№2 (313) февраль 2019 г.

Георгий Исаакян: Дело художника – создавать художественные произведения

Просмотров: 5286

Чем отличается детский музыкальный театр? Что означают в театре слова «Все самое лучшее – детям»? Как получить «оперного «Оскара»?

На эти вопросы редакции «Ноева Ковчега» ответил Георгий Исаакян, художественный руководитель и главный режиссер Академического детского музыкального театра им. Н.И. Сац, заслуженный деятель искусств РФ.

– Георгий Георгиевич, прежде всего, разрешите поздравить Вас с высокой государственной наградой – орденом Дружбы народов. Она вручена по сумме заслуг?

– Думаю, да. 10 лет я возглавлял знаменитый Пермский академический театр оперы и балета имени П.И. Чайковского. Восемь сезонов руковожу другим знаменитым академическим театром – единственным в мире Детским музыкальным театром имени Натальи Сац. Оба эти театра всегда на слуху, всегда на самых первых строчках рейтингов. В обоих удалось собрать команду талантливых людей, которые делают необычные, неординарные вещи.

Кроме того, вот уже несколько лет возглавляю Ассоциацию музыкальных театров России в качестве ее президента. Вхожу в совет ассоциации «Опера Европы», интереснейшей, мощнейшей профессиональной организации европейских оперных театров и оперных фестивалей. Она объединяет 200 музыкальных театров Европы. Минувшим летом был вторично переизбран в ее совет.

Думаю, что моя общественная и профессиональная деятельность позволила руководству страны включить мою кандидатуру в список награждаемых. Возможно, этому способствовал и тот факт, что в ноябре 2018 года я отметил 50-летний юбилей.

– В чем особенность постановок музыкального театра для юных зрителей?

– Москва – один из самых оперных городов мира, где одновременно работают шесть совершенно разных оперных театров. Каждый имеет свою нишу, свое художественное лицо, свой репертуар, своего зрителя. Но среди этих театров Детский музыкальный театр имени Натальи Сац – уникальная институция, не имеющая аналогов не только в России, но и в мире. Это единственный в мире театр оперы и балета для юного зрителя.

Существует несколько заблуждений по поводу детского театра. Одно из них: детский театр – это что-то очень простое. Но у ребенка практически каждый год меняется восприятие, психология. 2-летний ребенок не похож на ребенка 4 или 6 лет. Поэтому необходимо учитывать интересы и запросы каждой возрастной категории.

Музыканты театра, артисты – выпускники ведущих художественных и музыкальных вузов и академий Москвы, Санкт-Петербурга, других городов страны. И для того, чтобы поддерживать высокий профессиональный уровень, им необходимо работать с серьезным репертуаром. Поэтому наряду с детскими спектаклями у нас есть целый ряд вечерних спектаклей, классических и даже раритетных. Так, в нашем театре, единственном в России, можно услышать старинную барочную оперу.

– Расскажите о репертуаре театра.

– Он включает и произведения современных композиторов, написанные специально для театра, и практически все классические произведения, а также барочные и даже модерновые спектакли. Мы считаем, что должны приобщать зрителя ко всей палитре мировой культуры. Основа репертуара – балетная и оперная классика. Необходимо подтверждать высокое звание «академический».

У нас есть спектакли для детей разного возраста, начиная от одного года, это так называемые 20-минутные микрооперы. Есть спектакли-сказки, большие постановки, такие как недавняя премьера балета «Спящая красавица» П.И. Чайковского.

– Премьера этого спектакля прошла с огромным успехом…

– Идея поставить балет «Спящая красавица» к 200-летию знаменитого хореографа Мариуса Петипа была обусловлена тем, что, с одной стороны, это сказка, вместе с тем, спектакль позволяет познакомить юных зрителей с высочайшими достижениями русского классического балета. При этом наши постановщики, балетмейстер Кирилл Симонов, гениальный художник Вячеслав Окунев придумали спектакль о старинном театре. Параллельно с русским балетом мы видим на сцене жизнь старого театра – трюки с полетами, морскими волнами, облаками. Создавая спектакли, мы хотим, чтобы юный зритель, получил самые яркие впечатления, узнал как можно больше нового из истории, литературы, музыки и захотел прийти снова.

Недавно состоялась еще одна премьера – опера «Орфей» Клаудио Монтеверди, которая также произвела сильнейшее впечатление на театральную публику.

– Как воспринимает Ваши спектакли взрослый зритель?

– Приступая к той или иной работе, мы понимаем, что половина зрителей в зале – взрослые. К нам приходят целыми семьями, и это прекрасно, когда мы видим на спектакле всю семью. Поэтому ставим и «Кармен», и «Ночь перед Рождеством», и «Мадам Баттерфляй», и «Лебединое озеро». Конечно, у нас есть и сказки тоже, их с удовольствием смотрят и юные зрители, и их родители.

– Ваш театр, единственный из российских, удостоен европейского «оперного «Оскара» – премии «Opera Awards»…

– Да. Премия «Opera Awards» поощряет высшие достижения в области оперного искусства. Она вручается в нескольких категориях. Мы удостоились награды в номинации «Просветительская деятельность». Это не была легкая победа. В тот год, когда мы получали премию, с нами в данной номинации соревновались Берлинская опера, Амстердамская опера, опера Чикаго. И я рад, что работа нашего театра была так высоко оценена профессиональным сообществом. В жюри входят директора лучших европейских театров, главные редакторы ведущих мировых изданий, посвященных искусству и культуре.

В Лондоне нам была вручена статуэтка International Opera Awards за вклад театра как лучшего в Европе в области просвещения.

– С кем из звезд музыкального театра Вы сотрудничаете?

– Когда я пришел в театр Натальи Сац, предложил простую художественную программу: детям – только самое лучшее. Это всегда говорится, но не всегда выполняется. В нашем театре работают самые лучшие, великие звезды.

За это время у нас поставили спектакли Николай Цискаридзе, Дмитрий Бертман, Несколько спектаклей создал Андрис Лиепа. Свой проект реализовал Владимир Васильев, величайший мировой танцовщик и хореограф.

Один из лучших барочных музыкантов мира Эндрю Лоуренс-Кинг, исполнитель на средневековой, ренессансной и барочной арфе, прилетает в Москву практически каждый месяц для участия в спектаклях театра.

Мы работаем с английскими, австрийскими, немецкими коллегами. На сегодняшний день наш театр – место встреч и взаимодействия культур, где самые известные деятели искусства реализовывают самые необычные проекты.

– Таким образом театр готовит будущих истинных ценителей оперного и балетного искусства?

– Да, безусловно.

– Недавно состоялась Ваша постановка оперы «Один день из жизни Ивана Денисовича» в Большом театре. Расскажите о ней.

– Это спектакль-опера, которая была написана по заказу Пермского театра оперы и балета 10 лет тому назад. Я успел еще получить согласие Александра Солженицына на создание такого спектакля, потому что без разрешения автора невозможно переделать произведение в оперу.

– Насколько тема ГУЛАГа соответствует оперному жанру?

– Я с большой опаской отношусь к попыткам освоить данный материал в драме, потому что любая актерская игра не может достичь высшей степени искренности, страдания. Любая игра вызывает ощущение фальши. И преимущество оперного театра в том, что он изначально не притворяется жизнью. Опера – искусство. Оперный театр возник, как попытка воспроизвести античный театр. Именно к этому театру, где пел хор, обратились итальянцы на излете эпохи Возрождения.

Меня не раз спрашивали, зачем я делаю этот спектакль. Мне кажется, что искусство выполняет в том числе функцию психотерапии – сферы, которая работает с травмами. История ГУЛАГа – это травма нации. У любой нации есть своя травма. У армянской нации – огромное количество травм, у немецкой, еврейской нации тоже. И пережить эти травмы сегодня возможно только посредством искусства, потому что изменить ничего уже невозможно.

– Личность Солженицына неоднозначно воспринимается сегодня в России. Это не влияет на отношение к Вашему спектаклю?

– Не думаю. Практически каждая репетиция заканчивалась слезами артистов. Люди не плачут, если их что-то по-настоящему не трогает. Это значит, что автор говорит о том, что до сих пор доставляет боль. Самое потрясающее после спектакля – не аплодисменты, а тишина, когда никто не может заставить себя хлопать. Ради таких моментов режиссеры и работают. Я благодарен всем, кто участвовал в этом тяжелейшем проекте.

Если говорить о личности Солженицына, любая большая личность вызывает противоречивое отношение. Личность Вагнера, например, личность Чайковского, Оскара Уайльда, Чаренца. Не дело художника судить художников. Дело художника – создавать художественные произведения.

– Какова география гастролей театра? Бывал ли театр в Армении?

– Театр постоянно ездит, и по России, и по миру. Мы много гастролировали со спектаклями на тему Дягилевских русских сезонов, поставленных Андрисом Лиепой. Выступали с ними в Париже, Лондоне, Риме, Дубае.

Часто ездим по российской провинции. Особенно интересно выступать в небольших городах, где нет собственного музыкального театра. Нас принимают потрясающе. Некоторые зрители, в первую очередь дети, первый раз в жизни «вживую» видят оперный или балетный спектакль. Несколько лет назад в городе Петропавловск-Камчатский показывали балет «Щелкунчик». Впечатление публики от спектакля было сильнейшее. Вот это то, ради чего мы работаем.

Что касается гастролей в Армении, к сожалению, они пока не состоялись, хотя два раза практически паковали чемоданы. Финансовая и организационная ситуация не сложилась. Но мы находимся в контакте с армянским Театром оперы и балета имени А. А. Спендиарова. Сотрудничаем с коллегами из театра также по линии Ассоциации музыкальных театров, в которую входит ереванский театр. Поездка в Армению была бы интересна как ереванскому зрителю, так и артистам театра. Надеюсь, мы посетим Ереван и покажем наши спектакли.

Беседу вел Григорий Анисонян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовал 1 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты