№ 6 (189) Апрель (1–15) 2012 года.

Женщина после премьеры

Просмотров: 4076

Хорошее название у монопьесы Карине Ходикян – «Целлофановое счастье». Люблю непростые, говорящие названия. «Невыносимая легкость бытия», например. Это Милан Кундера. Или «Все оттенки голубого». Это Мураками. Или «Скромное обаяние буржуазии». Это Бунюэль. Или «Троянский конюх». Это, извините, я. Или «Женщина после дождя». Это снова Карине Ходикян. Так вот, я с удовольствием слушал ее текст на компакт-диске в исполнении хорошей актрисы. Слушал и думал о том, что монопьеса (или монолог) – это, по сути, женский жанр. По форме, по исключительно женской склонности говорить о собственном восприятии – не людей, не мироздания, – а самой себя. Давно заметил, что такое трепетное отношение к собственным ощущениям, такое самодостаточно-экзистенциальное самолюбование более всего присуще женской литературе, независимо от степени таланта автора или выбранного им жанра. А драматургия – лучшая возможность сказать свое, накипевшее оттуда, где тебя хорошо видно и слышно. Выйти и сказать. И чтобы в круге света, и чтобы слушали и не перебивали...

Карине Ходикян – одна из ведущих армянских драматургов, хорошо известная за пределами Армении. На случай, если уважаемого читателя тема культуры мало трогает, добавлю, что она также известный публицист и общественный деятель. Основатель и издатель журнала «Драматургия», существующего вот уже 11 лет. Главный редактор газеты «Гракан терт» («Литературная газета»). Лауреат многочисленных литературных премий, член жюри всевозможных конкурсов. Ну и, наконец, информация, которая наверняка заинтересует любимого мной, но – ничего не поделаешь – до крайности политизированного читателя: с 2004 года она была заместителем министра культуры и ушла с этого поста по собственному – обратите внимание – по собственному желанию.

Но главным делом своей жизни она все же считает театральную драматургию. А дело это, по своему опыту знаю, непростое. И хотя театрального опыта у меня гораздо меньше, чем у нее, но законы драматургии я в свое время неплохо постигал. А более всего Карине заинтересовала меня тем, что она человек, сделавший сам себя.

Ничего удивительного в том, что человек, вышедший из элитной столичной семьи, выбился, так сказать, в люди, стал известен, популярен и так далее. Чуток способностей, чуток трудолюбия – и все в порядке. Совсем другая мера энергии, труда и веры в себя нужна человеку, пришедшему «ниоткуда». В 1975 году Карине приехала из Ахалкалаки в Ереван, поступила на филологический факультет Ереванского университета, работала школьной учительницей, журналистом и со временем, совсем не сразу, не имея поддержки, добилась того, что сегодня имеет. Разумеется, я говорю не о джипах и замках. Ну, вы меня понимаете. Итак.

Действие первое. Театр

– Мне наши театральные режиссеры не раз говорили, что нет у нас хорошей драматургии, ставить нечего, нет достойных пьес. Впрочем, так говорят и кинематографисты: нет, мол, хороших сценариев.

– Не знаю, как насчет кинематографа, но театральные режиссеры явно лукавят. Раньше, когда была у нас хорошая режиссура и был настоящий театр, к этому высказыванию стоило прислушаться. Но сегодня могу со всей ответственностью заявить, что хороших театральных режиссеров раз-два и обчелся, есть также несколько удачных постановок, а все остальное ниже среднего уровня.

Мои пьесы ставились больше за рубежом, чем в родном отечестве: в Перми, в Киеве, в Тбилиси, в Румынии, в Болгарии, на Филиппинах, в США... А наши режиссеры почему-то предпочитают ставить пьесы второстепенных зарубежных авторов преимущественно водевильного характера. Сплошь о любовниках и любовницах, прыгающих из постели в постель. Есть практическое объяснение этой ситуации. Бульварному французскому драматургу, пьесу которого перевели вначале на русский, затем с русского на армянский, можно не платить, а нашему автору платить придется.

Вообще, о нулевом уровне наших театральных режиссеров я собираюсь писать статью. Вот смотрите. Уже одиннадцать лет издается журнал «Драматургия». Разумеется, нет и не может быть шедевров в каждом номере, их нет и в аналогичном московском журнале. Но за это время было опубликовано 230 пьес. Неужели не найдется хотя бы десяток работ, достойных армянской сцены? А знаете, в чем проблема? Режиссеры пьес не читают, они вообще читать не любят. Я ловила их на этом: говорят, что читали, а на самом деле даже не открывали или одолели первые пару страниц. Им может что-то не понравиться. В конце концов, и мне далеко не все нравится. Авторы не всегда чувствуют сценический ритм, порой излишне многословны; даже если пишут комедию, обязательно должна появиться какая-то печальная нотка о геноциде или о чем-то подобном, не имеющем отношения к повествованию. Но надо уметь с ними работать. Хорошо, не нравится. Могут же, наконец, заказать тему, как это сделал, например, Акоп Казанчян, главреж ТЮЗа, предложив мне в прошлом году написать что-нибудь для десятиклассников. Я написала, и он принял. С этим режиссером вообще легче всего работать. Мы с ним осуществляли целые проекты. Я к тому, что режиссер обязан знать все, что происходит в области драматургии, знать имена. Для того и издается журнал, чтобы была живая связь между автором и театром. А связи никакой. Притом что есть очень интересные авторы: Гурген Ханджян, Самвел Халатян, Самвел Косян, Астхик Симонян, Саркис Овсепян... Могу перечислять дальше.

Легче всего заявить, что нет драматургии. А ты попробуй объяснить, убедить, направить. Ведь драматург становится драматургом не в тиши кабинета, а в театре, в процессе работы. Есть тому яркие примеры: Перч Зейтунцян и Ереванский драмтеатр, Жирайр Аветисян и Театр комедии им. Пароняна. Да и сама я, написав первую пьесу, была от нее в восторге, но когда услышала свой текст со стороны, ужаснулась, поняв, как он многословен. Выпросила рукопись на одну ночь и убрала все лишнее.

– Вспомнил Карела Чапека. Репетиция. На сцене черт-те что происходит: актеры ругаются, режиссер суетится, лампа гаснет, декорации разваливаются, реплики из пьесы произносятся на все лады, актриса в истерике, а бедняга-автор, сидя изо дня в день в пустом зале и наблюдая за происходящим, думает: «Господи Боже, в жизни не буду больше писать пьес!» И, тем не менее, продолжает писать.

– У Чапека автор присутствует изо дня в день. А наши самовлюбленные режиссеры работают по принципу «я сказал – Бог сказал». Совершенно не принимая в расчет мнение драматурга. Умудряются отстранить от работы даже такого неуправляемого человека, как я. Посему с некоторых пор решила отдавать пьесу в театр с условием, что буду принимать участие в постановке с первого дня читки.

Классическую театральную триаду – автор, режиссер, актер – никто не отменял. У нас, как правило, наличествуют режиссер и актер, а чаще только режиссер – как памятник самому себе. Я специально интересовалась, каков расклад в зарубежных театрах. Там к драматургу относятся с огромным уважением, более того, присутствие автора (если он доступен) в процессе постановки не только желательно, но и обязательно. Кстати, в кинематографе в этом отношении дела обстоят лучше, иметь дело с кинорежиссерами гораздо приятнее. Понятно, что большое кино – это и большие деньги, которых нет. Зато у нас такая документалистика, которую не стыдно предъявить миру.

– Согласен. Но в целом печаль нашей (и не только нашей) культуры в том, что значительная ее часть предназначена для внутреннего пользования и лишь самую малость можно предъявить миру. Когда сняли забор, которым была огорожена бескрайняя империя, выяснилось интересное обстоятельство. В разных точках мира время протекает по-разному. Внутри забора было уютно, потому что выработался свой язык, свои эстетические ценности и собственный отсчет времени. За пределами забора, как оказалось, совсем иное время, и каждый отделившийся кусочек империи отстает от него по-своему. Если обратиться к кинематографической терминологии, то у одних рапид, у других чуть быстрее, у третьих 24 кадра в секунду. Думаю, тем и интересна миру документалистика, что зримо предъявляет сей планетарный дисбаланс. Технологии внедрять значительно легче, чем менять характер общества.

Действие второе. Общество

– В одном из интервью Вы сказали, что хотели бы жить в таком идеальном обществе, где можно не знать, не интересоваться делами президента и правительства.

– Конечно. Пусть каждый занимается своим делом. Но, увы, что-то расшаталось в родном отечестве. И расшаталось не сегодня. Революция, к сожалению, штука жестокая. При любой революции лучшие и достойные тонут, а недостойные всплывают. Вартан Оганесян снял документальный фильм об отряде армянских добровольцев, с которыми провел пять дней в 1992 году. Спустя четырнадцать лет он завершил свой фильм, снова встретившись с каждым из персонажей. Один инвалид, другой в психиатрической клинике, остальные также ведут убогое, незавидное существование. Воин, положивший свою жизнь на алтарь родины, стал никем. А кто-то стал всем... А парламентские выборы, которые превратились в фарс?.. А десятки тысяч граждан, из года в год покидающие страну?.. И что же, об этом не ведают видные общественные и политические деятели? Ведают. Но об этом почему-то с болью говорят не они, а живущий за тысячи верст Шарль Азнавур. Разве это не трагедия? Вы знаете, что некоторые партии перед выборами раздают малоимущему народу подсолнечное масло, кофе, варенье?.. Что дальше? Сколько еще можно жить во лжи?

– Но ведь народ берет.

– А что ему остается? Я долгое время считала себя демократом, а теперь думаю, что одна сильная личность может изменить лицо страны. Более коррумпированную республику, чем Грузия, трудно было себе представить. Взяточник на взяточнике сидел. Пришел Саакашвили и положил этому конец. Попробуй сегодня подойти с подношением к грузинскому полицейскому – шарахнется как от чумного. А было время, наши водители боялись проезжать через Тбилиси – гаишники обчистят за милую душу.

Я говорю сейчас не о внешней политике, а о воле одного человека, которая может все или почти все решить. Те из наших, кто уезжает в нормальные страны, начинают жить по законам этих стран. Почему у себя не могут? Вы думаете, наш взяткодатель не хотел бы заплатить положенный налог вместо того, чтобы кому-то подсовывать конверт с деньгами? Армяне не лучше и не хуже других. Просто каждый народ можно возвысить, а можно опустить. Наши опущены. Какова политика, таков народ.

Мне недавно принесли статью о том, что в Азербайджане уничтожаются армянские сооружения. Пафосная статья, которую я не приняла, а предложила автору вместо нее написать другую – о том, что происходит сейчас в сквере Маштоца, который хотят превратить в еще одну торговую площадку. Там уже много дней пикет молодежи. Нельзя то и дело искать источники собственных бед в других народах. Следовало бы в первую очередь спросить с себя. 1 марта 2008 года на мирном митинге было убито десять человек, и убийцы по сей день живут рядом с нами. Кто их судил?

Я ушла с поста замминистра культуры именно по этой причине. Потому что, если, оставаясь на государственной службе и будучи писателем, я не в силах сделать то, что обязана, то, значит, и писать не имею морального права. Я не могла оставаться в кругу людей, которые ради того, чтобы удержаться в кресле, могут отдавать любые приказы. Своим уходом я всего лишь пыталась сохранить собственное лицо. Я по сей день считаю, что совершила в своей жизни два правильных и мудрых поступка: вышла замуж за своего мужа и ушла с поста замминистра... Неправильных сколько угодно, но эти два покрывают все остальное.

– Не в том ли корень зла, что интеллигенции осталось с гулькин нос? Спросил, а сам думаю, ведь интеллигенция – не истинная, а формальная – легко идет на компромиссы. Я иногда забавляюсь тем, что представляю себе, кем бы мог стать тот или иной ярый демократ и политический деятель, если бы не рухнула система. Картинка вырисовывается любопытная. Вы, кстати, были членом компартии?

– О нашей интеллигенции говорить не будем, она легко идет на компромиссы при любом режиме. Да, я была членом партии. Когда-то была даже комсомольской активисткой. Если во мне сейчас столько энергии (хотя уже устаю), можете представить, сколько ее было в молодости. На втором курсе филфака заявление о приеме в партию написал за меня наш инструктор райкома комсомола. Из-за болезни матери перевелась на заочное отделение, вернулась в Ахалкалаки и несколько лет преподавала в школе. Позже была последним парторгом в редакции журнала «Гарун». Вот и весь мой «компромисс». Какой из меня коммунист? Если бы не случилось перемен, возможно, я застряла бы в Ахалкалаки, рядом с родителями, была бы директором школы, в лучшем случае заведующей местным РОНО, писала бы глупые стишки, и этого было бы достаточно для творческой самореализации.

Серьезную роль в моей биографии сыграла поездка в Америку. Увидела свободную страну, общалась со свободными людьми. С тех пор, когда чувствую, что консервируюсь, что уже невмоготу, собираю чемоданы – и куда-нибудь, пусть даже в Ростов или Питер.

Действие третье. Человек

– Давно замечено – и тому немало свидетельств в классической литературе, – что провинциалы, попав в большой город, проявляют больше энергии и целеустремленности, нежели коренные жители. Видел это в Москве в несметном количестве. Там значительная часть преуспевающих людей – люди приезжие. У местного человека дорога с детства проторена, ковровой дорожкой покрыта. Ему не надо паниковать по поводу хлеба насущного или крыши над головой. Есть связи у родителей, есть друзья детства, одноклассники и сокурсники, выбившиеся в большие начальники. Словом, поводов для суеты меньше, чем у того, кто попал в чужую и не всегда дружественную среду. Вопрос в степени компромисса: через что перешагнешь и перед чем остановишься.

– Разумеется, приезжие более активны в достижении цели. Это вполне естественно. У меня здесь не было ни дяди, ни тети, ни влиятельного любовника (он мог быть, но я не хотела). А интриг вокруг сколько угодно. И препятствий – хоть отбавляй. Не так-то легко пристроить пьесу в театр. Помню, как не хотели принимать «Женщину после дождя» в Театре им. Сундукяна. Думаете, почему я затеяла журнал «Драматургия»? Мои пьесы ставили на телевидении, на радио, а в театрах их каждый раз с упорным постоянством теряли, причем так, что концов не найдешь. Я по наивности давала им второй экземпляр, его тоже теряли. Стало понятно, что проблема не в рассеянности театральных деятелей, а в моей беззащитности. Вот я и сделала такой журнал, где пьеса драматурга будет защищена по определению. Сама искала авторов, сама переводила.

Кстати, один журналист лет десять назад задал мне такой вопрос. Не вопрос даже, а намек: «О вас говорят, что вы чрезвычайно целеустремленны, прете как танк». Я ответила: «Спасибо за комплимент. У меня нет дополнительных трамплинов, в этом объяснение. Я всего лишь пишу пьесы и хочу, чтобы их ставили. Так и передайте тем, кто сравнивает меня с танком». Сколько девиц сегодня приезжает из провинции и мечется в поисках достойного места. Некоторым предлагают постель, они соглашаются, и я их не осуждаю. Не у всех есть боевые качества. Бывает, ситуация кажется безвыходной, если есть что сказать, чувствуешь в себе силы и способности, но иных путей не находишь.

– Постель, как я успел убедиться, предлагают здесь всем, и не очень прикрыто. Во многих объявлениях о приеме на работу так и значится: «Требуются молодые девушки привлекательной внешности». Хотя для данной работы важен профессионализм, а не возраст или внешность. Одной моей родственнице на собеседовании задали прямой вопрос, есть ли у нее друг. В смысле, бойфренд. Нежелательно, чтобы он был, ведь сексуально озабоченный шеф рано или поздно пригласит ее отужинать в какой-нибудь полубордель-полуресторан.

– В наше время не было такой наглости, такого откровенного сволочизма. Мужчины были настоящие, существовали понятия чести, благородства. И хотя я достаточно сильна и самостоятельна – Лев по гороскопу, – мне всегда помогала поддержка мужа. Муж для меня сегодня – мой самый надежный друг. Не только и не столько любовник, потому что страсть, с которой начинается всякая семейная жизнь, уже поутихла, а более всего друг. У нас за много лет было всякое. И у него были увлечения, и у меня чуть-чуть, чисто армянского характера. Но одно ясно, что мы должны быть только друг с другом. Это главный вывод, к которому мы пришли. И это самая крепкая спайка, притом что у нас нет детей и мы оба птицы свободного полета.

Есть множество семей неблагополучных, где есть дети. Кто-то остается в семье ради детей, кто-то по другой причине. Нас объединяет убеждение, что мы нужны друг другу. Знаете, есть пары-несуны. У них одна цель: нести все домой. Есть другие пары, которым кажется, что они живут каждый своей жизнью, делают карьеру и т.д. Но стоит кому-то попасть в беду или почувствовать себя плохо, другой за него (или за нее) горой стоит. И третьи – это Ромео и Джульетта, не дай бог, врагу не пожелаю. Наш вариант ближе ко второму. Этот вариант многолетнего, уравновешенного брака характерен для людей достаточно сознательных, прошедших школу хороших семейных традиций. Ты можешь быть сколь угодно образован, но именно в семье сдаешь самый серьезный экзамен домашнего воспитания.

Может показаться, что женщина, делающая карьеру, плохая домохозяйка. Так вот, ничего подобного. Я люблю готовить, и кухня для меня – самое любимое место в квартире, мой личный уголок. Моя бабка учила маму, а мама – меня: «Вернется муж днем или поздно ночью – не важно, первый вопрос, который ты должна ему задать, не голоден ли он. Потом уже спрашивай, почему пришел поздно, где был и так далее». К этому я добавила собственную мудрость. Зачем задавать дурацкие вопросы? Захочет – сам скажет, а не захочет – не надо. Вот такие маленькие эрзерумские хитрости.

Занавес

Должен признаться: единственное, чему верю в театре, это вешалка, с которой, как известно, он начинается. Все остальное – условность, которую я, убейте, с трудом воспринимаю. Если персонаж умер, то это раз и навсегда. Но если он через минуту радостно вскакивает и под занавес раскланивается, принимая цветы, то трагедия для меня плавно перетекает в балаган, древнейшее из искусств.

Театралы меня незамедлительно казнят, но что я могу поделать, если неестественно громкие выкрики актеров, наспех сколоченные макеты, картонная бутафория и вековая пыль на изъеденных молью платьях не дают мне сопереживать задушенной Дездемоне, зарезавшему себя Отелло или погибшему ни за что ни про что принцу Датскому?

В кино сопереживаю, в театре предпочитаю слушать текст. Слово – это все, когда им владеешь. Слово – это шахматная доска, на которой игрок, умело переставляя фигуры, создает собственную реальность, от которой (если говорить о больших мастерах) дух захватывает. Когда одну и ту же историю можно увидеть в десятках вариаций, каждая из которых возможна и убедительна.

Мне нравятся современные интерпретации классики, шутливые или серьезные. Я сам этим с удовольствием занимаюсь, хотя не могу с уверенностью назвать это постмодернизмом. Дело не в названии. Есть в истории культуры периоды переосмысления, для чего и придуманы соответствующие термины. Мы в этих «измах» сильно отстали от передовых стран, теперь добираем, но и это не столь важно. Важна убедительность. При чем здесь, скажете, Карине Ходикян? Вот при чем. Есть у нее цикл драматических интерпретаций на темы классики. Одна – о возвращении Одиссея – заинтересовала меня тем, что когда-то сам изложил собственную версию этой хрестоматийной истории. Изложил с точки зрения Циклопа, которого Одиссей ослепил. Слепой Циклоп в моей версии последовал за героем Троянской войны в Итаку. В сборнике пьес Ходикян обнаружил ту же историю, но уже с точки зрения Пенелопы. Двадцать лет отсутствия, разных приключений и сладострастных встреч по пути домой не могли так легко проститься Одиссею. Поубивал женихов и воссоединился с хранившей верность женой? Так, да не совсем. Верная-то верная, но отомстила ему по-своему. Он, если помните, явился домой в обличье нищего, уверенный, что жена его не узнает. Она и прикинулась, будто не узнала, будто бомж ей понравился, и отдалась ему со всей страстью, на которую способна женщина после двадцати лет воздержания. Можете представить, что чувствовал при этом муж, не ведавший о том, что его инкогнито раскрыто? В таком душевном смятении он поубивал женихов, согласно классике, и зажил с женой счастливо, всю оставшуюся жизнь, однако, не смея докопаться до истины – узнала или не узнала? – отгоняя от себя мучительные сомнения. «И если вы, усмехнувшись про себя, спросите, насколько равноценна такая месть двадцати годам тягостного ожидания, то вы ничего в нас, женщинах, не смыслите». Вот теперь занавес.

Руслан Сагабалян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 43 человека

Оставьте свои комментарии

  1. Талантливая девушка.
  2. Всегда с удовольствием читаю интервью, которые берет Сагабалян. Он умеет находить интересных собеседников. И в женщинах знает толк. Молодец!
  3. Лучше быть "бабником", чем армянским пузатым уродом-деспотом, который не уважает женщин, смотрит на них по-восточному, и вообще мудак. А таких уродов-рабизов в Армении еще очень много. Все бы были такими, как Руслан Сагабалян. Респект ему из Сочи!
  4. Ставлю отлично!
  5. желание поднять значимость своего творчества из "местечкового" до "мирового" привело к нагромождению (именно нагромождению) ненужных категорий в сознаниях малых народов и провинций. когда-то лет 35-40 назад Руслан сказал весьма прогрессивным ереванским дамам следующее: французские трусы не делают прекрытое место французским... ну фот и формула происходящего)) Макаревич как-то вернувшись из США признался , что успех в необозначеной на карте провинции - это не УСПЕХ В АМЕРИКЕ. люди были открытей))) А за Одисеем - первым лгуном и подлецом ( кто не в курсе рекомендую перечитать древнегреческое ) мог последовать только Циклоп и то, ослеплённый.Нет, последовало всё или, точнее, почти всё современное человечество. но это другая история... Извини, Руслан, но хоть и брат я тебе тезис "кукушка хвалит петуха, за то , что хвалит он Руслана" неприемлем, и как Циклоп не могу)) ценю Руслана, не за то, что кукушка хвалит петуха, а за то, что он действительно неординарный человек
  6. дай Бог нам всем такой смекалки, как у Одиссея, царя Итаки!
  7. Стивену - вам дай! Нам боже упаси! нам бы чего-нибудь менее подлого) можно, скажем , не от одисея и циклопа, а от Лира? - нет ? жаль. Нои подлой изворотливости тоже не надо! я понимаю, что доблесть и совесть нынче не в чести. Но и подлость уберите пожалуйста со стола!
  8. Чуть не забыл! было бы досадным упущением не указать, что Итаки - остров к северу от Керкиры ( Цирцея там тоже жила такая) километров 5. Размером этот остров с Дилижан, и царь Итаки Одисей! был по сути первым парнем на селе всего лишь... села с греками той эпохи - если сегодняшние - бараны 100%-е то каовы же те были? хвала уму Одисея! и всем кто " с дуру..".как Высоцкий пел, считает по сей день подлого хитреца эталоном ума , хочу посочувствовать...какжаль что головой пользуетесь не на все 100% - там ведь и мозги есть!!! в зеркало не видно- но есть , научный факт!
  9. Сагабалян не только неординарный человек, как пишет Гарик. Он настоящий армянский интеллигент. Но в отличие от ереванских, он шире смотрит на мир. Жизнь на два дома - Ереван и Москву - идет ему на пользу. Хотя это и хлопотное дело. Местным до Сагабаляна далеко...
  10. Мало кто читал весь текст Одиссеи, мы знаем о нем в основном из фильмов (сериал Андрея Кончаловского,например). Но по моему не о нем речь, а об интересной собеседнице автора. Такой женский тип не часто встретишь в армянском обществе.
  11. пренепременнейшим образом должен извиниться перед уважаемым читателем за допущенный непростительный, я бы сказал, ляп. Итака к северу от Кефалонии в 5 километрах. Керкира милях в 60-80 также к северу. И заплутать там на 10 лет опытному мореплавтелю неклицу))а вот с мадам Цирцеей прводили время наверное неплохо, что всех в баранов обратили )) и конечно же скажу Гаяне спасибо, за столь справедливое отношение к Руслану. должно быть Гаяне весьма тонкая и чувствительная натура
  12. Выше было написано,что Руслан - бабник.Это комплимент,т.к. сегодня бабников становится все меньше,а голубых-всё больше.Руслан Сагабалян,один из немногих авторов,которых я читаю,не считая политических материалов.
  13. Сведения Ваши интересны, видно, что вы обошли эти места вдоль и поперек, но ценность литературного первоисточника, согласитесь, от этого не меняется. Ну, была Итака маленьким курортным городком, а Одиссей, в сущности, градоначальником - это, конечно, забавно, но при чем здесь история, рассказанная Гомером? Литературный текст сам по себе значителен, и сюжеты многих мировых литературных произведений берут начало оттуда.Говорю это вам как литературовед. Я согласен с Мариной: наше обсуждение с легкой руки Гарика дало крен в сторону Древней Греции, а поговорить желательно о Ходикян, о театре, об обществе...там ведь много тем затрагивается. Не хочу никого обижать, присутствующих уважаю, но мы здесь не эрудицию демонстрируем, не так ли?..
  14. о, Гарик! знаете, это было в высшей степени самонадеянным с вашей стороны просвещать меня насчёт острова Итака (там главный город - Итаки) и, тем более, давать легкомысленное толкование личности одного из моих любимых героев - Одиссее. Король Лир, оказывается, нужен армянам! Шут говорит королю Лиру: "Тебе нельзя было стариться, пока не поумнеешь". А вот могоуважаемый Одиссей даже в шуте не нуждался. Когда кругом османские янычары, то нужно быть Одиссем, а не Лиром (иначе, сожрут янычары с потрохами, и никакой граф Кент не поможет!). Таким образом, дорогие форумчане, не верьте этому уважаемому рациональному Гарику, мол подлецом был Одиссей. Нет, это был один из эффективнейших менеджеров древности. Что до творчества К. Ходикян, то скажу: её мрачные, депрессиогенные рассказы невозможно читать. это моё частное мнение. Если ей поручить версифицировать "Короля Лира", то читатель, наверняка был бы в "шоке и в ужасе". А вот Шекспир - подлинный гений, потому как только гений мог написать на основе легенды такую глубокомысленную дребедень ("Король Лир"), которую с интересом читает и смотрит человечество 405 лет.
  15. Так ведь никто и не утверждает, что она - гений. Сравнения с Шекспиром не выдержат и куда более известные драматурги современности.Я рассказов ее не читал, но просмотрел в интернете пару пьес в русском переводе. Автор одаренный, правда,не Шекспир, уж извините. Все оценивается в сравнении. Много вы встречали армянок, высказывающихся столь смело, откровенно,не формально, без ложного пафоса и ложных восторгов?
  16. Искренность ее подкупает , и вообще, читал с удовольствием. Стиль Сагабаляна узнаваем с первых строк.
  17. Это точно, Сагабаляна сразу узнаешь. А еще он никогда не опустится до того, чтобы делать ангажированные интервью с первыми лицами государства, которыми псетрит весь этот номер. Сагабалян - честный человек и настоящий профессионал. А не обслуживающий персонал в лице некоторых представителей СМИ. Им до Сагабаляна - как до Луны. Уважаю этого автора.
  18. Руслан Сагабалян умеет вести задушевные беседы. А за галерею талантливых армянок ему особое спасибо!!!
  19. Приятно, что под некоторыми статьями нет бури негодований, взаимных претензий и оскорблений, выяснений, кто чушка. а кто нет, кто настоящий патриот, а кто "шуртвац". Есть о чем поразмыслить - и на том большое спасибо.
  20. Вы правы, приятно. Но это потому, что данную статью писал настоящий профессионал. А остальные провластные материалы этого исторического номера НК писал обслуживающий персонал из СМИ. Большая разница! :))
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты