№5 (280) май 2016 г.

Серж Саргсян: Мы считаем, что конфликт должен быть решен в целом и окончательно

Просмотров: 2711

6–7 апреля президент Армении Серж Саргсян находился с официальным визитом в Германии, где встречался с руководством страны – канцлером Ангелой Меркель, президентом Йоахимом Гауком, председателем Бундестага Норбертом Ламмертом и министром иностранных дел Франком-Вальтером Штайнмайером. Главной темой переговоров в Берлине стало возобновление военных действий в Нагорном Карабахе.

Во время своего пребывания в Германии Серж Саргсян дал интервью Deutsche Welle, в котором прокомментировал эскалацию конфликта в Нагорном Карабахе, изложил свой взгляд на перспективы его урегулирования, рассказал о роли России в достижении договоренности о прекращении огня, выразил надежду, что Германия также признает Геноцид армян в Османской империи.

Deutsche Welle:

– Господин президент, я не буду спрашивать Вас о причинах эскалации конфликта в Нагорном Карабахе, потому что предвижу Ваш ответ. Меня интересует, что предприняли Вы, чтобы предотвратить очередное кровопролитие?

Серж Саргсян:

– Мы сделали все возможное. Примерно три года назад Азербайджан отказался от двух из трех основополагающих принципов, предложенных сопредседателями Минской группы ОБСЕ, и сейчас настаивает на том, чтобы решать этот конфликт исключительно на основе принципа территориальной целостности. Во-вторых, наряду с антиармянскими демаршами и агрессивным поведением в отношении Армении Азербайджан в разы увеличил военный бюджет и наращивает воинственную риторику…

– Извините, что я Вас перебиваю, но я бы хотел знать, что сделала армянская сторона, лично Вы, чтобы разрядить ситуацию.

– Я об этом и говорю. Мы сигнализировали соответствующим инстанциям и структурам о том, к чему идет дело и чем может обернуться такое развитие событий. Мы предлагали создать механизм по выяснению причин инцидентов на всем протяжении контактной линии, с тем чтобы точно устанавливать, кто является инициатором военных действий.

– Война, как это часто бывает, началась неожиданно, но столь же неожиданно – уже через три дня – боевые действия прекратились и была достигнута договоренность о прекращении огня. Кто помог достичь этой договоренности?

– Мы не считаем, что военные действия начались столь уж неожиданно. Мы ждали этого, произошло то, что назревало. Но и прекращение огня не было случайностью. Азербайджанцы понесли большие потери… Начальник Генерального штаба России позвонил начальнику Генштаба Армении и сообщил, что азербайджанцы согласны встретиться в Москве с представителями армянской стороны. Поддержку оказало и мировое сообщество. С соответствующими заявлениями выступили многие государства и международные организации.

– Эксперты давно указывали на высокий риск эскалации в регионе, где вооруженные формирования противоборствующих сторон стоят, что называется, лицом к лицу. Почему Вы не хотите, чтобы их разъединили миротворцы, например российские?

– Мы никогда против этого не выступали. Напротив, мы изъявляли готовность подписать соответствующий документ, который бы предусматривал всеобъемлющее урегулирование, в том числе и присутствие миротворцев между нашими двумя сторонам. Но азербайджанская сторона не пошла на это. Мы считаем, что конфликт должен быть решен в целом и окончательно.

– Вы сказали, что Россия сыграла определенную роль в достижении договоренности о прекращении огня. А как в целом Вы оцениваете позицию Москвы в этом конфликте? Вы говорите, что Россия – ваш стратегический союзник, покровитель и в то же время поставляет современное оружие Азербайджану…

– Я никогда не говорил, что Россия – наш покровитель, что какая-либо страна была или может быть нашим покровителем. И Россия никогда не играла для Армении такую же роль, какую играет Турция для Азербайджана.

– Но Вы называете Россию стратегическим союзником…

– Да, это так. Россия – наш стратегический партнер, и у нас с Россией есть стратегический договор. Вместе с тем мы всегда открыто говорим, что выступаем против продажи Россией вооружений Азербайджану.

– На пресс-конференции в ведомстве федерального канцлера Вы заявили, что народ Нагорного Карабаха хочет сам распоряжаться своей судьбой, определять свое будущее, жить в правовом государстве. Вы считаете такое желание законным, но самопровозглашенную Республику Нагорный Карабах, несмотря на это, не признали. Почему?

– Это компромисс с нашей стороны. Если бы Армения сегодня признала независимость Нагорного Карабаха, это бы означало отказ от переговоров по урегулированию конфликта. Если мы признаем независимость Нагорного Карабаха, о чем вести переговоры? Это, кстати, и ответ на Ваш предыдущий вопрос о том, что мы делаем для предотвращения эскалации конфликта. Мы не признаем Республику Нагорный Карабах, чтобы не осложнять ситуацию дополнительно.

– Международные переговоры об урегулировании этого конфликта в рамках Минской группы ведутся уже два десятка лет. У Вас еще осталась надежда на этот формат или Вы считаете необходимым какой-либо новый подход? Какую роль, с Вашей точки зрения, могли бы сыграть Германия, Европейский Союз?

– Я думаю, что Минская группа – оптимальный формат, и нельзя утверждать, что за все эти годы не достигнуто никаких результатов. Изменение данного формата ничего не даст. В Минской группе представлены страны, в первую очередь три ее сопредседателя (Россия, Франция и США. – Ред.), обладающие достаточными средствами и возможностями для того, чтобы воздействовать на развитие событий в Нагорном Карабахе. На изменении формата настаивает Азербайджан.

Что же касается Германии, то сегодня она председательствует в ОБСЕ, в организации, располагающей широким спектром инструментов, и я убежден, что она сможет воспользоваться ими эффективно. Кроме того, Германия является и членом Минской группы.

– Армения была участницей программы ЕС «Восточное партнерство», которая предусматривала перспективу ассоциации с Евросоюзом. Но Вы приняли решение не в пользу этой ассоциации и присоединили Армению к Евразийскому экономическому союзу. Что послужило решающим аргументом для этого? Давление России? Сугубо экономический расчет? События на Украине?

– Для начала давайте уточним. Мы не были, а остаемся участниками программы «Восточное партнерство» и в настоящее время. В декабре прошлого года начался новый переговорный процесс, позади уже первые две его фазы. В конце концов, и мы подпишем документ с ЕС. Со стороны России никогда никакого давления не было. Мы руководствуемся экономической целесообразностью. Россия – наш главный рынок и наш крупнейший торговый партнер. Из России мы получаем все энергоносители и другие ресурсы. Россия предложила нам в рамках ЕАЭС очень выгодные условия, предоставив скидку в размере 30 процентов на свои товары. Мой принцип – принимать решения, которые могут быть реализованы.

– Последний вопрос совсем из другой области. Германия до сих пор не признала геноцидом массовое убийство армян в годы Первой мировой войны. Вот и в феврале этого года Бундестаг с оглядкой на Турцию отложил принятие резолюции. Как Вы оцениваете такую позицию Германии?

– Начну с того, что федеральный президент ФРГ нашел очень правильные слова во время своего выступления в берлинском соборе в апреле прошлого года. Мы признательны ему за это. Кроме того, я надеюсь – и об этом шла речь на переговорах в Берлине, – что еще до летних парламентских каникул Бундестаг примет соответствующее решение, причем при участии всех фракций.

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 13 человек