№ 4 (210) Март (1-15) 2013 года.

Духовный стержень армянского народа

Просмотров: 2521

С самого крещения Ар­мении христианство стало духовным стержнем ар­мянского народа и душой его культуры. Армянская культура формировалась и приобретала характерные ей черты, вдохновляясь Благой Вестью Евангелия и благодаря усилиям Цер­кви.

Продолжение.

Начало см. № 3,февраль

Церковь и нация

Благая Весть Иисуса Христа, которая является вестью о спасении, обращенной к людям всех эпох и культур, на­ходится в определенном смысле вне времени и простран­ства или, точнее, преодолевает эти, казалось бы, непрео­долимые категории нашей земной жизни. Именно по этой причине христианство, хотя оно и возникло в русле иудейской культуры и религии народа Израиля, было из­начально обращено ко всем народам и по прошествии двух тысяч лет по-прежнему дает ответы на самые глубо­кие вопросы, которыми задается человек.

Универсальность вести Иисуса Назарянина потряс­ла Павла из Тарса, который восклицал: «Нет ни еллина, ни иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, скифа, раба, свободного, но все и во всем Христос» (Кол. 3, II). Сама притча о добром самарянине, расска­занная Иисусом для того, чтобы проиллюстрировать, «кто есть ближний», показывает, что христианство раз­рушает привычные представления об этнической и кон­фессиональной близости и создает братство, которое превосходит простую принадлежность к одной нации или Церкви.

Этого достаточно, чтобы понять, что нет ничего бо­лее противоположного христианской вести, чем узкий национализм, который абсолютным и безусловным обра­зом превозносил бы один народ или одну расу. Следова­тельно, Церковь Христова не может иметь ничего обще­го с идеологиями шовинистического типа.

С другой стороны, главная тайна христианской веры, тайна воплощения Слова Божия, означает именно то, что Предвечный Бог вошел в историю человечества, во вре­мя и в пространство. Иоанн Богослов начинает свое Еван­гелие с возвещения этой главной истины христианства: Логос, вечное Слово, которое было у Бога и которое было Бог, стало плотью и обитало с нами. Эту тайну христиа­не самых различных Церквей переживают вновь в каждой евхаристии, поскольку глубинный смысл этого таинства в том, что Христос Воскресший, победив смерть и преодо­лев границы времени и пространства, присутствует здесь и сейчас. Армянская литургия в свойственной ей восхи­тительной манере подчеркивает этот необычайный опыт пением гимна перед чтением Трисвятого и пресуществле­нием хлеба и вина:

Христос явился к нам сейчас,

Он здесь, Бог Сущий, среди нас.

И вот звучит он, мира глас:

Настал святых приветствий час.

Едина Церкви ипостась,

Исполним целованья связь,

Вражда исчезла, а любовь,

На всех сошедши, излилась.

Служители, всеустно возгласите

Единосущно Божество,

Кого священнословят серафимы.

Именно потому, что во Христе Предвечный вошел во время и пространство, миссия Церкви состоит в том, что­бы воплотить универсальную весть Христа в конкретной исторической ткани жизни определенного народа и оп­ределенной эпохи. Христианская вера – это не отвлечен­ная доктрина, но программа реальной жизни. Она осуще­ствляется внутри общины. Такая община, хотя и не дол­жна ни для кого закрывать свои двери, может, однако, отождествляться с каким-либо конкретным народом. От­сюда исходит концепция национальной Церкви. Нахо­дясь в общении со всем остальным христианским миром, национальная Церковь являет собой как бы видимый ас­пект той единственной Церкви, мистического Тела Хри­стова, которая всегда находится вне границ нации или культуры. В такой перспективе этническая культура ста­новится выражением универсальной вести Христа в ко­ординатах конкретного времени и пространства данного народа.

Духовная и светская власть

Это учение о Церкви — общее для всех восточных Церквей, которые являются национальными. Но для Ар­мянской церкви такое отождествление с нацией становит­ся еще более сильным по причине выпавших на долю Ар­мении испытаний. Находясь на самой границе христиан­ского мира, Армения пережила владычество многих аг­рессивных по отношению к христианству народов. Начи­ная с арабского завоевания и до XIX века она жила в ус­ловиях почти полной изоляции, в окружении мусульман­ских стран. Это сплотило армян вокруг их Церкви, кото­рая веками была единственным гласом народа перед за­воевателями и власть имущими. Кроме того, Армянская церковь, присутствующая во всех уголках земли, по ко­торым история рассеяла ее детей, разделяла и сейчас раз­деляет с ними трудную жизнь в диаспоре, одновременно обеспечивая им единство с землей предков и сохранение национального языка и культуры.

После падения армянского царства Багратидов в се­редине XI века, если не считать краткого и трудного рес­публиканского периода в 1918–1920 годах, армянский народ обрел независимость на своей исторической роди­не только в конце XX века с распадом СССР. Единствен­ным армянским государством за этот долгий период было Киликийское царство, расположенное вне пределов ис­конной Армении, которое закончило свое существование в XIV веке. Столь длительное отсутствие государственно­сти привело к тому, что национальная Церковь стала единственным очагом, вокруг которого могли объеди­ниться армяне. Вследствие этого многие задачи, выпол­нение которых народ обычно поручает государству, на протяжении всей истории Армении брала на себя Цер­ковь.

К этому нужно добавить, что на Армянскую церковь неизбежно оказывала влияние жизнь, проходящая в тес­ном контакте с арабами и турками в исламских государствах – в большей или меньшей степени теократических. Действительно, в исламе невозможно четкое разделение между духовным и мирским.

Как мы уже говорили, сам завоеватель Константино­поля Фатих Мехмед II организовал жизнь различных эт­нических общин Османской империи так, что и к хрис­тианам (халкидонитам и нехалкидонитам) применялась структура теократического правления, свойственная му­сульманскому государству: греческий и армянский патри­архи Константинополя, называемые патриками, стояли во главе христианских миллетов соответственно «диофизитов» и «монофизитов». Будучи единственным главой всей армянской общины, которого признавало государ­ство, патриарх имел важные юридические преимущества, фискальные и прочие привилегии, а также руководил гражданской жизнью армянских подданных империи.

Вследствие этих необычных обстоятельств епископы и католикос Армянской церкви заботились не только о духовном попечительстве паствы, но и выполняли соци­альную роль в обществе. Епископам диаспоры обычно поручалось руководство армянскими школами, библио­теками и так далее.

Это, с одной стороны, оправдывает огромный автори­тет епископов в Армянской церкви, а с другой – объяс­няет, почему церковная иерархия (епископы и католикос) обычно избирается, причем большинство избирателей – миряне.

Несмотря на это, Армянская церковь в целом осталась невосприимчивой к двум противоположным искушени­ям, которым часто поддавались Рим и Константинополь, – она не присваивала себе светскую власть, но и не по­зволяла ей себя подчинить. Она действительно не знала византийского цезаропапизма, потому что армянское го­сударство никогда не было настолько сильным, чтобы подчинить себе Церковь; в то же время ей всегда был чужд и «папоцезаризм» Рима, потому что в период существо­вания армянского государства католикосы находились ря­дом с князьями и царями, были их советниками и духов­никами, но никогда не подменяли собой. Католикосы играли определенную социальную, а также политическую роль в жизни общества, но не осуществляли непосред­ственную светскую власть на какой-либо территории.

Армянская церковь в лице своих иерархов скорее все­гда разделяла судьбу своего народа, где бы и в каких жиз­ненных обстоятельствах он ни оказывался. О таком отож­дествлении с народом говорит и то, что духовенство не избежало ни унижений, ни депортации, ни мученичества – например, во время геноцида или в советский период. По этой причине, возможно, епископы Армянской цер­кви по традиции всегда были ближе к простым людям, чем в других православных Церквях или в католической Церкви. Армянское духовенство никогда не выделялось в касту, далекую от народа.

Джованни Гуайта, итальянский писатель, историк

Окончание следует.

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 29 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Спасибо Вам! Светлый Вы человек!
  2. Наш большой друг!
  3. Но посмотрите, как мало откликов на статьи Гуайты! Зато дешевый российский агитпроп здесь пользуется спросом. И демагогия авторов газеты про российско-армянское навечное стратегическое партнерство :)))
  4. Вот вы и напишите отклик на статью Гуайты,вместо критики в адрес других.
  5. Вы такой законопослушный, такой правильный? Как только с вами жена живет?!! В адрес Сержа Азатовича, Владимирова Владимировича, редакции НК - ни-ни, ни слова критики! Зато огрызнуться критикам, которых здесь не так много, - это святое дело. Удел раба - защищать хозяина и лаять на остальных. Вартан абсолютно прав - здешней публике по душе херня, которую несут прокремлевские эксперты-наблюдатели-политологи, но совсем безразличны такие умницы, подлинные друзья армянского народа, как Гуайта. Этот итальянец замнит собой ВЕСЬ Эчмиадзин и всю АН Армении, да будет вам известно. Но один я да Вартан с Завеном ставят ему пятерки. Он в тысячу раз важней для нашего народа, чем демагоги-политологи. Особенно прокремлевские.
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты