№ 11 (217) Июнь (16-30) 2013 года.

«Ближний круг» Саакашвили под дамокловым мечом новой власти

Просмотров: 1540

Третий президент Грузии Михаил Саакашвили понес новые чувствительные политические потери, в то время как его главный оппонент – премьер-министр Бидзина Иванишвили – может записывать в свой актив очередную победу. В конце мая 2013 года был арестован бывший премьер-министр и экс-председатель правительства Грузии Вано Мерабишвили.

После того как избирательная коалиция «Грузинская мечта» выиграла парламентские выборы в октябре прошлого года, а ее лидер Бидзина Иванишвили встал во главе кабинета министров, победители повели наступление на команду президента. Это наступление шло сразу по нескольким направлениям. Во-первых, «мечтатели» начали бороться за формально-правовые ограничения полномочий президента, который юридически имел право роспуска парламента и отставки правительства. Эта борьба завершилась принятием временной конституционной поправки (которая будет элиминирована после того, как начнется реализация реформы по изменению Основного закона страны и ее превращению из президентской в парламентскую республику). Конституционная новелла запрещает главе государства отправлять в отставку правительство без согласия депутатского корпуса. В нынешних условиях, когда парламентское большинство у «Грузинской мечты», очевидно: свое «добро» депутаты президенту не дадут. Во-вторых, Иванишвили пошел на обновление дипломатического корпуса и активизировал работу на международной арене. Главной целью этой работы является стремление доказать партнерам из США, ЕС и НАТО, что, в отличие от эксцентричного Саакашвили, новый кабинет готов к большей гибкости. Иванишвили отправил четкий сигнал Западу: курс на североатлантическую интеграцию, а также поддержку НАТО в Афганистане остается прежним. Но в этом курсе не будет такой цели, как конфронтация с Россией и втягивание Запада в этот опасный процесс. В-третьих, пошла масштабная информационная кампания по дискредитации Саакашвили и его соратников. Дело не ограничилось только прессой. В этом же ряду следует рассматривать создание комиссии по расследованию событий 2008 года. Цель главы правительства очевидна. Ему нужно разбить Саакашвили на той площадке, на которой тот в течение предыдущих девяти лет чувствовал себя монополистом. Речь, понятное дело, о монополии на патриотизм. Теперь Иванишвили стремится показать, что дело не столько в нарушениях прав и свобод граждан, сколько в провальном и неэффективном управлении третьего президента Грузии, которое, среди прочего, спровоцировало войну 2008 года и потерю тех позиций, которые страна худо-бедно имела после серии конфликтов начала 1990-х годов.

В-четвертых, новые власти начали политику активного судебного преследования представителей президентской команды. На этом пункте следует остановиться более подробно. Одним из первых, кто был поставлен под удар, стал экс-министр внутренних дел и обороны Бачана (Бачо) Ахалая. Помимо этого, тбилисский суд заочно приговорил экс-министра юстиции Зураба Адеишвили, считавшегося одним из лично приближенных к президенту Грузии, к тюремному заключению по делу о банкротстве банка. На сегодняшний день некогда могущественный чиновник находится за границей. Подвергаются преследованию и не столь «крупные рыбы». И хотя другой член «ближнего круга» президента, мэр Тбилиси Гига Угулава не был подвергнут аресту (в феврале нынешнего года суд принял решение не ограничивать ему свободу), недвусмысленный сигнал он получил.

В мае 2013 года пришел черед Вано Мерабишвили. Этот человек занимал особое место в политической структуре Грузии в период после «революции роз». Долгие годы его называли «серым кардиналом» грузинской политики, прочили в преемники Саакашвили, а также считали реальным премьер-министром. В течение 2004 года он занимал ключевые посты, связанные с вопросами национальной безопасности (помощник президента, секретарь Совбеза, профильный министр). Находясь в декабре 2004-го – июне 2012 года на посту министра внутренних дел, фактически он определял курс кабинетов. В конце июня прошлого года он всего на несколько месяцев поменял пост премьера де-факто на пост главы правительства де-юре. Не стоит забывать, что на момент своего ареста Мерабишвили находился на посту генерального секретаря партии «Единое национальное движение». Эта партия в период после «революции роз» была правящей. И сегодня она поддерживает президента Саакашвили.

Между тем, у Мерабишвили, помимо высокого аппаратного веса, было и другое значение. МВД Грузии долгие годы преподносилось как уникальный пример успешной борьбы с коррупцией и клановостью в закавказской республике. Сам Мерабишвили любил при случае козырнуть, что за один день лично уволил 14 тысяч сотрудников ГАИ. Этот имидж активно проталкивался и в России, и на Западе. Вспомним многочисленные публикации на тему «Почему у Грузии получилось?» В этой картинке у Мерабишвили была роль «эффективного менеджера», способного изменить архаичную советскую систему на министерство западного образца. Однако пиар-картинка оказалась совсем не такой, какой была реальность. МВД Грузии при Мерабишвили довольно быстро превратилось в эффективную машину, но не обеспечения равных прав и возможностей, а для сдерживания политических оппонентов. И свою совсем не европейскую жесткость эта структура сполна продемонстрировала в ходе разгона массовых акций оппозиции в 2007 и 2011 годах. Именно после этого критики действовавшей тогда власти стали сравнивать Мерабишвили с Берией.

Наверное, не случись парламентская кампания 2013 года, в которой, в отличие от предыдущих выборов, у власти появился достойный противник, многие теневые стороны деятельности «нового МВД» остались бы вне фокуса информационного внимания. Но случилось то, что случилось. В сентябре прошлого года в самый разгар выборов бывший сотрудник глданской тюрьмы № 8 Владимир Бедукадзе, бежавший в Бельгию, распространил шокирующие видеозаписи унижений заключенных и заявил, что в пенитенциарных учреждениях пытки оппонентов президента Саакашвили – привычное дело. Так МВД из символа новой Грузии окончательно превратилось в символ авторитарного правления и подавления инакомыслия. Глданский скандал сильно ударил не только по главе государства, но и по Мерабишвили, который к тому времени переместился на пост премьер-министра. Экс-министр внутренних дел фактически был в то время предвыборным премьером, ибо на него была возложена задача обеспечения победы пропрезидентской партии «Единое национальное движение» на парламентских выборах. С этой задачей Мерабишвили не справился.

И после поражения «националов» началось его стремительное падение, завершившееся арестом. Еще год назад представить себе такой сценарий не взялся бы даже самый ярый ненавистник Саакашвили и его команды. Сегодня это политическая реальность. Для бывших оппозиционеров Мерабишвили – это открытый враг. Для Запада – «злой следователь», с которым могли мириться до той поры, пока у Саакашвили были доминирующие позиции на грузинском олимпе. Сегодня среди американских и европейских политиков у него не найдется заступников. Слишком памятны для многих дела Мерабишвили в 2007 и в 2011 годах. Запад в то время, хотя и поддержал президента Грузии, перегибы со стороны полицейских не одобрял. И сдерживался, по большей части, не желая подыгрывать России и ее критике грузинской власти. Да и среди сторонников Саакашвили Мерабишвили далеко не всеми воспринимался с большим восторгом. Его усиления в случае ухода в тень президента опасались. И как только главный покровитель бывшего министра и премьера не смог оказывать ему должной поддержки и защиты, вряд ли Мерабишвили найдет ее у других представителей «ближнего круга», которые и сами находятся под дамокловым мечом новой власти. Угулава уже вызывался на допрос, а про Гигу Бокерию (секретаря Совбеза Грузии) открыто говорят, что его уголовное преследование откладывается на период ближе к президентским выборам.

Непраздный вопрос, почему атака на Мерабишвили была предпринята именно сейчас, а не месяцем раньше или позже. Причин для такого развития событий немало. Стоит отметить, что «мечтатели» завоевывали политическое пространство в Грузии постепенно, сверяя свои действия как с общественным мнением, так и с позицией западных союзников. Шаг за шагом они подошли к такой знаковой фигуре последнего десятилетия, как вчерашний «серый кардинал». Впрочем, есть и тактические соображения. В конце мая Грузию потряс скандал с акцией представителей сексуальных меньшинств. Попытка грузинского ЛБГТ-сообщества провести публичную акцию натолкнулась на жесткий ответ защитников традиционных ценностей, включая и представителей Православной церкви Грузии. Консерватизм иерархов и клириков грузинского православия известен, как и высокая популярность в обществе Католикоса-Патриарха Илии Второго. Во многом позиция церкви сыграла свою роль в поддержке «Грузинской мечты», поскольку в последние два года отношения между предстоятелем грузинской церкви и президентом сильно испортились из-за стремления Саакашвили ограничить политическое влияние верхушки православного клира. И в этой ситуации «дело Мерабишвили» сыграло роль переключателя общественного мнения, и внутреннего, и зарубежного. От проблем толерантности перешли к обсуждению проблем коррупции и расчетов с прежним режимом. Следует иметь в виду, что сама «Грузинская мечта» – это коалиция разнородных сил и элементов, среди которых есть и большие западники, чем Саакашвили (республиканцы), и традиционалисты. «Дело Мерабишвили» было решено использовать для скрепления конгломерата политических сил, объединенного только на основе финансовых средств известного олигарха и нелюбви к Саакашвили. Впрочем, причины для такой нелюбви различны, они не вписываются в какие-то жесткие рамки. Как бы то ни было, а расчет с прежней властью мобилизует. Тем паче что за время после победы на парламентских выборах у «мечтателей» не появилось внятной стратегии социально-экономического или политического развития страны.

И история с Мерабишвили снова заставляет вспомнить известную восточную притчу о драконе. Вчерашняя оппозиция, изрядно пострадав от команды третьего президента Грузии, сегодня ведет себя по отношению к ней во многом по тем же рецептам, что и Саакашвили с его «ближним кругом». Для оппонентов практически не оставляется пространства для маневра, а борьба за абсолютное доминирование становится самоцелью. И это, пожалуй, главный предварительный итог от ареста некогда могущественного и ныне поверженного «серого кардинала».

Сергей Маркедонов, приглашенный научный сотрудник Центра стратегических и международных исследований, США, обозреватель газеты «Ноев Ковчег»

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 12 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты