№3 (302) март 2018 г.

В Папуа-Новой Гвинее местные жители говорят по-армянски

Просмотров: 9848

Расположенный на западе Тихого океана остров Новая Гвинея (кстати, второй по величине после Гренландии) в принципе никогда не привлекал внимания армянских негоциантов, несмотря на то, что среди природных ресурсов здесь издавна разрабатываются залежи меди, золота, урана, природного газа, добывается каучук, имеется богатая флора, а из фауны большим спросом пользуются диковинные птицы. К тому же, по мнению европейцев, поделки ручной работы местных умельцев (различные маски, копья, бусы) также могут вызывать дополнительный коммерческий интерес у ценителей экзотики.

Судьба этого острова была не столько трагичной, сколько интересной. На его территории под охраной ЮНЕСКО находится земледельческое поселение известного английского мореплавателя Кука. А в 1870 году часть острова была исследована российскими учеными. Спустя пять лет путешественник и этнограф Миклухо-Маклай обратился к своему правительству с просьбой установить российский протекторат там, где проводила работы его экспедиция. И хотя император Александр II отклонил данное предложение, тем не менее аборигены оставили топонимическую память об этом событии, назвав участок северо-восточного побережья Берегом Миклухо-Маклая. С начала европейской колонизации и до обретения независимости страна еще несколько раз меняла свое официальное название. И лишь только в 1975 году трудно произносимое Папуа-Новая Гвинея стало официальным для нового независимого государства.

«Что касается национальности, то все островитяне с гордостью называют себя папуа-новогвинейцами, несмотря на то, что здесь насчитывается свыше 800 различных племен, живущих как в прибрежной зоне острова, так и высоко в горах. Причем, все они совершенно разные и отличаются друг от друга по цвету кожи, волосам, чертам лица, – рассказывает наш соотечественник Александр Маилян, уже более года находящийся там с миссией Красного Креста. – В каждом поселении разговаривают на своем языке. Именно на языке, а не на наречии. Еще несколько столетий назад, чтобы как-то объединить туземцев, европейцы попытались ввести здесь что-то наподобие эсперанто. Вот так в Папуа-Новой Гвинее и появился единый язык, который стал называться ток-писин». Кстати, наряду с ним тот же статус государственного языка принадлежит еще английскому и хири-моту. А в сотовых трубках есть специальная функция, которая переключает телефон в режим общения на том или ином языке по желанию абонента.

Сейчас трудно представить местных жителей в роли традиционных аборигенов с набедренными повязками, копьями в руках и связкой ракушек на раскрашенной груди. Времена меняются. Но прогресс не везде спешит заявить о себе. Даже столица состоит в основном из одно-двухэтажных домиков на высоких сваях, чтобы фундамент не загнивал. А в деревнях по старинке дома строят из подручных средств – камней, бамбука, соломы, папоротника.

По словам собеседника, здесь до сих пор почитают старинные традиции, а потому раз в год каждая община или город проводит свое праздничное шоу, где женщины дают мастер-класс по нанесению боевого раскраса, а мужчины воинственными танцами показывают, что готовы защищать свое племя от обидчиков. В целом же это смесь европейской цивилизации и первобытно-общинного уклада. «Здесь неплохие инфраструктуры, отстроенные в свое время австралийцами. По горному ландшафту ездят машины в основном марки Toyota Land Cruiser, люди пользуются сотовыми телефонами, айфонами последних моделей, планшетами. Есть местный высокогорный аэропорт, где землю под взлетные полосы утрамбовывали «вручную», а вернее – ногами представители различных племен.

Синергия соучастия до сих пор оберегает местные самолеты от чрезвычайных ситуаций. Во всяком случае, так считают аборигены. Но с другой стороны, нередки случаи каннибализма, закрепленные практически на уровне местного адата. По-прежнему сильна вера в колдунов и духов. Например, прием у колдуньи на заклинания стоит около 80 долларов, что очень чувствительно для бюджета папуа-новогвинейца. Однако очереди к ворожеям говорят о том, что их профессия до сих востребована, – рассказывает Александр. – Что касается духов, то мне как-то довелось присутствовать на панихиде в одном племени, где я узнал много интересного. Во время этого траурного ритуала посреди поселения садятся старейшины, которые при виде очередного прохожего начинают сильно выть. Я, пожалуй, впервые услышал подобные звуки, издаваемые людьми. Если человек умер не естественной смертью – убили или он попал в аварию, то по поверью, чтобы дух умершего не скитался, его «задабривает» близкий друг. Для такой церемонии, прежде всего, режут свинью. Самый лучший кусок кладут в бочонок и плотно закрывают крышкой. Уже на месте трагедии сосуд открывают и человек начинает громко выкрикивать имя погибшего. Когда, по мнению товарища, бочонок начинает тяжелеть, то его снова закупоривают. Считается, что это душа умершего вошла в сосуд. Открывают его уже на могиле усопшего, как бы соединяя душу и прах воедино».

Кстати, что касается семейства нежвачных парнокопытных, то они здесь в большом почете и даже считаются национальной валютой. Этих домашних животных специально откармливают бататом – сладким картофелем, чтобы их мясо было особым на вкус. Свиней зачитывают в списке приданого за невестой, расплачиваются за покупки, отдают в залог. А в общем, несмотря на тропические джунгли, мир зверей в Папуа-Новой Гвинее довольно скуден, чего нельзя сказать о птицах. Особым вниманием у туристов пользуются райские птицы, обитающие только в этом уголке земли. Сегодня их стилизованный контур красуется на знамени островного государства. Как говорят знатоки, возможно, потому, что их оперение в красных, желтых и черных тонах соответствует расцветке государственного символа власти. Преклонение перед ними столь велико, что даже название армии – Cenderawasih – в переводе с местного наречия также означает «райская птица». Примечателен и еще один небольшой штрих: туземцы отдают предпочтение в одежде тоже в основном этим цветам. А в общем, как говорят местные жители, главным в их жизни, а может, и в экономике страны являются «три джи», три английских слова – «голд», «гавермент» и «год», то есть золото, администрация и бог. Стоит отметить, что основное население, видимо благодаря раннему миссионерству, исповедует христианство. Правда, присутствует еще немного ислам, есть свидетели Иеговы и даже Церковь адвентистов седьмого дня.

«Естественно, по прибытии сюда для меня многое было в диковинку, несмотря на то, что я побывал во многих точках мира и с гуманитарными миссиями, и со спортивными целями. Не скрою, что в первый же свободный день начал изучать местные горы, которые заинтересовали меня с точки зрения альпинизма. Здесь сложный тектонический район, где очень часто бывают землетрясения», – продолжает Александр Маилян, известный армянский покоритель вершин-«восьмитысячников». Кстати, 24 сентября 1991 года, в разгар военных действий, альпинисты Александр Маилян, Айк Тоноян, Григор Татурян и Александр Агабабян первыми в современной истории поднялись на Арарат, откуда в подарок Католикосу всех армян Вазгену Первому принесли в кувшине библейскую землю. Им до сих пор приходят письма от благодарных азатамартиков, называющих столь смелый шаг не столько спортивной победой, сколько политическим актом. И хотя в Папуа-Новой Гвинее он далек от политики, тем не менее тоже нашел свою вершину. Это главная островная гора, которую местные жители называют «маунт Вильгельм». Ее высота составляет 4509 метров. Первое официально зарегистрированное восхождение было совершено на нее в августе 1938 года чиновником австралийской колониальной администрации Вайалом в сопровождении двух местных жителей. Как отмечает наш соотечественник, маунт Вильгельм, конечно, не восьмитысячник, но ему, как спортсмену, она тоже была очень интересна. «Фактически я на сегодняшний день первый и пока единственный армянин, кто побывал на этой горе, – говорит он, а потом добавляет, что в том походе вышел довольно забавный случай. – Под утро мне приснился сон, будто я в Армении. И кто-то из друзей (кого, как это часто бывает во сне, я не могу узнать) будит меня со словами «Бари луйс». Я, конечно, просыпаюсь в хорошем настроении у себя дома. Но когда открыл глаза, то увидел, что рядом стоял один из наших местных работников, который предложил проводить нас в горы. Разочарования не было. Я знал, что уже давно он выучил несколько армянских слов то ли из любознательности, то ли из желания угодить мне в нашем лагере. Кстати, многие его соплеменники последовали такому примеру. И теперь на работе я очень часто слышу нашу родную речь из нескольких слов. Поверьте, это дорогого стоит. Поэтому не удивляйтесь, если, однажды приехав сюда, вы услышите, как ваш проводник поздоровается, поблагодарит или попрощается с вами на армянском языке».

Наталья Оганова

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 25 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты