№ 13 (219) Июль (16-31) 2013 года.

История о том, как добропорядочный налогоплательщик получил «черную метку»

Просмотров: 1170

Наша газета не раз обращалась к теме чиновничьего беспредела в Армении, объективно касаясь мотивов взаимопонимания (а вернее, их отсутствия) между властями предержащими и рядовыми гражданами, не имеющими таких привилегий. Зачастую облаченные в иммунитет неприкосновенности многие государственные мужи пребывают в полной уверенности, что и окружающие должны воспринимать их только в этом статусе. Хотя на поверку за внешним блеском шоколадного фантика порой может оказаться всего лишь соевая обманка.

Эта история случилась с моей коллегой несколько лет назад, однако последствия аукнулись, в буквальном смысле слова, сегодня. Вкратце суть дела такова: весной 2007 года у N украли сотовый телефон с сим-картой Вива Селл. О пропаже «симки» она известила сервисный центр сотового оператора, а уже через месяц ее заверили, что все в порядке и долгов нет. Не искушенная в тонкостях бюрократического делопроизводства, N на слово поверила менеджеру. Хотя зря. Потому что спустя пять лет пристав из Службы принудительного исполнения судебных актов сообщил ей по телефону, что она обязана во исполнение решения суда заплатить 11 тысяч драмов и 5 тысяч драмов госпошлины по задолженности за ту самую утерянную сим-карту. В общей сумме это составило примерно 40 долларов.

«Дело не в деньгах, а в понимании того, что произошло. Как случилось, что «без меня меня женили»?» – возмутилась она и, естественно, первым делом обратилась за разъяснением к истцу, то есть к оператору сотовой связи. К чести сказать, там свою ошибку признали, ведь согласно статье 332 главы 21 Гражданского кодекса РА общий срок исковой давности составляет три года. И в 2012 году компания выплатила в соответствующие инстанции даже госпошлину за судебные издержки. Таким образом, инцидент, хотя и с натяжкой, можно было считать исчерпанным.

Но как бы не так. Бюрократическая машина легко не сдается. Буквально месяц назад, обратившись за кредитом в один из отечественных банков, N вдруг узнает, что она внесена в «черный список» злостных неплательщиков. Дальнейшее общение с представителями различных инстанций было похоже на полет пинг-понгового шарика. Так, в Шенгавитском отделении СПИСА Минюста РА ей показали довольно пухлую папку, из которой следовало, что у N испорченная кредитная история, она не имеет права покидать территорию своей страны, поскольку могут затормозить на любом таможенном пункте. Вдобавок ко всему ее недвижимость находится под арестом, кстати, без ее ведома. Это еще не полный перечень возможных неудобств, которые, вполне вероятно, дадут знать о себе в будущем. При таком раскладе не исключено, что лет через пять она неожиданно может узнать о набежавших процентах… «Ну что вы, из-за столь маленьких денег вашу квартиру, конечно, никто не отберет», – успокоил ее начальник Шенгавитского отделения СПИСА Алексан Мушегян, а заодно попытался объяснить, что такого понятия, как «черная метка», в природе не существует. Возможно, на языке юридической казуистики такого понятия действительно нет, но пострадавшей от этого не легче. Впрочем, господин Мушегян все же сообщил, что их служба по электронной почте давно уведомила соответствующие инстанции о благонадежности N и поэтому больше не несет никакой ответственности. Хотя по закону был обязан письменно уведомить об этом и нашу пострадавшую. Но подтвердить сей факт соответствующей справкой отказался, пояснив, что необходимо письменное заявление, которое будет рассмотрено начальником СПИСА МЮ РА в установленные законом сроки….

Так и осталось непонятным, почему упорствует СПИСА? Из желания не признавать свои ошибки или тут кроется какая-то государственная тайна, раскрытие которой может нанести существенный ущерб интересам нашей страны? Впрочем, неясностей в этой истории предостаточно. Например, почему суд, имея соответствующую базу данных, не мог найти ответчицу, а вот судебный пристав позвонил ей уже на следующий день после вынесения решения? Почему под номером решения, вынесенного Разданским судом, фамилии N, как ни странно, нет? Что касается ареста квартиры, то на момент вынесения решения суда она принадлежала отцу N и спустя какое-то время была без проволочек (?!) продана. Но вот арест на личную недвижимость автоматом перешел на N. Остается только похвалить оперативность сотрудников: ведь находят, когда хотят! Не только злостных неплательщиков, но даже их квартиры! У этой истории пока нет счастливого конца. И как говорит собеседница, она вынуждена будет обратиться в суд для справедливого восстановления своего честного имени. Кстати, консультировать ее изъявила желание группа адвокатов, которые недавно провели ряд забастовочных акций «против порочной практики деятельности Кассационного суда». Наша газета тоже будет следить за развитием событий с позиций журналистского расследования, хотя для этого, по всей вероятности, придется запастись огромным терпением.

Сергей Тигранян, Ереван

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 12 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты