N 15 (110) Ноябрь 2006 года.

Александр Эбаноидзе: «Наши народы не злопамятны»

Просмотров: 4204

Останутся ли грузины в России «своими среди своих»? Об этом рассуждает писатель и главный редактор журнала «Дружба народов» Александр Эбаноидзе. Сейчас, когда отношения двух стран – России и Грузии обострены как никогда прежде, он и как московский грузин, и как представитель российской интеллигенции чувствует себя вправе призвать обе стороны вспомнить давние исторические связи и недавнее общее прошлое. И просто оставаться людьми.

— Каково, Александр Луарсабович, россиянам-грузинам переживать очередное обострение отношений между двумя странами? Саакашвили обвиняет своих оппонентов в заговоре против власти, организованном Россией. Путин в ответ предпринял жесткие меры, началась настоящая охота на грузин, живущих в России, на диаспору, насчитывающую порядка миллиона человек, с облавами и депортациями…Очевидно, что отношения России и Грузии подошли к какому-то краю.

Могу сказать как о грузинах, так и о русских – наши народы не злопамятны. Поэтому через какое-то время, надеюсь, все утрясется. Тогда и приедет в Москву Ананиашвили со своим балетом или Роберт Стуруа привезет свой спектакль. Мы сейчас, например, ждем выхода великолепного романа Отара Чиладзе, впервые опубликованного в переводе на русский язык в нашем журнале. Так меня журналисты уже спрашивали, не приостановят ли печать. Нет, ответил я, разве может опуститься до подобного шага страна, сама имеющая великую литературу. А потом подумал: а чем черт не шутит - гастроли-то театров вон отменили.

Останутся ли грузины в России «своими среди своих»? Об этом рассуждает писатель и главный редактор журнала «Дружба народов» Александр Эбаноидзе. Сейчас, когда отношения двух стран – России и Грузии обострены как никогда прежде, он и как московский грузин, и как представитель российской интеллигенции чувствует себя вправе призвать обе стороны вспомнить давние исторические связи и недавнее общее прошлое. И просто оставаться людьми.

— Каково, Александр Луарсабович, россиянам-грузинам переживать очередное обострение отношений между двумя странами? Саакашвили обвиняет своих оппонентов в заговоре против власти, организованном Россией. Путин в ответ предпринял жесткие меры, началась настоящая охота на грузин, живущих в России, на диаспору, насчитывающую порядка миллиона человек, с облавами и депортациями…Очевидно, что отношения России и Грузии подошли к какому-то краю.

Могу сказать как о грузинах, так и о русских – наши народы не злопамятны. Поэтому через какое-то время, надеюсь, все утрясется. Тогда и приедет в Москву Ананиашвили со своим балетом или Роберт Стуруа привезет свой спектакль. Мы сейчас, например, ждем выхода великолепного романа Отара Чиладзе, впервые опубликованного в переводе на русский язык в нашем журнале. Так меня журналисты уже спрашивали, не приостановят ли печать. Нет, ответил я, разве может опуститься до подобного шага страна, сама имеющая великую литературу. А потом подумал: а чем черт не шутит - гастроли-то театров вон отменили.

Правда, что все эти годы Грузия была и до сих пор остается очень уязвимой. Может быть, поэтому в пылу происходящей долгой драки Россия стала решать проблемы через колено. Хотя, мне кажется, было бы достаточно пары дружественных, доброжелательных жестов, чтобы ситуацию разрешить к обоюдному спокойствию. Я все же надеюсь, что напряжение удастся снять благодаря богатой предыстории наших взаимоотношений. В Грузии трудно найти человека более пророссийского, чем я. В Тбилиси мне приходится спорить с грузинскими националистами, новыми, прозападными, проамериканскими и бог знает куда еще ориентированными политиками. Но действия России нас лишают аргументов в этом споре.

— А вот националисты в России выступили с упреками к грузинской интеллигенции, живущей в России – за то, что не осудила она Саакашвили и не остудила его. Хотя, казалось бы, у российских грузин другой президент…

— Не думаю, что от голоса интеллигенции политика Саакашвили изменится. Признаюсь, меня удивило, что в тбилисских газетах снова появились портреты Звиада Гамсахурдиа. Речь зашла чуть ли не о его канонизации. Конечно, для грузин большой потерей оказалось, что в начале нового пути от нас ушел Мамардашвили, человек, который мог сказать: «Если мой народ выберет его, то я пойду против моего народа».

Но все же, чтобы лучше понять происходящее, я бы посоветовал русскому человеку смоделировать грузинскую ситуацию на Россию – воинственный сепаратизм там занимает не крохотный пятачок в горах, а больше пятой части территории. И оттуда изгнано население – в масштабах Грузии до 10%. Там нет энергоносителей не только для пополнения казны, но даже для подогрева воды. И электростанции времен первых пятилеток работают вполнакала. Потому что экономику в стране с двумя зияющими ранами наладить очень трудно.

Но труднее всего справиться не с этими обстоятельствами, а с тем, что за спиной у сепаратистов стоит Россия, их активный сторонник, закамуфлированный под нейтрального наблюдателя.

Говорят, Абхазия выиграла войну, но и это не так. Наш журнал начинает печатать мемуары Эдуарда Шеварднадзе, который все три недели после срыва соглашения по выводу войск провел в Сухуми. Это рассказ из первых рук о том, что там происходило, о роли российских военных в этой операции. Генералы Грачева охотно консультировали абхазских военных, а Совет Безопасности смотрел сквозь пальцы на поставки туда вооружения и живой силы – это признают даже эксперты затулинского института.

В нынешней ситуации большинство наблюдателей считают, что подоплека нынешнего разлада в том, что Россия пробует применить к Грузии «косовскую» модель. Москва ждет решения международного сообщества в Косово, чтобы применить эту схему к Абхазии и Южной Осетии?

Это вернет нас к войне. Я хотел бы сослаться на крупнейшего политика и мыслителя ХХ века, на Махатму Ганди, который своей идеологией ненасилия сумел гигантскую страну освободить от колониализма и вывести на путь развития, где Индия и преуспела. В документе Партии ненасильственных действий, которая руководствуется его учением, есть такое положение, впрямую относящееся к теме нашего разговора: «Декларация всеобщего права на самоопределение есть опасная демагогия, скрывающая угрозу войны, военного противостояния, межэтнических и межплеменных столкновений».

Как показывают события, сказано верно. Действительно, если заглянуть глубже в эту формулу, то можно обнаружить, что в Грузии, например, в таком очаге напряженности, как Абхазия, есть еще несколько инонациональных анклавов: там живут и армяне, и греки, и грузины, и русские, и даже эстонцы. И абсолютное право на самоопределение грозит разорвать ее на мельчайшие части. Естественно, признавая формулу Ганди, следует признать и очень широкие права на автономию. Но сам постулат очень важен.

Я мог бы прибегнуть к авторитету еще одного мудрого и высоконравственного человека –Василия Абаева. Член Королевского географического общества Великобритании, крупный ученый, чьи научные заслуги признаны и в Европе, и в Грузии. Он родился в 1900 году, и все события 20 века происходили у него на глазах. Он первый сказал в начале 90-ых резкие слова в адрес Гамсахурдиа, тем не менее, он же говорил, что ставить вопрос о вычленении Южной Осетии из Грузии абсолютно неправомерно: «Существует природная граница между Россией и Грузией – Большой Кавказский хребет. Это промысел божий. И никаким депутатам с этой географической данностью ничего не сделать. Ни одно грузинское правительство на вычленение из грузинской территории осетинской автономии не пойдет. И будет право». В пример он приводит басков, живущих по разные стороны Пиренеев, на французской и испанской их стороне, - подумайте, что бы там произошло, если бы они потребовали государственного воссоединения.

Разумеется, осетины - единый народ. Конечно, он должен иметь все возможности общения, возможности для культурных и экономических контактов. Я опять цитирую Абаева: «Грузия должна найти путь от этнократии к демократии, а осетины, живущие в Южной Осетии, должны найти свое место в рамках этой демократии». Это говорил патриарх, кровно заинтересованный в судьбе своего народа и своим народом почитаемый настолько, что упокоен в Пантеоне рядом с Коста Хетагуровым. Как было бы разумно и правильно, если бы осетинский народ прислушался не к словам Рогозина, Затулина, Бабурина, Кокошина и примкнувших к ним журналистов, а к своему патриарху, отцу нации.

А в самой Грузии так ли все благостно? Существуют ли проблемы в отношениях с национальными меньшинствами? Изжита ли этнократия, о которой тоже говорил Абаев?

Я бы не хотел выглядеть лакировщиком: чего только не пережили и осетины, и мы во время этой войны. И если там произойдет какая-нибудь новая силовая акция – уже с участием России – эта рана останется навсегда. Грузия не идеальна - как после любого периода воспаления национального противостояния и после пережитых тяжелых ситуаций. Я приезжал в Тбилиси как раз во время событий в Южной Осетии – и помню митинги и лозунги тех времен.

Но я хочу сослаться и на другие впечатления, которые меня глубоко тронули: минувшим летом в Москве фондом «Кавказский дом», который возглавляет бывший президент Северной Осетии Ахсарбек Галазов, была организована встреча. И на ней великий дирижер Валерий Гергиев рассказал такую историю. Он вспомнил, как мальчиком родители везли его на море, и на выезде из Тбилиси у их автомобиля лопнуло колесо. Запасного не оказалось, положение складывалось безвыходное. Пока они горевали, с ними поравнялась машина с горийскими номерами, пассажиры которой по номерам же определили осетинскую машину, притормозили, выяснили проблему и сказали: ждите. Они помчались в Гори, а это, между прочим, 80 километров, нашли там нужное колесо, привезли, исправили поломку и повезли… нет, не на море, а к себе в Гори. Детишек уложили спать, взрослые сели за стол, и только утром их отправили дальше.

Такого рода истории сейчас необходимо вспоминать. И их не так трудно найти. Например, у меня в архиве лежит письмо читателя-осетина по фамилии Гаглоев. Этот человек уже много лет живет в Казахстане, но пишет мне по-грузински о том, что прочёл мои книги, напомнившие ему о Грузии, и он просит их прислать на грузинском языке - для утоления ностальгии.

Другое вспоминаю: я ехал в Тбилиси, где мне предстояла встреча с моими друзьями-осетинами. И я, как человек Европой подпорченный, подумал было: надо быть с ними как можно приветливее, - накачивал себя политкорректностью. Но когда увидел своих друзей, обнаружил, что в их среде ничего не изменилось в отношениях друг к другу. Эти люди, как и прежде, были своими среди своих.

Вина Грузии в создавшейся ситуации велика. Грузия оказалась не готова к переменам. И это для нации чрезвычайно опасная ситуация, потому что «верность умершим символам» иногда может обернуться тем, что эти символы ее же и задушат.

Сейчас нас фактически лишили возможности человеческого общения: не летают самолеты, дороги закрыты, мы не можем поехать друг к другу в гости. Может ли это негативно повлиять на отношение грузин к русским?

По моим впечатлениям, сложившимся, правда, не в разгар нынешней истерики, а раньше, – никаких антирусских настроений в Грузии не было. И пресса там гораздо спокойнее, гораздо взвешеннее московской, старается удержаться от того, чтобы ввязываться в эту непристойную перепалку. Конечно, если целенаправленно работать в этом направлении – а работа идет, – можно отношения испортить. Но мне кажется, волна схлынет: уже и первые признаки появляются. Вдруг показали хороший документальный фильм о Пиросмани, с грузинскими песнями, с видами старого Тбилиси. А на днях и очаровательную «Хануму» вспомнили… Это меня обнадеживает.

Беседу вела

Армила Минасян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 5 человек