№4 (279) апрель 2016 г.

Внутриполитические сюжеты и интриги в Армении

Просмотров: 1276

Борьба за власть является непременным условием конкуренции ведущих политических сил общества, объединенных в партии и общественные движения. В этом процессе должна проявиться наиболее дееспособная сила, адекватно воспринимающая внутренние и внешние условия развития общества и государства, что позволяет ей предложить реалистичную программу деятельности на обозримую перспективу, объединить здоровую часть народа и организовать достижение поставленных задач, нацеленных на улучшение качества жизни граждан, укрепление безопасности и обороноспособности страны.

В современной политической ситуации в Армении, когда по итогам декабрьского 2015 г. референдума происходят конституционные преобразования и трансформация полупрезидентского правления в парламентскую модель власти, общество стоит перед необходимостью проведения более качественных выборов в Национальное Собрание РА. Какие же основные политические силы в системе отношений «правящая партия (власть) – оппозиция» ныне актуальны и способны по своему содержанию изменить что-либо в Армении?

Следует признать, что, несмотря на все издержки политической демократии, с момента обретения независимости в Армении состоялась смена трех лидеров, и пока что ни один из них не стал узурпировать власть вопреки конституционным нормам. Сказанное, однако, не означает, что бывшие и действующий руководитель Третьей Республики безразличны к судьбе власти, не обладают определенным электоратом и не желают вновь вернуться в главный кабинет на Баграмяна, 26.

Ныне правящая РПА в силу своей внутрипартийной стагнации и неэффективного управления, проявления внутрипартийных противоречий и, к сожалению, коррупционных издержек объективно не может восприниматься большинством общества в качестве ведущей политической силы страны. Правда, это вовсе не означает, что такого же мнения придерживается лидер РПА и ее функционеры, поскольку пребывание у власти формирует у них если не манию величия, то, как минимум, комплекс собственной непререкаемости. Уже сейчас по поведению РПА видно, что данная партия не собирается уходить с политической сцены Армении, используя административный ресурс, зондирует почву возможных коалиций с притяжением известных политических организаций (типа АРФД) для сокращения потенциальных возможностей оппозиции. В чем же интрига данного подхода?

Любая коалиция есть вполне нормальная форма взаимодействия между партиями, претендующими на власть, если избиратель так и не определил ведущую силу в стране по итогам выборов. Партия власти, как правило, до выборов не декларирует проекты коалиций, поскольку заявляет о своей уверенности в преимуществе. И только по неутешительным для себя результатам парламентских выборов начинает переговоры по формированию коалиционного правительства.

Что же означает ход РПА в начале 2016 г. о коалиции с теми же дашнаками? Быть может, лидер республиканцев Серж Саргсян не уверен в монолитном единстве самой РПА и есть необходимость избавиться от бюрократического балласта. Но может, тот же Серж Саргсян понимает, что выборы 2017 г. будут не только определяющими для него и его партии, но и весьма сложными с точки зрения административного манипулирования их итогами. Именно неуверенность в безоговорочной победе РПА, способная вызвать широкую дестабилизацию в обществе, наталкивает на мысль о целесообразности коалиции до выборов.

Помимо партийно-политической активизации РПА, президент Серж Саргсян в последнее время предпринял и важные кадровые решения по назначению верных ему лиц на ключевые посты в органах власти. В частности, речь идет о неожиданном выдвижении на пост директора СНБ Армении 34-летнего Георгия Кутояна, который не имеет никакого отношения к органам национальной безопасности, соответствующего опыта службы и руководства в иных силовых ведомствах (непродолжительный период его пребывания и формальный опыт в Генеральной прокуратуре – отнюдь не показатель для специфики СНБ). Кроме диплома с отличием юридического факультета Ростовского госуниверситета и американского университета во Флетчере, небольшого периода преподавательской практики в Академии государственной службы и Национальной академии наук, а также роли помощника президента по правовым вопросам, сей молодой товарищ особо не зарекомендовал себя.

Вопрос о руководителе спецслужб всегда имеет политический срез, и кто лучше – профессионал или политический назначенец – решение остается за главой государства. Тем не менее, в кругах профессионалов объективно появились критические сомнения, ибо СНБ является важным государственным и боевым органом, особенно в сложившихся вокруг Армении сложных геополитических условиях. Внешние партнеры также могут засомневаться в степени доверия к непрофессионалу или факте проявленной осторожности главы РА. Но всему есть объяснение, и в данном случае ответ дал сам президент Серж Саргсян в своей речи при представлении новоназначенного директора СНБ РА руководству службы. Речь идет о вхождении Армении в системный процесс политической трансформации модели власти и, конечно же, о предстоящих выборах, необходимости ужесточения борьбы с коррупцией в столь ответственный период. Некоторые читатели данную часть речи президента буквально восприняли как призыв к борьбе с неугодными конкурентами при условии высокой капитализации самих выборов. Что ж, видимо, кому-то и есть о чем беспокоиться. Однако лучшим ответом на многочисленные вопросы станет обозримое будущее и, естественно, методы и результаты руководства самого Г. Кутояна при поддержке бывшего шефа СНБ – опытного генерала контрразведки Горика Акопяна, ставшего представителем президента в родном ведомстве.

В условиях неразвитой политической демократии правящая партия делает все возможное и невозможное для продления времени собственной власти. Но есть ли иные силы, способные не только критиковать ту же РПА, но и бросить ей вызов, предложить избирателям более амбициозную, прагматичную и реалистичную программу, организовать общество и добиться успеха?

Нельзя сказать, что в современной Армении, несмотря на все известные и малоизвестные проблемы политической действительности, нет альтернативных сил. Однако политические партии и организации, представляющие оппозицию, все же не стремятся выработать общую платформу деятельности в противостоянии с РПА. Оппозиционное поле в Армении достаточно рыхлое и фрагментированное, нет и тени единого фронта (блока, союза, коалиции). Это положение является следствием не только различия программных подходов, но и противостояния лидеров, их амбициозности и максимализма. Быть может, обусловлено и другими причинами (например, противодействием власти и иных внешних сил).

Один из лидеров АРФД Армен Рустамян считает, что коалиция «Дашнакцутюн» с оппозицией не принесла политического успеха, поэтому дашнаки рассматривают коалицию с РПА, получение малозначимых портфелей в правительстве Сержа Саргсяна и более активное участие в политической жизни страны. Правда, некоторые дашнакские функционеры (например, Арцвик Минасян) свой выбор поясняют тем, что в данный момент ведут переговоры с РПА на предмет совместного и согласованного принятия важных политических решений. Но кто будет слушать мнение, скажем, министра образования (или территориального развития, труда) от АРФД относительно вопросов обороны или внешнеполитического партнерства, обывателю пока непонятно. Однако совместная с «Дашнакцутюн» политическая ответственность будущего правительства откровенно соответствует и интересам лидера РПА.

Кризис российско-турецких отношений, иранский прорыв, американо-британская стратегия в Малой Азии и на Южном Кавказе, перспективы курдской независимости, вероятность очередного военного конфликта с Азербайджаном и принуждения Армении со стороны внешних сил к определенным соглашениям – все это остается тревожным сигналом для армянской внешней политики. Сегодня трудно прогнозировать в столь сложной геополитической и региональной обстановке, что может быть с карабахским вопросом и армяно-турецкими отношениями через год, два, три, то есть какие трудные и весьма непопулярные политические решения придется принимать властям Армении. И в этой неизвестности РПА не желает стать историческим узником соглашательства и хотела бы разделить политическую ответственность с теми же дашнаками, у которых есть собственный неблагополучный опыт вынужденной сдачи армянских позиций в 1920–1921 гг.

Правда, переговоры о сроках и формате межпартийного сотрудничества недостаточно ясны. Да и в самой РПА появляются нотки тревоги, поскольку каждый (пусть даже малозначимый) портфель в настоящем и будущем правительстве будет предоставляться тем же дашнакам за счет республиканцев, а кто же хочет остаться вне актуальной власти со всеми вытекающими отсюда последствиями. Иными словами, между различными группировками в РПА наблюдается борьба. Стало быть, идет раздел шкуры «недобитого медведя».

Что данный выбор руководства АРФД даст партии и обществу, пока известно только тому же Армену Рустамяну, быть может, Гранту Маркаряну и Киро Манояну. Рядовые же дашнакцаканы и их сторонники остаются в неведении и рассматривают подход своих лидеров не иначе как стремление размежеваться с той же оппозицией (а точнее, с тем же Робертом Кочаряном, сделавшим на посту президента Армении немалое для «Дашнакцутюн») и примкнуть к Сержу Саргсяну. Это есть выбор, быть может, не самой партии, а ее функционеров. И это их право. Относительно же фигуры Р. Кочаряна и позиции АРФД в экспертных кругах бытует мнение, что дашнаки якобы затаили некую обиду на Кочаряна за создание ППА и отклонение «Дашнакцутюн» как политической опоры второго президента в последующих предвыборных кампаниях. Но так ли это в действительности – об этом знают Кочарян и лидеры АРФД.

Объективности ради следует отметить, что сотрудничество между АРФД и РПА уже имеет место. В частности, по вопросу декабрьского референдума и согласия дашнаков на восстановление в Третьей Республике Армения парламентской модели управления, как это было при их власти в Первой Республике в 1918–1920 гг. И за эту поддержку РПА должна как-то поблагодарить «Дашнакцутюн».

Вслед за АРФД конъюнктурную линию поведения может избрать и лидер «Оринац Еркир» (а теперь и движения «Армянское возрождение») Артур Багдасарян, поскольку без связи с властью трудно представить данного политического прагматика. Вопрос лишь в том, когда и как он это заявит. Лучшее понимание действий данного политического деятеля – его прошлое. Багдасарян, скорее всего, лишь выжидает удачное время, чтобы сделать очередной политический ход.

Тот факт, что учредительное собрание «Армянского возрождения» торжественно состоялось во Дворце им. К.С. Демирчяна и с участием делегатов от 150 различных политических организаций, говорит о некой лояльности властей к персоне А. Багдасаряна. И от этой партии (движения) обществу трудно ожидать каких-либо системных перемен. Правда, А. Багдасарян при каждом удобном случае непременно пытается показать свою пророссийскую ориентированность и нацеленность на укрепление стратегического партнерства с Россией. Значит ли это, что летом с.г. «Армянское возрождение» может пойти на альянс с движением «Общенациональное единство» Ара Абрамяна – покажет время. Во всяком случае, А.?Багдасарян нацелен на весомый результат в предстоящих парламентских выборах и после этого может рассматривать целесообразность властной коалиции.

Уже сейчас оглашается мнение, что Артур Багдасарян предлагает рассмотреть свою кандидатуру в качестве будущего президента Армении с учетом ограниченных прав данного института после 2018 г. Правда, кому он предлагает свою кандидатуру – трудно понять, поскольку только после парламентских выборов 2017 г. и определится правящая партия. Если же А. Багдасарян предлагает эту идею лидеру РПА Сержу Саргсяну, то уже сейчас он разделяет мнение, что выборы при любой погоде состоятся в пользу РПА и ничто и никто не помешает данной партии прийти в очередной раз к власти. Однако в таком случае и в самой РПА, да еще и в коалиции с АРФД, будет немало кандидатов на роль «английской королевы».

Партия «Наследие» Раффи Ованнисяна вряд ли сможет рассчитывать на союз с РПА, данная структура скорее продолжит курс размежевания с властью и будет настойчиво добиваться своего места в парламенте, что, правда, будет нелегким мероприятием по преодолению 5% барьера. Да и зачем Р. Ованнисяну вести соглашательскую политику и не учитывать возрастающее недовольство в обществе, а также серьезный интерес в политических трансформациях в Армении со стороны влиятельных внешних сил. «Наследие» сохраняет возможность быть интересным для того же Госдепартамента США и его представителя в Ереване г-на Ричарда Милза.

Не менее интригующей представляется ситуация в иерархии управления оппозиционной партии АНК с учетом болезни его лидера Левона Тер-Петросяна и набирающего авторитет разумного Левона Зурабяна. Тер-Петросян остается в роли играющего тренера и, уходя в тень политической истории Армении, может продолжить заявку на власть с выводом новых лиц.

Лидер парламентской фракции АНК Левон Зурабян пока что один из немногих представителей системной оппозиции, кто официально допускает возможность формирования новой широкой коалиции на парламентских выборах в феврале 2017 г. Это говорит как о реалистичной оценке собственных возможностей, так и о готовности Л. Зурабяна к разумному диалогу с другими политическими силами оппозиции, нацеленными на системные изменения в Армении.

В последнее время в Армении активизировалась так называемая несистемная оппозиция в лице ветеранов карабахского движения и войны – Жирайра Сефиляна и его соратников. Ж.?Сефилян, будучи уроженцем Бейрута, бывшим командиром Шушинского особого батальона, кавалером ордена «Боевой крест I степени», основателем политического движения «Столетие без режима» и организации «Учредительный парламент», выступает харизматичным лидером оппозиции. Нельзя сказать, что в данном политическом движении есть общность идей и подходов между всеми участниками процесса (например, между тем же Жирайром Сефиляном и Игорем Мурадяном). Однако нельзя отрицать и того факта, что в их лице есть нечто новое и исходящее от интересов значительной части общества. В своем большинстве лидеры и активисты данного движения – это выходцы из рядов партии «Дашнакцутюн», которые твердо стоят на патриотических позициях, в карабахском вопросе выступают с позиции «ни шагу назад», противники конституционных преобразований по модели правления и жесткие критики коррупционных процессов в стране. К тому же это лица, прошедшие политическую и военную школу Карабаха, достаточно неуправляемые и амбициозные в хорошем смысле данного слова. Сам Ж. Сефилян неоднократно заявлял о возможности силового изменения ситуации в Армении, то есть органы национальной безопасности его не раз задерживали с обвинениями в «призыве к насильственному изменению конституционного строя» и за «незаконное хранение оружия» (в 2006–2008 гг. он отбывал соответствующий срок наказания).

Данная сила способна создать проблемы для партии власти, пойти на серьезную дестабилизацию политической ситуации в республике (массовые выступления и беспорядки) по итогам предстоящих парламентских выборов. И с этим нельзя не считаться. Однако готовы ли они взять власть при отсутствии достаточных финансовых средств и внешнем опасении (если не сопротивлении при участии компетентных структур) – это вопрос. «Цветные революции», как показывает исторический опыт, приходят извне и не приносят обществу обещанных деклараций. Национальная же революция, как правило, обрекается на провал из-за внутреннего предательства.

С осени 2015 г. некую заявку на участие в парламентских выборах, а следовательно, и борьбу за власть в Армении сделал руководитель Союза армян России, российский бизнесмен Ара Абрамян, сохранивший юридическую связь с РА, то есть армянское гражданство. Мы уже отчасти касались в одной из своих статей фигуры А.А. Абрамяна. При всей политической допустимости и заманчивости подобного участия пока что г-н Абрамян не предложил ни армянскому обществу, ни политическим силам каких-либо внятных идей и программ. Если данное размышление Абрамяна продлится еще какое-то неопределенное время, то о чем можно говорить?

Кандидатура состоятельного А.А. Абрамяна может показаться для части армянского электората неким спасением и альтернативой от изрядно поднадоевших местных лидеров и партий. Данная психологическая эйфория части армянских избирателей может помочь ему получить определенное конкурентное преимущество перед своими соперниками. Конечно же, если его допустят к выборам, а не придумают новые барьеры. Каких-либо признаков политического партнерства А. Абрамяна с той или иной политической силой в Армении (за исключением Демократической партии Арама Саркисяна) пока тоже не наблюдается, но в этом есть некий потенциал, интрига и загадка.

Абрамян еще своего окончательного слова не сказал, но в Армении уже забеспокоились властные структуры, поскольку фактор российского бизнесмена, как минимум, способен прогрессировать финансовую ставку предвыборной гонки. Правда, выражением данного беспокойства отчасти становятся грязные информационные технологии. Да чего там провластные армянские СМИ и сайты, в Азербайджане почему-то одиозные информационные сети забили тревогу. Яркий представитель азерагитпропа «Vesti.as» не жалеет пасквилей в сторону г-на А.А. Абрамяна. И чем же объясняется столь пристальный интерес, ну не желанием же привести к власти в Армении достойного, грамотного, политически дальновидного и харизматичного кандидата?

Зачем тому же Вугару Гасанову выражать столь трепетное беспокойство состоянием образованности Абрамяна? К чему такая ревность к армяно-российским гуманитарным отношениям и танцевальным фестивалям русской песни и пляски, организуемым лидером САР? Видно, в Баку всерьез обеспокоены финансовыми возможностями и влиятельными политическими связями Абрамяна, включая в самой России. Ведь как-никак Ара Аршавирович неоднократно являлся на президентских выборах доверенным лицом самого В.В. Путина, возглавляет с такой образованностью Комиссию по информационному сопровождению президентского Совета по межнациональным отношениям, посол доброй воли ЮНЕСКО, кавалер ряда орденов разных стран (всех же не купишь).

Сам Абрамян не представляет той политической силы и не является фигурой общенационального масштаба, чтобы лишь по его одному заявлению рассчитывать на успех. Какое экономическое чудо он может предложить Армении с его бизнес-опытом и влиятельными связями, какую амбициозную экономическую программу подготовят ему армянские или иностранные эксперты с учетом его возможностей – никто пока что сказать не может. Не исключено, что по итогам планируемого А.А. Абрамяном в г. Ереване международного бизнес-форума в июне 2016 г. он, очевидно, объявит и о своем политическом решении, и о своей программе.

В Армении есть немало известных партий и политических деятелей, но не представляющих серьезной силы из-за издержек финансового, содержательного, информационного и кадрового формата. Сами они в одиночку вряд ли что смогут изменить в стране, но в союзе с другими организациями и политиками – вполне способны составить острую конкуренцию. Это касается таких структур, как партия «Процветающая Армения» Наиры Зограбян, Народная партия Степана Демирчяна, Демократическая партия Арама Саркисяна, партия «Национальная безопасность» Гарника Исагуляна и т.д. Однако самостоятельную политическую силу данные структуры вряд ли представляют. Данное политическое пространство уже пытаются освоить силы, претендующие на парламентское представительство. Опыт «Оринац Еркир» и создание движения «Армянское возрождение» во главе с Артуром Багдасаряном – тому яркое доказательство.

Остается Роберт Кочарян, который вроде и не отстает от политической динамики, время от времени выступает с интересными мыслями и комментариями в публичной дискуссии, сохраняет своих сторонников в силовых структурах, совершает зарубежные поездки, позволяет себе критиковать правящую партию, но при всем этом пока что не делает конкретных заявлений о своем участии или неучастии в предстоящих выборах. Второй президент Армении формально остался вне партийной принадлежности.

До февраля 2015 г. некоторые армянские эксперты не исключали, что партия «Процветающая Армения» была не случайно создана в последние месяцы правления Роберта Кочаряна. Формальное назначение Гагика Царукяна на пост руководителя ППА якобы было предпринято Робертом Кочаряном, а миссия Царукяна сводилась к финансовому наполнению данной партийной кассы и ее структурному становлению. Однако г-н Г. Царукян переоценил свои политические способности и ресурсные возможности, сделал громкие заявления, капитулировал перед Сержем Саргсяном и с треском лишился всяких партийно-политических перспектив. Вместе с этим Царукян девальвировал и саму партию. Можно было, конечно, в феврале-марте 2015 г. установить контроль над партийной кассой, вновь вернуть ППА в формат жесткой и главной оппозиционной силы и рекомендовать на пост руководителя партии политически проверенного и ответственного Вардана Осканяна. Однако этого не случилось, и не только по причине отсутствия очередного политически ангажированного «бизнесмена», а, видимо, в силу того, что Р. Кочарян не делает ставку на дискредитировавшую себя организацию. Получается, что Роберт Кочарян не имеет в качестве партийной опоры ППА, а без партийного выдвижения и победы на парламентских выборах нет и перспектив на власть у беспартийного политика.

Не думаю, что Р. Кочарян со своим потенциалом и возможностями избрал для себя позицию стороннего наблюдателя. Он относится к тому типу политиков, кто способен читать политические ходы всех фигурантов шахматной партии, при этом Кочарян умеет выжидать без громких заявлений. Офис второго президента отмечал, что Роберт Седракович может быть выдвинут и возглавить список от имени разных партий (стало быть, формально действующих или вновь созданных).

В середине марта 2016 г. бывший министр иностранных дел Армении при администрации президента Роберта Кочаряна, а ныне депутат Вардан Осканян заявил, что в скором времени намерен создать политическую партию, в которую войдут часть бывших членов ППА, а также беспартийные и молодые люди. При этом Осканян отметил, что создание партии не имеет отношения к Роберту Кочаряну, но он не намерен и открещиваться от второго президента. При всех недостатках времени правления Кочаряна экс-глава внешнеполитического ведомства похвалил его за весомые результаты во внутренней и внешней политике. Иными словами, соратник Роберта Седраковича за год до выборов все же заявил о создании новой политической силы, которая, очевидно, примет участие в борьбе за власть. Какова будет раскрутка данной партии, какую программу и идеи она предложит обществу, способна ли будет объединить вокруг себя электорат, на каком этапе В. Осканян и его однопартийцы могут обратиться к Кочаряну – покажет время.

Но самое главное, Кочарян способен в самый неудобный для власти и ее конкурентов момент предпринять ряд важных решений и действий, сделать ставку на определенную партию (движение) или же войти в реальную политику в качестве примирителя при системной дестабилизации политической ситуации по итогам выборов, когда потребуется рассудительный лидер, вызывающий доверие у значительной части общества. А будет ли иной вариант выбора в таком драматическом сюжете? И те силы и лица, кто сегодня недооценивает фактор Роберта Кочаряна, завтра могут остаться в арьергарде.

Словом, политические сюжеты в Армении весьма противоречивы, сохраняют интригу властных перемен, но приведет ли это к системным преобразованиям для улучшения жизни самих граждан Армении, к укреплению мира и стабильности в Карабахе, превращению страны в важное звено логистической системы региона и, наконец, началу поэтапного решения армянского вопроса – покажет ближайшее время. Кто бы по итогам выборов 2017 г. ни пришел к власти в Армении, он и его партия (команда) должны создать условия для выдвижения новых (в том числе малоизвестных, но преданных национальным интересам) кадров, нацеленных на работу для Армении, а не наоборот.

Александр Сваранц, доктор политических наук, профессор

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 15 человек

Оставьте свои комментарии

  1. г-н Анисонян Г.Ю. весьма тонко чувствует аудиторию, и то обстоятельство, что в настоящем номере опубликована очередная блестящая статья профессора А. Сваранца по столь важной теме, говорит о многом. Автор весьма квалифицирована дал оценку соотношения сил в современной Армении, его мысли в этой связи достаточно корректны, объективны и адекватны. Правда, к кому из них он более склоняется, автор не выделил. Хотя по критике одних и оценке Роберта Кочаряна, видимо, его предпочтения сводятся к последнему. Самым важным выводом статьи стал последний абзац о выдвижении новых кадров, преданных интересам Армении. Имел ли он и себя в этой связи - нет возможности спросить автора, а жаль. Такой эксперт нужен не только России (его здесь и не видно), но и Армении.
  2. Интересно,как прокомментировал бы автор приход в руководство ЕАЭС Тиграна Саркисяна и может ли он стать будущим президентом Армении?
  3. Сваранц начал писать о внутренней политике? Даа... Это называется довели человека!)))
  4. Действительно,Сваранц специалист по Армянскому вопросу и начал заниматься внутриполитической ситуацией в Армении. Судя по статье,неплохо получается.И главный редактор "НК" правильно привлекает таких как Сваранц специалистов к важной теме.
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты