№ 7 (166) Апрель (1-15) 2011 года.

«Моя Москва – это Мясницкая, Полянка, Ордынка, Пятницкая…»

Просмотров: 5327

Яков Константинович Саркисов сорок четыре года проработал в Моспромстрое. Из них десять лет был управляющим трестом Мосстрой-16, а двадцать пять - заместителем руководителя Моспромстроя. С его участием в Москве построен ряд промышленных объектов: цеха завода «Серп и молот», перерабатывающие заводы. Строились уникальные объекты: филиал Государственной Третьяковской галереи, «Президент-отель» на Большой Якиманке, Центр международной торговли, выставочные павильоны на Красной Пресне и в Сокольниках, новая сцена Большого театра и многое другое.

– Расскажите, как складывалась Ваша жизнь?

– Дед и отец армяне, родились в Баку. Отца я почти не помню, он умер, когда мне было три года. В Армении бывал много раз, но родни там уже нет, сохранились только фотографии, где-то существует портрет одной из родственниц работы Сарьяна.

Я родился в Москве на Тверском бульваре. Окончил Московский инженерно-строительный институт, после чего три года проработал в Сибири. Работу в Москве начал со строительства Государственной картинной галереи на Крымском валу. Предпоследняя работа – руководитель ФГУ «Дирекция по строительству, реконструкции и реставрации» при министерстве культуры России. Занимался реконструкцией и реставрацией Большого театра. Скоро мне исполняется семьдесят три года, но я все еще ищу себя.

– Почему Вы ушли с поста руководителя ФГУ «Дирекция по строительству, реконструкции и реставрации»?

– Как следует из официальной хроники, я выполнил все поставленные передо мной задачи.

– А на самом деле?

– А на самом деле наступили другие времена, и на смену истинным профессионалам пришли носороги, рейдеры, захватчики, руководители денежных потоков, строительство их интересует только с точки зрения объемов этих потоков. Двадцать пять лет назад руководитель строительного комплекса Москвы сказал мне, что я своим отношением к работе значительно опередил время. Смешно это вспоминать, ибо теперь я просто безнадежно отстал. Если говорить совсем откровенно, то все меньше желания заниматься строительством.

– Где Вы работаете сейчас?

– В Государственном музее изобразительных искусств имени А.С. Пушкина. сначала помощником директора, сейчас первым заместителем директора. Ирина Александровна Антонова, директор музея, была одной из первых, кто позвонил мне после отставки с поста руководителя ФГУ. Она уникальный человек во многих отношениях. Один только факт ее директорства в течение пятидесяти лет говорит о многом. Сейчас стараюсь разобраться в работе, наладить отношения. Мой девиз – ничего не испортить и никому не помешать.

– Какая работа за прошедшие годы была наиболее интересной, трудной?

– Любая работа, связанная со строительством, а тем более реконструкцией и реставрацией особенно в городе интересная и сложная. Большинство памятников архитектуры не отвечают функциональным назначениям объекта. Проблемы магазинов, офисов - это разрешимые проблемы, все зависит от добросовестности и квалифицированности их владельцев, архитекторов, строителей, а при реконструкции объектов культуры нет комплексного, компромиссного решения. Как быть, когда требования времени наталкиваются на противоречия с законами по охране памятников? Найти здесь золотую середину очень сложно. Так было с Большим театром, когда создание полноценной сцены потребовало переноса колонн Бове, хоть и изуродованных до неузнаваемости временем. Понадобилось лет пять, чтоб договориться об их переносе. Разработка подземного пространства в любых старых зданиях практически запрещена законом.

У каждого объекта свои проблемы. Конечно, я отдал много души Большому театру, да и воспоминания еще свежи. Но не меньше труда мы вложили в реконструкцию Малого театра, Консерватории, Государственного исторического музея. Полжизни меня преследовала картинная галерея на Крымском валу, она строилась двадцать два года, да и проект был спорный. Это был первый такой музей в советское время. И еще более спорным было перенести туда богатства старой Третьяковки. Здание строилось совершенно не по нормам, предусмотренным для музеев, не было даже хранилища. В нем, почти полностью построенном из стекла, плохо сохраняются картины, не держится нужная температура. К счастью такие люди, как бывший директор Третьяковки Юрий Константинович Королев, главный хранитель Лидия Ивановна Ромашкова наотрез отказались переводить туда Третьяковку. Такой поступок вызывает уважение.

– Не все довольны тем, что старинные исторические здания, такие, как Большой театр, подвергаются реконструкции. Почему бы не оставить их в первозданном виде?

– Да, хотелось бы, чтобы театр остался музеем, но не получилось. Можно было сделать так, как в Парижской Опере Гарнье. Там заменили оборудование, сделали техническое перевооружение, для оперы построили новое здание. А в старом остался только балет. Но не надо забывать, что труппа Большого театра выросла с 200 человек до 2 тысяч. Кроме того, у нас спектакли идут каждый день, а то и два раза в день, в отличие от Парижа, где один спектакль идет пять-семь дней, и не требует постоянной смены декораций. К сожалению, нам не удалась новая сцена, так как градостроительная среда не позволила сделать ее достаточно большой. А строить помещения для Большого театра где-то еще… ну, нет, это намоленное место. Вот Дом музыки построили, а ноги всех несут в Консерваторию.

А что касается первозданного вида - дважды здание сгорало полностью. Поэтому еще Альберт Кавос, восстановивший театр из руин, не пощадил Бове, а сделал театр так, как требовало время, потому что изменились потребности театра. И его никто не осудил. Потом было еще много изменений. При Александре Третьем, при Николае Первом, при Хрущеве, при Брежневе.

– Моспромстрой строил Храм Христа Спасителя. Вы принимали участие в строительстве?

– Я отказался принимать участие, но строила моя организация, хорошо, быстро. Пять лет – на одном дыхании, ведь первый храм строился 39 лет. На этом все достоинства нового храма заканчиваются. Вот церковь на Большой Якиманке под окнами моего дома стала домовой церковью нашей семьи. Там очищаешь душу, даже если не веруешь.

А новый Храм Христа Спасителя - просто учреждение для религиозных и политических акций. Он не символизирует возрождение веры. Он демонстрирует срастание церкви и государства, то есть то, чего не должно быть в принципе.

– Как вы относитесь к движению Архнадзор, которое борется за сохранение архитектуры старой Москвы?

– С Рустамом Рахматулиным, одним из лидеров движения, я познакомился, когда ему было восемнадцать лет. Тогда он с товарищами ложился под бульдозеры. чтобы сохранить палаты Щербакова на Бакунинской улице, их хотели снесли при постройке Третьего кольца. Я рад, что есть такое движение, оппозиция официальным решениям, я рад, что они защищают и отстаивают старую Москву. Жаль, что это движение не узаконили градоправители, жаль, что они вовремя не прислушивались к Архнадзору, с их помощью можно было бы выработать какие-то компромиссные решения. Движение это полезно. Но оно и опасно своим экстремизмом по отношению к каким либо изменениям. Сейчас идет противостояние строительству театра «Геликон» на Большой Никитской, там задумали перекрыть двор и превратить его в зрительный зал, в котором фасады здания становятся интерьерами. Я бы еще прямо на сцену вынес один из фасадов. Как пример - театр Палладио в итальянском городе Виченца. Там элементами зрительного зала является городская среда: памятники, колонны, улицы.

А для любителей истории можно организовать экскурсии, это обычная практика. В « Гранд Опера», например, проводятся экскурсии.

– Вы реставрируете старинные дома. Клады не попадались?

– До начала строительных работ обязательно проводятся археологические раскопки. Как-то на территории Российской государственной библиотеки нашли колодец XII века глубиной метров четырнадцать. Находка парализовала стройку, но было интересно, стали изучать. Как-то нашли сруб. Однажды вообще докопались до метро, увидели поезд и закопали обратно. Попадались старинные своды, гвозди или кирпичи с клеймами. При каждом реставрируемом объекте можно и нужно делать музей.

– Благодаря чему Вам запоминаются объекты?

– Благодаря людям, творчеству, конфликтам. Запоминаются удачи, сожаления о том, что где-то промахнулся, пошел на компромисс. Мне повезло, я встретил много замечательных людей, благодаря которым я стал другим, понял свое место, цену звания инженера. Так что – главные воспоминания об объекте – это встречи с людьми. Например, Владимир Левонович Аллавердов, он родом из Баку. К сожалению, недавно умер, ему было 82 года. Всю жизнь работал, до самой смерти, получил орден Ленина за строительство Измайловского комплекса. Будучи строителем, он практически руководил проектированием объекта. Говорят, что нет незаменимых людей, а вот с его уходом для меня часть мира опустела.

– Какой бы Вы хотели видеть современную Москву? Ваш проект идеального города?

– В современной Москве должен быть класс интеллигенции, для которого Москва была бы действительно любимыми городом. Чтобы появилось взаимоуважение, исчезла агрессивность, бескультурье.

Моя Москва – это несколько проходных дворов, улиц: Малая Бронная, Мясницкая, Тверской бульвар, Пречистенка, Полянка, Ордынка, Пятницкая…

Задавила рекламная архитектура, башенки, эклектика. Честно говоря, иногда хочется ходить по городу с закрытыми глазами.

Смысл идеального города не в архитектуре. Идеальный город тот, который для семидесяти процентов живущих в нем людей является родным. С городом должна связывать память. Память о том, как ты играл в песочнице, лазал по деревьям, попадал в милицию, катался на коньках, одетых на валенки, играл в футбол, ломал ноги, подкладывал пистоны под трамвай, катался на подножках…. Идеальный город для меня тот, о котором я все это помню.

Беседу вела Ольга Савенкова

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 30 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Интересный дядечка. В нем воплощено главное качество армянина - ТРУДОЛЮБИЕ.
  2. ПРИЯТНО ЗНАКОМИТЬСЯ С ПРИЗНАННЫМИ АРМЯНАМИ МОСКВЫ.ЭТА КАСТА ОЧЕНЬ СИЛЬНА,НО НЕТ ТОЙ ОБЪЕДИНЯЮЩЕЙ СИЛЫ,КОТОРАЯ ГОТОВА ПОЖЕРТВОВАТЬ СОБОЙ,РАДИ ВЕЛИКОЙ ИДЕИ КОНСОЛИДАЦИИ.ЖАЛЬ.ПОЛЕЗНО ДЕЙСТВУЕТ"НК",ПУБЛИКУЯ ЭТИ МАТЕРИАЛЫ.
  3. весьма хорошая публикация. читатель в очередной раз убеждается, что армянин по натуре - строитель, созидатель; строит по всему земному шару. герой интервью - гордость своего народа. очень важные вопросы - как сохранить памятники прошлого: реконструировать, ремонтировать, модернизировать и как? старой красивой Москвы уже нет (разрушил Каганович и компания вандалов), армяне продолжают строить... Побольше о кладоискателях пишите, нам читателям интересно.
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты