№8–9 (260–261) май 2015 г.

Иван Баграмян. «Так мы шли к Победе»

Просмотров: 2927

Иван Христофорович (Ованес Хачатурович) Баграмян (2 декабря 1897 года – 21 сентября 1982 года) – советский военачальник, дважды Герой Советского Союза, кавалер трех орденов Красного Знамени, двух – Суворова I степени, ордена Кутузова I степени, обладатель множества других правительственных наград, Маршал Советского Союза.

Иван Христофорович Баграмян родился в селении Чардахлы Елизаветпольской губернии в бедной армянской семье. Отец, Хачатур Карапетович, работал на железной дороге, мать, Мариам Артемовна, из семьи сельского кузнеца, целиком посвятила себя воспитанию детей. Начальное образование Ованес получил в армянской церковно-приходской школе в Елизаветполе (ныне Гянджа).

Затем в 1907–1912 гг. учился в железнодорожном училище в Тифлисе, а в 1912–1915 гг. – в техническом училище.

В 1920 г. Баграмян добровольно вступил в армянскую Красную армию в качестве командира эскадрона 1-го Армянского полка. Осенью 1924 г. был направлен в Ленинград на учебу в Высшую кавалерийскую школу. Вместе с ним ее слушателями стали такие известные в последующем военачальники, как Г. К. Жуков, А. И. Еременко, В. И. Чистяков, П. Л. Романенко, К. К. Рокоссовский. По окончании курсов в 1925 году Баграмян вернулся в свою дивизию на прежнюю должность. В 1931 г. он окончил курсы усовершенствования высшего начсостава и поступил в Военную академию им. М. В. Фрунзе.

В начале Великой Отечественной войны Иван Христофорович Баграмян – начальник оперативного отдела штаба Юго-Западного фронта, начальник оперативной группы Юго-Западного направления и начальник штаба Юго-Западного фронта. С июля 1942 г. командовал армией, с ноября 1943 г. – войсками 1-го Прибалтийского фронта (с марта 1945 г. – Земландская группа войск), с апреля 1945 г. – войсками 3-го Белорусского фронта.

«Он – один из наших талантливых и опытных военачальников, блестяще знающий штабную работу, – так отзывался о Баграмяне Георгий Жуков. – Его великолепные организаторские способности проявились еще в очень сложной обстановке начала войны. Он очень вдумчивый, знающий свое дело военачальник, спокойный, уравновешенный, трудолюбивый, грамотный. И.Х.Баграмян особо отличился в Курской битве, как командующий Первым Прибалтийским фронтом, и в Белорусской операции. Мы с ним часто встречались после войны, дружили».

Известно, что именно благодаря предложениям Баграмяна во многом был обеспечен успех Орловской стратегической операции (операция «Кутузов»), за проведение которой 27 августа 1943 года И. Х. Баграмян был награжден орденом Суворова I степени. Наиболее ярко талант Баграмяна-стратега проявился во время наступательных операций в последний год войны, при освобождении Прибалтики и Кенигсберга. Под его руководством была успешно проведена Шяуляйская операция, к концу августа 1944 г. – завершена операция «Багратион». Несмотря на, казалось бы, очевидный исход, фашистские войска оказывали ожесточенное сопротивление, враг был еще очень силен.

Чтобы полностью отрезать группу армий «Север» от Восточной Пруссии, Ставка решила скрытно перегруппировать главные силы 1-го Прибалтийского фронта из-под Риги в район Шяуляя и нанести удар на Клайпеду (Мемель). И. Х. Баграмян искусно провел маневр в сжатые сроки, используя для передвижения войск преимущественно ночное время. Всего за шесть суток на расстояние до 200 км были переброшены три общевойсковые, одна танковая армии, большое число отдельных соединений и частей. Это был пример редчайшего по смелости и искусству проведения маневра главных сил фронта с одного крыла на другое, который в послевоенное время явился предметом изучения в большинстве военных академий.

Город-крепость Кенигсберг был назван Гитлером «абсолютно неприступным бастионом немецкого духа». Войска группировки, которую возглавлял Баграмян, приступили к штурму Кенигсберга 6 апреля 1945 года. Всего через три дня после начала штурма, 9 апреля, комендант Кенигсбергского гарнизона генерал Ляш, поняв, что дальнейшее сопротивление бесполезно, подписал акт о безоговорочной капитуляции. 19 апреля 1945 года за операцию по овладению Кенигсбергом и уничтожению крупной группировки противника И. Х. Баграмян был награжден вторым орденом Суворова I степени.

* * *

Там, в Восточной Пруссии, встретил Иван Баграмян День Победы… О том, как это было, он пишет в заключительной главе своей книги «Так мы шли к Победе»:

«…Последние дни апреля и первая неделя мая прошли для войск 3-го Белорусского фронта в радостном ожидании заключительных залпов войны. В том, что истекают ее последние дни, никто уже не сомневался. Все наши взоры были прикованы к Берлину, где подходила к концу завершающая битва Великой Отечественной.

Армии 3-го Белорусского фронта, выведенные в резерв, после беспрерывных боевых действий с трудом входили в русло мирной жизни. Для них война уже кончилась. Войска приводили себя в порядок, тщательно проверяли оружие и впервые после выхода из заводских цехов начищали его до блеска или сдавали в ремонт.

Лишь с косы Фришес-Нерунг и из района плавней в устье Вислы продолжали поступать скупые донесения о ходе столкновений с блокированными там остатками фашистских частей. Когда 11-я гвардейская очистила от противника значительную часть косы Фришес-Нерунг, я приказал командующему 48-й армией, которая до этого располагалась вдоль морского побережья к западу от Кенигсберга, сменить ее, взяв на себя задачу дальнейшего очищения косы от фашистов. Командарм 48-й генерал-полковник Н. И. Гусев решил выполнять эту задачу, по возможности избегая потерь, главным образом, за счет огневого воздействия на врага.

Изучив протоколы допросов многочисленных пленных, начальник разведки фронта доложил мне, что большая часть укрывшихся на косе и в плавнях гитлеровцев – это самые отпетые бандиты, главным образом, из состава карательных войск, полиции, завзятые нацисты и военные преступники, на совести которых лежали многие кровавые дела, совершенные ими на оккупированных землях. Теперь они, боясь возмездия, огрызались, как затравленные волки, и на неоднократные предложения сложить оружие не отвечали. Дивизии 48-й армии постепенно теснили обреченных фашистов к морю.

...1 мая до нас долетела радостная весть: Знамя Победы развевается над Рейхстагом! А еще через день – сообщение о безоговорочной капитуляции остатков гарнизона германской столицы. Этот акт мы уже восприняли как прелюдию к общей и безоговорочной капитуляции фашистской Германии.

...А тем временем генерал

Н. И. Гусев подготовил завершающий удар по окопавшимся восточнее устья Вислы вражеским частям. К сожалению, мы в эти дни не смогли еще установить истинную численность войск противника, окопавшихся на косе и скрывавшихся в привисленских плавнях. Пленные давали весьма разноречивые показания.

К северо-западу от Вислы к последнему удару готовились соединения генерала А. П. Белобородова. Я послал к нему своего представителя, чтобы согласовать наши действия. Завершающий удар мы готовили с исключительной тщательностью, принимали все меры, чтобы он обошелся без серьезных потерь.

Не успели мы развернуть наступление в полную силу, как мне позвонил генерал А. И. Антонов и передал указание Сталина – во избежание ненужного кровопролития предъявить прижатым к морю гитлеровским недобиткам ультиматум. 8 мая мы разбросали в расположении немецких войск листовки с текстом подписанного мною ультиматума, которым фашистам предписывалось сложить оружие. Вот его текст:

«К генералам, офицерам и солдатам немецкой армии на Фришес-Нерунг и в устье Вислы от командующего советскими войсками 3-го Белорусского фронта.

Советские и союзные войска соединились на всем фронте от Балтийского моря до Дрездена. 2 мая советские войска овладели Берлином. Немецко-фашистские захватчики изгнаны из Италии, Голландии и Дании. Вся Германия оккупирована союзными войсками.

7 мая 1945 г. в Реймсе представители германского правительства и ОКВ подписали безоговорочную капитуляцию Германии и всех германских вооруженных сил как на Восточном, так и на Западном фронтах. Капитуляция вступает в силу с 23.00 8 мая 1945 года по среднеевропейскому летнему времени...

...Немецкие офицеры и солдаты!

В соответствии с подписанным представителями германского правительства и ОКВ текстом капитуляции предлагаю: немедленно прекратить боевые действия, сложить оружие и сдаться в плен. Если отдельные нацистские фанатики не подчинятся приказу ОКВ – уничтожайте их как предателей германского народа.

Если вы не выполните условий капитуляции и к 10.00 по среднеевропейскому летнему времени 9 мая 1945 года не сложите оружия, наши войска перейдут к решительному штурму и беспощадно уничтожат вас».

В ночь на 9 мая мне позвонил генерал Антонов:

– Все, конец. Германия безоговорочно капитулировала! Только что в Берлине представители всех трех видов вооруженных сил Германии подписали соответствующий акт. Поздравляю, дорогой Иван Христофорович!

Узнав о том, что ультиматум окруженным фашистам предъявлен, А. И. Антонов сказал:

– Если к назначенному часу не сложат оружия, добивайте.

Верные своему обещанию, мы не пускали в ход оружия до установленного часа. Однако, как оказалось, фашисты понимали лишь язык силы. И мы применили ее. Этот последний удар вынудил капитулировать перед нашими армиями около 30 тысяч солдат и офицеров немецко-фашистских войск во главе с тремя генералами.

Так вот и получилось, что, когда во всех городах и селах нашего необъятного государства бурлило невиданное ликование, в День Великой Победы мы еще продолжали оружием утверждать ее.

Но в тот день уже не думалось о противнике. Все мысли и чувства захлестнула беспредельная радость, вызванная в наших сердцах правительственным сообщением о победоносном завершении Великой Отечественной войны. Мы слушали его, затаив дыхание. Буря восторга охватила воинов. Во всех частях, как на переднем крае, так и в тылу, звучали стихийные салюты в честь долгожданной Победы.

…Я с любовью смотрел на радостные лица воинов и вдруг заметил, что на запыленных щеках одного ветерана слезы прочертили светлые полосы. Приблизившись к нему, я спросил:

– О чем, старина, взгрустнул в такой радостный день?

– Друга сердечного похоронил сегодня, – ответил он, глубоко вздохнув. – Несколько часов не дотянул до конца войны. А шагали мы с ним аж от самого Витебска! Если бы не он, не жить мне на этом свете...

Прошло уже более трех десятилетий, но каждый год в День Победы ветераны великой войны обязательно вспоминают тех, кто не дожил до этого радостного праздника. Мы храним и будем до конца жизни хранить в своих сердцах память о них. А о многих из них будут напоминать нашим потомкам книги, посвященные войне, города, селения и улицы, носящие имена павших».

Сейчас с того дня прошло уже семь десятилетий. Но мы надеемся, что память о тех, кто приближал Победу – обо всех, от маршала до рядового, павшего безвестно за свою Родину, – мы также сохраним в своих сердцах и передадим ее будущим поколениям.

Елена Князева

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 12 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты