№4 (315) апрель 2019 г.

Почему персидский поэт должен называться азербайджанским?

Просмотров: 4279

В июне 2002 г. на Каменноостровском проспекте Санкт-Петербурга открылся па­мятник великому азербайджанскому поэту Низами Гянджеви. Церемония проходила на самом высоком уровне, с участием глав Азербайджана и России. Агентства распространи­ли содержание выступлений руководителей двух государств.

Выдержки из речи Владимира Путина: «У нас сегодня очень радостное, торжес­твенное событие – мы открываем памятник выдающемуся сыну Востока, выдающемуся сыну Азербайджана, поэту и мыслителю Низами <...> Он много писал, в том числе и о русских, описывая самые разные моменты истории, описывая и мирную жизнь, и военные действия. Он никогда не скатывался на идеи, которые бы разделяли народы, он всегда и обо всем говорил так и выбирал такие слова и такие ситуации, которые бы народы сближа­ли <...> Низами был гуманистом в самом широком смысле этого слова. Это ему принад­лежит мысль о том, что мир создан не для нужды и притеснения, мир создан для счастья и свободы. Еще Низами говорил о том, что слово, сказанное от сердца, попадает прямо в сердце».

Петербург – столица памятников. Бронзовая пятиметровая фигура поэта, восседающего на скамье под аркой, вероятно, впишется в изысканный колорит великого города. Но, отдавая дань уважения авторам композиции, нужно вместе с тем признать: ни одно другое петербургское изваяние не извращает историю в той бессовестной степени, как эта скульптура. Она является монументальным обоснованием безнаказанности и даже оправданности процесса присвоения представителями одного народа культурного наследия другого – закованная в металл литейная форма надругательства над прошлым.

Культурный диалог между народами – дело самое благодарное. Но спрашивается, можно ли поддерживать его посредством изначально ложных, искаженных до неузнавае­мости реалий, на основе насильственного изменения самости поэта, откровенного глумле­ния над историей? Ведь постоянное наложение подобных аномалий провоцирует цепную реакцию, тиражирует идеологические штампы, создает новую реальность. Цепная реак­ция в таких случаях, как правило, никогда не запаздывает.

В 2004 г. памятники «великому азербайджанскому поэту» были открыты в Ташкен­те и столице Чувашской Республики Чебоксарах; в этой российской автономии азербай­джанскую делегацию возглавлял тогдашний посол республики Рамиз Ризаев, зачитавший от имени президента Ильхама Алиева благодарственные слова в адрес главы Чувашии Николая Федорова за поддержку инициативы по установлению памятника. В 2005 г. памят­ник «азербайджанскому поэту» был установлен в Кишиневе.

Бакинские власти уделяют пристальное внимание вопросу этнокультурной принадлежности Низами и в числе прочих «доказательств» приводят также и монументальные, чем, кстати, продолжают ваять версию собственной истории. В период распа­да СССР в Москве уже был установлен памятник «азербайджанскому поэту», который сегодня можно видеть у здания посольства этой республики. Планируется установление скульптур в американском Хьюстоне и мексиканском Акапулько. В 2012 г. памятники «великому азербайджанскому поэту» появились в Риме и Пекине. Более того, пункт о на­циональной принадлежности поэта может фигурировать и при вынесении обвинительных заключений в ходе отдельного уголовного разбирательства в самом Азербайджане.

* * *

Вплоть до середины тридцатых годов прошлого столетия этнокультурная принад­лежность Низами не оспаривалась. Собственно, почему персидский поэт должен фигу­рировать в качестве азербайджанского? Как вообще возможно изъятие творца-поэта из родной среды обитания, его бесцеремонное вырывание из взрастившей талант почвы и пересадка в изначально ущербную идеологическую оранжерею?

С таким же успехом можно «изъять» Шекспира из английской литературы, Пушки­на из русской, Сервантеса из испанской... Современниками Низами были прованский трубадур Бертран де Борн и датский певец ранних саг Саксон Грамматик; почему бы и их не представить азербайджанцами, тем более что они тоже не писали на тюркском?

Поражает доказательная база апологетов азербайджанизации поэта, основываю­щаяся изначально на том, что Низами жил в городе, ныне расположенном на территории Азербайджанской Республики. Вместе с тем игнорируется тот факт, что сам он был иран­ского происхождения, творил на родном фарси и никогда не считал себя «азербайджан­цем», тем более что и народа такого (равно как и этнонима) не только в период его жизни, но и в течение последующих почти восьми столетий не существовало.

Почему бы в таком случае не назвать Михаила Булгакова – уроженца Киева укра­инским писателем, хотя, в отличие от русских и украинцев – представителей единой индо­европейской языковой семьи, ее единой славянской группы и единой восточнославянской ветви, иранцы и азербайджанцы относятся не только к разным группам, но и к разным язы­ковым семьям – индоевропейской и алтайской? С тем же «основанием» можно зачислить в великие грузинские поэты Владимира Маяковского, тем более что он не только родился и некоторое время жил в Грузии, но еще и писал: «Только нога ступила в Кавказ, я вспомнил, что я – грузин».

Гянджа раскинулась в живописной местности у северо-восточных отрогов горной системы Малого Кавказа. Несмотря на значительную древность местности, само название города известно лишь с середины IX в. и восходит к индоевропейскому (иранскому) слову «гандз» (клад, сокровище, ларец, в некоторых случаях – духовное песнопение), сохранившему все свои значения в родственном армянском. В соответствии с особенностями произноше­ния того или иного языка (персидского, армянского, арабского, албанского, грузинского) город именовался Гандзаком или Гянджой. Еще задолго до появления в регионе тюркских кочевников.

Политический статус территории, на которой он располагается, менялся в истории весьма часто. Впрочем, независимо от официальной прописки, сама местность всегда славилась своими знаменитыми уроженцами. Современницей Низами была персидская поэтесса Мехсети Гянджеви – представительница мусульманского стихосложения, воспе­вавшая характеры и образы обитателей квартала городских ремесленников, поэтов и певцов-мутрибов. Большая часть ее литературного наследия не сохранилась до наших дней, но около тридцати стихотворных отрывков и более двухсот пятидесяти четверостиший – рубаи – дают представление о даровании поэтессы.

Уроженцем города был армянский мыслитель, литературный и общественный дея­тель, богослов и священник Мхитар Гош. Современник Низами, он особенно прославился как баснописец и составитель «Судебника». Представленные им юридические положения («О присяге и порядке ее принесения», «Каковы должны быть судьи, обвинители и обви­няемые», «О свидетелях, в чем их необходимость и почему они выбираются в числе двух или трех» и др.) и сегодня читаются с большим интересом. Если следовать логике апологе­тов азербайджанизации Низами, то и армянских уроженцев Гандзака-Гянджи, тем более современников лирика, также можно причислить к представителям тюркской культуры и литературы.

Впрочем, в известной степени процесс этот стартовал уже давно.

Доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института этнологии и ан­тропологии им. Н. Миклухо-Маклая Российской АН Виктор Шнирельман подчеркивает: «Самым излюбленным занятием азербайджанских авторов стало переименование средне­вековых армянских политических деятелей, историков и писателей, живших и творивших в Карабахе, в албан <...> Наиболее влиятельной в Азербайджане книгой, где все это стало принципиальной позицией, была работа З.Буниятова, вышедшая в 1965 г. и посвященная событиям арабского времени в Кавказской Албании, которую он прямо именовал Азер­байджаном. В этой книге он уже говорил об «армяноязычных авторах», разумея под ними деятелей раннесредневековой Албании, писавших по-армянски, таких, как историки Мовсес Каганкатваци и Киракос Гандзакеци, поэт Давтак, правовед Мхитар Гош».

Факт признания Низами азербайджанским поэтом – это почти то же самое, что и признание территориальной целостности Азербайджанской Республики в рамках ее советских границ, иными словами – обусловленное пестрым спектром разных интере­сов допущение и дозволение ее агрессии в отношении коренных культур. Искажение очевидной истории не только противно, но и опасно – оно вдохновляет на все новые притязания: сегодня бакинские власти продолжают последовательно заявлять об азербайджанской принадлежности Еревана, Араратской долины, Севанского бассейна, Зангезура, Нагорного Карабаха, Нахиджевана... За примерами далеко ходить не надо.

В октябре 2009 г. в Нахиджеване состоялся IX саммит тюркоязычных государств с участием глав Азербайджана, Турции, Казахстана, Киргизии, а также высокопоставлен­ных чиновников из ряда других тюркоязычных стран.

Уже в своей вступительной речи президент Ильхам Алиев озвучил некие ориентиры тюркского сотрудничества, которые оказались несколько иными, нежели анонсированное «углубление культурного и экономи­ческого развития между братскими республиками».

Выдержки из его выступления: «Добро пожаловать в Азербайджан, на древнюю азербайджанскую землю – Нахчыван! <...> Нахчыван является единственным сопредель­ным с Турцией регионом Азербайджана. Отделение в свое время от Азербайджана его исторической, исконной земли – Зангезурского региона и присоединение к Армении гео­графически расчленило наш великий тюркский мир. То есть деятельность тюркского мира как единой семьи, единой силы была приостановлена на десятилетия <...> Сегодня между нами расположен Зангезурский регион – древний азербайджанский край, находящийся сейчас в составе Армении».

Столь вольное обращение современных азербайджанцев с историческим прошлым в немалой степени объясняется тем, что сама история, как и многочисленные памятники – духовные ли, материальные – никогда не были азербайджанскими, особенно в нынешнем понимании термина. Подсознательная (или сознательная) фиксация этого обстоятельства минимизирует степень трепетного отношения к прошлому и предоставляет возможность корректировать, редактировать и направлять его по заданному курсу.

Показательно, что со «своим» великим национальным поэтом сами азербайджан­цы впервые познакомились (причем в директивном порядке!) лишь к сороковым годам прошлого века, иными словами – спустя почти восемьсот лет после его кончины и столе­тием позже, чем с творчеством Низами успел познакомиться западноевропейский и русский читатель.

Воистину, бывает ли такое с национальными поэтами?

Арис Казинян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 24 человека

Оставьте свои комментарии

  1. Меня все время удивляет, почему Иран спокойно реагирует на присвоение азербайджанцами имени Низами.
  2. Очевидно, уважаемые господа Александр и Казинян, что Иран уже давно не удивляется. Просто видимо махнули рукой по принципу "собака лает караван идет". Действительно, разве от слова халва во рту становится слаще? До 1938 года персидская принадлежность Низами ни в научном, ни в литературном мире, никем не оспаривалась. Но сам "отец народов" Сталин заложил в то первый камень, заявив что Низами великий азербайджанский поэт. И пошло, и поехало. С тех пор во всех советских энциклопедиях стали писать что он "великий азербайджанский поэт", но...писавший на персидском. Отец Низами, Заки, родился в средней Персии, в городе Кум, как чиновник после стал служить на периферии Персидской державы, в Гандзаке, где после всю жизнь прожил его сын Ильяс, известный ныне как Низами Гянджеви. Увы,к огорчению наших оппонентов, никакого Азербайджана, как государства, ни такого народа, в те века и в помине не было. Было только пришлое тюркское население части Персии, называемой Атурпатакан. Что говорят современные ученые, этнографы? По Шнирельману "в тридцатые годы персидские и армянские факторы способствовали быстрой азербайджанизации исторических героев и политических образований на территории Азербайджана. На самом деле Низами был персидским поэтом, что и неудивительно, т.к. городское население в те годы было представлено персами". Почти все современные историки и этнографы России и зарубежья на этой же позиции, в частности, так считали и знаменитый советский историк И.М.Дьяконов, и декан Восточного фак-та С-Пет. ун-та И.М. Стеблин-Каменский и др. Того же мнения Шейла Фицпатрик (Калифорния), Вильям Шендель и др. А Вальтер Коллерз, еще в 1967 году заявил: "Попытка аннексировать важную часть персидской культуры и преобразовать его в азербайджанскую, иллюстрируется способом, которым память о персидском поэте Низами эксплуатируется в СССР".
  3. Уважаемый господин Уфаеци! Я как постоянный читатель Ноева Ковчега часто видел Ваши важные и интересные публикации, поэтому прошу вас опубликовать статью по теме Низами - персидский поэт,чтобы восторжествовала справедливость. Вы мусульманин и публицист,помогите иранцам получить своего поэта. Ведь Азербайджан присвоил не только Низами и не только поэтов, но и композиторов, военных деятелей, спортсменов и т.д.
  4. Николая Тихонов: Известно, что Низами писал свои поэмы на фарсидском языке. Этот факт был не раз использован врагами азербайджанского народа, буржуазными историками, чтобы провозгласить Низами иранским поэтом, будто бы не имеющим ничего общего с его родиной — Азербайджаном. Но эта наглая ложь никого не обманет.
  5. Только наши недоброжелатели могут до такого додуматься. Если хотите придумайте национальность Ньютону, Копернику, Галилею, Декарту,Канту и т. д. Все эти европейские светила как ни странно писали на латинском языке, что же прикажете делать с ними?
  6. А. Е. Крымский: «Низами, с полным именем шейх Низамаддин Абу Мухаммад Ильяс ибн Юсуф ибн Заки ибн Му’аййад Гянджави (1141 — ум. после 1203), лучший романтический (точнее суфийско-романтический) азербайджанский поэт...»
  7. Низами, как и многие поэты, ученые и мыслители средневекового Востока творил на персидском языке, являвшемся языком культуры, науки и дипломатии. Однако мало, кто знает о том, что на подобный международный уровень персидский язык подняли именно тюркские империи, которые сделали его официальным языком. То есть период рассвета средневековой персидской культуры обязан своим существованием именно тюркским империям! В частности с сельджукских, османских и иных империях официальным языком был персидский.
  8. Мариэтта Шагинян: «Кое-кто в Иране (и ныне в Армении) в сороковых годах, в связи с приближающимся юбилеем, поднял ярую кампанию за полную принадлежность Низами к персидской культуре....Задолго до юбилейной даты, еще в 1925 году, советский ученый-востоковед Ю.Н.Марр отправился в научную командировку в Иран, который он и раньше знал и любил.... Его удивило, между прочим, резко отрицательное, не то небрежное, не то враждебное отношение персов к Хагани и Низами. По мнению Марра, такое отношение объясняется тем, что сами персы не считают и не могут считать этих двух поэтов, уроженцев и жителей кавказского Азербайджана, за своих национальных писателей».
  9. Если иранцы не вступают в споры с азерами по поводу принадлежности Низами, для чего это нужно нам ? Если бы он был армянином, то я бы еще понял, а так мне все равно, кем он был по происхождению.
  10. Алекс, вы не понимаете,что при малейшей возможности,всеми правдами и неправдами азербайджанцы пытаются унизить армян и доказать,что армяне пришлый народ,что Нагорный Карабах их земля вместе с Ереваном. И что? Армяне должны молчать,когда Азербайджан фальсивирует всё и вся? НЕТ! Надо их выводить на чистую воду и принадлежность Низами персам, одно из доказательств,что азербайджанцы во всём врут и приписывают себе то,что им не принадлежит.
  11. Паркев, думаю вы перегнули палку,даже если предположить что так,как вы говорите, сразу встает вопрос, а почему премьер министр пашинян позволяет себе,называть героев карабахской войны Кочаряна, Саргсяна, Григоряна и др. азербайджанским лексиконом-убийцы, преступники и т .д.....То есть когда армянская власть в лице пашиняна фальсифицирует историю, делая из героев в подонков общества,выходит николу можно а азербайджанцем нельзя что ли?! Двойные стандарты?!Низами, пускай иранцы и азербайджанцы вместе делят, армянам там не чего делать!Я бы больше задумался на тем, как армянская власть в лице пашиняна во всем врет, куда доведет Армению, язык лгуна никола...
  12. Паркев, если дело касается армян, земель Армении ( Арцаха, Западной Армении ) то это другое дело. А что касаемо остальных народов, за которых мы впрягаемся пытаясь доказать, что азера и им подобные что-то там у них стырили и присвоили, пусть они занимаются этим.
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты