№12 (242) июль (1–15) 2014 г.

Абхазский политический кризис: демократия без «майдана»

Просмотров: 2742

Тень памятного всем киевского Майдана долго будет определять не только наши оценки, но и развитие политических процессов на постсоветском пространстве. Абхазский политический кризис конца мая – начала июня 2014?г. мог случиться еще осенью 2013 г., и тогда никто не смог бы сравнивать его с Майданом. Мог он произойти и зимой 2013/2014 гг., но абхазская оппозиция, видимо, вполне сознательно взяла тайм-аут на время сочинской Олимпиады, не желая раздражать Кремль.

Случилось то, что случилось, и на поверхностный взгляд сходство с Киевом налицо: вышедший на улицы народ, нейтральная позиция силовиков, убежавший президент. Это сходство может ввести в заблуждение и некоторых экспертов-«конспирологов», привыкших либо бороться с «цветными революциями», либо разжигать их.

Кто-то подумает, что за Киевом и Сухумом последуют «майданы» в Ереване и Баку или где-то еще. Но это кажущееся сходство. Отметим для начала, что в Абхазии, в отличие от «майданов» и «цветных революций», полностью отсутствовало внешнее воздействие. Протестующим никто не раздавал пирожки (как Виктория Нуланд в Киеве), оппозиционную элиту не выращивали ни в Брюсселе, ни в Москве. Да и понятие «оппозиция» в Абхазии несколько размыто, нередко политик, вчера бывший оппозиционным, сегодня оказывается во власти, а завтра снова уходит к ее оппонентам. Абхазский социум очень невелик, это касается не только абхазов, но и проживающих здесь армян, русских, картвелов, все связаны друг с другом родственными, деловыми, земляческими связями. В таком обществе сложно обмануть, невозможно предать, бессмысленно показушничать.

В Абхазии все эти годы у власти находились вполне вменяемые, трезво рассуждающие политики, это касается президентства и В. Ардзинбы, и сменившего его С. Багапша, и правившего до недавнего времени А. Анкваба. Наличие достаточно представительной прослойки национальной интеллигенции, выросшей еще в годы советской власти, позволяло ставить на министерские и другие посты профессионалов, и на общем фоне постсоветской безграмотности Абхазия смотрелась островком прагматизма. Все же у нынешней абхазской власти было два порока, которые и привели ее к такому итогу. Это, во-первых, нежелание «сдавать своих», то есть расставаться с одиозными в глазах общества, но преданными лично первому лицу персонажами (можно вспомнить, к примеру, главу Нацбанка Иллариона Аргуна). Именно подобные «сердюковы» резко сузили электоральную базу правящей политической элиты. Во-вторых, это органическая неспособность идти на диалог, соглашаться на компромиссы, доходчиво объяснять свою позицию, чтобы общество поняло, куда ведет его власть.

Есть и еще одна причина – очевидное сокращение финансирования абхазской экономики со стороны России, связанное, конечно, с экономическим кризисом. Республиканское руководство получило из Москвы четкий сигнал: уже сократившиеся потоки российской финансовой помощи через год будут сведены к минимуму. Россия готова помочь абхазскому социуму «пользоваться удочкой» и самостоятельно зарабатывать деньги, но абхазская власть должна сформировать благоприятный инвестиционный климат. А с этим в республике, по общему мнению, дела обстоят плохо и ситуация не меняется в лучшую сторону, правила игры отсутствуют. В случае ухода того или иного политика ориентированные на него бизнесмены теряют свой бизнес и свои вложения. Кстати, одна из претензий к власти заключалась в том, что, по итогам бюджета 2013 г., из запланированных к выделению на первоочередные инвестиционные проекты (дорога Псоу–Сухум, ремонт Новоафонского монастыря, строительство дома престарелых, восстановление жилья, энергетика, развитие районов) 840 млн рублей выделено было около 325 млн. Никаких объяснений предоставлено не было. Наконец, в вину правительству ставили отсутствие реальных инвестиционных проектов в сфере экономики. Все озвученные властью идеи оставались на уровне благих пожеланий или повторения уже не раз озвученных предложений (к примеру, о поиске нефти в Абхазии).

Обращалось внимание на то, что российская финансовая помощь направлялась не на народное хозяйство, а на социальные проекты, что очевидны грубые нарушения при освоении этих средств (к примеру, 53% российской помощи было освоено за три года, а 47% – за один месяц). В то же время власть обвинялась в том, что 500 миллионов рублей было потрачено на строительство стадиона в Сухуме, а не роздано по 50 тысяч рублей 10 тысячам рожениц, что можно отнести уже к чистой демагогии. Да и другие обвинения такого типа в адрес абхазской власти можно было бы легко парировать: деньги уходят на вложения в будущее, на образование, медицину и культуру, а на что предлагаете тратить российскую финансовую помощь вы, оппозиция? Какой-либо план развития экономики Абхазии так до сих пор и отсутствует; ни власть, ни вчерашняя оппозиция пока так и не смогли предложить внятную позитивную программу.

Но не эти проблемы и вопросы, при всей их серьезности, стали основной претензией к руководству Абхазии. Первое серьезное обострение внутриполитической ситуации в Абхазии наблюдалось в конце лета 2013?г., второе – в ноябре 2013?г. И связано оно было с нагнетающейся темой незаконной выдачи паспортов населению восточных районов Абхазии, сохраняющему при этом грузинское гражданство. Получалось, что граждане Грузии смогут на очередных выборах решать судьбу не признанного Тбилиси государства. Конечно, эта важная сама по себе тема была скорее поводом для массированного давления на власть со стороны достаточно широкого спектра общественных организаций и политиков.

18 сентября 2013 г. в результате переговоров оппозиции с представителями власти ситуацию удалось разрешить, придя к компромиссу. По результатам парламентского расследования было принято согласованное решение парламента, по которому работа комиссий при районных администрациях по выдаче паспортов (чье существование не прописано ни в одном законе) была признана незаконной, а выданные ими паспорта предложено считать недействительными. Предлагалось заменить их видами на жительство. В ответ оппозиция согласилась «не трогать» президента Анкваба и правительство. Ситуация казалась стабилизировавшейся, но в конце октября последовали скандальная отставка главы Совбеза Станислава Лакобы и отчет Генпрокуратуры, воспринятый как саботаж сентябрьского решения парламента. Из выданных около 8 тыс. паспортов было предложено считать незаконными 435. Шанс разрядить ситуацию оказался упущен.

В ответ произошла активизация и консолидация оппозиции, создание широкой оппозиционной коалиции. 21 ноября 2013 г. прошел внеочередной пятый съезд организации ветеранов грузино-абхазской войны «Аруаа». Он продемонстрировал как появление новых оппозиционных лидеров, так и формирование достаточно детально расписанной программы оппозиции. Явным новым лидером оппозиции стал председатель «Аруаа» достаточно молодой Виталий Габния.

4 апреля 2014 г. парламент Абхазии признал паспортизацию грузинского населения незаконной и постановил считать выданные паспорта недействительными. Было объявлено о намерении выдавать проживающим в Абхазии гражданам Грузии виды на жительство (или удостоверения иностранных граждан), дающие право даже на участие в местных выборах (но не в парламентских или президентских и не в референдумах). С 1 января 2015 г. должны быть введены новые бланки паспортов граждан Абхазии. Но, по мнению прокуратуры, из проверенных 26197 паспортов незаконно выданы только 1188 (сначала, напомним, она признавала незаконными несколько сот паспортов). То есть оставшиеся 25 тыс. грузин Абхазии получили паспорта законно и им могут быть выданы паспорта нового образца. На том, что парламент якобы не признал все выданные паспорта незаконными, делал акцент и Анкваб. А решения комиссий по выдаче паспортов, как считает власть, носили только рекомендательный характер. Напротив, оппозиция говорила о приблизительно 60 тыс. подлежащих проверке паспортов, около половины которых, как она уверена, окажутся полученными незаконно.

Создается впечатление, что абхазская власть сделала ставку на «авось», понадеявшись, что ситуация «рассосется» сама собой. И люди вышли на улицу, в Абхазии прошел сход. А сход здесь – это что-то среднее между митингом и революцией, это, если угодно, форма прямого народного правления, сложившаяся веками. Власть ушла, предстоят выборы.

Общество расколото, но это не фатальный раскол непримиримых противников. Здесь нет противостояния сторонников пророссийской и прогрузинской ориентации, в Абхазии все пророссийские. Нет и какого-либо национального раскола: и власть, и оппозиция в Абхазии не отказываются от соблюдения прав национальных меньшинств республики. Конечно, я имею в виду в первую очередь, картвелов (мингрелов), армян, русских. В свое время сформировался миф о национализме абхазской оппозиции. Сейчас некоторые эксперты создают новый миф, считая экс-президента Анкваба политиком, желавшим для своей страны «реальной независимости» и якобы выступавшим против открытия железнодорожного сообщения через Абхазию с целью поддержать Турцию и Азербайджан. А для сил, приходящих к власти сейчас, «отношения с Азербайджаном и Турцией перестанут быть основным внешнеполитическим приоритетом». Все это не имеет ни малейшего отношения к действительности. Для любых сил, способных прийти к власти в Абхазии, есть только один внешнеполитический приоритет – это Россия, и только один внутриполитический ориентир – реальная независимость. Нежелание абхазской политической элиты открывать железнодорожное сообщение через свою республику обусловлено двумя факторами. Во-первых, это понимание проблематичности восстановления железнодорожного сообщения в связи с вопросом о статусе республики и объектов на ее территории (кто будет контролировать дорогу и где будет находиться таможня, как будет проходить пограничный контроль?). Во-вторых, это нежелание «полупризнанной» республики хотя бы в чем-то зависеть от бывшей метрополии – Грузии, стремление минимизировать все контакты с ней. Об интересах Армении или, тем более, Азербайджана в Сухуме никто не думает. Новая власть, кто бы ни стал президентом, будет относиться к вопросу о восстановлении железнодорожного сообщения абсолютно так же. Поэтому не думаю, что Армении стоит ждать в обозримом будущем открытия железнодорожного сообщения через Абхазию: в этом вопросе слишком много заинтересованных (и незаинтересованных) сторон, подводных камней и нерешенных вопросов. Скорее всего, открытие железнодорожного сообщения станет возможно только после признания Тбилиси независимости Абхазии, а всем понятно, что в ближайшей перспективе этого не случится.

Необходимо признать, что и Багапш и Анкваб старались учесть интересы национальных меньшинств (или, скорее, нетитульных этносов) республики. В этом вопросе позиция новой власти не претерпит изменений. Отметим, что в сформированный сходом 29 мая Временный совет народного доверия, к которому перешли функции высшего органа управления государством, вошли представители как русской, так и армянской (депутат парламента Роберт Яйлян) общин республики. Идущая к власти оппозиция очень разнородна, там можно найти и патриотов, и националистов (не зря поводом для схода стала незаконная паспортизация картвельского населения), но преимущественно это прагматики.

На самом деле националисты есть везде, и любая правящая в Сухуме власть должна будет считаться как с национальными меньшинствами, так и со сравнительно малочисленным, но государствообразующим абхазским этносом. Возможно, в будущем будут найдены формы какого-то этнического квотирования – по аналогии с Дагестаном 1990-х гг., когда представители того или иного этноса будут иметь предпочтительные права на замещение некоего престижного поста. Все это, безусловно, проблемы решаемые.

Очевидно, предпочтительные шансы на выборах будет иметь кандидат от оппозиции, и им, скорее всего, станет ее признанный лидер Рауль Хаджимба. Это уже не малоопытный Хаджимба 2005 г., это серьезный и реалистичный политик. Конечно, есть шанс, что оппозиция, оказавшись в полушаге от власти, снова передерется и перессорится. Как ни парадоксально, шансы есть и у бывшего президента или у его выдвиженца. Нельзя не признать, что Анкваб сделал много хорошего для республики и соответственно у него есть свои приверженцы. Главное все же, что в Абхазии благодаря ограниченности социума невозможно кровопролитие, и это еще одна черта, отличающая события здесь от Майдана. Поэтому, и это главное, в Абхазии не будут стрелять, в Абхазии будут выбирать.

Александр Скаков

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 9 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты