент). А вас, Гунн - я все равно уважаю, несмотря на то, что ваш дальний предок совершил некий неблаговидный поступок ( покопайтесь в архивах). Живите в мире, люди и читатели!
  16. Уважаемые читатели! Отчего же никто из вас не заметил несуразицы - когда я сравнил уважаемого "Там-Тама" с Манвелом Мамиконяном (4 в. от Р. Х.)!? Неужели вы так легковерны и привыкли верить написанному? Конечно, Манвел - очень храбр, но ему далеко до Багоса Мамиконяна, брата спарапета Васака. Эти (Васак и Багос) - при царе пресловутом Аршаке обретались (а Манвел - был позже, при Вараздате). И Манвел - не сразился с боевым слоном (теоретически он спообен на это, конечно) Багос же - один из "генералов" Аршака Аршакуни; так вот у него произошла битва с военачальником Шапуха - Андиканом, близ озера Ван, у рыбных промыслов городка Арест. Багос - увидел богато украшенного слона и подумал, что на нем - сам царь (вот видите, как эмоционально он рассуждал). Обнажив меч, Багос бросился к слону, пролез под брюхо и всадил железо в слона. Слону стало дурно и, околев, он рухнул на "генерала". Персидское войско в конечном итоге было истреблено, из армян погиб лишь Багос. Ненужная храбрость? Не ведаю! Багос опрометчиво действовал - зато остался в истории. О Манвеле я написал - нарочно, чтобы прочитавшие проснулись от "спячки". Так что верьте Фавстосу Бузанду (это у него про Багоса сохранились сведения). И вообще, верьте тому, что читаете у Мовсеса Хоренаци, Себеоса, Киракоса Гандзакеци и у других наших прозорливых вардапетов. А вот "волкодавам" - не очень-то верьте (лишком он болтлив для своего образа и ведет себя неадекватно и странно в пределах интернета). Мир вам и процветание - всем прочитавшим!
  17. Азербайджанцы сами себя называют азерами.Есть такое даже мужское имя Азер.Это все равно,как у армян- Армен.Не нужно выставлять сябя более умным,чем другие."Не говори,что мудрый- встретишь более мудрого"
  18. Христолюбивые и богобоязненные! Лучше доверия щита нет и не будет! Изыди, злоба из сердец наших! Будущность мира в добрососедстве.
  19. Нет, Виктор прав. Они себя называют азери. А мы их - азерами или азиками. Я сам так пишу, когда злюсь на них. А нормального оппонента, конечно, надо называть азербайджанцем. Это не предательство или прогибание перед ними, это простая культура.
  20. Вы ошибаетесь.Они называют своих детей Азер,а не азари.
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты