№10–11 (262–263) июнь 2015 г.

Малые народы в России и в Азербайджане

Просмотров: 1413

Российское востоковедение традиционно, еще с конца XIX века, следовало двум основным принципам, казалось бы, противоречащим друг другу. Во-первых, это являющееся основным ядром государственной политики стремление добиться тесной и органичной интеграции этнических меньшинств в общероссийскую нацию. Во-вторых, это содействие формированию национального самосознания у различных этнических групп, проживающих в России. Именно с научной школой барона Виктора Розена, сложившейся в 1890-х гг., связывают сейчас понимание «этнического плюрализма» как особой силы и преимущества России. Этот подход, предполагающий культивирование множественных комплементарных идентичностей, и сейчас является, несмотря на отдельные отступления, основным стержнем современной российской национальной политики.

В рамках данного подхода следует рассматривать и методику проведения Всероссийских переписей населения 2002 и 2010 г., в корне отличающуюся от методики, принятой в советский период (не считая 1920-х гг.). Так, в 2010 г. в перечне возможных ответов о национальной принадлежности было предусмотрено 1840 допустимых вариантов, в отличие от 800, предлагаемых в 2002 г. При этом одно и то же наименование национальности может встречаться в различных вариантах, что обусловлено диалектными вариантами самоназваний. Возможны были, как и в 2002 г., экзотические варианты ответов о национальной принадлежности (скифы, эльфы, хоббиты и так далее), но в общую статистику они входили под названием «другие». Любопытно при этом, что с 2002 по 2010 год существенно выросло число «эльфов»: с 44 до 263, а вот число «хоббитов» резко сократилось.

Безусловно, нет оснований впадать в самоуспокоение и признавать методику и сам механизм проведения Всероссийских переписей населения идеальным. Хорошо известны случаи использования административных методов воздействия на процесс этнической самоидентификации граждан. Официально признанные случаи фальсификаций и принуждения побуждают усомниться в некоторых сложно объяснимых данных переписей. К примеру, с 2002 по 2010 г. численность андийцев сократилась с 21808 до 11789 человек, численность горских евреев – с 3394 до 762 человек. В ряде случаев резкие изменения в численности тех или иных этнических групп могут быть объяснены динамикой развития этнического самосознания. К примеру, численность казаков уменьшилась с 140028 до 67573 человек, численность поморов – с 6571 до 3113 человек, численность дигорцев – с 607 до 223 человек. То есть эти этнические самоидентификации становятся менее актуальными. Напротив, выросла (среди аварцев) численность ботлихцев (с 16 до 3508 человек), годоберинцев (с 39 до 427 человек), тиндалов (с 44 до 635 человек), стало больше рутульцев (с 29929 до 35240 человек), хваршин (с 128 до 527 человек), удин (с 3721 до 4267 человек), шапсугов (с 3231 до 3882 человек), хемшилов (с 1542 до 2047 человек). Такой рост не может быть связан с высокой рождаемостью и должен объясняться актуализацией соответствующего этнического самосознания. Напротив, мизерная численность ряда этносов не меняется или даже сокращается, что сигнализирует о потере соответствующей этнической самоидентификации. Это арчинцы (89 и 12), багулалы (40 и 5), чамалалы (12 и 24), кайтагцы (5 и 7).

Анализ сложившейся ситуации из-за несовершенства механизмов переписей может подменяться и откровенными спекуляциями. К примеру, сложно оценить адекватность утверждения одного азербайджанского эксперта о том, что в Дербенте в 2002 г. проведение переписи «было доверено инструкторам лезгинской национальности, поэтому количество азербайджанцев, проживающих в Дербенте, было искусственно занижено, в результате чего они оказались на третьем месте после лезгин и табасаранцев». Безусловно, подобные утверждения должны тщательно проверяться, а сама методика проведения переписей может и должна совершенствоваться. В этой связи упомяну недавнюю инициативу Росстата о введении штрафа (пока небольшого) за отказ гражданина участвовать в переписи населения.

Не идеализируя российскую национальную политику и ситуацию с национальными и этническими меньшинствами в России, отметим все же, что здесь она представляется в целом более гуманистичной и обнадеживающей, чем в соседних странах Закавказья.

В этом плане достаточно сложная ситуация сложилась в Азербайджане, и у различных народов и этнических групп, населяющих республику, различаются как уровень этнического самосознания, так и положение в сфере изучения родного языка и сохранения культуры. Определяющим фактором здесь является то, что 90% населения страны составляют этнические азербайджанцы, поэтому процессы ассимиляции малых народов являются объективной реальностью.

Удины (самоназвание уди, ути) исторически проживают в северо-западных Габалинском (Куткашенском), Огузском (Варташенском) и Кахском районах Азербайджана, особенно в селе Нидж Габалинского района и в городе Огуз (ранее село Варташен). По переписи 1989 г. там насчитывалось 6,1 тыс. удин по переписи 1999 г. осталось 4,2 тыс. удин в селе Нидж и 104 удина в Кахском районе. Перепись 2009?г. зафиксировала в Азербайджане 3,8 тыс. удин. Возможно, сокращение численности удин в Азербайджане, поставившее этот народ на грань вымирания, связано с их принадлежностью к армянскому григорианскому христианству и, соответственно, с дискомфортностью их существования в сегодняшнем Азербайджане. Выехавшие из Азербайджана удины дисперсно проживают в Армении. Если в первой половине XX?в. удины и армяне составляли большинство населения села Варташен, а в 1975 г. – 40% его населения, то сейчас там осталось менее 20 удинских домов. В 4 селах Габалинского района проживали мусульмане, считающие себя азербайджанцами, но еще помнящие удинский язык. Еще два села потомков удин сохранились в Таузском районе Азербайджана и в Нагорном Карабахе. Группа православных удин (227 чел.) с 1920-х гг. проживает также в селе – бывшее Зинобиани Кварельского района Грузии. Около 1,1 тыс. удин, по переписи 1989 г., проживали в Российской Федерации, куда переселились в 1970-1980-х гг.

Ингилойцы проживают в селах Кахского, Закатальского и Белаканского районов Северо-Западного Азербайджана, а также в Баку и Гяндже. По данным 1989 г., ингилойцев насчитывалось около 10 тыс. чел., но переписью они не фиксировались. В 1999 г. в Кахском районе было зафиксировано 7,5 тыс. ингилойцев, в Закатальском районе – 3 тыс., в Белаканском районе – 2 тыс. Проблема идентификации этого народа состоит в том, что принявшие ислам ингилойцы сознают себя азербайджанцами, а принявшие православие – грузинами.

Казалось бы, численность лезгинского населения Азербайджана настолько велика (по переписи 2009 г. лезгин здесь насчитывается 180300 человек, при этом они составляют 2,02% населения республики), что серьезных проблем здесь возникать не должно. Тем не менее, в настоящее время в Азербайджане продолжает идти процесс ассимиляции лезгинского населения, несмотря на его высокую рождаемость. 47,5% лезгин Азербайджана в ходе переписи 1989 г. назвали азербайджанский язык в качестве второго языка, которым они свободно владеют. На 1991 г. 19,2 % лезгин в стране состояли в смешанных браках, как правило, с азербайджанцами. По недавним данным, 10-30% лезгин Баку плохо владеет родным языком. Вовлеченность лезгин в политические процессы в Азербайджане невелика, явка на выборы в лезгинских районах, что показательно, как правило, не превышает 50%.

В лезгинских районах Азербайджана с начала 1990-х гг. введено преподавание лезгинского языка в начальных классах школы, а в части сел Кусарского района он преподается все 11 классов. В отличие от жителей Кусарского района, у лезгин Кубинского и Хачмазского районов навыки чтения и письма на лезгинском языке очень низки. В ряде вузов готовятся педагогические кадры для лезгинских сел, существуют лезгинский национальный центр «Самур» (с 1993?г.), Государственный лезгинский театр в г. Кусары, лезгинский инструментальный ансамбль «Сувар». Лезгинам передана мечеть в «старом городе» Баку. На лезгинском языке в Азербайджане выходят книги, газеты и журналы. При этом используемый вариант литературного языка отличается от принятого в Дагестане.

В 1830-х гг., после присоединения к России, на талышских землях жило около 26 тыс. чел. В 1859-1864 гг. талышей Ленкоранского уезда Российской империи насчитывалось 34444 чел., в 1886?г. – 47296 чел. В 1897 г., вероятно, вследствие постепенной тюркизации их количество уменьшается до 34991 чел. Тем не менее, данные 1914 г. говорят о 77066, а неполная перепись 1921?г. – о 66683 талышей. В 1926?г. в Азербайджане проживало 77,3 тыс. талышей (что составляло 3,4% населения республики), в 1937 г. – 99,2 тыс., в 1939 г. – 87,5 тыс., а в 1959 г., как ни странно, всего 162 человека. В переписях 1970 и 1979?гг. талыши вообще не фиксировались. По переписи 1989 г., в Азербайджане насчитывалось 21,2 тыс. талышей. Но по переписи 1999?г. их численность выросла в 3,6 раза, составив 76,8 тыс. чел., что свидетельствует о том, что в предшествующие десятилетия большинство талышей в переписях проходили как азербайджанцы. Перепись 2009?г. показала в Азербайджане 112 тыс. талышей. Учитывая характерность для талышей многодетных семей, их численность, вероятно, превышает заявленную по итогам переписей. По одним экспертным данным, в Азербайджане проживает 200-250 или 500-800 тыс. талышей, по другим – 1,04 млн. Активисты Талышского национального движения называют другие цифры – около 1,5–2 млн талышей. По официальным данным, на 1999 г. талыши составляли 1%, а на 2009?г. – 1,26% населения республики. 33% талышей Азербайджана проживает в Ленкоранском районе, 48% – в Массалинском районе. По последним подсчетам, талыши составляют 90% жителей Ленкоранского района, 98% – Астаринского. Значительные группы талышей проживают также в Нефтчалинском и Билясуварском районах. В Иране, по одной оценке, проживало около 100 тыс. (на 1998 г.), по другим – 325.400 (на 1997 г.) или 430 тыс. талышей. Разумеется, и здесь также называют другие цифры – около 1-2 млн талышей. Община талышей существует и на территории России, преимущественно в крупных городах (Москва – 535 чел., Тюмень, Екатеринбург, Иркутск). По данным переписи 2002?г., в России насчитывалось 2548 талышей, по данным переписи 2010?г. – 2529. Еще 133 талыша зафиксировано переписью на Украине (2001 г.) и 132 – в Казахстане (2009 г.).

Живущие в городах Баку и Сумгаит талыши в своем большинстве перешли на азербайджанский язык, в селах все еще бытует талышский язык. Широко распространены смешанные талышско-азербайджанские браки. К настоящему времени население Ярдымлинского, западной части Лерикского и северо-западной части Масаллинского районов является смешанным, талышско-азербайджанским. При этом тюркизация затронула не только азербайджанских, но и иранских талышей. В районах Ирана к западу от Талыша доминирует смешанное талышско-гилянское или тюркоязычное талышско-гилянско-азерийское население.

Наученная горьким опытом второй половины XIX в. (махаджирство народов Кавказа) – первой половины XX в. (сталинские депортации и искусственное сокращение списков этносов при проведении переписей), Россия ориентируется на максимальное сохранение и развитие этнокультурного многообразия, доставшегося нам в итоге тысячелетнего развития. По сути, Россия является сейчас единственной крупной страной, где, по данным переписей, количество учтенных этносов возрастает, а не уменьшается, а эти этносы не носят характер реликтов или экспонатов заповедника, а в полной мере развивают свою культуру и сохраняют свой язык. Речь идет не об ассимиляции, а об интеграции. Отметим, что это выглядит несколько контрастно по сравнению с идеями, нередко звучащими в демократической Европе. Пример – слова хорошо извест-

ного и популярного немецкого банкира и публициста Тило Саррацина, обращенные к находящимся в Германии мигрантам: «Со временем станете немцами – если не вы, то самое позднее ваши дети». По его словам, «мы не хотим национальных меньшинств. Тот, кто хочет оставаться турком или арабом или желает того же для своих детей, тому будет лучше в стране его происхождения». И это говорит гражданин (отметим, образованный и социально активный) страны, где официально, в соответствии с Рамочной конвенцией Совета Европы о защите национальных меньшинств, ратифицированной Германией в 1997 г., признаны 4 национальных меньшинства (и это не считая трудовых мигрантов последних 50 лет) – датчане, фризы, лужицкие сербы, цыгане. В отличие от Саррацина, думаю, что национальные меньшинства – это ценнейшее достояние, которое мы обязаны сберечь, а Кавказ – уникальный и редчайший исторически сложившийся регион контакта цивилизаций, этносов и культур.

Александр Скаков

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 8 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты