№11 (241) июнь (16–30) 2014 г.

Ложная тревога в «Стране огня»

Просмотров: 1411

Российские напоминания Азербайджану о том, что его всегда рады видеть в рядах интегрирующихся евразийцев, уже стали дежурными знаками внимания, которые в самом Баку воспринимаются с некоторым и совсем не светским напряжением. Азербайджан уже уклонился от сколь-нибудь значительного участия в ассоциации с Евросоюзом и, кажется, уже мог считать, что добился того баланса между Западом и Востоком, ради которого планомерно вел долгую политическую игру. Но, судя по всему, украинский кризис застиг Баку врасплох: все возводимые годами политические постройки пришлось срочно если не перестраивать, то принципиально корректировать.

За Майдан и против Майдана

Как объясняли официальные азербайджанские аналитики, из всего комплекса проблем ассоциации с Европой его постсоветских коллег, участвующих в программе «Восточное партнерство», Азербайджан интересовали только подробности приобщения к Европе Армении. Особенно в части, которая могла повлиять на переговорный процесс по Карабаху. Когда после 3 сентября прошлого года Армения сменила приоритеты с Запада на Восток, в Баку своей радости и своего облегчения не скрывали. Контекст внешней политики был тогда в Баку объективно и привычно антикремлевский, и внешнеполитическая модель казалась вполне сбалансированной.

Однако вскоре начался Майдан, и вся логика дала сбой.

Будто по инерции Азербайджан поддержал Украину так, словно все происходило в самые недружелюбные по отношению к Москве годы. Он без обиняков признал законной и смену власти в Киеве, и новое руководство страны, он демонстративно обсуждал с Западом газовые вопросы в то время, когда Москва готовилась создать Западу газовый дефицит.

Но одновременно с этим Баку не снижал давления на карабахском направлении – так, будто там судьбы мира и конкретно азербайджанской власти решались ничуть не меньше, чем на Украине. Под предлогом шпионажа в пользу Армении был помещен в СИЗО известный журналист Рауф Миркадыров, задержаны известные правозащитники Лейла и Ариф Юнус, которые тоже проходят по этому делу пока свидетелями. Во внутриполитической жизни, по ощущениям экспертов, наступают такие мрачные времена, каковых не бывало все годы независимости. И это в ситуации полной деморализации традиционной оппозиции, что и показали прошлогодние президентские выборы. Впрочем, даже молодежное движение «Нида», объявленное вне закона, тоже попало под репрессии, и ее лидеры, толком даже не успевшие создать себе громкие имена, получили реальные 7-8-летние сроки.

И все это на фоне жесткого наступления на Вашингтон, которое Баку предпринял одновременно с Москвой. Но если последняя не прощала американцам Киев, Баку в качестве casus belli использовал неосторожное высказывание американского сопредседателя Минской группы ОБСЕ по карабахскому урегулированию Джеймса Уорлика о том, что Карабах сам должен быть стороной переговоров. Предложение действительно достаточно смелое – с учетом крайне жесткого отношения к этому тезису Баку, он негласно считался в переговорном процессе едва ли не моветоном. И, конечно, идея, высказанная человеком в статусе сопредседателя, не могла не обернуться скандалом. Некоторые азербайджанские наблюдатели склонны объяснять это заявление неискушенностью недавно вступившего в статус сопредседателя Уорлика, а некоторые из них используют и более уничижительные формулировки, но относятся они исключительно к оценке личных качеств дипломата, но никак не Вашингтона в целом.

Однако одновременно с Уорликом под огонь попал и посол США в Баку Ричард Морнингстар, давший довольно откровенное интервью азербайджанской редакции радио «Свобода», в котором азербайджанская власть увидела угрозу «бакинского Майдана», высказанную послом. А вслед за ним объектом массированных обвинений стал и Госдепартамент в целом, и самым запоминающимся из обвинений стало предположение о том, что и киевский Майдан – дело рук американцев, что совсем не вязалось с той демонстративной приветливостью, с которой Баку поначалу отнесся к смене власти в Киеве.

Интрига гвардейской ленточки

Азербайджан никогда не скрывал, какого рода внешнеполитический баланс выстраивает и на что именно делает ставку. Представление о тотальной скупке нужных политиков и целых политических институтов и мощном лоббировании за счет нефтегазовой казны выглядит изрядным упрощением, но в целом политический вектор расположен примерно в этом направлении. В чем, собственно говоря, нет ничего такого, что в самом деле стоило бы скрывать. Тем более, что реализация этого проекта шла сравнительно успешно – если, конечно, вести речь об элите и власти, а о другом на наших широтах речи все равно не идет.

Таким же упрощением, кстати, представляется и повсеместная убежденность в том, что все азербайджанские богатства – это продажа углеводородов. Даже поначалу, в эпоху большой распродажи, так не было хотя бы потому, что продавались не реальные недра, а зачастую фьючерсы, а эта операция всегда требовала изрядной финансовой технологичности. Сегодня деньги, заработанные на первом этапе, умело вкладываются в далекие от нефти и газа финансовые инструменты, причем осведомленные люди полагают, что этим процессом руководит лично президент, имеющий вкус и тягу к подобным операциям.

Однако все эти построения всегда основывались на некоем статус-кво, причем отнюдь не только карабахском. Этот статус-кво определял базовые мотивы: Россия играет на грани фола везде, и на Кавказе, и на постсоветском пространстве, и в отношениях с Западом, но эту грань не переходит. И соблюдает при этом свои элитные интересы, которые во многом совпадают с конкурирующими азербайджанскими. Но в силу близости моделей и взаимного элитного интереса друг к другу эти противоречия всегда могут быть сняты без обострений.

Однако концепция, как показала Украина, полностью изменилась. И дело тут даже не в прямых намерениях. Мир на глазах сдался на милость постмодернистской реальности. Ничего не досказано, но все возможно. А раз все возможно, то все недосказанное может трактоваться пессимистически.

На фоне украинского кризиса Москва демонстративно усиливает военно-морскую группировку на Каспии. До Баку начали докатываться слухи о возможных волнениях среди лезгин, и среди их российских соплеменников снова глухо начали вспоминать лозунги конца 90-х о воссоединении разделенного народа. Особо впечатлительные вспомнили о возможных волнениях среди талышей, хотя они уж точно никаких поводов к подозрениям

не давали. Словом, политика иногда впечатляет не фактами, а совпадениями, причем не реальными, а возможными. Не исключено, что Москва действительно этот феномен использовала сознательно. В Азербайджане, по примеру других соседей России, задались вопросом о том, что будет делать пятая колонна, если Россия вознамерится защищать соотечественников или тех, кого она таковыми сочтет? Акция раздачи на бакинских улицах георгиевских ленточек ожидалась с тревогой, но и с интересом – проявится ли в этом мероприятии беспокойный политический момент.

Не проявился.

Евроолимпиада Ильхама Алиева

Некоторые азербайджанские наблюдатели сходятся в том, что власть действительно заволновалась. В чем нет ничего странного. Авторитарная власть не бывает слишком логичной в выборе поводов для беспокойства. Любая власть, устроенная таким образом, заволновалась бы в этой ситуации, как, скажем, белорусский президент Александр Лукашенко, который тоже заинтересовался вариантами поведения русских жителей Белоруссии в случае появления в Белоруссии российского солдата.

Точно так же любой лидер подобного типа не остался бы равнодушным, выслушивая рассуждения американского посла о том, что Майдан возможен везде, где есть проблемы с демократией, тем более что это правда. Ведь власть в Азербайджане любят ничуть не больше, чем по всему аналогично организованному постсоветью, и эта власть действительно ни в чем не может быть уверена, даже если вся оппозиция либо сидит, либо самораспустилась.

Словом, реакция власти в этом случае вполне закономерна. Баку корректирует отношения с Россией будто специально для того, чтобы найти у нее понимание, ссорится с американцами, тем более что они и в самом деле задели за живое, причем дважды – по поводу Карабаха и по поводу Майдана.

Однако есть, кажется, и другая закономерность, менее очевидная и поверхностная.

Ведь любая постсоветская власть сильна еще одним свойством: она, как никакая другая, умеет конвертировать свои инстинктивные страхи в прагматический комплекс мероприятий по укреплению своего политического положения.

Баку прекрасно понимает, что по поводу Каспия всегда с Москвой договорится, и вообще, неформальная, скажем так, сторона общения с Москвой, выручит всегда. И вообще взаимные интересы бакинской и московской элит с большой долей вероятности уберегут отношения двух стран от превратностей даже в такую чреватую превратностями эпоху, как это было всегда. И хотя перестраховаться стоит, большая часть того, что делает Баку, направлено не на поиски умиротворения Москвы, а исключительно для личного политического пользования.

И тогда все выглядит чрезвычайно логично.

Баку обозначает свою позицию по Украине, показывая тем самым свою солидарность с миром, которому не нравится демонстративный отказ от последних из существующих правил игры. Заявление о том, что Майдан – дело рук Госдепа, не является в данном случае нарушением логики, потому что если первое заявление – часть общего азербайджанского внешнеполитического тренда, то второе – лишь ситуативная реакция в локальной коллизии. И уж совершенно органичным в этом случае видится массированная зачистка внутриполитического пространства, потому что власть и в самом деле нервничает при виде даже самых чахлых ростков недовольства.

И все вектора сошлись. Азербайджан будто бы и в самом деле являет конструктивность по отношению к Москве в трудную для обоих минуту. Настолько, что Москва вежливо сокрушается по поводу отсутствия посланцев Баку в Астане на учреждении Евразийского союза, но у Баку есть спокойное понимание того, что дальше этой вежливости у Москвы сожаление не разовьется. Баку решает свою проблему с недовольными. И самое главное, Азербайджан – пусть не без определенного риска, играет на опережение с Западом. Он сам провоцирует конфликт с ним – тот конфликт, который рано или поздно все равно бы случился. Но сейчас он происходит в удобное для Баку время, когда весь мир отвлечен на Украину, и, значит, Азербайджан может даже немного расширить для себя окно возможностей в рамках того же баланса, который все эти годы выстраивал, и ничего не меняется. Баку угадал. Миру сейчас не до Азербайджана. Супругов Юнус задержали со всей демонстративностью, едва ли не на глазах у французского посла, но это никак не повлияло на планы Франсуа Олланда, и он посетил Баку через несколько недель, как и было намечено. И с американцами придет время, когда нынешние скандалы можно будет объявить взаимными трениями.

А через год состоятся в Баку Евроолимпийские игры, и едва ли кто-то всерьез призовет к их бойкоту. Хотя, конечно, «Репортеры без границ», назвавшие Ильхама Алиева «чемпионом по репрессиям» накануне финала Лиги чемпионов с участием мадридского «Атлетико», довольно экстравагантно рекламирующего на своих майках «Азербайджан – Страну огня», настроение азербайджанскому лидеру наверняка испортили.

Вадим Дубнов

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 2 человека

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты