№4 (279) апрель 2016 г.

Азербайджан: перенастройка внешней политики или тактические корректировки?

Просмотров: 2881

Начало 2016 года было отмечено повышенной политико-дипломатической активностью официального Баку. Список как официальных, так и неофициальных визитов и встреч разного уровня с участием азербайджанских должностных лиц, политиков и дипломатов позволяет сделать определенные выводы и предположения.

В частности, в первых числах февраля Ильхам Алиев поехал в Лондон, где принял участие в международной конференции «Поддержка Сирии и региона». Затем он принял участие в мюнхенской конференции по безопасности, в очередной раз высветившей разницу в подходах к этой самой безопасности со стороны Москвы и «коллективного Запада». Наконец, 23 февраля состоялся официальный визит Ильхама Алиева в Иран. По итогам переговоров с президентом Хасаном Роухани в Тегеране были подписаны 11 меморандумов о сотрудничестве; на некоторых из них мы остановимся чуть ниже.

Кроме того, Россия и Азербайджан заключили новое соглашение о транспортировке каспийской нефти по трубопроводу Баку – Новороссийск. Подобного рода документ подписывается не впервые, однако в условиях неблагоприятной конъюнктуры цен на энергоносители на него стоит обратить внимание. Напомним, согласно предыдущему соглашению между компаниями SOCAR и «Транснефть», в 2015 году азербайджанская сторона должна была направить по нефтепроводу Баку–Новороссийск 1,7 млн т азербайджанской нефти. Однако в июне и декабре SOCAR не экспортировала нефть по данному маршруту вовсе, перенаправив около 400 тысяч тонн на «западный» Баку–Тбилиси–Джейхан, через который экспортируется значительная часть каспийской нефти с берегов Апшерона.

Официальные эксперты привычно говорят о выдающейся роли Азербайджана в регионе, включая, например «сильную поддержку глобальной архитектуры ядерной безопасности». Однако, думается, дело обстоит куда прозаичнее. Наступивший период дешевой нефти весьма сильно «зацепил» экономику прикаспийского государства. На нефть и газ приходится до 40 % ВВП страны и 95% ее экспорта. Дефицит бюджета Азербайджана в конце 2015 года оценивался экспертами в 15% ВВП, при этом пик кризиса, вызванного обвалом цен на нефть, прогнозируется на текущий год. В 2015 году финансовые власти Азербайджана были вынуждены провести две серьезные девальвации национальной валюты, приведшие к существенному росту цен на основные продукты и товары. Возможно, ВВП на душу населения к концу 2016 года по сравнению с 2014 годом обвалится почти в два раза. Инфляция при этом вырастет в 2016 году до 15% против среднего уровня в 2012-2015 годах в 2%. Валютные запасы Азербайджана сократились в 2015 году почти на четверть. Консолидированный бюджет-2016, скорее всего, будет переверстан с большим дефицитом, для покрытия которого уже начались переговоры с МВФ о займах.

Однако внутренние проблемы Азербайджана не исчерпываются падением доходов и поступлений в бюджет: возможно, продолжится исход из нефтегазовой сферы страны западных компаний. Так, американская Exxon South Caspian, входящая в состав Exxon Corporation, в феврале объявила о закрытии своего филиала в Баку. В 1999 году ESC приобрела 15% долевого участия в разработке морской перспективной структуры «Араз–Алов–Шарг», расположенной в 180 км от Баку в Каспийском море. Ранее свернуть свои проекты в азербайджанской части шельфа Каспия решили французская компания Total и норвежская Statoil. И возможно, именно это привело к тому, что британская BP, являющаяся «ветераном» в освоении крупнейших нефтяных и газовых проектов Азербайджана и основным оператором, стала явно злоупотреблять своим доминирующим положением. В частности, 82% доходов ?в нефтяной сфере приходится на одно юридическое лицо – а именно BP-Azerbaijan. Условия раздела прибыли от продажи ресурсов страны, мягко говоря, сложно назвать справедливыми. Достаточно сказать, что в отрасли, обеспечивающей львиную часть дохода страны, занято менее трех тысяч ее граждан (из 9 миллионов – если, конечно, верить официальной статистике). Сравним этот показатель с 2 миллионами (опять-таки по оценочным прикидкам) граждан Азербайджана, работающих в России и других странах, и их денежными переводами – и ответы на многие вопросы, в том числе о перспективных сценариях развития российско-азербайджанских отношений, появятся сами собой…

Однако вернемся к сфере энергетики. В 2016 году с целью проведения плановых работ BP приостанавливает работу платформ «Западный Азери» и «Глубоководный Гюнешли» на блоке нефтегазовых месторождений Азери–Чираг–Гюнешли. Но даже если прекращение добычи на этих двух блоках имеет сугубо технический характер, рано или поздно «нефтяное счастье» заканчивается: по некоторым оценкам, в Азербайджане запасы «черного золота» будут исчерпаны через 15-20 лет. Сейчас добыча этого сырья в республике падает примерно на 2% каждый год. Азербайджанская нефтяная отрасль, работая на максимуме своих возможностей, дает всего 800 тысяч баррелей в сутки, в то время как в 2010 году соответствующий показатель составлял 1,07 млн баррелей.?Частично выбывающие объемы азербайджанской нефти удается компенсировать закачкой в трубу Баку–Тбилиси–Джейхан казахстанского и туркменского топлива, но решить таким образом все свои проблемы Баку не сможет.

В этой связи интересна одна из обсуждавшихся в Тегеране тем – взаимные инвестиции и развитие транспортного коридора «Север–Юг»; Алиев и Роухани подписали рамочное соглашение о координации железнодорожных сетей, призванное завершить стыковку стальных магистралей по линии Казвин–Решт–Астара. Еще одно важное соглашение касается совместного строительства и эксплуатации гидроэлектростанций. Сообщается, что в ближайшее время Азербайджан и Иран намерены возобновить своповые сделки в нефтяной сфере. Иран будет импортировать каспийскую нефть соседа и отгружать соответствующие объемы сырья от имени Баку со своих южных терминалов в Персидском заливе.?Среди предложений иранской стороны, вполне возможно, – вопрос о совместной эксплуатации некоторых нефтегазовых месторождений в южной акватории Каспия, создававший много лет серьезную напряженность в отношениях Баку и Тегерана. Не исключено, что к эксплуатации этих месторождений будет привлечена и российская сторона.

Со своей стороны, российский «Газпром» также предложил Ирану соглашение о газовом обмене. Согласно предложению, компания ежегодно будет поставлять в северные регионы Ирана до 10 миллиардов кубометров газа, а взамен возьмет этот газ со своих месторождений в Персидском заливе. Единственной страной, обладающей инфраструктурой для транспортировки такого количества российского газа в Иран, является Азербайджан. Однако здесь возможны варианты – ранее появлялась информация о том, что «Газпром» изучает возможность транспортировки газа через территорию Армении и Грузии.

Перед азербайджанским руководством встает задача развития несырьевой составляющей экономики и поиска новых точек соприкосновения в отношениях с Москвой и Тегераном. Обсуждение совместных экономических проектов может служить именно этой цели. Непосредственно после вышеупомянутой поездки Ильхама Алиева в Тегеран он провел телефонные консультации с президентом России, а на следующий день снова с президентом Ирана. Российско-азербайджанские контакты также оказались весьма насыщенными: Баку посетили вице-премьер Дмитрий Рогозин и заместитель министра иностранных дел Григорий Карасин. Судя по всему, основной темой переговоров с Рогозиным (хотя, возможно, и не единственной) стало урегулирование военно-технического сотрудничества двух стран, которое может испытывать сложности по причине того, что денег на оплату контрактов у Баку стало заметно меньше.

5 марта президент Азербайджана встретился с председателем совета директоров «Газпрома» Виктором Зубковым. В ходе встречи Ильхам Алиев выразил уверенность, что отношения Баку и Москвы будут расширяться. По итогам встречи было распространено оптимистичное заявление, а на следующий день глава?SOCAR Р. Абдуллаев заявил, что Азербайджан в лице?SOCAR поддерживает инициативу России и ряда стран-членов ОПЕК заморозить добычу на уровне января 2016 г.

Западные источники рассматривают активизацию связей по линии Москва–Тегеран–Баку в контексте российско-турецкого кризиса, подозревая Москву и Тегеран в совместной реализации некоего коварного плана, направленного на ослабление региональных позиций Анкары и, соответственно, ограничение прозападных устремлений Азербайджана. Важным индикатором является также отношение к сирийскому кризису: официальный Баку не желает присоединяться ни к одному из конкурирующих там военно-политических блоков. Конечно, в США хотели бы видеть Азербайджан в одном ряду с де-факто помогающими террористам Саудовской Аравией и Турцией, однако подобного рода шаги могли бы крайне непредсказуемо сказаться на внутренней стабильности прикаспийской страны. Пример самой Турции в этой связи достаточно показателен. Немало шума наделало также высказывание заместителя министра иностранных дел Азербайджана, опытного дипломата Араза Азимова, которое было интерпретировано как свидетельство поддержки Башара Асада. Понятно, что это полностью противоречит позиции Анкары, делающей для свержения легитимного сирийского лидера все возможное и даже почти невозможное. И, напротив, полностью соответствует консолидированной позиции Москвы и Тегерана, последовательно поддерживающих легитимное сирийское руководство. 10 марта стало известно о подготовке трехстороннего документа о сотрудничестве в сфере охраны границ. В этой связи некоторые бакинские СМИ возвестили о формировании союза трех: «Россия–Иран–Азербайджан». «Времена, когда в отношениях между странами были путаницы и недомолвки, подозрения и недопонимания, постепенно уходят в историю. Обладая большими возможностями для прорыва, будучи нацеленными на инновационные идеи и решения, Баку, Москва и Тегеран смогут сообща совершить рывок и сотворить великую историю», – пафосно утверждает околовластный интернет-ресурс Haqqin.az.

Между тем, оснований для выводов о каких-либо коренных изменениях во внешней политике Азербайджана не просматривается. Скорее всего, речь может идти о некоторых тактических корректировках, не подвергающих сомнению основные ее приоритеты, среди которых, прежде всего – стратегическое партнерство с Турцией по различным направлениям. Экономическая заинтересованность в обширном российском рынке как самого Азербайджана, так и его турецких союзников, оказавшихся в сложном положении, вполне понятна. В наступившем году российская служба фитосанитарного контроля неоднократно выражала беспокойство в связи с резким ростом объема поставляемых в Россию свежих томатов (ни много ни мало на 3 с половиной тысячи тонн), а также иной овощной продукции. Можно предположить, что речь идет о нелегальном экспорте растительной продукции – конечно, не только из Турции, но и из стран Евросоюза. По данным таможенной службы самого Азербайджана, экспорт овощей и некоторых съедобных корнеплодов и клубнеплодов увеличился с 912,6 тысячи долларов в январе 2015 года до 3,116 миллионов долларов – в январе 2016 года, обозначив, таким образом, более чем трехкратный рост. А вывоз овощей вообще увеличился почти что в пять раз, притом что, по данным Госкомстата Азербайджана, их производство в течение пяти последних лет крутится вокруг отметки в 1,2 миллиона тонн. И сколько бы ни рассказывали нам о рекордных урожаях и о стахановских темпах возведения тепличных хозяйств и сопутствующей инфраструктуры – выглядит это малоубедительно…

С контактами высокого политического уровня между Баку и Анкарой тоже все в порядке, как и прежде. Отмененный из-за теракта в Анкаре февральский визит в Гянджу турецкого лидера Эрдогана переназначен на конец апреля, когда он приедет в Баку для участия в Глобальном форуме Альянса цивилизаций ООН. Вообще, следует отметить высокую частоту проведения на берегах Апшерона разного рода «глобальных» форумов с яркими названиями, на которых якобы, ни много ни мало, «закладываются основы нового миропорядка» и обсуждаются глубинные вопросы бытия. Так, 10 марта стартовал очередной, IV Глобальный (а как же иначе?) Бакинский форум на тему «К многополярному миру». Сообщается, что двухдневный форум, организованный Международным центром Низами Гянджеви, проводится в рамках сотрудничества с Советом взаимодействия, Мадридским клубом, Александрийской библиотекой, Римским клубом, Всемирной академией науки и культуры. Открывая форум, азербайджанский лидер вновь в привычной для него жесткой манере заявил о неприемлемости статус-кво вокруг Нагорного Карабаха, попытавшись приписать аналогичные мысли сопредседателям Минской группы ОБСЕ...

Возможно, своеобразной «артподготовкой» к поездке турецкого президента на очередной (апрельский) «глобальный» форум стала очередная эскалация напряженности на линии соприкосновения сторон в Нагорном Карабахе. По сообщению Министерства обороны НКР, в ночь на 9 марта имела место очередная попытка проникновения азербайджанской диверсионно-разведывательной группы на юго-восточном направлении, своевременно выявленная и пресеченная Армией обороны Арцаха. Уже не в первый раз обострение ситуации в регионе нагорно-карабахского конфликта связывают с наличием на азербайджанской стороне турецких военных советников и инструкторов. В этой связи достаточно тревожно выглядит информация о якобы санкционированной турецкими властями операции, главной целью которой стало бы возобновление военных действий вокруг Нагорного Карабаха, что, по мнению стратегов внешнеполитического курса Анкары, помогло бы отвлечь Москву от событий в Сирии, создав ей дополнительные проблемы. В этом контексте можно вспомнить резкую активизацию боевых действий вокруг Нагорного Карабаха летом 2014 года, по странной случайности совпавшую с отчаянными попытками украинских формирований (особенно после катастрофы малайзийского «Боинга» 17 июля) отрезать самопровозглашенные республики Донбасса от российской границы. Однако если в случае с Украиной в эскалации боевых действий объективно заинтересован Запад (и прежде всего США), то в случае с Карабахом речь идет, конечно же, в первую очередь о Турции, серьезно страдающей от российских санкций и вынашивающей планы «асимметричного» реванша.

Конечно, десятилетия плотного военно-политического и военно-технического сотрудничества между Баку и Анкарой не прошли даром, и их следствием, вполне возможно, стало появление в силовых структурах Азербайджана широкой сети «агентов влияния». Спорадические столкновения вполне могли бы перерасти в крупномасштабный конфликт, что соответствовало бы интересам Анкары и полностью дискредитировало политику Москвы, выступающей за исключительно политическое урегулирование конфликта и при этом прилагающей усилия для поддержания баланса между сторонами. Согласно прогнозам американской конторы Stratfor, «нет никаких сомнений в том, что стратегическая позиция России на Кавказе имеет слабые места, которыми Запад, Турция и другие игроки захотят воспользоваться. В ближайшем будущем Россия останется доминирующей военной державой в этом регионе, однако ее экономические проблемы и участие в украинском и сирийском конфликтах могут сделать поддержание влияния на Кавказе – и управление сложной системой отношений в этом регионе – гораздо более сложной задачей». И сложности создать постараются, в чем можно быть уверенными, как бы кто ни пытался сей факт замаскировать.

В этой связи внешнеполитическая активность Москвы на закавказском направлении становится более понятной. В ходе гипотетического возобновления боевых действий российско-армянское партнерство неизбежно подвергнется серьезному испытанию на прочность. И в этой связи меры по довооружению российской военной базы в Армении выглядят вполне оправданными и логичными. Ереван намерен продолжать тесное военно-техническое сотрудничество с Москвой, закупая российские вооружения, в целях сохранения баланса в регионе, заявил министр иностранных дел Армении Эдвард Налбандян. Конечно, соответствующие вопросы не могли не обсуждаться в ходе состоявшегося 10 марта рабочего визита в Москву президента Армении.

…Сложно представить, что Ильхам Алиев, при всей своей радикальной риторике, способен пойти на шаги, непоправимые для его же собственной страны – пусть даже под влиянием своего не в меру эмоционального и одержимого антироссийскими фобиями турецкого коллеги. Ведь в этом случае все дифирамбы мудрой внешней политике азербайджанского лидера окончательно лопнут, подобно мыльному пузырю. Судьба бывшего «маяка демократии» на Кавказе, любимца Джорджа Буша и Кондолизы Райс, а ныне незадачливого одесского губернатора Михаила Саакашвили, пока еще пытающегося увильнуть от справедливого суда в родной стране, – лучшее тому доказательство. Не говоря уж о том, что о глобальных форумах, посвященных глобальным проблемам человечества, их зарубежные участники быстро позабудут.

Андрей Арешев, специально для «НК»

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 12 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты