№11 (310) ноябрь 2018 г.

Будет ли в Москве памятник Каро Алабяну – главному архитектору столицы?

Просмотров: 5794

Вопрос об установке памятника архитектору Каро Алабяну (на фото справа) на севере Москвы может быть рассмотрен столичным парламентом в конце октября 2018 года. Об этом сообщил председатель комиссии Московской городской думы по культуре и массовым коммуникациям Евгений Герасимов. Ранее комиссия по монументальному искусству одобрила установку памятника Алабяну, после чего вопрос о возведении памятника также был рассмотрен и одобрен комиссией Мосгордумы по культуре и массовым коммуникациям. Памятник архитектору планируют установить на озелененной территории коттеджной застройки, коллективных садов, расположенной напротив жилого дома №2 по Малому Песчаному переулку в районе Сокол.

Одобрение комиссиями Мосгордумы предложения посла Армении в России – установить памятник советскому архитектору Каро Алабяну рядом с улицей его имени – разделил специалистов на два лагеря.

Движение против установления памятника было инициировано кандидатом архитектуры, руководителем Центра авангарда, старшим научным сотрудником Музея Москвы Александрой Николаевной Селивановой. Она подготовила обращение к мэру и в Мосгордуму и начала сбор подписей против установки памятника.

Редакция армянского новостного сайта arcakh24.info связалась с Селивановой и попросила разъяснить причины такой реакции.

«Я считаю, что на Алабяне лежит ответственность за сломанные жизни многих людей. Считаю его глубоко непорядочным, беспринципным, подлым человеком», – заявила Селиванова.

Нужно также отметить, что ранее Селиванова на своей странице в фейсбуке опубликовала следующее заявление:

«Считаю, что человек, занимавшийся доносительством, лишивший профессии и заставивший голодать Мельникова, Леонидова и многих других, человек, участвовавший в репрессиях, человек, разрушивший профессиональную архитектурную среду и создавший абсолютно извращенную систему в Союзе архитекторов, на основе кумовства и доносительства, просуществовавшую десятилетия, человек, фальсифицировавший архитектурные конкурсы и нечестным путем получавший заказы – не имеет права на памятник!»

Скорее всего, Селиванова имела в виду одного из лидеров авангардного направления в советской архитектуре Константина Мельникова и мастера «бумажной архитектуры» Ивана Леонидова.

В качестве доказательства Селиванова под заявлением опубликовала ряд высказываний Каро Алабяна из стенограмм заседаний партгруппы Союза советских архитекторов (ССА). Приведем в пример всего лишь два из них:

«О людях мы судим по старой памяти. Мы знаем определенные фамилии – Гинзбург, Веснин, Власов, Барщ, люди, которые принадлежали к определенным группировкам и которые, возможно, сейчас не представляют той ценности, которую они имели 4-5 лет тому назад. (…) нужно «создать подлинный актив»… это тот архитектор, который преданно работает. Преданно выполнять те задачи, которые поставлены перед ним партией и правительством» (стенограмма заседания партгруппы оргкомитета ССА. 19 марта 1936 г. Ф.674, оп.8, ед.хр.3, л.10-11).

«Мы имеем всякие подозрения о человеке, но лишь только пока подозрения, мы всемерно должны добиваться, чтобы любой автор, техник и архитектор, работающий в наших мастерских, работал и на полную силу на социалистическое строительство» (Алабян К.С. Выступление на собрании партгруппы ССА 2 сентября 1936 г., стенограмма /РГАЛИ. Ф.674, оп.8, ед.хр.3, л.171 об./).

В процессе обсуждения личности архитектора Алабяна кандидат архитектуры Селиванова проявляла чрезмерную ненависть, постоянно подчеркивая его «нечеловеческие» человеческие качества, что натолкнуло нас на мысль, что Селиванова ознакомлена с Алабяном не только в рамках изучения архитектуры. Первые же поисковые запросы по фразе «архитектор Селиванов» выдали результаты, заставившие нас надолго задуматься. Несмотря на тот факт, что про Николая Селиванова в интернете намного меньше сведений, чем о Каро Алабяне, но все же удалось выяснить, что Алабян и Селиванов совместно работали над проектом застройки района Химки-Ховрино (для обоих архитекторов это был последний крупный проект).

Корреспондент arcakh24.info поинтересовался у Александры Николаевны Селивановой: приходится ли архитектор Николай Николаевич Селиванов родственником, на что она ответила, что не знает никакого архитектора по имени Николай Селиванов, а ее отец – Николай Львович Селиванов, художник, родившийся в 1961 году в городе Баку Азербайджанской ССР.

Ответ Александры Николаевны вызвал подозрение, так как она является специалистом архитектуры именно того периода, когда работал архитектор Николай Селиванов. Об этом свидетельствует ее диссертация на тему: «Творческие поиски в теории и практике советской архитектуры 1930-х годов». Могла ли специалист архитектуры, защитившая кандидатскую на тему архитектуры 1920 – 1930 годов, не знать одного из известнейших архитекторов этого периода? А может, все дело в том, что в истории о Селиванове осталось меньше информации и следа, чем о Алабяне? Или дело может быть в азербайджанском следе?

«Что касается «доноса» руководителя Центра авангарда, – подчеркивает ереванская газета «Новое время», – то заметим, что авангардисты не видят в архитектуре никого, кроме авангардистов. Насколько объективны чудовищные обвинения в адрес Алабяна, трудно сказать, нехороших деяний тут хватит на целый легион. А вообще-то с авангардизмом, и не только в архитектуре, боролась высшая власть страны. Напомним, что сам Алабян, как-то возразивший Берии насчет «сталинских» высоток, был смещен со всех постов и чудом избежал ареста».

Судя по сохранившимся документам, не только из-за противодействия строительству высотных домов Алабян стал ненавистен Берии. Он постоянно заступался за репрессированных и членов их семей, не боясь говорить, что знает их давно и верит им. Когда ему присылали отрицательный ответ или вовсе не отвечали, он не разводил руками со словами: «Я сделал все, что мог», а обращался в следующую инстанцию и часто добивался справедливости. Подобных его писем сохранилось множество. Приведем лишь два, ибо они по сути мало чем отличаются:

«Министру государственной безопасности СССР тов. Абакумову В.С.

Настоящим прошу при рассмотрении заявления гр. Геворкян Елизаветы Фаддеевны о снятии с нее судимости учесть следующее. Геворкян Е.Ф. я лично знал еще до ареста, т.е. до 1937 г., в течение продолжительного времени как активного, преданного советской власти человека. После отбытия ею наказания и возвращения ее в Москву гр. Геворкян Е.Ф., несмотря на болезнь, принимает посильное участие в нашем строительстве. Принимая во внимание обстоятельства дела, утрату ее единственного сына, героически погибшего в боях за нашу Родину, прошу рассмотреть ее просьбу о снятии с нее судимости.

Уважающий Вас К.С. Алабян 13 июня 1947 г.».

Здесь речь идет о вдове бывшего первого секретаря ЦК КП(б) Армении Айка Александровича Овсепяна (1927 – 1928), приговоренного к высшей мере наказания в 1937 году.

«Заместителю председателя Верховного суда СССР тов. Ульриху В.В. Архитектор Кочар Г.Б. в 1938?г. был осужден к 15 годам тюремного заключения с поражением в правах на 5 лет. В г. Норильске, работая в качестве главного архитектора строительства промышленного комбината, согласно отзывам проявил себя как хороший организатор и талантливый архитектор и за свою ударную работу получил сокращение срока заключения на 5 лет и 8 месяцев. В настоящее время он находится на свободе и работает в г. Норильске. Я знаю архитектора Кочара Г.Б. с 1923 г. как очень способного архитектора и хорошего строителя. Учитывая его положительную работу во время заключения, обращаюсь в Верховный суд СССР с просьбой снять с него поражение в правах и тем самым дать ему возможность в полную силу работать на стройках нашей страны.

Депутат Верховного Совета СССР К.С. Алабян 26 марта 1948 г.».

* * *

Заметим, что в поддержку увековечения памяти Алабяна уже выступили такие ученые, как Борис Уборевич-Боровский, Марк Гурари, Андрей Асадов, Владимир Плоткин, Сергей Чобан и многие другие.

Председатель Московского архитектурного общества Борис Уборевич-Боровский: «Я Алабяна, конечно, знаю. Хороший архитектор и много сделал для Москвы. Алабян – противоречивая фигура. У нас, знаете, сколько противоречивых фигур в нашей истории? Я не помню, чтобы к нему неуважительно относилась архитектурная общественность».

Архитектор Марк Гурари: «Как он себя вел, я не знаю, я не изучал эти документы. Но то, что он сделал значительную постройку в Москве, это точно. Он действительно партийным руководителем был и быстро получил в Москве командные возможности. Но он способствовал созданию Союза апхитекторов и выбивал для него хороший дом… В историю он вошел. Среди архитекторов репрессий было значительно меньше, чем среди других видов творческих профессий. Лично я поставил бы памятник».

Установку памятника Алабяну поддерживают Союз архитекторов и главный архитектор Москвы Сергей Кузнецов: «Несколько неправильно относиться к этому памятнику как к памятнику архитектору. Я бы рассматривал его как памятник известному армянину, который к тому же и архитектор».

С примечанием «Мнение автора колонки может не совпадать с точкой зрения редакции «Вечерней Москвы» газета под заголовком «Забытый строитель столицы» 25 сентября 2018 года публикует статью Михаила Виноградова, из которой приводим отрывок:

«В столице собирают подписи против памятника Каро Алабяну. Бывшего главного архитектора Москвы сталинских времен называют фальсификатором и сексотом: якобы он «незаконно получал заказы» и «участвовал в репрессиях».

Те, кто так говорит и пишет, явно плохо себе представляют обстановку в «столице победившего социализма» в 1930-х годах. Так же, как и положение тыла в годы Великой Отечественной войны или свары в руководстве в послевоенные годы, когда пошел второй вал репрессий…

Этот архитектор в 1941-м возглавил проектно-маскировочную мастерскую, которая занималась камуфлированием крупнейших промышленных и оборонных предприятий Москвы. Работе Алабяна и его коллектива мы обязаны тем, что асы люфтваффе, бомбившие город, не увидели сверху стратегических и культурных объектов столицы. Стоит ли это памятника?..

В Музее Москвы считают, что этот архитектор «занимался доносительством и участвовал в репрессиях». Вот только посты в соцсетях основаны на паре выступлений Алабяна. И все! Получается, этого достаточно, чтобы опорочить память человека, который был вынужден спасаться от МГБ (Министерства государственной безопасности. – М. и Г.М.) в 1950 году? Архитектор спорил с Берией и Кагановичем, пытался вывести людей из коммуналок. И если б не Микоян, точно попал бы на Колыму.

Обвинить мертвого, конечно, легко. И главный архитектор Москвы, депутат Верховного Совета Алабян абсолютным ангелом не был. Но для клейма доносчика этого недостаточно: покажите подпись Алабяна на расстрельных списках! Иначе это просто клевета на покойного. Который спроектировал и построил значительную часть Москвы».

* * *

Каро Алабян – основатель Союза архитекторов СССР, один из авторов Генерального плана Москвы 1935 года. Среди самых известных его проектов – павильон Армянской ССР на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке (ВСХВ) в Москве (1939), павильон СССР на Международной выставке в Нью-Йорке (1939), здание Театра Красной армии (1940), разработка Генплана восстановления Сталинграда (ныне Волгоград), вестибюль станции метро «Краснопресненская» (1952), здание морского вокзала в Сочи (1954). Он проектировал здание Академии наук Армении, занимался планировкой Ленинградского проспекта в Москве, строил вокзал в Воронеже.

Идея построить здание Театра Красной армии (ныне Театр Российской армии) в форме звезды принадлежала вождю Иосифу Виссарионовичу Сталину.

«Красная Армия заслужила свой театр. Но надо, чтобы он выглядел оригинально и чтобы его вид говорил о принадлежности к армии. Пусть здание будет в форме пятиконечной звезды», – приказал Сталин.

Как известно, приказы вождя не обсуждались, но построить «звездное» здание оказалось делом непростым. «Сложно, но можно» – руководствуясь именно этим девизом, Алабян приступает к выполнению задания вместе с коллегой, Василием Симбирцевым. Они справились с ним блестяще.

Снаружи театр, который обладает самой большой в Европе сценой и не имеет аналогов в мировой архитектуре, поражает своей фундаментальностью, а внутри созданы все удобства и для актеров, и для зрителей. И если многие специалисты утверждают, что Алабян – это эпоха в архитектурной жизни Страны Советов, то Театр Российской армии – один из самых ярких ее достопримечательностей.

* * *

Алабян был незаурядной творческой личностью: рисовал карикатуры, занимался скульптурой, оформлял спектакли. Его «Хитрый Назар» в Ереванском театре Сундукяна вошел в историю армянской сценографии.

Недавно в серии «Жизнь замечательных людей» вновь вышла книга Михаила Вострышева «Целиковская» о популярной советской актрисе, которой довелось быть женой Каро Алабяна. Предлагаем отрывок из книги, посвященный архитектору:

«Каро Алабян с юных лет обладал чудным голосом и даже пел на сцене Тифлисской консерватории. Его друг и однокашник по Армянской семинарии Анастас Микоян, в будущем одно из первых лиц Советского государства, рассказывал, что Каро прекрасно пел на уроках музыки и выручал его, Микояна, который только открывал рот, стоя рядом, начисто лишенный музыкального слуха. Дружба двух ставших впоследствии знаменитыми армян окрепла после того, как Каро во время гражданской войны вынес из боя раненого Анастаса. Микоян в свою очередь спас друга от ареста, когда на того обрушился гнев всесильного Берии. Еще будучи студентом, в 1924 году Алабян встретился в московском Доме культуры Советской Армении с талантливым вахтанговским артистом Рубеном Симоновым. Завязалась дружба, не прекращавшаяся всю жизнь. Они даже вместе с композитором Арамом Хачатуряном поставили в 1928 году спектакль по пьесе Пароняна «Дядя Багдасар». Именно у Рубена Симонова, снимавшего с женой летний домик на даче Валерии Басовой, в 1948 году случайно встретились Каро Алабян и Людмила Целиковская. Оба с голубыми глазами, оба замечательной красоты, оба с безупречным музыкальным слухом и любовью к песне. Конечно, их отличало друг от друга гораздо больше, чем объединяло. Так чаще всего и бывает в жизни – люди влюбляются, чтобы дополнять друг друга, а не повторять. Первая жена Каро к этому времени умерла (первой жены – Виктории – не стало в 1947 г. В память о ней остался портрет кисти Мартироса Сарьяна «Виктория Алабян». – М. и Г.М.). Люся ушла от актера Михаила Жарова (детей у них не было) и стала женой Алабяна».

Из воспоминаний Людмилы Целиковской:

«Он был человеком удивительным. Высокий интеллектуал, совершенно бескорыстный, очень порядочный. Смелый, за что и поплатился… Когда решили начать строительство высотных домов, он выразил несогласие в присутствии Берии. До этого он год провел в Америке и прекрасно понимал, что строительство высотных домов в нашей стране показуха. Нет ни необходимой технологии, ни моральных прав. И обо всем этом Алабян сказал в своей речи на заседании в Союзе архитекторов. И тут же появился приказ, подписанный Сталиным: освободить Алабяна от всех занимаемых должностей. Когда Каро пришел домой – а я сидела с нашим маленьким сыном, – он встал передо мной на колени и сказал: «Прости меня. Если бы я знал, что так случится, я бы никогда не посмел жениться на тебе». Вскоре нас лишили дома – мы жили тогда в мастерской Алабяна на улице Горького. В один прекрасный день к нам пришла комиссия из Моссовета: «Как вы используете служебное помещение! Почему висят ползунки?» И велели нам выехать в десятидневный срок. Мы начали скитаться. Жили то на даче, то у друзей. Втроем – на сто двадцать рублей, мою зарплату. Длилось это почти два года. И когда уже совсем стало невмоготу, мы написали в правительство письмо: «Сколько же можно так наказывать?» Отправили его Молотову, Булганину и кому-то еще. Так нам с Каро дали в пятьдесят третьем году квартиру, а ему – работу. Но самым ужасным во всей этой истории было то, что друзья, которые в нашем доме дневали и ночевали, стоило Алабяну попасть в опалу, начали писать о нем разоблачительные статьи. Что он космополит, приверженец Запада и т.д. Вот тогда я прозрела окончательно».

* * *

Каро Семенович Алабян родился в июле 1897 года в городе Елисаветполе (ныне Гянджа) в бедной семье. Но родители, как во всех армянских семьях, мечтали дать сыну образование. Вот и отправили его к тетке в Тифлис (ныне Тбилиси), где мальчик поступил в духовную семинарию Нерсисян. В детстве Каро играл на скрипке, а еще прекрасно пел. Вот поэтому параллельно с семинарией он учился на вокальном отделении Тифлисской консерватории. Одаренный был юноша и артистичный. Каро прекрасно рисовал – в молодости иллюстрировал сборники стихов Егише Чаренца. Пиком его становления как художника был день, когда сам Мартирос Сарьян представил молодое дарование творческой общественности Армении.

Из публикации Валерия Асрияна «Это был его звездный час. Разговор с сыном замечательного советского архитектора – Александром Алабяном» (газета «Труд», 2 апреля 2013 г.):

«В 1923 году отец поступил в Москве на архитектурное отделение ВХУТЕМАС. Окончив его, поехал в Ереван, где начиналось бурное строительство. За два года дорос в республике до главы Госпроекта, спроектировал несколько крупных объектов. А в 1931 году его пригласили в Москву… Работы отца получают признание и за рубежом. В 1936 году Британский Королевский институт архитектуры избрал его своим почетным членом-корреспондентом, а спустя год на Международной выставке искусств и техники в Париже он получил Гран-при. В 1939 году в Нью-Йорке отец руководил строительством павильона СССР и вскоре удостоился звания почетного гражданина Нью-Йорка».

Лауреат Сталинской (1941) и Ленинской (1951) премий СССР, заслуженный деятель искусств Армянской ССР (1940) Каро Алабян умер в январе 1959 года от рака легких, так как всю жизнь не очень-то заботился о своем здоровье и много курил. Ему было всего 62 года. Похоронили выдающегося архитектора со всеми почестями на Новодевичьем кладбище. Московский скульптор Николай Никогосян (1918 – 2018), будущий народный художник СССР, сделал памятник на могиле Каро Семеновича – базальтовый квадрат и на нем профиль архитектора. А рядом – могильная плита Целиковской из горного мрамора. Людмила Васильевна скончалась в июле 1992 года в возрасте 72 лет.

Александр Алабян и его сын Каро до сих пор живут в доме отца и матери на Садовом кольце (Новинский бульвар). Когда Саша был маленьким, Целиковская сказала, что не хочет ему актерской судьбы: «Я не понимаю мужиков, которым хлопают, а они кланяются. Я хочу, чтобы ты стал настоящим мужчиной». Сын и внук стали строителями, как Каро Алабян-старший.

Материал подготовили Марина и Гамлет Мирзоян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 39 человек

Оставьте свои комментарии

  1. 31 октября 2018 года депутаты Московской городской думы поддержали в трех чтениях инициативу об установке памятника основателю Союза архитекторов СССР, главному архитектору Москвы Каро Алабяну. Выражаю благодарность коллективу газеты "Ноев Ковчег" и ее главному редактору Григорию Анисоняну за своевременную публикацию прекрасной и аргументированной статьи " Будет ли в Москве памятник Каро Алабяну - главному архитектору столицы?".
  2. Статья фундаментальная, после которой грех не соглашаться на установку памятника Алабяну.
  3. Вчера прочитал статью в Ноев ковчеге. об установке памятника Каро Алабяну в Москве, а сегодня Мосгордума уже приняла положительное. решение Если газета сыграла какую то роль в этом вопросе, то низкий поклон. а если нет, все равно большое спасибо.
  4. Автор монографии об Алабяне Татьяна Малинина приводит такой факт: Анастас Микоян вызывает Алабяна к себе, вручает билет на поезд и на год командирует в Армению. Совсем недавно я познакомился с Владимиром Сергеевичем Микояном, внуком Анастаса Микояна. Речь зашла об Алабяне. Он со слов своего отца пересказал этот сюжет несколько иначе. Оказывается, Микоян вызвал Алабяна на вокзал — встреча в служебном кабинете или дома мгновенно «раскрыла бы все карты». Представив сопротивляющемуся отъезду Алабяну безвыходность ситуации, велел ехать в Армению, переждать это время в глухой деревне.

Ваш комментарий

* Обязательные поля