№ 11 (158) Ноябрь 2010 года.

Осиротевший аккордеон Варпета грустит...

Просмотров: 2757

7 ноября ветерану Великой Отечественной войны Николаю Шахсуваряну должно было исполниться 89 лет. Он был из того поколения простых советских людей, кого сегодня называют романтиками, созидателями, строителями. Он действительно был знатным каменотесом и знатным каменщиком, построившим в Ереване в течение сорока лет не одно здание, за что все вокруг уважительно называли его «Варпет Коля». И хотя труд строителя считается тяжелым, свою профессию он очень любил. Впрочем, это была не единственная любовь в его жизни. Еще одной страстью был старенький аккордеон, на котором он, самоучка, подбирал на слух услышанные где-нибудь мелодии. А затем наигрывал так, что по вечерам во дворе их дома собирались соседи, чтобы послушать, как играет их Коля-джан. Он и в музыке был Варпетом, Маэстро. Односельчане единогласно предрекали земляку великое будущее.

Но планы нарушила война. Молодой парнишка одним из первых записался добровольцем на фронт и с декабря 41-го года в составе легендарной Таманской дивизии прошел путь от Еревана до Берлина длиной в четыре тяжелых военных года, когда в ожесточенных боях смерть каждый день смотрела в глаза. А в нечастые минуты затишья, где-нибудь в прифронтовом лесу или землянке, он опять наигрывал для однополчан все на том же стареньком аккордеоне запавшие в душу мелодии. Все вместе они пели «Катюшу», «Синенький скромный платочек» и, конечно, любимые народные песни – ведь состав 89-й дивизии был в основном армянский. Кстати, Таманская трижды орденоносная стрелковая дивизия единственная из всех национальных формирований приняла участие в штурме Берлина и, разгромив укрепившийся в центре немецкой столицы крупный вражеский гарнизон, была награждена орденом Кутузова. За эту операцию Николай Шахсуварян тоже получил медаль «За штурм Берлина». А в общей сложности у него более двадцати наград, среди которых есть орден Красной Звезды. На войне он был ранен, но лечь в госпиталь отказался наотрез: «Мои братья бьют врага, а я буду отлеживаться?» Так и дошел до Берлина с пулей, которую извлекли уже в мирной ереванской жизни.

Впрочем, он не столько любил рассказывать про награды и ранения, сколько вспоминать о том, как 9 мая 1945 года на развалинах поверженного Рейхстага сыграл «Кочари». Тот самый «Кочари» под который, радуясь Победе, танцевали его однополчане. Тот самый «Кочари», о котором писали тогда почти все советские газеты и пресса союзников: «Личный состав этой армянской дивизии прославил силу советского оружия, разгромил фашизм в самом сердце логова врага и навеки вписал в май 45-го победный танец «Кочари» у стен Рейхстага». Сегодня этот эпизод стал легендой истории, хотя его могло бы и не быть, не сыграй Николай Шахсуварян на трофейном аккордеоне «Hohner» победную мелодию, закружившую в вихревом армянском танце его однополчан. «Вообще-то я случайно нашел музыкальный инструмент за несколько дней до окончания войны в одном из разрушенных домов Берлина, - вспоминал много лет спустя герой войны. – Он казался таким одиноким на руинах, что я решил взять его в руки. А когда заиграл на нем, то почувствовал, что это мой аккордеон, который понимает меня с полутона, так же как и я его». Больше они не расставались, «Hohner» почти всегда висел на правом плече хозяина.

Вернувшись с фронта, как и обещал в письмах родным, с победой, он снова по вечерам после работы наигрывал во дворе любимые мелодии. И опять, как в довоенной жизни, его слушателями были соседи и родственники, больше удивлявшиеся тому, как рабочие мозолистые руки их кумира превращались на домашних концертах в утонченные кисти музыканта. Удивлялись тому, как слажено дуэт дополнял друг друга, с душой исполняя то веселые переплясы, то надрывный плач. А в конце вечера аккордеонист обычно играл героический «Кочари», под который сегодня танцует уже новое поколение победителей. Но если музыкант чувствовал, что его «Hohner» уставал от напряжения, то аккуратно укладывал рядом с собой на стул, как бы говоря: «Отдохни, друг». За 60 послевоенных лет они действительно очень сдружились. Когда Николая Николаевича не стало, аккордеон, казалось, сразу же осиротел. И хотя он по-прежнему стоит в доме на самом почетном месте, тем не менее, пережив друга, больше не играет, а лишь грустно смотрит вокруг перламутровым многоцветьем затертых кнопок…

Наталья Оганова

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 13 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Добрый рассказ о дяде Коле интересен нам,поколению 50ти летних.Молодежи все это,к сожалению,безразлично.Куда мы идем и к чему причалим?
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты