№1 (288) январь 2017 г.

Институт президентства США не меняется

Просмотров: 2418

Принятая в 1787 году Конституция США содержала ряд новшеств, которые в будущем оказали колоссальное влияние на развитие конституционного и государственного строительства большинства стран мира. Она провозгласила принцип разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную ветви, а также учредила совершенно новый институт президентства.

Во времена, когда монархия была доминирующей формой правления, этот институт воспринимался как адекватная монархии форма правления, ограниченная только выборным сроком. Однако скоро стало ясно, что в далеких и малонаселенных Соединенных Штатах создана совершенно новая конституционная конструкция со сложным демократическим механизмом сдержек и противовесов в различных ветвях власти. Как случилось, что именно на периферии западной цивилизации появилась первая писаная Конституция, воплотившая в себе все передовые политические доктрины европейских просветителей – Вольтера, Монтескье, Локка, Гоббса, Руссо и других? Почему именно на американской почве эмигранты-протестанты, объединившие англосаксов, голландцев, немцев и скандинавов, нашли ту модель организации государства, которая эффективно без переворотов и катаклизмов работает до сих пор? Может, причина заключается в том, что никто не мешал группе по-новому мыслящих людей творить и созидать свободно от влияния и инерции прошлого?

Сегодня США представляют собой самую мощную военно-экономическую державу современности. За сравнительно короткий исторический период, благодаря удачному географическому расположению и протестантской культуре самоорганизации, эта страна смогла вобрать в себя все самое передовое в области экономики и науки. К тому же международные военные и политические катаклизмы обошли стороной ее границы (не считая эпизод Перл-Харбора в 1941 году), что тоже способствовало развитию ее политико-экономической мощи. Но не забудем упомянуть, что США были и есть страной примерной демократии со слаженным действием всех звеньев государственного механизма, где огромная роль принадлежит именно возглавляемой президентом исполнительной власти. Несмотря на сложный путь исторического развития (гражданская война 1861-1865?гг., Великая депрессия 1929-1939 годов, две мировые войны), в истории США, в отличие от западноевропейской политической культуры, отсутствовали примеры противостояния конгресса и президента, затяжные периоды правительственных кризисов и отставок, многопартийных парламентских дебатов и противостояний. Всегда в сложные периоды американской истории должность президента занимали великие личности, такие как Джордж Вашингтон, Авраам Линкольн, Вудро Вильсон, Франклин Рузвельт.

Это объясняется несколькими причинами. Во-первых, протестантской по духу организацией экономики и общественно-политической жизни, слаженностью и гармоничностью всей политической системы страны, федеральной формой организации государства, включающей многие элементы конфедерации, двойной защитой Конституции на федеральном и региональном уровнях, определенными и в то же время гибкими формулировками Конституции, дающими возможность маневров. Согласно разделу 1.1 статьи II Конституции США исполнительная власть принадлежит президенту. То есть функции президента ограничиваются лишь исполнением законов, принятых Конгрессом. Президент не вправе расширить объем своих полномочий, так как такие действия могут быть пресечены Верховным судом, которому дано право объявить тот или иной акт президента неконституционным, что на практике происходит нередко.

В силу раздела 2.2. статьи II президент вправе назначать с совета и согласия Сената должностных лиц, составляющих исполнительную власть федерального правительства (их число сегодня составляет 40 тысяч человек). Конкретное наименование ведомств и определение круга их полномочий закреплено Конституцией за Конгрессом. Конгресс создает департаменты (а фактически – министерства) исполнительной власти, число которых может варьироваться. Это министерства финансов, обороны, образования, торговли, сельского хозяйства, энергетики, внутренних дел, юстиции, безопасности, здравоохранения (всего пятнадцать ведомств).

Руководители департаментов назначаются президентом с согласия Сената. Они именуются «секретарями» и «являются президентским кабинетом» по аналогии с правительствами других стран, но без председателя правительства и его замов, с подчинением напрямую президенту. Учредительный характер Конгресса, доминанта этого органа в американской политико-правовой системе не вызывает ни у кого сомнений. Наряду с этим полномочия президента США настолько значимы, что именно с его личностью ассоциируются власть в стране, значительные события национального масштаба, а также исторические этапы ее развития. Кабинет президента США (по сути – правительство) отвечает и отчитывается перед президентом. Вместе с тем Конгресс в лице своих комитетов имеет возможность при необходимости в порядке парламентского контроля проводить слушания и требовать отчет от того или иного члена «президентского кабинета». Персонификация президентской власти выражается и в том, что президентом является лидер победившей на президентских выборах политической партии, и даже если его партия не составляет в Конгрессе парламентское большинство, то при американской двухпартийной системе роль президентской партии все равно будет значима.

Персонификация президентской власти особо подчеркивает его должность главнокомандующего вооруженными силами страны. Он же представляет страну в международных отношениях и непосредственно руководит деятельностью департамента международных отношений, т.е. министерства иностранных дел.

Действующая Конституция США подробно предписывает критерии, предъявляемые к кандидату на пост президента США, и обстоятельно регулирует порядок его избрания. Параллельно всеобщему голосованию избирателей, законодательное собрание каждого штата назначает выборщиков в тех пропорциях, которые он имеет в Сенате и в Палате представителей Конгресса. Они составляют «коллегию выборщиков», которая избирает президента на основании итогов голосования. Существование такого порядка объясняет ситуации, когда общее количество голосов, поданных за избранного президента, может быть меньше голосов, набранных его конкурентом, потерпевшим поражение. Так случилось на выборах в 2000 году, когда Джордж Буш-младший победил Альберта Гора, так произошло и сейчас в результате победы Дональда Трампа над Хиллари Клинтон. Правда, на фоне более 120 миллионов избирателей, принявших участие в выборах, такой перевес незначителен и объясняется принципом «победитель получает все», в том числе и голоса, отданные за его конкурента.

Президент США избирается на 4-летний срок и может быть переизбран еще на один срок. Такой порядок за столетия действовал неукоснительно, за исключением перевыборов Франклина Рузвельта на четвертый срок во время войны. Однако после скоропостижной смерти Франклина Рузвельта в начале его четвертого президентского срока в 1947 году была принята 22-я поправка к Конституции США, устанавливающая императивный порядок относительно двух президентских сроков (была ратифицирована 07.02.1951 г.).

Можно поспорить, достаточен ли такой недолгий срок полномочий президенту для реализации своих предвыборных программ. Может, не следует так часто подвергать страну такому серьезному испытанию, ведь выборы происходят на фоне огромного эмоционального накала избирателей и требуют колоссальных денежных вложений. Не лучше ли ввести продолжительный срок на 7 лет, как это было во Франции до 2002 года, или хотя бы на 6 лет по примеру недавней российской практики?

Итак, первой и, пожалуй, важнейшей особенностью американской политической культуры при выборе президента США является институт коллегии выборщиков. Такие коллегии формируются Республиканской и Демократической партиями на паритетных началах во всех 50 штатах и федеральном округе Колумбия в соответствии с пропорциональным соотношением партий в Конгрессе США. Общее их количество – 538 человек, при этом после каждого очередного выбора поднимался один и тот же вопрос: могут ли члены коллегии выборщиков отдать предпочтение кандидату противостоящей партии? В теории это возможно, и такой прецедент был. Выборщики в одних штатах дают клятву придерживаться принципа обязательной поддержки своего партийного кандидата, в других штатах они не присягают на верность партийному принципу и теоретически свободны для принятия решения. Для избрания президента достаточно 270 голосов выборщиков.

Действенным институтом в руках президента США, дающим ему возможность серьезно повлиять на законодательный процесс Конгресса, является его право вето (Veto power of president). Именно в этом конституционном полномочии президента наглядно проступает замысел создателей Конституции не дать возможность ни одной ветви власти безраздельно руководить всей политико-правовой системой страны. Право вето, пожалуй, важнейшее полномочие, которое наряду с полномочием быть избранным непосредственно населением делает президента серьезной уравновешивающей силой в отношениях с остальными ветвями власти. Правда, такое право может быть преодолено Конгрессом за счет квалифицированного большинства (2/3 голосов его обеих палат). Но с практической точки зрения эта задача не из легких. Президент является лидером одной из двух политических партий, представленных в Конгрессе. Как правило, одна партия редко добивается такого подавляющего большинства, которое предоставило бы ей возможность самостоятельно преодолеть президентское вето.

Чтобы картина правового статуса президента США была полной, необходимо коснуться конституционного института импичмента, т.е. досрочного освобождения президента от власти. Причиной импичмента могут стать факты государственной измены, взяточничества и т.д. Если импичмент будет применен к президенту, он распространится также на вице-президента и на весь возглавляемый им президентский кабинет. Процедуру импичмента вправе инициировать нижняя палата, а окончательное решение выносится Сенатом. За всю историю США Палата представителей инициировала процедуру импичмента в отношении всего двух президентов (Эндрю Джексона в 1868 году и Билла Клинтона в 1999 году). Однако и тот, и другой смогли заручиться незначительным перевесом голосов сенаторов и избежать позорной отставки. Что касается досрочного ухода с занимаемого поста Ричарда Никсона, то этот талантливый и гордый политик сам подал в отставку в 1974 году до начала процедуры импичмента.

Избран 45-й Президент США

Ни одно мировое событие политического, экономического, спортивного или иного плана не привлекало к себе такого внимания, как только что закончившиеся выборы президента США.

Очевидно, что сотни миллионов людей и в США, и во всем мире понимают, что процессы, происходящие в Америке, напрямую коснутся их самих, а возможно, изменят вектор развития их страны или социальной группы. Значимость только что состоявшихся президентских выборов, их социальный, расово-религиозный, национальный расклад разноречив и многоаспектен. США всегда старались быть или казаться уменьшенным вариантом мирового сообщества по причине своей мультикультурной, расовой, этнической и конфессиональной составляющих.

После бесславного коллапса великого СССР и распада всего социалистического лагеря казавшаяся стабильной международная жизнь пришла в движение. Новые тенденции развития не обошли стороной и США, причем эти тенденции вряд ли можно назвать позитивными.

США стали безраздельно доминировать в мире, навязывая свою модель мироустройства грубой военной силой. На карте появились 22 новых государства, которые тут же стали активными игроками на мировой арене, нарушился паритет между Западом и Востоком.

Пришли в движение стоявшие на пороге западной цивилизации голодные и отсталые исламский мир и Африка, которые сегодня миллионными потоками двигаются в раздробленную деморализованную Европу. Военный блок НАТО начал расширяться в сторону российских границ. Германия в новых условиях решила воспользоваться возможностью на этот раз политико-экономическим путем достичь своей заветной цели – господства в Европе. Россия, затаив обиду на своих вчерашних союзников и просвещенный Запад, была отброшена на тысячи километров в Азию и на восток. Активизировалась Турция, вечный стратегический конкурент и противник России, открыто и прямолинейно проводившая политику пантюркизма с целью объединения вокруг себя всех тюркских народов Азербайджана, Поволжья, Северного Кавказа и Средней Азии. Начались события на Украине, а затем и в Сирии, ставшие причиной резкого противостояния России и Запада. Вырисовывается враждебная ось противостояния Германии, Польши, Прибалтики, Украины и, возможно, Турции против России. История повторяется с новой конфигурацией и с новыми поисками справедливости.

Против России была развязана санкционная война с целью изолировать ее от остального мира. Во весь голос заявили о себе новые мировые гиганты – Китай и Индия, совокупно представляющие более двух с половиной миллиардов (одной трети) населения Земли. Более того, Китай стал самой большой по объему экономикой мира и заявил свои претензии на участие в решении глобальных проблем.

И на фоне напряженных международных отношений, в условиях противостояния западных новолибералов – глобалистов и стран, стоящих на позициях цивилизационной идентификации и национального суверенитета, в самой мощной стране мира к власти приходит Дональд Трамп, несистемный политик, отвергающий новолиберальную политкорректность и этику. В качестве одного из своих предвыборных лозунгов, например, Трамп заявил о необходимости выхода Америки из НАТО. Реализуются ли на практике этот или другие его предвыборные лозунги, неизвестно, но целесообразность существования этой организации подверглась сомнению, что может повлечь за собой ревизию всей внешней политики Запада.

Оправдает ли новоизбранный президент возлагаемые на него надежды, сможет ли он вернуть страну к традиционным ценностям, остановить тектонические миграционные процессы с юга на север, из исламских стран в христианские, и, наконец, объединить международные позитивные силы, чтобы вместе с Россией искоренить террор? Время покажет, соответствует ли масштаб его личности исторической миссии, а также степень готовности политико-экономической элиты США сотрудничать с ним по широкому спектру вопросов, отказавшись от пагубной для цивилизованного мира идеологии глобализации?

Впервые за последние годы появился человек, взгляды которого выражают взгляды исторически связанной с Европой, протестантской Америки, а подходы к решению насущных мировых проблем частично совпадают с подходами России.

Очевидно, что главный вопрос сегодняшнего идеологического и политического противостояния заключается в следующем: считать ли мировое сообщество совокупностью национальных государств со своей цивилизацией, культурой и историей или, по мнению глобалистов, единым геополитическим пространством, населенным людьми без цивилизационных отличий, под общей юрисдикцией Евросоюза или ООН?

Мы убеждены, что глобализация имеет свои разумные границы, она необходима и желательна в области финансов, экономики, культуры, науки, высшего образования, технологии и т.д. Но последствия глобализации негативны и разрушительны, когда они уничтожают тысячелетиями складывавшиеся естественные основы мироустройства. Вспомним, что ярыми сторонниками глобализма были большевики, по примитивному социальному воззрению которых мир состоял лишь из эксплуататоров и эксплуатируемых, буржуазии и пролетариата, без частной собственности, института семьи и самостоятельности личности. Всем известно, чем это закончилось.

В теории равны все: мужчины, женщины, сексуальные, национальные или религиозные меньшинства. Такое равенство является завоеванием мировой цивилизации. Вместе с тем принципы автономности личной жизни человека и семьи, суверенитета нации и страны незыблемы и не могут быть отодвинуты на второй план. Народы и нации развиваются неравномерно. Отдельные цивилизации, например ислам, выбирают в качестве геополитической цели достижение количественного превосходства над цивилизацией, на порядок превосходящей их по развитию, и фактически силами мигрантов организуют оккупацию Европы и других благополучных стран. Но человеку присуще естественное право не хотеть жить бок о бок с пришельцами, представителями чуждых ему моральных устоев, духовно-бытовой культуры, которые откровенно отрицают устои жизни страны-кормилицы. Разве не прав Дональд Трамп, когда он заявляет о необходимости жестко ограничить приток в США мигрантов из исламских стран как прямого источника террористических актов? Неужели, руководствуясь принципами толерантности и политкорректности, мы должны забыть страшный теракт 11 сентября 2001 года и другие кровавые события, развязанные исламистами?

Трамп пошел на политический риск, проявив разумную обеспокоенность судьбами сотен миллионов людей, оказавшихся под воздействием новолиберальной политической секты с неестественной психологией. Проблема мигрантов особенно актуальна для Европы, в которой у власти находится новая политическая каста еврочиновников, интересы которой не совпадают ни с интересами стран – членов Евросоюза, ни с национальными интересами народов, проживающих на его территории. За счет организации многочисленных гуманитарных и правозащитных акций, ажиотажа вокруг распределения гуманитарной помощи и денежных субсидий в пользу 60 миллионов мусульман, обосновавшихся в Европе, а также бесконечного предоставления льгот структурам феминисток, сексуальных и прочих меньшинств они сознательно расширяют поле своей деятельности и увеличиваются в численности.

Победа Дональда Трампа – это победа над системным политическим истеблишментом и продажными средствами массовой информации. Впервые в истории США пришел к власти самовыдвиженец, не заручившийся поддержкой политической элиты, а фактически – вопреки ее желанию. Одновременно его победа выявила серьезные проблемы в двухпартийной политической системе страны. Представляет ли Трамп Республиканскую партию или его следует считать внепартийным самовыдвиженцем, использующим название наиболее близкой ему партии? Такая исторически новая ситуация открывает политические возможности для несистемных политиков.

По прогнозам специалистов, уже в 2050 году американцы европейского происхождения составят меньшинство. Кто тогда будет кормить пятидесятимиллионную армию неработающих и живущих на пособия эмигрантов и сумеют ли США удержать ведущие позиции в науке и технике?

Победа Трампа – серьезный удар для коррумпированных или ангажированных средств массовой информации всех мастей. Сегодня в мировом пространстве они стали доминирующим фактором в формировании общественных и политических настроений и предпочтений, симпатий и антипатий. Пропагандирующие пагубные для христианской цивилизации идеи наднационального глобализма, необходимость вечных уступок агрессии со стороны чуждой культуры, отказ от половой принадлежности и традиционной семьи, средства массовой информации США и Евросоюза старались любой ценой скомпрометировать Трампа. Но они неправильно рассчитали изменившееся общественное настроение среднего класса, всех работающих и созидающих людей, одна треть зарплаты которых идет на различные субсидии неработающим эмигрантам, национальным и религиозным меньшинствам. Может, это звучит несколько консервативно, но не пора ли установить для средств массовой информации естественные рамки и ограничения, общественный контроль, чтобы вернуть их в правовое поле и повысить ответственность за преднамеренную дезинформацию. Вообще, вне рамок закона свобода для значительного числа средств массовой информации все больше и больше становится проблематичной. Тот, кто контролирует средства массовой информации, может легко манипулировать общественным мнением, свергать или приводить к власти неадекватные политические силы. Президентская кампания в США выявила расслоение страны по расово-национальным и религиозным признакам. Напряженные отношения европейцев-американцев с афроамериканцами и мусульманами, недавно обосновавшимися в стране, не предвещают ничего хорошего. Надо отметить, что последние успешно проводят исламизацию афроамериканцев, которые считают принятие ислама своеобразной формой социального протеста.

Президентские годы первого чернокожего президента США ничего хорошего не внесли в этот процесс, наоборот, будучи убежденным глобалистом, Барак Обама старался шире внедрить практику отказа граждан от своей национальной, расовой и религиозной идентификации, игнорируя тот факт, что именно на этой основе было образовано великое американское общество. Численность одних только мексиканцев, обосновавшихся в США на законных и незаконных основаниях, составляет 33 миллиона, а в целом латиноамериканская диаспора насчитывает более 55 миллионов. Безусловно, они очень разные, и по-разному происходит процесс их ассимиляции. Этому значительно способствует религиозно-расовая схожесть (особенно при наличии испанских корней). Самой слабо ассимилированной частью населения остаются негры, которых сегодня принято называть афроамериканцами по соображениям политкорректности.

Раздробленность Америки усиливается с каждой новой волной эмиграции, и прав Трамп, предупреждающий о том, что, если эмиграция в страну продолжится в таких масштабах, как сегодня, страна очень скоро потеряет свою национально-цивилизационную идентификацию. Особое беспокойство вызывает тот факт, что аналогичные процессы происходят и в мировом масштабе. С учетом невиданных миграционных процессов, усиления межэтнических и межконфессиональных разногласий расслоение во многих странах, включая Россию, Францию, Германию, будет нарастать. Точка невозврата близка. Мировая цивилизация всегда развивалась волнообразно в виде отливов и приливов. Любой цивилизации, нации и народу присущ инстинкт самосохранения, и будем надеяться, что с победой Трампа закончится эра плачущих новолибералов Меркель, Олланда и других, заблудившихся в своей популистской идеологии политических менеджеров.

Трудно отрицать, что проживание под одной юрисдикцией христианства и ислама порождает множество неразрешимых проблем. Нет примеров, когда в конечном итоге более высококультурные христиане не были вырезаны, выгнаны или сами не покинули исламские страны, осознавая бесперспективность проживания во враждебном окружении. Пример – Ближний Восток, российская Средняя Азия и Азербайджан, Турция, Пакистан, Африка. Не лучше жить по соседству, но отдельно, не навязывая друг другу свою самобытность? Сразу отметим, что ислам в России, в отличие от других стран, не привнесенный элемент, а часть нашей истории и культуры, вследствие чего в России отсутствуют особые цивилизационные противостояния.

Наконец, победа Дональда Трампа – это, безусловно, победа американской демократии. Ведь вся административная система во главе с президентом Обамой была задействована в борьбе с самовыдвиженцем Трампом. Тот факт, что директор ЦРУ осмелился сомневаться в честности Хиллари Клинтон, свидетельствует о его относительной политико-правовой самостоятельности, которая пока невозможна в условиях российской действительности. В свою очередь многие известные функционеры и гражданские институты также проявили самостоятельность, а счетные комиссии честно исполнили свой долг. Особо хочу отметить роль коллегии выборщиков, которые в конечном итоге склонили чашу весов на сторону Трампа. В истории США это 17-й случай, когда именно благодаря выборщикам побеждает кандидат, получивший на выборах меньше (обычно незначительно) голосов.

Хотелось бы обратить внимание еще на одно обстоятельство. Победа Трампа непременно остановит ползучую феминизацию западной политики. А если победила бы поверхностная и не внушающая доверия Хиллари Клинтон, создалась бы уникальная ситуация, когда у власти во всех ключевых странах мира (США, Германии, Великобритании), за исключением России, оказались бы женщины. Разумеется, в этом нет ничего предосудительного, но когда явно нарушаются установившиеся тысячелетиями практики, когда исключение становится правилом, ничего хорошего ждать не следует. Не связана ли такая тенденция с явной деградацией института семьи и постепенной депопуляцией населения, которые сейчас наблюдаются в западных странах?

Роберт Енгибарян, заслуженный деятель науки России, док. юр. наук,
профессор, научный руководитель факультета государственного управления МГИМО МИД РФ

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 7 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Трамп-тёмная лошадка,но его заявления подают надежду на улучшение российско-американских отношений.Статья профессионала Енгибаряна -готовое пособие для студентов.
  2. В газете "Ноев Ковчег" всегда можно прочесть серьезные статьи авторитетных авторов. Статья Роберта Енгибаряна актуальная и профессиональная.Много нового можно узнать и интересного.
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты