№5 (280) май 2016 г.

На стыке древних цивилизаций

Просмотров: 2691

В новейшей армянской истории Китайская Народная Республика стала первым государством, установившим дипломатические отношения с независимой Арменией 6 апреля 1992 года. Несмотря на то, что сегодня численность наших соотечественников в Поднебесной составляет примерно 200 человек, история армяно-китайских связей насчитывает более двух тысяч лет.

К сожалению, летопись многовековых двусторонних контактов до сих пор плохо изучена в связи с тем, что значительная часть старинных источников не сохранилась. Некоторые китаисты предполагают, что впервые наши соотечественники появились в Китае еще в IV веке до н.э. при императоре Ву Ти династии Хань, позволившему своим высочайшим указом торговать армянам диковинным обсидианом, лекарственными сборами, пурпурной краской «вордан кармир» из араратской кошенили, коврами ручной работы, изделиями гончарного производства и другой бытовой утварью. Впрочем, официальная точка зрения утверждает, что первые упоминания появились спустя два столетия от этой даты, когда армянские купцы направили по Великому шелковому пути свои караваны, в которых обычно насчитывалось не менее двухсот верблюдов. Обратно на родину вывозились китайский фарфор, минерал селадонит, используемый для ювелирных украшений, вышитые серебряными и золотыми нитями ткани, прозванные местными жителями «китайской вуалью». В последующие века небольшие армянские колонии появились в Гуанчжоу, Шэньжэне, Шанхае, Харбине, Гонконге, а в 1264 году в Пекине, что в буквальном переводе означает «Северная столица». Как следует из переписки францисканских монахов, в начале XIV века армянские купцы вместе с индийскими и арабскими негоциантами прибыли во многие китайские города. К этому периоду относятся и путевые записки итальянского епископа Андреа Перуджинского, который в 1307 году упоминает об «очень богатой и набожной армянке по имени Тангар», построившей в Кантоне красивый христианский храм, дом церковному священнику, приют для гостей и вдобавок назначившей пожизненное содержание послушникам. Сей факт уже позволяет сделать вывод об экономической состоятельности армянской общины того времени.

Позже, в 1688 году, был заключен торговый договор с армянским оптовым торговцем из Индии Хаджа Фаносом Калантаром, согласно которому армяне получили право свободного передвижения и беспрепятственной торговли в Поднебесной. Обосновавшись в порту Фукбэн, они развернули активную деятельность. Корабли под армянским флагом крупнейшего судовладельца Абгаряна были приписаны к морским гаваням Макао, Кантона, Шанхая и плавали не только в прилегающей акватории, но и к Британским островам с заходом в прибрежные города Азии, Африки, Европы. Причем по указанию владельца компании армян команды перевозили бесплатно. Очень скоро в центре Харбина появились первоклассный «Отель Палас» Мхитарянца, обувные фабрики «Братья Атоян», «Армения», «Товарищество Адаянц», кондитерская лавка «Аспетян», магазин хозяйственных товаров Сукоянца, первая в городе винодельня купца Тер-Акопова, хлебопекарни и сахарный завод Геворга Абгара, многочисленные фотоателье, склады, торговые и доходные дома, рестораны кавказской кухни «Самсон» и «Татос». Кстати, последний пользовался огромной популярностью среди иностранных дипломатов и видных общественных деятелей, представителей аристократической знати и артистического бомонда. Во время гастролей сюда обязательно приходил отведать восточные изыски известный певец и большой гурман Федор Шаляпин. Ресторация работает до сих пор, причем под прежним названием, а само здание в статусе исторического памятника охраняется государством. Как свидетельствуют источники, к 1722 году на одного англичанина и одного датчанина здесь приходилось примерно тридцать армянских коммерсантов, что, по мнению академика Грачия Ачаряна, было особой привилегией для наших соотечественников. «В XVII-XVIII веках армянские переселенцы, пользуясь покровительством тамошних властей и симпатией местного населения, достигли большого положения в различных районах страны. Китай всегда держал свои двери закрытыми перед иностранцами, особенно христианами. Но армянин был исключением и пользовался абсолютной свободой. Армянский торговец был настолько привычным явлением в Китае, что в целях свободного въезда и выезда из страны иезуитские проповедники часто переодевались армянскими купцами», – писал он.

Впрочем, неверно было бы утверждать, что отношения между нашими странами строились лишь на основе экономической деятельности, поскольку одновременно происходил процесс, называемый ныне взаимообогащением культур. Не случайно фаянсовые статуэтки мужчин, датируемые 617-907 годами, китайские археологи отождествляют с армянскими виноделами, отмечая характерные черты лица, традиционные национальные одежды и кожаный бурдюк, в котором обычно хранился напиток. В средневековой армянской живописи также прослеживаются элементы китайского орнамента: в миниатюрах Киликийской школы встречается мистический образ китайских драконов, а в Васпураканской росписи просматриваются изображения китайских бытовых изделий. Сведения о традициях, истории, искусстве, философии, географии и природе страны ченов – Чинумачина, Ченастана, Джинумаджина (как называли Китай в Армении) – можно найти в трудах Католикоса Григориса Ахтамарци, в книге «Ашхарацуйц» Патриарха Акопа Паляна, в исследованиях Анания Ширакаци, в Антологии царя Киликии Хетума, писавшего: «Как много разнообразных и чудесных вещей есть у них в стране. И такие изысканные, что вряд ли что-нибудь сравнится с ними». Впрочем, и в Китае не менее поэтично отзывались об Армении, называя ее с незапамятных времен «Я-мей-ни-ей», где иероглифы складывают фразу «Прекрасная дева Азии». Возможно, именно столь утонченный топоним смягчает в развитии двух древних цивилизаций торговый акцент, уступая место творческому и просветительскому диалогу.

В частности, когда Ованес Казарян, больше известный под именем Джон Лассар, перевел в начале XIX века Библию на китайский язык, то специалисты назвали ее лучшей китайской адаптацией. А тамошние ученые мужи признали, что «господин Лассар – истинный китаец, который быстро пишет и читает на китайском языке так, будто он является для него родным». В этом плане достаточно интересной представляется легенда о китайском происхождении армянских княжеских родов Мамиконянов и Орбелянов, описанная авторитетными историками Мовсесом Хоренаци, Павстосом Бюзандом, Степаносом Орбеляном. Среди архивных материалов особый интерес вызывают завещания о перечислении крупных денежных сумм на благо Армении от меценатов Касапяна, Матевосяна, проживавших в Китае в XVIII веке. Позже, в 1918 году, после провозглашения независимости в Армении, китайский армянин Карапет Аспетян также отписал все свои собственные дома исторической родине.

В последующие годы армянская диаспора в Китае имела несколько центров расселения. Самая крупная община из 400 семей обосновалась в Харбине, а второй по величине считалась шанхайская, куда влились около 600 ремесленников, адвокатов, инженеров, медицинских работников, рабочих из Зангезура и Карабаха. Их появление в конце XIX века было связано со строительством и дальнейшим обслуживанием Восточно-Китайской железной дороги. В этот период армянские общины пережили значительное экономическое оживление: к началу ХХ века их численность достигла демографического максимума. С целью консолидации армян в начальный период адаптации к новым условиям в Харбине было основано Армянское национальное общество под председательством видного деятеля армянской общины доктора Мигдисова, который бескорыстно лечил обездоленных и о котором спустя много лет после его кончины эмигрантская газета «Время» напишет: «Втайне ото всех творя щедрую милостыню, он, как истинный христианин, не делал различия между национальностью всех, кто к нему обращался». Между тем, следуя хронологии, в ноябре 1921 года на Дальнем Востоке открывается первая армянская школа. В это же время из других регионов стали поступать газеты и журналы «Азгасер», «Азгасер Араратян», «Аршалуйс Араратян», «Еркир». Были созданы Армянский патриотический союз «Арцив», Армянский молодежный клуб, Союз армянских женщин, Комитет учащейся молодежи. К 1923 году местная община построила церковь Св. Григория Просветителя, которая в 1959 году решением китайского правительства была реорганизована в текстильную фабрику, а в годы «культурной революции» разрушена вместе с другими храмами.

Но это случится потом, а пока община продолжала жить внутренними заботами, сохраняя привычный уклад жизни, свои традиции и культуру. В 1936 году газета «Шанхайская заря» напишет: «Армяне любят отмечать национальные праздники. Один из них «Вардананц», который почитается у этого народа главным в становлении национального духа и самобытности после принятия христианства и создания письменности». Его обязательно отмечали каждый год, и даже в трудном 1944 году в одном из богатых армянских домов на Садовой улице Харбина был поставлен спектакль «На Аварайрском поле» в исполнении армянской молодежи. Это было не единственное событие культурной жизни армянской общины. Благодаря актрисе Варваре Меликян удалось осуществить постановку пьесы Г. Сундукяна «Пепо» на армянском языке. В знатных салонах проходили музыкально-литературные вечера, где звучали армянские стихи, песни и народные мелодии, а с гастролями часто приезжал кяманчист Рубен Гараханян. Однако мирное благополучие нарушила японо-китайская война, начавшаяся еще до Второй мировой войны. К ее окончанию в Китае осталось не более 125 армянских семей, основная часть которых эмигрировала в США и Австралию после смены политического режима в 1949 году. Как свидетельствует «Этнографический атлас», число армянских переселенцев трудно уточнить, поскольку в документах тех лет фигурировала графа «русская эмиграция», применяемая независимо от национальности ко всем без исключения выходцам из России и СССР. Так к началу 60-х годов прошлого века фактически завершилась история развития армянской общины на китайской земле.

Ее возрождение началось спустя тридцать лет, когда между нашими странами вновь активизировался политический диалог и стали реальными программы сотрудничества в торгово-экономическом секторе и гуманитарной сфере. В частности, в Ереванском университете им. В. Брюсова с 2009 года действует Институт Конфуция, который является первым подобным центром на Южном Кавказе. Возможность обучаться армянскому языку недавно получили и китайские студенты в одном из лучших лингвистических вузов КНР, где преподает член исполнительного органа Армянской общины Китая Мэри Князян. «Одновременно проводятся лекции по армянской культуре и истории, – рассказывает она. – Несмотря на факультативность предмета, его изучение вызвало большой интерес среди китайских студентов. Многие из них даже изъявили желание продолжить обучение в Армении». Знаковым событием в области искусства стали Дни армянской культуры в Китае, которые прошли летом прошлого года в Пекине и других городах КНР. А в этом году ожидается перекрестный десант китайских артистов в нашу страну.

Вместе с тем, по словам Чрезвычайного и Полномочного посла Республики Армения в КНР, Сингапуре и Монголии Армена Саркисяна (теперь уже экс, поскольку буквально на днях он отправился к месту службы в Болгарию), за последние годы значительное развитие получило торгово-экономическое сотрудничество. Сегодня Китай занимает второе место во внешней торговле Армении, о чем свидетельствует возросший товарооборот, составляющий в среднем 587 млн долларов США. «Весьма важен государственный визит президента Армении в Китай в марте прошлого года, когда была подписана Совместная декларация по дальнейшему развитию и углублению сотрудничества между нашими странами в таких отраслях, как энергетика, транспорт, химическая промышленность, экономика, безопасность, образование, наука, культура, сельское хозяйство, авиация, туризм. Новые перспективы открывает идея председателя КНР Си Цзиньпина о формировании экономической зоны Шелкового пути», – говорит посол.

В ходе официального визита президента Армении Сержа Саргсяна в Китай подробно обсуждались возможности участия китайских компаний в программах транспортного коридора Север – Юг, железной дороги Армения – Иран, новой АЭС. В рамках армяно-китайской совместной комиссии по вопросам торгово-экономического сотрудничества между Министерством экономики РА и Министерством коммерции КНР был подписан меморандум «Об укреплении сотрудничества в деле создания экономической зоны Шелкового пути». Будучи крупнейшим международным экономическим и культурным проводником своего времени, Великий шелковый путь не потерял актуальности до сих пор. Его восстановление в современных геополитических реалиях может стать мощным экономическим импульсом для блокадной Армении, которая веками была и, главное, остается бесперебойной транзитной территорией для торговли между Западом и Востоком. К тому же на стыке двух древних цивилизаций всегда найдутся общие точки соприкосновения. «Армения приветствует инициативу китайской стороны по созданию экономического пояса Шелкового пути. Еще во времена древнего Великого шелкового пути армянские товары были известны на китайском рынке, а армянские торговые корабли добирались до восточных портов Азии. Надеюсь, что программа строительства южной железной дороги, проходящей по армянскому участку современного Шелкового пути, станет одним из тех проектов, которые призваны содействовать реализации отмеченной экономической идеи», – подводя итоги встречи, подчеркнул глава Армянского государства.

Сергей Тигранян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 14 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты