№ 3 (209) Февраль (16–28) 2013 года.

Южный Кавказ на водоразделе интересов сверхдержав

Просмотров: 2219

Наблюдающийся в течение всего 2012 года рост напряженности на границе между Турцией, Сирией и Ираном стал очередным напоминанием о постоянном процессе углубления противоречий в регионе, к которому непосредственно примыкает Южный Кавказ.

Не секрет, что непростые отношения между государствами Среднего Востока влияют и на положение дел на Кавказе. Учитывая же нестихающую напряженность вокруг Ирана и раздуваемую, в том числе Турцией, гражданскую войну в Сирии, самым нежелательным для Еревана стало бы соединение взрывных потенциалов двух соседних регионов. И похоже, что сегодня именно Южный Кавказ в очередной раз становится водоразделом противоречивых интересов глобальных игроков...

Чрезмерная активность Турции в разрешении сирийского кризиса обусловлена в первую очередь собственными региональными амбициями, в частности желанием доминировать в исламском, точнее арабском, мире. И активная поддержка так называемой сирийской оппозиции позволяет Анкаре продвинуться в этом направлении, обосновывая это искусственно раздуваемой «военной угрозой со стороны Сирии». В этом Турцию поддерживает НАТО, уже начавшее размещать на турецко-сирийской границе в целях «защиты от Сирии» зенитные ракетные комплексы Patriot. Следует отметить, что в целом подобная деятельность турецкого руководства политически дальновидной не является. Это мнение подкрепляется наблюдающимся обострением курдской проблемы, усиливающимся недовольством турецких алавитов, в местах проживания которых размещены лагеря для подготовки боевиков так называемой Сирийской свободной армии. Учитывая, что турецкая оппозиция выступает против военного вмешательства в сирийские дела, это создает значительные проблемы для партии Эрдогана, грозя в свою очередь дестабилизацией внутри самой Турции.

Совокупность шагов в турецкой внешней политике в 2012-м демонстрирует, что Анкара рассталась с провозглашенной ранее главой МИД Ахмедом Давудоглу внешней политикой «ноль проблем с соседями». По-прежнему недружественны отношения Анкары с Иракским Курдистаном. Ухудшились отношения с Сирией, Кипром, Грецией, Израилем, Ираном, Арменией, не говоря уже о странах все еще вожделенного для турок ЕС в лице Франции и Германии. И как это ни странно, единственным исключением в этом плане являются отношения Турции с Россией. Москве и Анкаре удалось, деполитизировав многие острые проблемы, сфокусировать эти отношения на экономике. С другой стороны, расколотое на кемалистов и исламистов турецкое общество в своем подавляющем большинстве выступает за укрепление отношений с Россией, которые из-за разногласий по сирийскому вопросу переживают период некоторого охлаждения. Именно поэтому позиция РФ служит сильнейшим сдерживающим фактором для осуществления Турцией в Сирии военного сценария по примеру Ирака или Ливии. Кроме этого, в Анкаре учитывают важность развития торгово-экономического сотрудничества с другим союзником Башара Асада – Ираном. В частности, турки получают значительные финансовые средства от проведения в интересах ИРИ банковских операций, транзита туркменского природного газа, поступающего по иранской территории, а в перспективе – транзита углеводородного сырья. На первый взгляд это выглядит парадоксально, но Анкару и Тегеран серьезно сближают и курдская проблема, и антиизраильская риторика.

Анализируя складывающуюся в последние годы геополитическую ситуацию на Ближнем и Среднем Востоке, все отчетливее вырисовываются очертания политико-экономического размежевания на соседнем Южном Кавказе. Правда, эта тенденция имеет к нагорно-карабахскому конфликту исключительно косвенное отношение, являясь частью отношений и противоречий крупных региональных держав.

Участниками непростого баланса сил на по-прежнему взрывоопасном Южном Кавказе, с одной стороны, являются Азербайджан, Турция и Израиль, с другой – Иран и Армения. При этом Грузия, США и РФ все еще сохраняют видимый нейтралитет. Конечно, формально все эти страны являются членами разных военно-политических блоков, однако состав явно противостоящих друг другу группировок в значительной степени выходит за рамки НАТО и ОДКБ. Иначе говоря, сегодня в результате воздействия сил, имеющих противоположные векторы во внешней политике, субъекты кавказской политики втягиваются в различные де-факто альянсы.

В целом это неудивительно, учитывая, что векторы региональной политики Армении, Грузии и Азербайджана определяются множеством факторов в двусторонних и многосторонних отношениях с Россией, США, Европой, Ираном и Турцией. И взаимоотношения с ИРИ не в последнюю очередь определяют политику Еревана, Баку и Тбилиси в сложнейшем кавказском конгломерате военных, политических, экономических, этнических и религиозных проблем. Единственным союзником Ирана, в котором правят аятоллы, на Южном Кавказе сегодня является христианская Армения. Как в Тегеране, так и в Ереване к вопросам данного союзничества подходят с позиций прагматизма, диктующего сторонам свои приоритеты. Для частично заблокированной Армении союз с Ираном является, по сути, альтернативным грузинскому путем обхода политико-экономических санкций, применяемых Баку и Анкарой в отношении Армении соответственно в 1991 и 1993 годы. В свою очередь для Тегерана особые отношения с Ереваном также весьма полезны, облегчая международные санкции в отношении Исламской Республики. Очень актуален для Ирана и тот факт, что его отношения с Арменией являются объективным противовесом алиевской политике по сближению с США и Израилем. Таким образом, исходя из существующих реалий, Армения и Иран последовательно развивают многоуровневые и многовекторные отношения на основе более трех десятков различных соглашений и договоров. Данный союз очень сильно тревожит алиевский режим, который упрекает южных «братьев по вере» в проведении односторонней, проармянской политики на Южном Кавказе. В Баку очень хотят, чтобы Иран в ущерб своим интересам последовал примеру братской Турции и блокировал Армению. Азербайджанские дипломаты, судя по всему, искренне считают, что непоколебимая позиция Армении в нагорно-карабахском переговорном процессе в первую очередь обусловлена поддержкой Ирана. Впрочем, так же искренне в Азербайджане обвиняют в «поддержке сепаратизма» и Россию, не желающую сдавать своего единственного в регионе стратегического союзника – Армению. Баку обвиняет южного соседа в экспорте исламской революции иранского образца в Азербайджан и открыто заявляет, что в их стране действует разветвленная сеть иранских агентов влияния и шпионов.

Если к ситуации в Сирии, Иране и Азербайджане добавить разновекторные влияния на Южный Кавказ со стороны США, Турции и Израиля, то мы получаем поистине взрывоопасную смесь. Большой знаток региона, главный советник первого президента Армении по вопросам национальной безопасности, член комитета «Карабах» Ашот Манучарян убежден, что на Южном Кавказе уже происходят серьезные процессы, вызывающие у глобальных игроков желание вмешаться. Аналитик считает, что в настоящее время Азербайджаном косвенным образом управляют Великобритания, США и Израиль. Турция же на данный момент играет в вышеназванных странах роль рычага управления Азербайджаном, а не самостоятельного игрока. И несмотря на то, что все эти игроки намекают Еревану, что вооружают Азербайджан против Ирана, все эти процессы, несомненно, содержат вызов и для Армении. Именно в этих процессах следует искать причины визита Сергея Шойгу в Ереван. Примечательно, что свой первый заграничный визит глава российского оборонного ведомства сделал именно в Армению, что наглядно продемонстрировало степень заинтересованности Москвы в Армении как важнейшем геополитическом звене, позволяющем сохранить российское влияние в регионе.

В Москве прекрасно понимают, к чему может привести соединение взрывных потенциалов двух соседних регионов: Южного Кавказа и Ближнего Востока. Особенно это актуально с учетом наличия Кавказа Северного – своеобразной бомбы замедленного действия, заложенной под Россией. Пока что карабахский конфликт все еще можно отнести к категории замороженных конфликтов, но общий накал ситуации в регионе вполне может его разморозить. И ситуация вокруг Степанакертского аэропорта является лишь одним из многочисленных катализаторов этого процесса. Представляется, что любые неосторожные действия на Среднем Востоке могут запустить карабахский конфликт. Очень уж напористо пытаются использовать Азербайджан и Грузию в своих планах противостояния с Ираном США, Великобритания и Израиль. И Москве для сохранения хотя бы нынешнего уровня своего влияния в регионе следует сделать все для недопущения развития ситуации по англосакскому, сионистскому сценарию.

Давид Степанян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 24 человека

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты