№ 16 (199) Сентябрь (1–15) 2012 года.

Армения, Иран, Россия – новая конфигурация Евразийского союза?

Просмотров: 2704

Чем более явными становятся планы стран западной коалиции на Ближнем Востоке, тем яснее чувствуется печальный конец замыслов по искусственной маргинализации отдельных стран и режимов. Любое лукавство, продвижение идей и шаблонов восприятия, которые искажают реальность, неизбежно скрывают в себе противоречия и двойные стандарты. Подобные проекты по навязыванию искусственной повестки дня и мировоззрения имеют свой срок годности. Даже самый мощный генератор сценического дыма не может создать мутную завесу надолго: рано или поздно рукотворный туман рассеивается, а концерт по заявкам подходит к концу.

В течение августа Интернет будоражили сообщения о планах Израиля по нападению на Иран. Сообщения содержали весьма противоречивые сведения. В них говорилось то о раскрытии тайных планов и деталей военных операций, то о спорах, возникших между Тель-Авивом и Вашингтоном. Одни «засекреченные» военные начальники разоблачали намерения других. Если учесть, что по-настоящему секретная информация становится явной только при условии, что подобная «утечка» предусмотрена заранее, то все эти пульсирующие обрывки информации напоминают попытки прощупать реакцию мирового сообщества на агрессию, причем весьма нервные попытки. А нервничать есть от чего, ведь сказка про «страшный и агрессивный иранский режим» с каждым часом становится все менее интересной, не говоря уже о ее тающей убедительности. К тому же реальность такова, что возможное появление у Тегерана ядерных технологий военного назначения – перспектива даже не ближайших лет, а десятилетий. В связи с этим возникает обратный эффект: все более маргинальной становится противоположная позиция о целесообразности военной операции в Иране. У всех на глазах происходит надругательство над Сирией, оправдывать которое все труднее. Недавние сообщения об объединении так называемых сирийских повстанцев с «Аль-Каидой» превращают всю мотивировку сторонников скорейшего падения законного правительства Башара Асада в абсурдистский водевиль. На этом фоне международная репутация Ирана действительно обретает все более респектабельный и конструктивный характер. И если мы в ближайшее время избежим новых кровавых авантюр, то не пройдет и 3-5 лет, как очнувшиеся от гипноза западные правительства начнут выстраиваться в очередь, чтобы выказать уважение к успешной политике Тегерана и заодно к его нефтяным запасам.

Учитывая, что политика – это искусство возможного, а международная политика – это мастерство огромных возможностей, необходимо как можно скорее отходить от дурмана навязанной безвыходности и начать конструировать будущее, основа которого лежит в тщательном анализе прошлого, однако без ностальгической привязки к «прошлогоднему снегу». Слабость и уязвимость геополитического положения Армении в один момент может стать относительным преимуществом. Армения, являясь членом Евразийского союза, может внести особый вклад во взаимоотношениях между ЕС и Евразийским союзом. За последние годы Армения провела ряд успешных реформ, что не осталось незамеченным со стороны ЕС. Парламентские выборы явились шагом к дальнейшему креплению демократических процессов и еще более приблизили страну к выполнению ею международных обязательств в области проведения демократических выборов. Успешный опыт взаимодействия с западными структурами и стратегическое союзничество со странами СНГ и в первую очередь с Россией позволят Армении сыграть активную роль в сближении позиций ЕС и Евразийского союза.

Дело в том, что в иранском обществе и экспертной среде все активнее обсуждается вопрос возможного участия Ирана в Евразийском союзе, идея создания которого принадлежит Владимиру Путину. Появление так называемого «второго крыла» в евразийском проекте России не выглядит таким уж фантастичным, напротив, оно способно придать ему фундаментальный смысл и завершенность.

Формирование прочной оси Беларусь – Россия – Казахстан – Иран – Армения позволит каждой из независимых, но объединенных общей идеей и экономическими преимуществами стран решить комплекс проблем.

Армения, как и Россия, сегодня находится перед трудным, можно сказать, жестоким выбором. Вредная, но вынужденная привычка к политическому «шпагату», «игре на двух свадьбах», которая заключается в попытке не обидеть и не потерять расположения противостоящих друг другу центров влияния. Если маленькая Армения до поры до времени может позволить себе навязанный историческими обстоятельствами слалом, то для России, которая пытается позиционировать себя как центр геополитического притяжения, подобные качели не к лицу. Даже лидерство в небольшом регионе требует последовательности, не говоря уже о трансконтинентальном лидерстве. Однако, как это ни странно, сегодня именно маленькая Армения может придать сил и уверенности большой России, поддержав модернизированную идею Евразийского союза.

Что же сулит Армении, а также второй армянской республике – Арцаху возможное создание Евразийского союза с участием Ирана?

В первую очередь, это стало бы широким и уверенным шагом к обеспечению безопасности Арцаха, приближением к разрешению карабахского конфликта. Углубление экономического и политического сотрудничества Армении и Ирана, а также Арцаха и Ирана, развитие взаимных инвестиций позволило бы в разы снизить риски азербайджанской агрессии. Формула взаимодействия с непризнанным государством – это вопрос технический и при взаимном желании решаемый. Общие границы дают широкие возможности для маневра. При этом, развивая сотрудничество с Арцахом, Иран отнюдь не становится донором в обеспечении безопасности. Учитывая попавшие в прессу планы о нанесении удара по Ирану со стороны Азербайджана, мощная и боеспособная Армия Обороны НКР является весомым аргументом в пользу паритетного сотрудничества.

Существенное обстоятельство, которое вызывает вполне естественные сомнения в эффективности возможного участия Армении в Евразийском союзе – это отсутствие общих границ с Россией или Казахстаном. Вопрос железнодорожного сообщения через территорию Грузии остается открытым. Не нужно быть большим экспертом в области логистики, чтобы заметить очевидные, можно сказать, прорывные возможности, которые открывает включение Ирана в евразийский клуб. Выход к Каспию, возможности использования портов Персидского залива, транзит в центрально-азиатские республики бывшего СССР позволят встряхнуть армянскую экономику так, как не смогут никакие соглашения и партнерство с ЕС. Кроме того, сам по себе иранский рынок, доступ к энергоресурсам, снятие фактической блокады свободной торговли с Россией являются очевидным преимуществом даже без учета выхода к теплым морям.

Одним из важных факторов, как это ни странно, является фактор религиозный. Участие Ирана гармонизирует и сбалансирует соотношение христианских и мусульманских государств в Евразийском союзе, сделает более внятной и устойчивой идеологическую основу проекта. Здесь кроются два аспекта жизнеспособности нового содружества, и оба они касаются внутренней политической ситуации в Российской Федерации. Ведь в первую очередь от обстановки внутри России зависит, состоится ли амбициозная задумка или потенциальным участникам нового межгосударственного образования останется лишь фантазировать о возможных, но упущенных преимуществах.

Развитие диалога на уровне общественных, в особенности религиозных институтов между Россией и Ираном со временем помогло бы переломить тенденцию радикализации вновь формирующихся исламистских центров не только на Северном Кавказе, но и в Поволжье и Москве. Естественные, а главное, искусственные точки напряжения внутри страны – инициатора международного проекта в случае обострения могут стать серьезным препятствием к любым интеграционным задумкам. В этом отношении следует обратить внимание на следующую мысль. Создание полноценного евразийского блока, который с присоединением таких древних культур, как Иран и Армения, превращается не в попытку подклеить разбитую советскую чашку, а в новый фундаментальный исторический проект, создаст условия для созревания обновленной общенациональной русской идеи. Именно отсутствие такой идеи и условий для ее формирования ослабляет Россию, а вместе с ней и ее естественных союзников, главным из которых сегодня является Армения. Фрагментация национального самосознания позволяет недобросовестным представителям российской элиты манипулировать смыслами, искусственно лишая многонациональный народ взгляда в перспективу.

Ключевым моментом успеха любого подобного исторического начинания является мирная направленность. Обсуждаемая конфигурация Евразийского союза должна создаваться не против какой-либо из третьих стран, но во имя позитивной, конструктивной объединяющей идеи. Враги и конкуренты появляются и исчезают. СССР прекратил существование во многом потому, что привычные противники перестали открыто угрожать, и подобное изменение внешних обстоятельств на фоне инфляции коммунистической идеи сделало смысл совместного существования союзных республик неочевидным. Возможное участие Ирана имеет смысл не для того, чтобы утереть нос палачам Сирии или напугать Азербайджан. Новый союз не должен создаваться в пику неуступчивой Грузии, напротив, его эффективность и результаты совместного труда должны быть направлены на развитие нормального диалога с теми, с кем на сегодняшний день взаимопонимание затруднительно.

Для нового Евразийского союза объединяющей идеей должны стать не логистический комфорт или торговый профит, а подлинная свобода мысли, уважение традиционных ценностей. Сохранение тех ценностных ориентиров, которые слишком часто подвергаются насмешкам и поруганию носителями глобальной псевдокультуры. Это совсем не означает возвращения к архаике и средневековью, напротив, обеспечит условия для подлинного личностного и цивилизационного прогресса. Каждое из государств, участие которого предполагается в Евразийском союзе, в отдельности представляет мост между Востоком и Западом, несет в себе признаки двух направлений развития цивилизации. Иран не исключение. Более того, стоит напомнить, что Иран, пожалуй, единственное исламское государство, где христианские и иудейские общины имеют гарантированное представительство в органах законодательной власти, а в государственном бюджете предусмотрены затраты на сохранение принадлежащих им религиозных объектов.

Представленный сценарий имеет ряд правовых и политических ограничений. Пока они весьма серьезны и существенны, так что недооценка препятствий наряду с излишним оптимизмом могут произвести впечатление напрасного геополитического романтизма с признаками инфантильности. Однако стоит вспомнить, что многие исторические проекты изначально казались нереальными. Так, планы по развалу СССР, разрушению Берлинской стены, уничтожению многих, казавшихся незыблемыми, режимов за несколько лет до их реализации казались фантастичными и невероятными, а лозунги о победе над советской «империей зла» казались наивными. Поэтому нет смысла заранее объявлять невероятным проект, который, в отличие от вышеперечисленных примеров, является не разрушением, а конструктивным начинанием, к тому же подкрепленным готовностью потенциальных участников. Ведь если у нас нет планов на будущее, то и у будущего нет планов на нас.

Денис Дворников, член Общественной палаты РФ

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 10 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты