№8–9 (260–261) май 2015 г.

Российско-армянский диалог и пристрастные недоброжелатели

Просмотров: 1520

Активизация диалога между Москвой и Ереваном на всех уровнях, включая статусные экспертные площадки, не осталась незамеченной со стороны принципиальных оппонентов. Наступление ведется на нескольких «фронтах» одновременно, что, конечно, вызывает самое серьезное беспокойство. Так, 19 марта, в день очередной крупной вылазки на севере Нагорного Карабаха, президент Азербайджана Ильхам Алиев выступил с очередными заявлениями по самому широкому кругу вопросов, которые, по мнению ряда бакинских изданий, носили программно-установочный характер.

Сопутствующий антураж (речь была произнесена на церемонии Новруза) также полностью соответствует политико-пропагандистскому стилю азербайджанского лидера. Так, автор газеты «Эхо» обратил внимание на пассаж относительно якобы имеющей место бездеятельности международных организаций и неисполнения своих международных обязательств официальным Ереваном, что, по мнению Алиева, является непосредственным проявлением политики двойных стандартов со стороны «мирового сообщества». Также азербайджанский лидер обратил внимание на «фактор силы в разрешении существующих проблем» – конечно же этот сигнал адресован в первую очередь международным посредникам.

Учитывая устоявшуюся в прикаспийской стране политическую практику и методы реализации принимаемых решений, все это проявляется и на иных уровнях дискуссий, так или иначе связанных с карабахским вопросом и ситуацией на Южном Кавказе в целом. Нетрудно заметить, что параллельно с обострением вокруг Нагорного Карабаха и на армяно-азербайджанской границе возрастает градус информационной войны, в том числе применительно к российским экспертным площадкам и средствам массовой информации. Конечно, из виду не упускается практически ни одна сколько-нибудь значимая публикация, однако сайты авторитетных российских научных и экспертных структур, что называется, вне конкуренции. Агрессивно-наступательный стиль некоторых бакинских комментаторов не только граничит с неприкрытым хамством, но и направлен на принципиальное обессмысливание любого спокойного и конструктивного обсуждения «неугодной» темы как таковой.

Так, недавно резких комментариев со стороны бакинских политологов и журналистов удостоилась массовая акция с требованием восстановления дипломатических отношений между Грузией и Россией, запланированная 23 апреля в Тбилиси по инициативе «Общества Ираклия Второго». По сообщениям организаторов митинга, к ним готовы присоединиться представители азербайджанского населения Гардабанского района, также выступающие за восстановление полноценных связей с Россией. Провластные СМИ Азербайджана немедленно подняли шум, обвинив лидера «Общества Ираклия Второго» Арчила Чкоидзе в «проармянских симпатиях», что сложно расценить иначе, чем вмешательство во внутренние дела соседней страны. «Проживающие в Гардабанском районе Грузии азербайджанцы должны прекрасно понимать, что своим участием в запланированной на 23 апреля акции они льют воду на мельницу врага грузинского народа и государства, оккупировавшего территории республики», – пишет Бахрам Батдыев на сайте vesti.az, направляя свой обличительный пафос не только на «коварный» Ереван, но и на «северного соседа».

Вполне симптоматичным в этом отношении стало также интервью президента общественной организации «Русско-армянское содружество» Юрия Навояна интернет-порталу Российского совета по международным делам. Напомним, РСМД, учрежденный в 2010 году распоряжением президента Российской Федерации, является влиятельной и авторитетной экспертной площадкой по обсуждению актуальных вопросов региональной и мировой политики, «связующим звеном между государством, экспертным сообществом, бизнесом и гражданским обществом в решении внешнеполитических задач». В фокусе внимания совета традиционно находится и кавказская проблематика, что нашло отражение, в частности, в ряде семинаров и аналитических публикаций по актуальным вопросам российско-грузинских отношений. И неудивительно, что российско-армянские отношения, несмотря на их союзнический статус, не лишенные ряда проблемных моментов, также являются предметом заинтересованного внимания.

Подчеркнув важную роль ОДКБ как региональной организации в сфере безопасности и ее сдерживающую и балансирующую роль на Южном Кавказе, Юрий Навоян напомнил о нескольких крупных учениях, состоявшихся под ее эгидой, в том числе и на территории Армении. Разумеется, повышение боеготовности национальной армии является сдерживающим фактором для «горячих голов», коим не терпится в очередной раз поиграть в «войну малой интенсивности» у границ Нагорного Карабаха. К сожалению, диверсионно-террористические вылазки, уносящие жизни военнослужащих с обеих сторон, стали, особенно в последние месяцы, печальной реальностью. При этом ОДКБ – важный формат российско-армянского сотрудничества в военно-технической сфере – вовсе не является декоративной организацией, равно как и формирующийся Евразийский экономический союз, решение о вступлении в который стало осознанным и рациональным шагом армянского руководства.

Несмотря на постепенное решение многих технических вопросов, связанных, например, с отсутствием общей границы между Арменией и «ядром» ЕАЭС, глава «Русско-армянского содружества» говорит о необходимости более эффективной повестки по работе армянских властей с Россией и в двустороннем формате, и в рамках Евразийского экономического союза. А что касается технических вопросов, то их, заметим, пришлось бы решать и в случае гипотетического сближения с конкурирующим европейским интеграционным объединением – и вовсе не факт, что на более выгодных для армянской стороны условиях. При этом необходимо учитывать тесную взаимосвязь наших стран: на сегодня в России проживает более двух миллионов армян, и двусторонние отношения затрагивают интересы почти каждой семьи в Армении. В то же время, «участвуя в Евразийском экономическом союзе, Армения не прерывает свои отношения с Европой и с остальным миром. Наоборот, опыт Армении может быть интересным для России, Казахстана и Белоруссии».

Не был обойден вниманием в интервью и карабахский вопрос, обретающий в связи с неутихающим украинским кризисом новые грани (как бы ни хотелось кому-либо в Баку, Ереване или в Москве обойти его стороной). По мнению Юрия Навояна, «события вокруг Крыма и Украины еще раз продемонстрировали важность права народов на самоопределение». Когда в конце 1980-х годов карабахские армяне попытались мирным, конституционным путем заявить о своих проблемах, ответом фактически стала война на уничтожение, которую официальный Баку де-факто проиграл. В 1994 году при посредничестве России было достигнуто трудное перемирие, которое, несмотря на частые нарушения, в основном соблюдается «благодаря сдерживающему фактору армии самообороны Карабаха. Это единственный конфликт современности, где баланс держится без участия миротворцев: силы самообороны Карабаха своими действиями вносят вклад в региональную безопасность. Угроза войны всегда остается». Что же касается Минской группы ОБСЕ – основного переговорного формата, то, несмотря на существенные к нему претензии, его, по мнению Юрия Навояна, «необходимо сохранить, потому что ОБСЕ – организация, предоставляющая сторонам возможность вести диалог между собой, в то время как сопредседатели выступают гарантом переговоров между Арменией и Азербайджаном». При этом, однако, необходимо исправить один недостаток, а именно: вернуть Нагорно-Карабахскую Республику за стол переговоров в качестве полноправного участника.

Все это вызвало резкую и откровенно нервную реакцию в Баку, что нашло отражение, в частности, в публикации вышеупомянутого интернет-ресурса vesti.az. Сразу скажем, что выстрел оказался холостым. Не имея сказать по существу что-либо конструктивное, автор занялся откровенно странным делом, более похожим на попытку политического доносительства – сколь бессмысленного, столь и глупого. Выборочно упомянув о некоторых политико-административных актах по карабахскому вопросу, принятых начиная с 1988 года (интересно, что в их число не попали 4 резолюции ООН, на которые в Баку часто любят ссылаться), автор не нашел ничего лучшего, как обвинять подготовивших интервью сотрудников сайта в незнании карабахской проблематики. Прием отнюдь не новый – поднять шум в расчете на недостаточную опытность оппонента, в надежде на то, что его удастся застать врасплох перед угрозой различного рода интернет-пасквилей и занудных дипломатических нот. На этом скандальном фоне своеобразная, мягко говоря, интерпретация позиции Москвы по карабахскому вопросу отходит на второй план, а между тем это вопрос не менее важный. Конечно, всегда лучше замечать только то, что тебе любимому нравится, и не видеть все остальное – как это происходит, например, в случае с вышеупомянутыми резолюциями ООН, документами, принимавшимися на уровне глав государств СНГ.

Общий подход, формулируемый не только официальными заявлениями МИД, но и повседневной внешнеполитической практикой, ориентирован на достижение компромиссных решений прежде всего самими сторонами конфликта, будь то в Нагорном Карабахе, Южной Осетии, Приднестровье или Донбассе. При этом политико-дипломатический приоритет неизменно отдается действующим в настоящее время европейским площадкам, основной из которых является ОБСЕ, в рамках которой и ведется многотрудный диалог. Данная структура так или иначе включена в попытки урегулирования всех постсоветских конфликтов – от Нагорного Карабаха до Донбасса. И даже в случае с Абхазией и Южной Осетией, где ОБСЕ продемонстрировала свою полную беспомощность и вместе с тем пристрастность, ее представители участвуют в «женевских консультациях».

Вопрос о том, извлекла ли европейская организация уроки из своих провалов на Кавказе, является, конечно, дискуссионным. По мнению автора, динамика здесь негативная и ответ скорее отрицательный, что предполагает как минимум многовариантность решений, которые, возможно, предстоит принимать в будущем. Так, официальный Ереван неоднократно заявлял о том, что возобновление широкомасштабных боевых действий против Нагорного Карабаха означает смерть переговорного процесса и приведет к немедленному официальному признанию Степанакерта (притом что уже сегодня тесный военно-политический союз двух армянских государств не является ни для кого секретом). В 2008 году ответом на агрессию тогдашнего грузинского руководства стали политико-дипломатические шаги по признанию Россией Южной Осетии и Абхазии с последующим заключением с ними ряда договоров, предполагающих достаточно глубокую степень интеграции.

При этом принципиальная позиция Москвы состоит в поиске такого решения любого конфликта, которое устраивало бы все вовлеченные в него стороны, при максимальном исключении воинственной риторики либо же попыток силового реванша, который означает качественное изменение ситуации, требующее новых подходов. А о том, что Нагорно-Карабахская Республика де-факто является стороной конфликта, свидетельствуют в том числе основополагающие документы Минской группы ОБСЕ. Это было подтверждено не только в договоренностях о прекращении огня 1994 года, но также в итоговом документе Будапештского саммита 1994 года под названием «Активизация действий ОБСЕ в связи с нагорно-карабахским конфликтом». При всех своих недостатках Минская группа ОБСЕ является признаваемой всеми сторонами переговорной площадкой, и, по крайней мере, Ереван, и члены «тройки» сопредседателей действуют в согласованных рамках переговорного процесса.

Рискнем предположить, что особо чувствительную реакцию бакинских авторов вызвала проведенная Юрием Навояном параллель между Крымом и Нагорным Карабахом в контексте права народов на самоопределение. Между тем бояться тут нечего, так как дилемма между этим правом и территориальной целостностью государств возникла далеко не вчера. Однако сама эта кажущаяся коллизия является, как напоминает заведующий кафедрой истории государства и права юридического факультета МГУ Владимир Томсинов, следствием «процесса разрушения СССР и переустройства того пространства, на котором располагалась эта мощная держава-империя. Когда какое-либо государство распадается, перемены в статусе тех или иных его территорий опираются не на нормы положительного законодательства, а на юридические основания совсем другого рода». Подробно рассматривая процесс определения статуса Аландских островов после распада Российской империи в начале XX века («аландский феномен», напомним, одно время рассматривался в качестве модели в том числе для Карабаха), автор работы «Крымское право», или Юридические основания для воссоединения Крыма с Россией» отмечает интересный вывод, сделанный на этот счет специально назначенной Лигой Наций комиссией авторитетных юристов-международников: отметив, что «Аландские острова являлись, без сомнения, частью Финляндии в течение периода русского правления», она задалась вопросом: «Должны они по одной этой причине рассматриваться в качестве определенно включенными de jure в состав государства Финляндии», которое возникло в результате распада Российской империи. Ответ комиссии, не прошедший, кстати, мимо внимания правоведов того времени, звучал следующим образом, что познавательно в том числе для понимания природы взаимоотношений между отдельными частями распавшейся страны: «Финляндия не может требовать, чтобы будущее Аландских островов было бы таким же, как ее собственное, только потому, что эти острова формально являлись частью политической структуры в составе Российской империи». Аналогичным образом и Крым, и Нагорный Карабах являлись частью советской политической структуры, разрушение которой сопровождалось кровопролитными войнами, государственными переворотами и прочими «прелестями» переходного периода…

Основание для воссоединения Крыма с Россией дает право народов на самоопределение. Признание крымчан субъектом такого права тоже не противоречит современному международному праву, поскольку народом признается в нем, при наличии определенных условий, не только все население государства, но и часть его. Жители Крыма вполне соответствуют всем признакам, по которым их можно отнести к категории «народ, имеющий право на самоопределение». В этой связи заметим, что азербайджанскому населению бывшей НКАО в декабре 1991 года также было предоставлено право высказать свою точку зрения, однако реализовано оно не было, причем отнюдь не по вине властей Степанакерта.

«Право народа на самоопределение понимается в международном праве прежде всего как право, реализуемое внутри государства, без выхода народа вместе с территорией, на которой он проживает, из его состава. Только при внутригосударственном способе реализации права на самоопределение оно хорошо совмещается с территориальной целостностью государств, что очень важно для современного международного правопорядка, поскольку в его фундаменте закономерно лежат оба эти принципа, – продолжает В. Томсинов. – Международным правом признается, что в практике международных отношений бывают такие ситуации, когда тот или иной народ не может осуществить право на самоопределение без выхода из государства, в котором проживает, и образования своего собственного независимого и суверенного государства или перехода в состав другого государства (как это оказалось в случае с Крымом). Такие ситуации наступают, как считается, не только когда народ находится в колониальной зависимости, но и когда свободный народ или часть населения страны подвергается гонениям по национальному, этническому, культурному признакам».

Конечно, каждый случай, в том числе крымский, является исключительным, однако это не освобождает исследователей от необходимости искать общие признаки и сходства, даже если они могут оказаться политически неполиткорректными. Не говоря уж о том, что общая политическая практика как раз и складывается из множества отдельных прецедентов – карабахского, косовского, югоосетинского, крымского и иных…

По оценке бакинского директора «Общества гуманитарных исследований» Аваза Гасанова, причины обострения вокруг Карабаха следует искать на Украине. «В украинских событиях в Азербайджане и Армении почему-то увидели «благоприятные» условия для того, чтобы продемонстрировать друг другу свои силу и мощь, – сказал он в интервью агентству АрмИнфо. – Дело в том, что у Азербайджана есть свои ожидания от противостояния Россия – Запад вокруг Украины. В Баку рассматривают небывалое давление Запада и, в первую очередь, США на Россию в связи с аннексией Крыма (так в тексте. – Авт.) как возможность своеобразного обновления замороженного карабахского конфликта.

У Армении во всех этих процессах также есть своя логика. Именно армяне, по большому счету, контролируют территории, процесс, имея большие, чем у Азербайджана, возможности для сохранения статус-кво вокруг Карабаха». Добавим к этому, что силовое «обновление» карабахского вопроса со стороны официального Баку неминуемо натолкнется на адекватные действия армянских сторон. Следовательно, «обновлять» следует не воинственную риторику и соответствующие практические действия, а мирные предложения, ставящие во главу угла хотя бы частичное восстановление мер доверия между сторонами конфликта. И делать это в том числе с использованием российских экспертно-аналитических площадок, не прибегая к нелепому доносительству и словоблудию.

Андрей Арешев

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 20 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Молодец Навоян.Вот уже и азеры заговорили о нём.Значит правильно действует.
  2. Азербайджан вкладывает большие деньги в пропаганду своей лжи,у Армении нет возможностей "покупать" политологов журналистов,политиков и армяне действуют продвигая свою правду,которая,как известно,не ржавеет.
  3. AZERAM KAPUT!
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты