№ 19 (202) Октябрь (16–31) 2012 года.

Великое чувство жизни

Просмотров: 2692

Памяти замечательного человека Карлоса Петросяна

Вот он курит, а это смертельно опасно для него! После операции на сердце, когда все выбрасывают свои сигареты, трубки и т.п., он продолжал вдыхать проклятый дым. И когда (это было без меня, без моего ежедневного внимания) определили у него рак легких, он так же беззаботно улыбался, вынимая из пачки очередную сигарету. Психологически очень здоровый человек, он просто не мог поверить, что ему что-то угрожает. Чувство жизни в нем было бесконечно велико.

Я вот думаю, почему в моей новой книге «Духовные сокровища Арцаха» среди других героев я поместил людей, которые в Карабахе не живут. Ну, Зорий Балаян и Левон Айрапетян, по крайней мере, родились в Арцахе, а Карлос Петросян корни свои питает из Игдыра, что находится сейчас на территории Турции, как раз у подножия горы Арарат. Мы и познакомились с Карлосом благодаря Игдыру. И еще благодаря подлинно народному священнику – отцу Гургену, который был тогда настоятелем храма святой Гаянэ в Эчмиадзине.

Он весело вел тогда наш стол и рассказал, между прочим, народную мудрую притчу о петухе и псе, которая заключалась моралью: «Никогда не благодари Господа раньше времени». Я сидел насупротив Карлоса и слушал его рассказы о родине, Игдыре, и о бабушке, которая обижалась, что в Армении ей даже не сделали рентген. И вот я считаю, что поставил Карлоса Петросяна в книгу на самом законном основании. Конечно, дело не в том, где кто живет. А дело в том, как сильно человек любит Арцах и что для него делает.

Карлос, директор завода «Арменмотор», сначала не позволил аодовским деятелям снять себя с директорства. Не позволил им растащить и распродать немалый промышленный потенциал завода, сохранил все свои станки и оборудование, не позволил распустить, сделать безработными ценнейший людской капитал, драгоценный своими знаниями и опытом состав инженеров, конструкторов и высококвалифицированных рабочих. Его завод стал производственной и ремонтной базой для борющегося Арцаха. И внешним выражением отношения со стороны Арцаха к Карлосу Петросяну стало то, что его объявили почетным гражданином Мардакертского – одного из горячих фронтовых районов – туда в первые дни борьбы ушел с завода отряд добровольцев, а затем вслед Карлос отправил грузовик с продовольствием и оружием. И еще много чего было сделано, чтобы поддержать боеспособность армянского населения, борющегося охотничьими стволами против танков и артиллерии.

С тех пропахших порохом дней и до последнего момента, пока хватало сил, Карлос каждый день сидел на заводе. И даже когда завод решили закрыть, разрушить, а на его месте, на дефицитной земле в центре Еревана, построить гостиницы или что-то еще, дающее немедленный и хороший доход, Карлос упрямо приходил на свой завод, прощался с ним. Слишком много сердца он вложил в эти стены. Бороться с богачами-взяточниками у него не было сил. И он, как капитан тонущего корабля, решил уйти последним. А может – не исключено – решил остаться навсегда на заводе? Не знаю…

Я считаю, что завод «Арменмотор» исторически ценен для Армении. Как памятник творческой мысли и добрым делам. И еще, конечно, как памятник одинокой и преданной человеческой душе, отдавшей заводу всю жизнь. И прошу вас, властители и судьи, – не надо трогать «Арменмотор», пусть возвышается в центре Еревана. Пусть носит славное имя Карлоса Петросяна.

Но возвратимся к недавнему прошлому. Мы собрались у посла Нагорного Карабаха в Армении Карлена Ишхановича Аветисяна, чтобы обсудить маршруты моих зарубежных поездок, а заодно прикинуть, во что они обойдутся. С нами был и Карлос Петросян, за эти годы ставший очень близким мне человеком. И вот когда речь зашла о финансировании поездки (а сумма немалая – Париж, Лондон, Чикаго, Лос-Анджелес), Карлос достал из кармана деньги и протянул послу: «Хочу стать хоть частично спонсором будущей книги Кима Бакши».

Еще блаженной памяти мой друг Григор Оганесович Асратян обращал мое внимание: армяне ценят широкие благородные жесты. Не может быть, чтобы в ответ армянин не ответил тем же или даже чем-то более щедрым. Так и получилось, так и поступил Совет министров Карабаха в ответ на спонсорскую инициативу Карлоса Петросяна – щедро выделил средства на поездку.

У него был прекрасный обычай – каждое воскресенье вместе с друзьями отправляться в Эчмиадзин, в храм Святой Гаянэ VII века. Там молиться, возжигать свечи. И я, грешный, ездил с ними и, спасибо демократизму Армянской Апостольской Церкви, тоже молился, ставил свечи во здравие и за упокой моих близких в Москве и Ереване.

Так вот, при мне Карлос оказал помощь храму, за огромные деньги в этой старейшей церкви поменяли полы – не какой-нибудь наборный паркет, а уложили каменную плитку на манер древней. Которой износу не будет.

В 2008 году Святейший Патриарх – Католикос всех армян за это ли или за другие благодеяния наградил Карлоса Петросяна высшим церковным орденом Святого Григора Лусаворича.

Итак, заболевший раком легких и по-прежнему невоздержанно курящий Карлос отправляется в Германию за такие большие деньги, которых у него просто в наличии нет. А его любимый сын Гайк мечется по Еревану в поисках – где занять. И далеко не сразу находит. Я пытался давать советы Карлосу как человек «в теме»: сам недавно болел. И вообще! Но Карлос не хотел слушать меня, не верил в отечественную медицину. Он очень упрямый человек, и раз он принял решение, то просит не входить в бесполезные дискуссии.

Итак, говорю, Карлос в Германии лечится, облучается, а я в Москве ищу средства, чтобы выпустить мою седьмую книгу об Армении – «Духовные сокровища Арцаха», не один только текст, но богато иллюстрированную цветными снимками Акопа Берберяна. А стало быть, изданную на высочайшем уровне полиграфии и напечатанную на очень дорогой бумаге. Стоимость такого издания такова, что это все равно как если бы я вместо моей битой-перебитой старой «Нивы» купил новую BMW.

Потом, по слухам, его привезли из Германии в очень тяжелом состоянии, вроде на поправку. Испортили человека и выбросили домой. А уезжал он веселый. На двух ногах, как говорится. Мы, друзья, накануне провожали его, я сам видел. Он уезжал с твердой верой в германскую медицину. «Меня не нужно провожать на аэродром. Лучше через месяц встречайте…» «Выздоровевшего» – это так звучало. Слава Богу, что рядом с ним до самого конца был верный друг Эдуард Сасунцян, которого он ласково (а за ним и мы все) звали Паркевыч.

А я-то думал, приеду в Ереван. Свидимся. Не свиделись! Осталось это фото опять же курящего Карлоса, обаятельно улыбающегося.

Боже мой, какая потеря! И хотя она так же скоро забудется в нашем всё беспощадно забывающем мире, но Карлос будет – не скажу вечно – но будет жить на страницах моей новой книги, достойный сын Армении.

Ким Бакши

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 4 человека

Оставьте свои комментарии

  1. Светлая память...
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты