Социальный лифт и коррупция подняли Папикяна на пост министра обороны

В армейской среде Папикяна за глаза нередко называли «учительницей» – прозвище, в котором смешались и его прошлое школьного преподавателя, и отношение части военных к человеку, оказавшемуся во главе армии без опыта командования и системной службы в оборонной сфере.

За годы его работы вокруг Министерства обороны накопилось слишком много вопросов, чтобы сводить все к отдельным скандалам или политическим атакам. Судимость и скрытые эпизоды биографии, стремительный карьерный рост после революции 2018 года, резкое изменение финансового положения, элитная недвижимость, неоднозначные кадровые назначения, закрытые закупки, уголовные дела вокруг подрядчиков и окружения, затянувшиеся реформы, трагедии в армии и попытка построить новый «зоопарк вооружений» из несовместимых военных систем постепенно сформировали вокруг фигуры Папикяна отдельную политическую историю.

Это расследование АНИ – история о том, как в постреволюционной Армении человек без военной биографии оказался во главе одной из самых закрытых, финансово емких и кризисных систем страны.

Согласно официальной версии, Папикян родился 26 апреля 1986 года в Степанаване. В 2003–2010 годах учился на историческом факультете ЕГУ. В биографии отдельно указано, что в этот период он был призван в армию, однако детали службы отсутствуют: неизвестно, где именно служил будущий министр обороны, в каком подразделении, в каком звании и с какими характеристиками.

После армии Папикян продолжил обучение: в 2010–2012 годах учился в магистратуре ЕГУ, затем в 2012–2016 годах проходил аспирантуру в Санкт-Петербургском государственном университете. Параллельно преподавал историю в ереванской школе №54 и гимназии «Квант».

На этом официальная биография почти заканчивается. Но именно в этот «пустой» период позже возник один из крупнейших скандалов в политической карьере Папикяна.

Судимость Папикяна: история, о которой предпочитали молчать

В феврале 2020 года вокруг тогдашнего министра территориального управления и инфраструктур вспыхнул крупный скандал. Поводом стала публикация Hraparak.am под заголовком «Сурен Папикян скрыл факт своей судимости».

Издание утверждало, что во время срочной службы Папикян проходил по уголовному делу о нападении на командира. По опубликованным данным, его обвинили в применении насилия в отношении начальника во время военной службы, в том числе с использованием оружия.

Согласно публикации, 27 марта 2006 года 5-й гарнизонный военный суд приговорил Папикяна к 2 годам и 3 месяцам лишения свободы. Позже суд общей юрисдикции административного района Эребуни привел приговор в соответствие с законодательством Армении. Сообщалось также, что наказание Папикян отбывал в УИУ «Нубарашен», а 23 февраля 2007 года был освобожден по амнистии.

После резонанса Папикяну впервые пришлось публично объясняться. В эфире он подтвердил сам факт конфликта и последующей судимости, однако отверг версию о нападении с ножом.

Министр заявил, что впоследствии судимость была погашена амнистией, что позволило ему заниматься преподавательской деятельностью и занимать государственные должности.

Несмотря на широкий общественный резонанс, скандал быстро исчез из повестки. Никол Пашинян публично поддержал своего соратника, и никаких политических последствий для Папикяна не наступило.

В итоге общество так и не получило цельной версии этой истории. Остались лишь фрагменты: уголовное дело, суд, тюрьма, амнистия и несколько скупых комментариев самого Папикяна. Для человека, который спустя несколько лет возглавит Министерство обороны Армении, биография получилась удивительно недосказанной.

Именно после этого эпизода политическая карьера Папикяна начала развиваться особенно стремительно.

Сурен Папикян был одним из активных участников «бархатной революции» 2018 года и входил в ближайшее окружение Никола Пашиняна. Именно он стал одним из организаторов марша из Гюмри в Ереван, позже превратившегося в главный символ смены власти.

После победы революции карьера Папикяна начала развиваться стремительно. Уже 11 мая 2018 года указом президента Армена Саркисяна он был назначен министром территориального управления и развития и проработал в этой должности до августа 2021 года.

Именно тогда произошел и его резкий финансовый рост. Судя по декларациям, доходы Папикяна начали заметно увеличиваться практически сразу после прихода во власть. Примерно через год после назначения он приобрел квартиру в ереванском районе Арабкир.

Изменился и сам образ чиновника. Еще недавно Папикян выглядел как молодой преподаватель истории, однако с ростом политического влияния все больше стал напоминать типичного высокопоставленного армянского чиновника.

Летом 2021 года Папикян получил пост вице-премьера. Назначению предшествовали важные изменения внутри исполнительной власти. Незадолго до этого Никол Пашинян перераспределил полномочия правительства: контроль над губернаторами был выведен из ведения Министерства территориального управления и инфраструктур и передан вице-премьеру.

Фактически это позволило Папикяну, перейдя на новую должность, сохранить влияние над одной из ключевых региональных вертикалей. Армянская пресса обратила внимание на эти изменения еще в июле 2021 года, а уже в августе Папикян официально занял новый пост.

Однако вице-премьером он пробыл недолго. Уже в ноябре 2021 года Папикян был назначен министром обороны Армении и занимает эту должность до сих пор, несмотря на серию громких скандалов, кризисов и трагических эпизодов в армии.

История Папикяна стала одним из самых показательных примеров того, как «бархатная революция» в Армении превратилась не только в механизм смены власти, но и в социальный лифт для ближайшего окружения Пашиняна.

Тут, собственно, и начинается главный вопрос: как бывший преподаватель истории за несколько лет оказался в центре одной из самых закрытых и финансово емких систем страны?

Во время работы министром территориального управления и инфраструктур Сурен Папикян познакомился со своей будущей супругой Армине Мурадян, занимавшей должность его пресс-секретаря.

Однако отношения вскоре вышли за рамки служебных. Армянская пресса писала, что еще до официального брака Папикян способствовал карьерному продвижению Мурадян. В частности, она получила должность заместителя директора Фонда территориального развития Армении. Более того, СМИ утверждали, что сама позиция заместителя директора могла быть создана специально под нее.

Назначение выглядело особенно примечательно с учетом того, что Фонд территориального развития связан с крупными инфраструктурными программами и серьезными финансовыми потоками. Фактически Папикян, уже готовившийся перейти на должность вице-премьера, сохранял влияние и на эту сферу.

В январе 2022 года Папикян и Мурадян официально поженились.

Но куда больший резонанс вызвала сама свадьба министра обороны. По данным армянской прессы, мероприятие могло обойтись в 100–150 тысяч долларов.

Сообщалось, что оформление зала обеспечивала компания Mon amie, съемкой занималась компания «Прекрасный день», а ведущим свадьбы был актер Хорен Левонян с гонораром около 15 тысяч долларов. На свадьбе выступали Эрик, Камо Сейранян, группа Arpi HayWay и «12 клубов».

Банкет проходил в ресторанном комплексе «Фараон». Примерно при 650 гостях только стоимость банкетной части, по оценкам прессы, могла превышать 26 млн драмов. Среди гостей были представители правящей элиты, министры и депутаты.

Отдельное внимание СМИ уделили денежным подаркам в конвертах. История вызвала дополнительный резонанс еще и потому, что, согласно декларации Папикяна за 2021 год, его общий доход составлял около 23 млн драмов, а остаток кредитных обязательств превышал 18 млн драмов. На этом фоне масштаб свадьбы породил вопросы о происхождении средств и возможных коррупционных рисках.

Финансовый профиль министра обороны Сурена Папикяна за последние годы заметно изменился. Если в 2018 году его задекларированный доход составлял около 8,8 млн драмов, то в 2022 году вырос уже до 139 млн. При этом основной рост обеспечила не зарплата, а кредиты, подарки и иные поступления.

Летом 2022 года, уже будучи министром обороны, Папикян приобрел квартиру в строящемся комплексе «Бюрех» (Ереван, пр. Аршакуняц, 18/4) за 168 тысяч долларов. Сделку профинансировал Армэкономбанк, принадлежащий семье депутата от власти Хачатура Сукиасяна (Грзо). Строительство комплекса ведет компания бывшего депутата Ашота Арсеняна и его сына – губернатора Вайоцдзорской области Ваагна Арсеняна.

Первые шаги в системе госуправления Ваагн Арсенян сделал именно при Папикяне. Он был назначен и.о. мэра Джермука, несмотря на отсутствие опыта работы в госструктурах.

При этом имя Арсеняна уже фигурировало в уголовной истории. В 2019 году Следственный комитет возбудил дело по факту уклонения Ваагна Арсеняна от военной службы путем подделки документов или иного обмана. Арсенян был освобожден от службы по состоянию здоровья, однако спустя несколько месяцев уголовное преследование прекратили, а дело закрыли.

Однако эта история никак не отразилась на карьере Арсеняна. Спустя два месяца после назначения и.о. мэра он стал мэром Джермука, а с октября 2025 года – губернатором Вайоцдзорской области.

Отдельные вопросы вызвала и сама квартира Папикяна. Согласно данным Комитета кадастра, в июле 2022 года на имя Папикяна и Армине Мурадян было зарегистрировано право на покупку квартиры площадью 165 квадратных метров в строящемся доме. Стоимость сделки составила около 69 млн драмов – примерно 168 тысяч долларов.

При этом, по данным прессы, рыночная стоимость подобной квартиры в комплексе могла достигать 412 тысяч долларов.

В 2018–2021 годах, когда Сурен Папикян возглавлял Министерство территориального управления и инфраструктур, в системе дорожного строительства была изменена схема технического надзора. Именно с этим периодом армянская пресса связала резкий рост его финансовых возможностей.

На фоне масштабных дорожных расходов суммы выглядели особенно значительными. В бюджете Армении на 2020 год по статье «Улучшение дорожной сети» было предусмотрено 83,3 млрд драмов, в 2021 году – более 66 млрд.

Еще в 2019 году Папикян установил ставку технадзора на уровне 5%. Таким образом, только за 2020–2021 годы объем средств на технический контроль мог достигать 7,46 млрд драмов – более 14 млн долларов по тогдашнему курсу.

Критики власти утверждали, что дорожная политика использовалась не только для развития инфраструктуры, но и как механизм перераспределения финансовых потоков в пользу близких к системе структур.

Именно в этот период в прессе все чаще начали появляться публикации о резком росте финансовых возможностей Папикяна еще до его назначения министром обороны.

Папикяна нередко обвиняли в протекционизме крупного бизнеса в период его работы министром территориального управления и инфраструктур.

На этом фоне внимание привлек и тот факт, что в 2021 году Прошянский коньячный завод получил от Минэкономики грант в размере 31,1 млн драмов.

После перехода Сурена Папикяна в Министерство обороны в ведомстве начали появляться его бывшие коллеги и представители прежней команды. Вопросы вызывали не только возможные коррупционные риски, но и профессиональная обоснованность отдельных назначений.

Вокруг Министерства обороны постепенно начала формироваться привычная для постреволюционной Армении модель: ключевые позиции все чаще занимали не специалисты системы, а люди из личного и политического окружения власти.

Не менее обсуждаемыми стали кадровые решения в отношении помощников министра. Уже 13 декабря 2021 года, менее чем через месяц после назначения Папикяна министром обороны, его помощником стала Мане Маркосян 1999 года рождения, ранее работавшая референтом Папикяна.

Скандалы затронули бывшего мэра Эчмиадзина Диану Гаспарян, которую СМИ также связывали с ближайшим окружением Папикяна. Ранее в сеть попала аудиозапись, где Гаспарян критиковала Никола Пашиняна и заявляла, что премьер «должен уйти ради страны». Позже ее имя оказалось уже в центре коррупционного расследования, связанного с предполагаемыми махинациями с общинной землей, конфликтом интересов и контрактами мэрии с аффилированными лицами.

Ночью 19 января 2023 года в помещении инженерно-саперной роты в селе Азат Гегаркуникской области произошел пожар. Погибли 15 военнослужащих срочной службы, еще 7 получили ранения и ожоги. Позже выяснилось, что здание, использовавшееся как временная казарма, официально даже не было зарегистрировано в кадастре.

Через несколько часов после трагедии Никол Пашинян заявил, что причиной пожара стало нарушение правил обращения с бензином: по его версии, офицер пытался разжечь печь бензином и отбросил загоревшуюся канистру внутрь помещения. Однако позже командир взвода сообщил журналистам, что бензина в помещении не было, фактически поставив официальную версию под сомнение.

После трагедии были уволены командующий 2-м армейским корпусом и еще несколько высокопоставленных военных. В обществе же возник главный вопрос: почему солдаты вообще жили в обычном сельском доме, не соответствующем требованиям безопасности казарм?

На этом фоне звучали требования отставки Сурена Папикяна как лица, несущего политическую ответственность за состояние армии. Однако министр уходить отказался, заявив, что продолжит «реформы».

Дело до сих пор рассматривается в суде. Родственники погибших и их адвокаты продолжают добиваться допроса высшего руководства страны, включая Никола Пашиняна и самого Папикяна.

В начале 2026 года Минобороны оказалось в центре еще одного громкого конфликта – уже вокруг Армянской Апостольской Церкви.

30 января стало известно, что приказом министра обороны была расформирована Духовная служба ВС Армении, существовавшая более 20 лет. Служба была создана еще в 1997 году по инициативе Католикоса Гарегина I и министра обороны Вазгена Саргсяна.

Юристы и представители Церкви заявили, что решение противоречит закону «О взаимоотношениях Республики Армения и Армянской Апостольской Церкви», предусматривающему право ААЦ иметь постоянных духовных представителей в армии.

Критики власти напрямую связали реформу с общим конфликтом между Николом Пашиняном и Церковью.

Сам Папикян обвинения отверг, заявив, что Духовная служба не ликвидируется, а лишь переводится под единое подчинение Управлению морально-психологического обеспечения ВС.

Но для значительной части общества происходящее выглядело не просто административной реформой, а еще одним признаком растущего конфликта между государством и одной из ключевых институций армянской идентичности.

Если смотреть на эти эпизоды вместе – пожар в Азате, затянувшиеся реформы, закрытые закупки, кадровые скандалы и конфликт вокруг Церкви, – становится заметно, что период Папикяна в Минобороны все чаще ассоциируется не столько с завершенными преобразованиями, сколько с постоянными кризисами, скандалами и незавершенными процессами.

И это, пожалуй, главный итог его работы в оборонной системе: армия продолжала меняться, но общество все чаще обсуждало не результаты реформ, а очередной кризис вокруг самого Министерства обороны.

Одной из ключевых тем вокруг Министерства обороны при Сурене Папикяне стала политика диверсификации вооружений и постепенного отказа от зависимости от российского оружия.

Однако чем активнее власти заявляли о новых поставках из западных стран, тем жестче звучала критика со стороны оппозиции и части бывших военных.

Критики утверждают, что часть закупаемого вооружения либо плохо адаптирована под потребности армянской армии, либо создает серьезные технические и логистические проблемы. Особенно часто в этом контексте упоминались поставки, осуществляемые при посредничестве Франции.

Бывший министр обороны Аршак Карапетян заявлял, что значительная часть вооружения, закупленного Арменией у западных стран, непригодна к полноценному использованию. По его словам, часть систем столкнулась с несовместимостью стандартов, а для отдельных артиллерийских установок отсутствовали необходимые боеприпасы.

Карапетян также утверждал, что эксплуатация западного вооружения обходится значительно дороже российских аналогов, а экономика Армении не готова к подобным расходам.

История Сурена Папикяна показательна не только сама по себе. Она стала одним из наиболее наглядных примеров того, как постреволюционная система Армении постепенно начала воспроизводить многие черты прежней модели власти.

Революция 2018 года обещала прозрачность, профессионализацию и разрыв с логикой личных связей. Однако вокруг Министерства обороны при Папикяне все чаще формировалась знакомая конструкция: культ политической лояльности, закрытые решения, ограниченный общественный контроль, концентрация финансовых потоков вокруг узкого круга лиц и стремительная деструктивная трансформация новой элиты.

На этом фоне сама фигура Папикяна постепенно перестала быть исключением. Скорее стала симптомом системы, в которой кадровая близость нередко оказывалась важнее профессионального опыта, а реформы все чаще сопровождались не ростом доверия, а новыми кризисами, мотивированными подозрениями и обвинениями в адрес власти.

Антикоррупционная национальная инициатива (aniarm.info)