№1 (276) январь 2016 г.

Конституционный референдум открыл сезон политической неопределенности в Армении

Просмотров: 2465

6 декабря в Армении прошел референдум по конституционным изменениям. Согласно официальным предварительным данным, из 2 567 047 избирателей, включенных в списки для голосования, к урнам для голосования пришли 1 303 466 человек (50,51%). При этом число избирателей, проголосовавших с ID-картами, составило свыше 189 тысяч.

Поддержали проект конституционных реформ 825 851 избирателей (63,35%), в то время как отвергли его 421 600 человек (32,35%). Число недействительных бюллетеней превысило 53 тыс.

Таким образом, согласно официальным предварительным данным, избиратели одобрили проект конституционных изменений. Однако низкая явка, которую признают и власти, как и возможные манипуляции со списками избирателей (многие из которых в стране отсутствуют) порождают дополнительные вопросы о соответствии заявленных цифр реальной картине народного волеизъявления. Согласно прямым данным с избирательных участков со стороны наблюдателей оппозиции, реальное число пришедших к избирательным урнам граждан составило менее миллиона человек. Обращает на себя внимание и ряд крайне негативных заявлений, сделанных по итогам референдума представителями некоторых зарубежных наблюдательских миссий.

По словам лидера общественно-политического объединения «Армянское возрождение» Артура Багдасаряна, невысокая явка, неубедительный результат в поддержку реформы означают, что значительная часть населения не одобряет конституционные изменения и неявкой сказала «нет».

Представители партии «Армянский национальный конгресс» и ее союзники по штабу «Нет» также указывают на многочисленные случаи нарушений и фальсификаций и вряд ли будут держать имеющиеся у них данные в секрете. В социальных сетях можно без труда найти записи пользователей о фальсификациях результатов голосования в пользу действующих властей, которые обвиняются в стремлении к собственному воспроизводству. Спорадическая митинговая активность в Ереване вряд ли спадет в ближайшее время, причем на политическое недовольство части граждан накладывается сложная социально-экономическая ситуация в стране. Людям трудно понять, каким образом новая Конституция повлияет в лучшую сторону на их повседневную жизнь, насколько она может переломить негативный морально-психологический настрой, основательно подпитывающий в обществе апатию, уныние и, как следствие, миграционные настроения…

Впрочем, ситуация находится под контролем властей. В предшествующий период политическое поле Армении стало предметом довольно тщательной селекции, следствием которой стало бездействие на оппозиционном поле. Представители некоторых движений и общественных групп почему-то сочли не заслуживающей внимания задачу контроля за подготовкой и проведением референдума, альтернативных лидеров протеста не видно, а те, что имеются в наличии, довольно плотно интегрированы в местную политическую среду.

В свою очередь, власти, сделавшие серьезные ставки на положительные итоги голосования 6 декабря, ссылаются на опыт Италии, Германии и Израиля, заявляют об «окне в лучшее будущее», о совершенствовании форм демократического управления страной на всех уровнях, о повышении в ее жизни роли и места партий. Последнее обстоятельство, конечно, внесет дополнительную интригу в предстоящие в 2017 году парламентские выборы, которые пройдут уже по новой схеме. И тут важное значение в укреплении и развитии российско-армянских отношений получают межпартийные контакты, системный межпарламентский диалог. В 2007 году соглашение о сотрудничестве было подписано между партией «Дашнакцутюн» и «Справедливой Россией», причем, что важно, оно не осталось на бумаге; не отставать от старейшей армянской партии на российском направлении стараются и ее конкуренты, однако получается это у них не так удачно.

Выскажу мнение, что на армянском общественно-политическом поле отсутствуют серьезные силы, способные поставить российско-армянские связи под сомнение. Речь, конечно, о серьезных силах, не склонных к публичному эпатажу. Не секрет, что представители некоторых партий и групп, таких как «Учредительный парламент», «Объединение национального самоопределения» Паруйра Айрикяна, «Гражданский договор» Никола Пашиняна и «Наследие» Раффи Ованнисяна, регулярно допускают в публичной риторике антироссийские выпады. Интересно, что именно эти организации вошли во фронт «Новая Армения», призвавший бойкотировать референдум и отметившийся несколькими шумными акциями, однако в реальности фактически самоустранившийся от контроля за ходом голосования 6 декабря. Что же касается партийных «тяжеловесов», имеющих фракции в Национальном Собрании и шансы на выборах 2017 года, то сложно представить, что в их предвыборных программах, в их внешнеполитической части, будет отсутствовать пункт о необходимости развития стратегических связей с Россией. Хотя везде есть нюансы – официальная позиция и действия некоторых политиков вполне могут различаться. Это вполне естественно с учетом того, что политическая партия – это не армейский коллектив, а конгломерат конкретных людей со своими биографиями, связями и интересами, которые не обязательно обращены к Москве. При неоспоримости необходимости стратегических связей с Россией альтернативные внешнеполитические направления также займут свое место в «повестке дня» армянских партий.

При этом, конечно, наиболее весомые возможности у действующих властей, имеющих отлаженные каналы взаимодействия с российским руководством. Лидеров республиканцев вряд ли можно обвинить в отсутствии трезвомыслия и прагматизма, особенно в ситуации, когда сложная социально-экономическая ситуация в стране делает обеспечение безопасности государства едва ли не единственным их козырем в диалоге с гражданами страны. Согласно одобренному 6 декабря проекту конституционных изменений, политическим партиям будет отводиться едва ли не системообразующая роль в управлении страной, и именно от правящей Республиканской партии следует ожидать дополнительных шагов по укреплению связей с Москвой.

Впрочем, для России, как и для внешнеполитических партнеров Армении, не менее важным является вопрос предстоящего перераспределения властных полномочий в условном треугольнике «президент – парламент – правительство», хотя в реальности, конечно, речь идет о фигуре с гораздо большим числом граней. Напомним, Армения – далеко не первая на постсоветском пространстве страна, где были внедрены элементы «парламентской демократии». Показательным является пример соседней Грузии, где парламентская форма правления стала реальностью несколько лет назад. На днях, выступая на съезде Республиканской партии Грузии, заместитель секретаря Совета национальной безопасности Ивлиан Хаиндрава заявил: «Мы живем и работаем в условиях неопределенной Конституции, где институциональную неясность обостряют неопределенные персональные отношения между власть держащими. Политическое поле в нашей стране загрязнено чужими комплексами и фобиями, маниями и злобой, некомпетентностью и политиканством и, естественно, излишними амбициями». Хаиндрава говорил также об «институциональной неясности» в стране и о неопределенном процессе принятия решений как внутри правящей коалиции, так и внутри правительства:?«Заранее никто не знает, по какому вопросу кому принадлежит последнее слово, кто является тем лицом, инстанцией или форматом, где достигается окончательное соглашение для решения той или иной проблемы».?

Стоит ли говорить, что для Армении, вовлеченной в неурегулированный конфликт с соседней страной из-за Нагорного Карабаха, подобная позиция грозит малоприятными последствиями. Размывание вертикали государственного управления теоретически может коснуться и армии, включая механизмы управления этим важнейшим для Армении государственным институтом. «Не будет ни одной фигуры, про которую можно сказать, что она является человеком, который сегодня руководит Арменией», – считает, например, руководитель парламентской фракции АНК Левон Зурабян. Это достаточно чувствительный момент для будущего российско-армянских отношений: если сегодня они ведутся на уровне президентов, то в будущем нельзя исключить ситуацию, при которой количество собеседников главы Российского государства в Ереване увеличится (за счет глав правительства, парламента, руководителя правящей партии…) – со всеми вытекающими последствиями.

На фоне критических оценок голосования 6 декабря со стороны некоторых общественных организаций выделяется официальное заявление посольства США, одобрившего изменение Конституции страны. По мнению американцев, «следующее из новой Конституции изменение системы управления ощутимо».

Бытует у армянских экспертов и мнение о том, что важным (пусть и не сразу заметным) фактором всей этой затеи стало стремление внешних сил навязать стране-союзнику России не вполне эффективную форму правления – в том числе и с точки зрения перспектив двусторонних российско-армянских взаимоотношений. Конечно, утверждение о том, что 6 декабря в Армении состоялся первый этап «тихой революции», аналогичной грузинским, молдавским и украинским событиям, только без «майданов» и русофобской риторики, пока выглядит несколько преждевременным. Хотя бы в силу прагматизма армянских политических элит и учета ими непростых реалий окружающего мира. В то же время реальные итоги голосования по отдельным регионам и избирательным округам, где доминирует фигура того или иного крупного бизнесмена, заставляют задуматься о степени поддержки власти не только со стороны людей с низкими и средними доходами, но и более состоятельных граждан.

Неизбежная перекройка под новый Основной закон остальных блоков армянского законодательства неизбежно будет сопровождаться правовой неразберихой, что создаст предпосылки для нестабильности уже экономической и социально-политической. Особенно это опасно в такой тонкой сфере, как обеспечение национальной безопасности страны, о чем с тревогой говорят местные эксперты.

Многое будет зависеть также от подготовки к очередным парламентским выборам 2017 года. Помимо уже известных игроков, прежде всего Республиканской партии, «Процветающей Армении» и партии «Дашнакцутюн», свое слово могут сказать и относительно новые силы – такие, например, как внепарламентская партия «Гражданский договор».

В последние годы и месяцы градус напряженности как на Южном Кавказе, так и на сопредельных территориях последовательно поднимался. В любом случае Армению ожидают непростые времена, и пока непонятно, каким образом новая Конституция будет способствовать решению имеющихся проблем. Остается надеяться, что процесс трансформации армянского правового поля в новых реалиях государственного управления будет безболезненным. Не менее важный вопрос – не придется ли со временем под давлением обстоятельств вновь задуматься о возврате к элементам хотя бы «полупрезидентского» правления – но уже в гораздо более неблагоприятных обстоятельствах?..

Андрей Арешев

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 16 человек