№6 (281) июнь 2016 г

Николай Антошкин: У нас есть что защищать, чем защищать и кому защищать

Просмотров: 2704

О российской авиации, поддержке космических программ, ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС, деятельности в Государственной думе РФ рассказывает Николай Антошкин, депутат ГД РФ, генерал-полковник, Герой Советского Союза.

– Николай Тимофеевич, какие задачи Вы решаете в Государственной думе РФ?

– Я вхожу в комитет по природным ресурсам, природопользованию и экологии, так как участвовал в ликвидации аварий и техногенных катастроф, в том числе на Чернобыльской АЭС, последствий землетрясения в Армении и Таджикистане, спасал выживших в авиакатастрофах, рыбаков на водных пространствах, бомбил ледяные заторы.

Одна из моих задач – законотворчество. Наш комитет самый многочисленный, он готовит много нужных для страны законопроектов. Недавно в первом чтении мы приняли закон «Зеленый пояс мегаполисов». Речь идет о крупных городах – Москве, Санкт-Петербурге и других, вокруг которых необходимо сохранить зеленые насаждения и водные пространства, обеспечивающие благоприятные экологические условия для жизни и деятельности людей.

Как военный, участвую также и в подготовке законопроектов по этой линии. Разработан закон о бесплатном проезде на общественном транспорте курсантов военных училищ, кадетов, суворовцев, нахимовцев. Это ребята в основном из семей со скромным достатком. Планируем принять закон о предоставлении определенных льгот, в том числе и при поступлении в высшие военные учебные заведения, участникам боевых действий, также и в Сирии.

Второе направление – это работа с населением, помогать людям на местах, вместе с ними решать их проблемы. Человек не хочет жить будущим, он хочет жить настоящим, у него очень много проблем, которые некоторые чиновники недопонимают. Они отмахиваются от них, или просто игнорируют, или месяцами не решают.

И у людей возникает недоверие к власти, недоверие к Государственной думе, которая принимает законы, а на местах они должным образом и в должном объеме не выполняются. Это касается всех категорий граждан, в том числе и чернобыльцев. В районе «Динамо», за который я отвечаю как депутат, мы сделали в этом плане за короткий промежуток времени уже очень многое.

– В течение длительного времени Вы командовали фронтовой авиацией ВВС России, как развивается она сегодня?

– Еще до Великой Отечественной войны авиационные командиры мечтали, чтобы боевая авиация была собрана в «единый кулак» и решала задачи в интересах сухопутных войск и флота. До войны фронтовая авиация была распылена по корпусам, армиям, округам. Когда началась война, авиации у нас было больше, чем у немцев, но у них она была в «одном кулаке», и противник мгновенно перебрасывал ее в нужные места. Мы не имели такой возможности и поэтому били врага не кулаком, а распыленными пальцами, что позволяло немцам создавать преимущество на нужных направлениях.

После Великой Отечественной войны мне впервые удалось собрать авиацию в «один кулак». Мы предложили Главкому организовать фронтовую авиацию, 5 субъектов управления вместо почти 30. Эта структура просуществовала 4 года. Когда в «одном кулаке» оказалось столько боевых самолетов, на Западе забеспокоились, командование фронтовой авиации было расформировано.

– Фронтовая авиация сегодня существует, как она действует в Сирии?

– Название «фронтовая» существует, но в «один кулак» она не объединена. Сейчас объединение идет по другому принципу – ВВС и ПВО, воздушно-космические силы, а объединения переданы командованиям военных округов.

С приходом министра обороны Сергея Шойгу и начальника Генерального штаба ситуация в Министерстве обороны в корне изменилась. До их прихода многие люди даже не хотели служить в армии, боевая подготовка и моральный дух были на низком уровне, учения не проводились.

Я выступал по этому поводу в Госдуме и особо подчеркнул, что уровень боевой подготовки, моральный дух в армии сегодня соответствуют современным условиям ведения боевых действий. Такого морального духа, в том числе среди российских военных в Сирии, я не ощущал со времен Великой Отечественной войны.

Министр обороны, начальник Генерального штаба, большинство руководителей на местах профессионально и четко руководят российской армией. Она оснащается новой боевой техникой, новая и модернизированная техника превалирует по сравнению с предыдущими временами. Во время югославских событий не было в достаточном количестве ни самолетов, ни летчиков для того, чтобы оказать помощь сербам и противодействовать Западу. Сегодня – совсем другое дело. Конечно, пока количество самолетов и вертолетов еще не то, которое хотелось бы иметь. Сегодня во всей России самолетов и вертолетов меньше, чем было во времена моего командования во фронтовой авиации. Но модернизация и поставка новых современных авиационных комплексов идет полным ходом. Побеждать надо не только количеством, но и качеством и подготовкой летного и инженерно-технического состава.

Что касается Сирии, я был там уже четыре раза. В Сирии воюют мои бывшие подчиненные, когда-то они были курсантами и лейтенантами, многим из них я давал допуски, сейчас они офицеры и генералы.

– В последнее время активность НАТО вблизи российских границ возросла, насколько велика в связи с этим угроза для безопасности РФ? Какие ответные шаги предпринимаются Россией в военном и политическом плане?

– Приближение войск НАТО к нашим границам – большая угроза нашей безопасности, и не надо лукавить. Работа руководством нашей страны ведется по всем направлениям, и в плане политическом, и в плане военном. Мы проводим в соответствующих районах военные учения, демонстрируем новую технику, как это было на параде 9 мая, меняем состав группировок. У нас есть что защищать, чем защищать и кому защищать. Руководство страны в полной мере понимает ситуацию и своевременно принимает соответствующие решения.

На западном направлении восстановлена первая гвардейская танковая армия. Формируются и создаются три новые дивизии, две будут развернуты на западном направлении в этом году и одна на южном. Восстанавливается северная группировка войск. Главное, у нас есть триада для сдерживания агрессивных устремлений наших противников – ядерное оружие, которое находится в высокой боевой готовности в достаточном количестве и мощности.

Как военный человек, я 12 лет обучался в учебных заведениях и на курсах, готовился для защиты Отечества с применением всех видов оружия, но я каждодневно выступаю за то, чтобы не было войны, тем более не пришлось применять ядерное или химическое оружие. Война – антигуманное, противоестественное явление в человеческом обществе, а не только продолжение политики насильственными средствами. Это смерть, унижения, голод, разруха, болезни, холод, миллионы исковерканных судеб. Когда мы участвовали в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, поняли, что один Чернобыль хуже всякой войны. Одно дело погибнуть от пули, другое – от облучения и ожогов. Чернобыль – тяжелейшая техногенная катастрофа ХХ века.

– Недавно отмечалась дата 30-летия аварии на Чернобыльской АЭС, в ликвидации последствий которой Вы принимали участие. За личный вклад в успешное проведение работ, проявленные при этом мужество и героизм Вам было присвоено звание Героя Советского Союза. Что происходит на АЭС сегодня?

– Достойных этого высокого звания было много, не я один. Его заслужили пожарные, летчики, химики, воины других специальностей. Я лично тоже представлял к этой награде 4 человек. До сих пор отношение к чернобыльцам не то, которого они заслуживают, а ведь эти люди спасали мир. Мы тушили пожар, наращивали наполнителями защитный слой в течение десяти суток, горели 2,5 тысячи тонн графита, в час выгорала только 1 тонна, и если бы эти ядовитые облака распространялись, весь земной шар был бы окутан ими. Мало кто знает, как и в какой обстановке работали люди. Об этом объективно могут рассказать только те, кто в первые дни участвовал в локализации и ликвидации последствий этой катастрофы.

Сегодня на Чернобыльской АЭС существуют несколько серьезных угроз. Первая – 2-й саркофаг, его не закрыли до конца, он рассчитан был лет на тридцать, срок прошел, на нем есть трещины, и возможна радиоактивная утечка. Уже десять лет сооружается новый, и наше государство каждый год выделяет на это 5?млн евро, но саркофага до сих пор нет. Вторая – в этом районе планируют создать зону ядерных захоронений со всей Европы, что представляет большую опасность не только для Украины, но и Беларуси и России. Третья – украинцы пытаются заменить российское ядерное топливо на американское, но ведь реакторы и технологии разные, и ученые считают, что безопасной совместимости нет. Последствия могут быть тяжелыми, пострадает и Россия, и Европа, и мир. В случае новой катастрофы у ослабленной Украины нет никаких резервов и возможностей для ликвидации ее последствий.

При всей мощи Советского Союза нам понадобилось 10 суток, чтобы справиться с огнем, ликвидировать последствия только к концу 1990 года. Авиационная группа, которой я руководил, сделала более 4 тысяч вылетов за десять суток, притом около 3 тысяч вылетов в одну точку – на реактор. Вода, которой пытались тушить пожар, тут же испарялась, потому что на высоте 200 метров температура доходила до 200 градусов. Температура в кабинах самолетов достигала 60-80 градусов, уровень радиации – 3-3,5 тысячи рентген. Решения принимались в тяжелейшей ситуации, и мы четко их выполняли.

Около 100 самолетов и вертолетов, 10 тысяч машин работали на земле и в воздухе, большинство из них остались там брошенными, так как были заражены. А украинцы их переплавили, в том числе на трубы для подачи воды, и продали также Западу, а в этих трубах – наведенная радиация. И это еще одна угроза. Кроме того, в такой почти неуправляемой стране, как Украина, сегодня террористы или бывшие бандеровцы могут использовать Чернобыль и другие ядерные объекты в своих преступных целях, устроить взрыв, и тогда случится страшная беда. Ведь в каждом реакторе находится огромное количество ядерного горючего, графита – около 2,5 тысячи тонн.

Учитывая все это, Государственная дума РФ по инициативе партии «Единая Россия» к 30-летней годовщине аварии на Чернобыльской АЭС обратилась со специальным обращением к народам Европы, к украинцам с призывом навести в Чернобыле порядок и не принимать неприемлемых решений. Ведь в свое время от последствий катастрофы пострадали 17 европейских государств.

– Какие пути решения карабахского вопроса Вы видите?

– Только мирный путь. Мы не один век жили вместе и объединялись для защиты, в том числе и от Османской империи.

– Вы принимали участие в ликвидации последствий землетрясения в Армении в 1988 году, поставляли материалы, продовольствие…

– Начиная от юрт, печей, разных машин, экскаваторов, бульдозеров, резаков до нескольких тонн крови для переливания пострадавшим. Мы собрали и передали Армении более 3 миллионов рублей, снимали с довольствия инженерно-технический и летный состав, чтобы отправить продукты нуждающимся. Возили воду, палатки, даже дрова, которых в Армении не было в достаточном количестве.

– Многое переправлялось через Азербайджан. Блокада Армении, стратегического и военного союзника России, продолжается. Не кажется ли Вам, что Россия более активно должна участвовать в ее снятии?

– Этим вопросом занимаются руководители нашего государства. Я лично считаю, что Азербайджан не должен осуществлять блокаду Армении. Рано или поздно снять блокаду Армении придется все равно. Азербайджан и Армения – соседи и бывшие республики Советского Союза, они должны все вопросы решать мирным путем за столом переговоров.

Россия не оставит Армению в беде. Мы хорошо знаем, сколько армян участвовало в Великой Отечественной войне, сколько было среди них Героев Советского Союза, дважды Героев, маршалов. Из трех адмиралов флота Советского Союза один – армянин, Иван Исаков. В русском полководце Суворове текла, по данным многих историков, армянская кровь.

Во время событий в Сумгаите мне пришлось вместе со своими подчиненными спасать и армян, и русских, размещать беженцев на аэродромах в Кубинке и других в Московском военном округе. Только за несколько суток мы приняли порядка 15 тысяч человек. Надо было устроить, накормить людей. После ухода со службы, когда я уже работал на общественной работе, многие армяне помогали мне в решении вопросов. Орденом «Гордость России», которого удостаиваются очень немногие, мы наградили Католикоса всех армян Гарегина II, а медалью к ордену – главу Ново-Нахичеванской и Российской епархии Армянской Апостольской Церкви архиепископа Езраса. Вместе с тем мы постоянно контактируем с нашими азербайджанскими друзьями и хотим, чтобы они понимали и наше положение.

– Вы инициатор установки памятника маршалу Баграмяну в Москве. Расскажите об этом.

– У меня была мечта поставить памятники двум Иванам, двум маршалам – Ивану Кожедубу и Ивану Баграмяну. Я знал этих людей лично. Один украинец, другой армянин. Мы всегда в нашей стране жили дружно, не теряя при этом свою культуру, язык и традиции. Этими двумя памятниками или одним единым хотелось бы еще раз продемонстрировать дружбу наших народов. И если будет обеспечено финансирование, памятник маршалу Баграмяну появится, с этим вопросом я обратился к армянской диаспоре в России.

В парке «Патриот», который создает Министерство обороны, мы планируем создать интернациональную аллею Героев, на которой будут бюсты, фотографии Героев из бывших республик Советского Союза, 18 иностранных государств, от солдата до Генералиссимуса, всех родов войск, всех военных специальностей, всех национальностей, всех субъектов РФ, всех зон конфликтов. Также будут сооружены пять часовен разных конфессий – православная, армяно-григорианская, еврейская, мусульманская и буддистская.

– В 1976 году Вы впервые в мире осуществили синхронную с космическим кораблем «Союз-21» с космонавтами Борисом Волыновым и Виталием Жолобовым на борту съемку земной поверхности в районе космодрома Байконур, расскажите об этом.

– Такую съемку я производил дважды. В то время проходила испытание специальная техника для съемок наземных объектов, природных ресурсов и территорий. Нужно было секунда в секунду выходить в заданную точку, производить топосъемку с самолета и с космического корабля одновременно для сравнения в части разрешающей способности. Для этого были задействованы несколько разведывательных полков. Я командовал полком в Средней Азии. Съемка получилась с первого раза, поэтому правительство поручило эту задачу мне, за что потом отметило благодарностью. Космонавты Борис Волынов и Виталий Жолобов подарили мне за совместную работу свою предстартовую фотографию. Сегодня Борис Волынов входит в правление Клуба Героев, мы дружим с ним много лет, а Виталий Жолобов живет на Украине.

– Таким образом, Вы имеете прямое отношение и к космическим программам?

– Когда я командовал ВВС Среднеазиатского военного округа, это была моя зона ответственности. При запуске и приземлении космического корабля мы должны были обеспечивать коридор безопасности, где могла произойти посадка. Если приземление космонавтов осуществлялось по какой-то причине на водном пространстве, оперативно проводилась спасательная операция с использованием быстроходных катеров и моторных лодок. В нашем распоряжении был целый полк транспортных самолетов на случай, если приземление происходило на суше в отдаленных районах, в Караганде базировалась отдельная эскадрилья вертолетов. Поисково-спасательная служба приводилась в полную готовность, так как в момент приземления нужно было мгновенно доставить к космонавтам технику и людей для их эвакуации с места посадки. Обеспечение запусков и приземлений космонавтов – сложная, трудная и ответственная работа.

Мы обеспечивали также взлет и посадку орбитального корабля «Буран». При посадке «Буран» сопровождал самолет МИГ-25 Магомеда Толбоева. За парадной стороной было столько труда ученых, специалистов, военных.

– Недавно на новом российском космодроме Восточный был произведен первый запуск ракеты «Союз 2.1а», которая вывела на орбиту три исследовательских студенческих спутника. Запуск был произведен со второй попытки, ситуация на космодроме урегулирована или не все еще проблемы устранены?

– Сложности и определенные неудачи имели место в свое время и на Байконуре. Проблемы были и у американцев, никто от этого не застрахован. Другое дело, когда допускаются определенные махинации при строительстве и подготовке к пускам. Генеральная прокуратура и Следственный комитет занимаются этим, и, по всей видимости, виновники недостатков будут привлечены к ответственности.

На таких объектах важно соблюдать технологию строительства, так как речь идет о безопасности людей на земле и в воздухе, ведь в ракету заправляют тысячи тонн топлива. Космонавтика уже давно играет огромную роль в жизни и взаимоотношениях человеческого общества, и мы должны поддерживать на соответствующей высоте отечественную космическую программу.

– Вы занимались очень интересной темой – НЛО, каково Ваше мнение относительно этого явления?

– Впервые мы наблюдали НЛО в 1969 году в районе аэродрома Возжаевка. Мы тут же подняли в воздух самолет МИГ-21, но НЛО мгновенно ушел.

– А Вы сами видели НЛО?

– Конечно. Приблизительно в 4 километрах от нашего аэродрома мы наблюдали в воздухе оранжевый шар, сначала даже решили, что это пожар на самолете, связались со всеми пилотами, оказалось все в полном порядке. В этот самый момент пилотаж выполнял МИГ-21. Летчику был дан приказ прекратить задание и приблизиться к шару. До объекта, который находился в зависшем положении, нашему самолету оставалось километра 2 или 4. И тут мы увидели, как шар с колоссальной скоростью взмыл вверх. Через несколько секунд можно было видеть только точку. Второй раз это случилось в Средней Азии, в Талды-Кургане, картина была та же. Когда в воздух поднялся МИГ-23, объект точно таким же образом исчез. Третий раз это произошло в Липецке. После первого случая еще в то далекое время было дано распоряжение не распространяться на тему НЛО.

Космос безграничен, другие цивилизации существуют, существуют другие обжитые планеты. Наверное, есть и Создатель, как бы его ни называли. Есть, наверное, в космосе и какая-то иерархия.

– Вы уверены, что есть другие цивилизации?

– Уверен. В космической иерархии мы даже не знаем, какое место занимаем. Я думаю, что лет через 12-15 мы сможем контактировать с космическими соседями, у меня есть определенная уверенность в этом. Ничему нельзя удивляться, возможности человека безграничны, а возможности других обитателей космоса мы и представить себе не можем.

Беседу вел Григорий Анисонян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 10 человек

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты