№ 2 (161) Январь (15-31) 2011 года.

С приветом от тамады

Просмотров: 3326

Свадебные церемонии, охваченные тисками одноименной индустрии, стали мало чем отличаться друг от друга. Пожалуй, единственное, чем сегодня разнится кавказская свадьба от просто свадьбы, это наличие на торжестве тамады. И если издревле эту почетную роль на Кавказе доверяли самому уважаемому представителю из кланов брачующихся, в наши дни дело поставлено на поток. Институт приглашенного тамады как-то незаметно и прочно укоренился в нашей жизни и призван застраховать организаторов торжества от различного рода неожиданностей на празднике, в который порою вбухано целое состояние родителей жениха и невесты.

Настораживает другое: под влиянием новомодных тенденций кавказскому тамаде грозит участь банального массовика- затейника, и такое эксклюзивное явление, можно сказать национальный раритет, в обозримом будущем может вообще кануть в Лету. Мой собеседник, Владимир Абрамов, профессиональный тамада, один из тех, кто призван отстоять кавказское начало в кавказской свадьбе, хотя и не отрицает, что меняется все и традиции в том числе. К нынешней профессии пришел спонтанно, хотя основной род деятельности – журналистика обязывает оттачивать каждое слово, пусть и печатное. Абрамову 58 лет, большую часть из которых он прожил в Баку, где стоял у истоков русскоязычной версии газеты «Пионер Азербайджана». 1987 год стал пиковым как в личной жизни, так и в карьере преуспевающего бакинского корреспондента: долгожданная должность завотделом, трехкомнатная квартира, рождение дочери. До последнего не верилось в происходящий кошмар, но пришлось. В ноябре 1989 года он стал одним из пассажиров последнего рейса Баку – Ереван. Самым большим плюсом двенадцатилетнего пребывания на исторической родине Абрамов считает познание родного языка. В конце 90-х он с семьей перебрался в Россию, в Армавир, где на местном рынке обзавелся своей «точкой».

Мог ли Абрамов предположить, что просьба трехлетней давности стать тамадой на свадьбе родни перевернет если не всю его жизнь, то, во всяком случае, отношение к ней. Раньше, рассказывает собеседник, бывали случаи, на семейных застольях его просили произнести тост, но одно дело – блеснуть красным словцом среди своих и совсем другое – стать объектом внимания двух сотен людей. После того, как кассеты с записью свадьбы были растиражированы среди армавирцев, к великому удивлению Абрамова, одно за другим последовали предложения выступить тамадой на грядущих свадьбах. Конечно, первая «получка» вдохновила и придала уверенности. Но главное – возник некий раж, ощущение взятой «высоты» ко многому обязывало и подтолкнуло новоявленного тамаду к самосовершенствованию: он стал скупать нужные книги, засиживаться в библиотеках, рыться в Интернете, просмотрел массу свадебного видеоматериала. Сослужила службу и тяга к поэтическому, из-под его пера просто полились трогательные посвящения жениху и невесте, их родителям и близким, которые придавали «его» свадьбам особую ноту, настраивающую торжество на свой неповторимый лад. Его нишей стали исключительно армянские свадьбы, в крайнем случае, смешанные. Почему? Согласно теории Абрамова, тамада – это не конферансье, а для того, чтоб вести свадьбу, недостаточно заучить текст, надо знать предмет, в данном случае традиции и менталитет участников церемонии. А дело это тонкое и весьма деликатное, считает Владимир Анроникович. В данном контексте он отличает подход к торжеству, заказанному выходцами из различных регионов. К примеру, то, что по душе ахалкалакским армянам, может идти вразрез интересам, к примеру, кировабадских.

«На моей памяти всего одна свадьба, где невеста была облачена в национальный армянский костюм, все остальные виновницы торжества, как правило, похожи как две капли воды», – делится впечатлениями Абрамов. Увы, со временем свадьбы обезличиваются, и армянская в этом ряду не составляет исключение. Одно то, что свадьба в доме невесты и жениха объединена в одну общую, уже отступление от армянских традиций. Вместе с ростом благосостояния возрастает и требование к самому знаковому событию в жизни – свадьбе. А здесь уж – кровь из носа, но чтоб не хуже, чем у других, было. Это вопрос престижа.

Особый спрос на армянского тамаду наблюдается в регионах, где диаспора немногочисленна и своего «краснобая» в наличии не имеется. Вот почему география заказов истинных мастеров своего дела выходит далеко за рамки не только юга России. Абрамову приходилось вести церемонию в Сочи, Краснодаре, Хосте, в близлежащих к Армавиру населенных пунктах. В мае, к примеру, собирается аж в Калининград. Как правило, заказчик помимо гонорара оплачивает дорогу тамады туда-обратно, а при необходимости и проживание в гостинице. Растет и плата за ораторский труд. Так, если на заре трудовой деятельности Абрамов получал за вечер 2-3 тыс. рублей, сейчас такса за тамадинские услуги обходится организаторам в 10 тыс. «деревянных». Но это что касается Армавира, за его пределами цена за услуги – почасовая и, как правило, колеблется от 3 тыс. рублей за час… Владимир Абрамов не берется прогнозировать, быть или не быть главному атрибуту армянской свадьбы в будущем. Пока он просто растворяется в ней, преображаясь с первыми аккордами зажигательной свадебной мелодии. И очень надеется, что душа кавказской свадьбы, как порою именуют тамаду, сам когда - нибудь не превратится в героя притчи.

Мариэтта Якубян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 14 человек

Оставьте свои комментарии

  1. по моим наблюдениям, тамада - это человек, который мешает публике своей назидательной болтовнёй спокойно поедать кябабы и прочие шашлыки.
  2. Без тамады скучно и можно спиться.
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты