№ 5 (235) март (16–31) 2014 г.

Эдуард Гулян: Мы очень нуждаемся в общении

Просмотров: 4535

Об армянах России, диаспоры, о бизнесе в Испании, о дефиците общения, о празднике пирога и многом другом – в интервью нашей газеты с руководителем группы компаний «Инкомреалинвест», предпринимателем и меценатом, активным членом клуба «Друзья Арцаха» Эдуардом Карленовичем Гуляном.

– Эдуард Карленович, армяне сегодня живут во многих странах Европы, Южной Америки, в США, Канаде, на Ближнем Востоке, и всех волнует сосуществование с коренными жителями, возможность вписаться в новое общество, интегрироваться.

– Армяне исторически не только мирно интегрируются в общественную и культурную жизнь стран, ставших для них родиной, но и вносят свой вклад во все сферы жизни этих государств. Это так и есть. Во всех странах, где я встречал армян, выходит на первый план их созидательный потенциал. Потенциал, который, увы, не удается полностью раскрыть на исторической Родине, оказывается необходим везде, где живут армяне.

Мы очень быстро понимаем друг друга. Даже в каталонской Барселоне, где я сейчас живу, где находится мой дом. Тем более у каталонского и армянского языка есть много общих слов.

– А как случилось, что, имея успешный бизнес в России, Вы вдруг оказались в Испании, в Барселоне?…

– Я живу на две страны: и в России, и в Испании. Попав в Испанию, я не захотел бездельничать и оправдываться тем, что мой бизнес остался в России. Пришлось и там создавать дело. Армянский генетический код сработал. И за полтора-два года мы превратились в одну из лидирующих компаний в секторе недвижимости. У нас в компании директор – шотландец, финансовый директор – голландец, работают евреи, каталонцы, испанцы, русские, армяне, турки – настоящий Вавилон.

– То есть у вас – интернациональная команда?

– Да. Но я поддерживаю связь с исторической родиной, с Арцахом… Когда я только приехал сюда, узнал, что в Каталонии проводится множество интересных фестивалей. А я давно сотрудничаю с коллективом «Голоса Арцаха». Я пригласил их в Испанию. Дважды они выступали на фестивале Fiestalonia и дважды брали Гран-при. Один из концертов проходил в монастыре Монтсеррат, высоко горах. И там наш самодеятельный коллектив два часа держал зал своим пением. Я рад, что лет восемь назад встретил их, понял, что это толковые, талантливые ребята. Сейчас в Арцахе ни одно праздничное мероприятие не проходит без участия этой группы. Ее руководитель Лира Кочарян умеет находить талантливых ребят. Вот недавно в какой-то деревне нашла мальчика, совсем маленького, шестилетнего, увидела в нем талант, пригласила в свою школу и, я уверен, сделает из него звезду.

– Давайте перейдем к нашей основной теме – как сегодня армяне интегрируются в российское общество. Ведь основная часть армян, живущих сегодня в Москве, в других городах России, приехали сюда в последние 20-25 лет, то есть после развала Советского Союза. Как сегодня складывается их жизнь, удается ли сохранить идентичность? Что получается, что нет?

– Ну, во-первых, было бы ошибкой считать, что армяне приехали сюда. Армяне – коренные жители России. Мы связаны со времен Византии. Несколько ее императоров были армянами. Христианство принесено на Русь нашей принцессой Анной, которая вышла замуж за князя Владимира Святого и всеми способами содействовала крещению Руси. Поэтому для меня Армения и Россия – неразделимое целое. Вспомните прекрасный памятник в Москве на Большой Никитской улице работы известного скульптора Фрида Согояна. Он изображает армянскую и русскую матерей, поддерживающих единый крест. Этот образ абсолютно точный, потому что именно христианство является стержнем, который нас объединяет. Мое глубокое убеждение – Армения и Россия едины, и я всегда их рассматриваю как целое.

– Но как сегодня себя чувствуют более двух миллионов армян, живущих в России?

– Прекрасно чувствуют. У нас абсолютное ментальное единство, у нас масса смешанных браков, никакой разницы в церковных канонах. Понятно, что есть различия в обрядах, но мы – православные. Сегодня в Москве, в России формируются диаспоральные группы. Но они складываются не для того, чтобы обособиться. Просто людям вместе комфортнее. Поэтому мне не нравится, когда говорят об армянской диаспоре.

Армяне в России – не диаспора, они коренной народ, объединенный в разнообразные сообщества.

Вот сейчас у нас создано сообщество тех, кто живет в Юго-Западном округе, называется Культурно-досуговый и социальный центр «Здравствуйте!». Поскольку у меня в округе бизнес, я с ними активно общаюсь, сделал презентацию для правительства Москвы. В чем смысл? В том, чтобы мы здоровались друг с другом. А здороваясь, желали бы добра друг другу.

– Да, сегодня сложился дефицит общения. Даже люди, которые живут в одном доме, в одном подъезде, встречаются – и не здороваются друг с другом. Что это – дефицит культуры?

– Москва – огромный мегаполис, и люди иногда даже не замечают друг друга. Если в Европе принято на улице здороваться с незнакомыми людьми, не говоря уже о соседях, то здесь эта традиция не передается. Такое впечатление, что мы уронили эстафетную палочку. И сейчас ее надо подхватить для передачи добрых пожеланий друг другу.

Поэтому мы и начали программу по территориальному объединению. В наше сообщество сейчас входят жители от трех лет до… Самому пожилому у нас под девяносто. Вот и устраиваем праздник пирога.

– А чем у вас занимается трехлетний ребенок?

– Трехлетний ребенок у нас занимается пластикой, ритмикой или чем-то еще, а в это время бабушка рядом сидит с каким-то рукоделием, дедушка пляшет или на гармони играет, мы все вместе чай пьем и обсуждаем, что еще придумать на ближайший сезон.

– Кто входит в это сообщество?

– Соседи. Хотя мы никому не говорим: если ты не с нашей улицы, не приходи. Но в основном приходят по территориальному признаку. Потому что дороги Москвы съедают очень много времени.

Скоро мы будем устраивать собственные праздники. Каждая деревня в Испании проводит такие – они все неповторимы и объединяют жителей конкретного района. Я хотел бы перенести эту традицию на московскую почву. Мы с муниципалитетом работаем, чтобы сделать праздник именно нашего района. Я хотел бы, чтобы праздники люди устраивали сами.

– То есть нужно создавать сообщества, такие, как Вы создали на Юго-Западе, в Коньково, где соседи собираются, как в старые добрые времена? В тридцатые–сороковые годы?

– Да. Гармонь, чай, посиделки, прогулки…

– Раньше-то во дворах собирались… Потом, в советское время, перекочевали на кухни – приходили соседи, беседовали...

– Вы в точку попали.

– Но сегодня вы воссоздаете этот тренд, собираете по двадцать–тридцать человек…

– Нет, у нас примерно пятнадцать тысяч.

– Соседей?

– Конечно.

– И что, они все могут собраться в одном месте?

– Ну, сразу мы всех не соберем. Мы собираемся группами по интересам, дети с детьми, взрослые – на танцы, пожилые, ветераны – друг с другом. И это только процесс пошел, что называется. Мы с вами говорим об истоках движения. Дай бог, чтобы из этого получилась большая история и чтобы вся Москва превратилась в большую кухню с посиделками. Я тут не могу не повторить замечательные слова, которые президент Путин сказал мэру Собянину, это девиз нашего сообщества как раз: «Вернем Москве былой романтизм». Потрясающая вещь, действительно. Потому что всем хочется, войдя к себе во двор, услышать гармонь или гитару, вместе с соседями спеть песню, посудачить, поболтать, до позднего вечера почаевничать, поговорить о детях, о внуках…

– Возродить нормальные добрососедские человеческие отношения, которые за последние тридцать лет практически исчезли?

– Да, просто стерлись.

– Действительно ли людей тянет в такие сообщества, многие ли готовы присоединиться к ним? Вы сказали о пятнадцати тысячах человек, они что, все зарегистрированы?

– Нет, у нас нет такого понятия – регистрация.

– А откуда Вам известна численность?

– Ну, во-первых, у нас есть форумы. Ветераны – люди аккуратные, они ведут учет. Эта цифра от них. Те, кто чуть помоложе, считают, что учет не нужен, мол, не для цифр все создавалось. Но ветераны у нас бдительные, муха не пролетит, и они сказали, что примерно 15 тысяч нас, подсчитанных и с помощью опросов, и на мероприятиях. Любимая песня, которую мы поем, когда собираемся: «С чего начинается Родина? …С хороших и добрых товарищей, живущих в соседнем дворе». Это наш гимн, песня, которую все знают. А девиз – «Вернем Москве былой романтизм».

Сейчас это один из проектов, который меня очень занимает. И он не на пустом месте возник, я видел множество подобных социально-культурных, досуговых центров в Барселоне, их не меньше пятидесяти. А впервые с этим явлением столкнулся совершенно случайно: шел по городу, набрел на особняк, где дети занимались танцами, а бабушки – оздоровительными процедурами. Поинтересовался, заинтересовался... Так все и началось.

– То есть Вы попросту испанскую манеру дружеского общения переносите на русскую почву, в Москву?

– Вы знаете, нет. Я просто посчитал, что это очень добрая тема, она востребована в России, мы очень нуждаемся в общении. Очень же важно отпустить ребенка на улицу, быть уверенным, что он в безопасности, не беспокоиться о том, что с ним что-нибудь случится. Важно знать, что твой сосед является для твоего ребенка добрым наставником, который не допустит, чтобы его кто-либо обидел. Я расскажу поразительную историю, но она тоже произошла в Испании. У моего друга там есть квартира, на невысоком втором этаже. Он как-то заговорился с женой и вдруг обнаружил, что их двухлетнего ребенка нет в комнате. Родители всполошились, бросились искать – а он стоит на балконе. А внизу под балконом, ровно в той точке, где ребенок, стоит соседка-испанка, раскинув руки, и кричит им: «Я двадцать минут уже его сторожу, я уже свой фитнес пропустила, жду, пока вы выйдете, где вы ходите?!» Они в принципе с этой соседкой не знакомы, но она даже в мыслях не допустила, что может уйти, оставив чужого ребенка в опасности. Вот этого нам не хватает.

– Внимания к соседу, внимания к ближнему?

– Да. Опять перенесусь в Карабах. У меня там родственники живут, и я узнал, что они двери дома не закрывают.

– Ни на ночь, ни когда уходят?

– Не знаю, как на ночь, но вот днем не закрывают, потому что уверены в соседях. Вы знаете, хороший сосед – он лучше, чем родственник. Вот эти принципы добрососедства – они не новые, но мы очень нуждаемся в том, чтобы их возродить, именно сейчас. Быть внимательнее друг к другу, интересоваться друг другом. Тем более что армяне встречаются друг с другом по всему миру.

Когда я возил детей из ансамбля «Голоса Арцаха» в турне по Европе, в один из вечеров мы сидели в баре отеля, пили кофе и говорили по-армянски. Вдруг из-за соседнего стола, услышав наш разговор, подходят люди – здороваются. Оказались армяне, приехавшие из Лос-Анджелеса. И от другого столика к нам человек направился – оказался армянин из Ливана. И в этом же месте в то же самое время нашелся еще и из Австралии армянин. Собрались они каждый по своему делу, но мы все сели за один большой стол и провели армянско-женевское вече.

– Вернемся к проблемам Армении и Арцаха. Я знаю, что Вы часто там бываете, и по работе, и с гуманитарными целями, много помогаете, участвуете в возведении русского православного храма... Какова сегодня перспектива у молодежи в Армении? Как сделать, чтобы они не уезжали в Барселону или в Москву, а оставались дома? Что могло бы ее удержать?

– Я уже рассказывал о «Голосах Арцаха». Я часто встречаюсь с ребятами из этого ансамбля. И каждый раз при встрече удивляюсь – они, как американские армяне: свободные манеры, стройная английская речь, то есть абсолютно современные люди мира. Арцахская молодежь вообще очень быстро адаптируется. Я помог нескольким студентам получить образование в Барселоне. Теперь это люди с новым мышлением, знающие несколько языков, способные быстро интегрироваться в европейское общество, им даже проще там жить. Я заметил, кстати, из Армении молодые уезжают уже не в Россию, а в Америку и Европу. Для меня это печально, я хотел бы, чтобы они оставались жить в Армении или в Арцахе.

Другое дело, что, даже уехав, многие хотели бы вернуться. Кстати, я и с русскими за рубежом общаюсь, русская молодежь не хочет возвращаться, а вот многие армяне – готовы, но с оговоркой: если будет где работать. А вот будет ли у них дома постоянная работа или нет – вопрос открытый. Будем надеяться, что дела изменятся в лучшую сторону.

Но для этого нужны государственные программы по созданию рабочих мест для молодежи. А я не знаю о наличии таких программ. Если действительно будут созданы нормальные рабочие места – конечно, вернутся. С другой стороны, есть потрясающие проекты, например, у Рубена Вартаняна – его Дилижанская международная школа. Создаются образовательные кластеры в самой Армении, где могут учиться не только армянские дети, но и из России, и со всего мира. Есть добрые примеры, но, к сожалению, это точечные проекты.

С другой стороны, талант найдет себе путь, пробьется, как росток. Талант армянский многогранен и находит себе применение по всему миру. Я последнее время часто бываю на представлениях Московского армянского театра Славы Степаняна. И заметил, что в зале очень много зрителей – не армян. Многие наши соотечественники приводят в театр соседей, друзей... Тем более репертуар в основном общечеловеческий. Я помог театру выступить на Авиньонском международном фестивале во Франции. Это лучший театральный фестиваль под открытым небом. И почти из тысячи трехсот театров, которые там выступают, французское телевидение и радио выбрало именно Московский армянский театр, французы пригласили его в турне по югу Прованса. Примечательно, что не какой-то армянский меценат их заметил, а французы.

– Вы замечали, что за пределами Армении мы более доброжелательно относимся к соотечественникам, чем в самой Армении?

– Да, конечно.

– А отчего так? Надо что-то менять дома. Когда на Родине все хорошо, армянам за пределами спокойнее на душе.

– Как говорит мой друг-осетин: «Нашим родителям было еще сложнее». Дедам и прадедам точно. Недавно была у нас встреча с молодежью, я то же самое говорил. Можно критиковать. Конечно, много беспорядка на Родине, многое неприемлемо, клановость цветет. Но надо же не только критиковать, но и самим что-то делать, что-то менять.

– Обязательно.

– Ну, может, в этом я и вижу свою задачу – сделать что-то, чтобы завтра было лучше. Надо созидать. Все-таки в основе своей армяне – народ созидающий.

– Так что же все-таки конкретно делать в Армении, чтобы народ оттуда не хотел уезжать?

– Формально я не гражданин Армении, не избиратель и не вправе давать советы или наказы. Но я уверен, что в каждом сообществе – врачей, актеров, молодых ученых – мы найдем массу достойных людей. Нужно ценить людей, каждого человека в отдельности и, конечно, обеспечить его работой. Это главная задача государства.

– Что бы Вы хотели пожелать нашим читателям?

– Очень простое пожелание. Многие сейчас «висят» в интернете, в социальных сетях, которые для меня – суррогат живого общения. Надо из виртуального мира переходить в офлайн. Это огромное удовольствие, когда сосед идет с ребенком и мне искренне говорит: «Здравствуйте!» И даже мое сложное отчество «Карленович» бегло выговаривает, потому что действительно желает мне здравствовать. И я тоже всем хочу пожелать мира и добра!

Беседу вела Елена Князева

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 13 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Гулян прав,сегодня большой дифицит общения,поэтому люди становятся грубыми и безразличными,даже если на их глазах обижают ребенкв или женщину.Надо что-то делать и к этому призывает Эдуард Гулян.
  2. Создание международной школы Рубена Варданяна, это хорошо,но это мало. Для создания жизнеспособной экономики, надо принимать проект Аганбекяна " О комплексной социально экономического развития по всем направлениям". Найти средств и главное 11 честных, конечно профессиональных армян,для которых не существует личные интересы.
  3. Хорошая фотография Гуляна на фоне скорее,армянских гор.
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты