Юбилей Рачии Ачаряна под эгидой ЮНЕСКО

Рачия Акопович Ачарян (Грачья Акопович Аджарян) родился 8 (20-го по новому стилю) марта 1876-го в Константинополе (ныне Стамбул), в квартале Саматия, в семье сапожника.

В неполные 7 лет поступил в училище Арамян, где выявились его языковые способности. Мальчик одновременно изучал в училище армянский, французский и турецкий языки и за два года прошел весь школьный курс. После этого в 9 лет поступил в училище Саакян и за четыре года с блеском окончил его. В лицее «Гетронаган» на территории собора Сурб Григора Лусаворича (Святого Григория Просветителя), основанном в 1886-м, выучил французский и персидский языки.

Рачия был одноглазый, потерял зрение в годовалом возрасте – сжег роговицу левого глаза, видимо, врачи не помогли, – но имел большое пристрастие к чтению. Однажды случилось ему с другими монахами из собора Григора Лусаворича пойти в пещеру, где находились книги. Он спрятался в глубине пещеры, чтобы монахи подумали, что он вышел прежде них, а те вышли и заперли дверь. По прошествии многих дней монахи вновь пошли по каким-то нуждам в эту пещеру, увидели его и поразились. Спросили: «Как жил ты без еды и питья?» А Рачия, указав им на книги, которые прочел, сказал: «Вот мои еда и питье, ими я эти дни питался и утолял жажду».

Высшее образование Рачия получил в Парижском и Страсбургском университетах, где изучал языки и стал известен исследованиями в арменоведении. В Сорбонне (коммуне во Франции) его учителем был Антуан Мейе, крупный французский лингвист. В 1897-м Ачарян участвовал в XI Международном конгрессе востоковедов в Париже; тогда же, в 21 год от роду, был избран членом Парижского лингвистического общества, представив исследования в лазском языке.

После завершения многолетнего образования Рачия Ачарян работал преподавателем в Эчмиадзине (1898–1902), затем в Шуши (1902–1904), где встретил свою будущую супругу Арусяк. Давал уроки в Нор-Баязете (1906–1907, ныне Гавар), Нор-Нахичевани (1907–1919, ныне часть Пролетарского района г. Ростов-на-Дону). Вместе с 600 армянами, спасшимися во время Шемахинской резни, супруги перебрались в иранский Тебриз (1919–1923). В 1923-м он получил приглашение от властей Советской Армении преподавать в Ереванском государственном университете (ЕГУ) курс армянского языка и общего языкознания, а также персидского и арабского языков, где и проработал 30 лет. В 1940-м инициировал создание кафедры восточной филологии, восточных языков и литературы в университете.

После смерти в 1925-м первой жены Арусяк, Ачарян женился на одной из своих студенток – Софик.

29 сентября 1937-го доктор филологических наук (1935), профессор Ачарян был арестован по обвинению в том, что является английским резидентом и состоит в якобы действовавшей в университете контрреволюционной группе профессоров.

Близкие Ачаряна спасли некоторые его рукописи, которые сложили в железный ящик и закопали под деревом в саду в районе Нор Бутания в Ереване. Странное дело – дерево это не поливали года два, до освобождения Ачаряна из тюрьмы, а ему ничего не сделалось, росло себе, как обычно.

Суд приговорил Ачаряна к шести годам лишения свободы, но 19 декабря 1939-го он был освобожден.

Каким-то чудом ученый был спасен первым заместителем главы НКВД Армении Суреном Товмасяном и через два года мучений в застенках был помилован «за отсутствием состава преступления». Восстановленный в должности и правах, профессор вернулся в университет.

Товмасяну доложили, что «враг народа» Ачарян категорически отказывается от обвинения в том, что является агентом турецкой разведки. При очной ставке Ачарян, глядя в глаза Товмасяну, сказал: «Готов признать, что работал на любую из разведок мира, но только не на турецкую: турки вырезали всю мою родню. Так что увольте…» Товмасян, будущий первый секретарь ЦК Компартии Армении (1953–1960), распорядился освободить профессора.

Научный сотрудник Института языка Академии наук Армянской ССР и профессор ЕГУ Ачарян в 1949-м был уволен с работы, в апреле 1950-го восстановлен – по личному распоряжению И.В. Сталина (после ходатайства Чарквиани, Чикобавы и др.).

Наступление марристов (последователей Н.Я. Марра) в Армении оказалось относительно успешным. Они не пользовались авторитетом в республике, но их претензии были поддержаны идеологическими службами ЦК ВКП(б). Это обстоятельство оказалось решающим и для первого секретаря ЦК КП(б) Армении Георгия Арутинова. Ачарян и его коллега академик-лингвист Григорий Капанцян были сняты со своих постов, началось изгнание их сторонников из Ереванского университета и Института языка.

В конце Великой Отечественной войны И.В. Сталин решил, что каждая из наук должна была иметь лишь одного бесспорного лидера. В языкознании на эту роль когда-то претендовал Николай Яковлевич Марр (1864–1934) со своим «новым учением о языке». Марр, наполовину шотландец, наполовину грузин, выросший в грузинской среде, утверждал, например, что грузинский и армянский языки являются родственными, что русский язык ближе к грузинскому, чем к украинскому.

В список «идеалистов» попали и кавказские языковеды, в том числе Арнольд Чикобава. Он также не являлся последователем Марра.

В 1949 г. первый секретарь ЦК КП(б) Грузии Кандид Чарквиани (в 1938–1952?гг.) написал Сталину письмо, содержавшее критику «нового учения о языке» академика Марра. Последовавшая встреча Сталина, Чарквиани и академика Чикобавы в начале апреля 1950-го, по-видимому, положила начало пересмотру отношения к теории Марра, завершившемуся выходом в 1950-м статьи Сталина «Марксизм и вопросы языкознания» и разгромом марристов.

Беседа началась в 9 часов вечера в загородной резиденции Генсека в Кунцево (ныне в пределах Москвы). Сталин высказал вначале несколько замечаний и пожеланий по поводу «Толкового словаря грузинского языка», первый том которого только что вышел в свет под редакцией Чикобавы. Книга лежала на столе у Сталина, и было видно, что он внимательно знакомился с этим словарем. После этого перешли к «новому учению о языке». Чикобава рассчитывал уложиться в 20–30 минут, но Сталин прервал его и сказал, что не нужно торопиться.

Вот что рассказано в книге Роя и Жореса Медведевых «Неизвестный Сталин» (Москва, изд. «Время», 2007 г.):

«В Армении ведущим языковедом был Рачия Ачарян, которого считали основоположником армянского языкознания. В юности Ачарян был знаком с Н. Марром и даже пользовался его покровительством. Однако, начав самостоятельные исследования, Ачарян стал критиковать догмы яфетической теории, и еще в 1915-м Марр грубо отверг работы Ачаряна, которым якобы «нет места в серьезном научном деле». Между тем Р. Ачарян получил образование в двух европейских университетах и был академиком не только Армянской, но и Чехословацкой академии, владел 50 языками. Многотомные работы Ачаряна – «Армянский этимологический словарь», «Армянский словарь диалектов», «Армянский словарь собственных имен», «История армянской литературы» – были уникальными изданиями. Не имела аналогов и его «Полная грамматика армянского языка в сравнении с 562 языками»…

Услышав, что в Армении сняты со своих постов академики Ачарян и Капанцян, Сталин прервал Чикобаву и попросил связать его с Ереваном. Состоялся такой диалог:

Сталин. – Товарищ Арутинов, работают у вас в республике такие люди – Ачарян и Капанцян?

Арутинов. – Да, товарищ Сталин, у нас такие люди есть, но они сейчас не работают, их сняли с постов.

Сталин. – А кто они такие?

Арутинов. – Они ученые, академики...

Сталин. – А я думал – бухгалтера: в одном месте снимут, в другом устроятся. Поторопились, товарищ Арутинов, поторопились...

И Сталин повесил трубку, не прощаясь. Смертельно напуганный Арутинов (первый секретарь ЦК Компартии Армении. – М. и Г.М.) вызвал своих помощников и заведующего отделом науки. Больного Ачаряна решили не беспокоить, а за Капанцяном послали машину. Ученого разбудили, успокоили (он мог подумать, что это арест) и повезли в ЦК КП. Арутинов объявил опальному профессору, что он назначается директором Института языка Армянской ССР. «Неужели вы не могли подождать с этой новостью до утра», – ответил невыспавшийся Капанцян».

Академик Григорий Айвазович Капанцян (1887–1957) – один из заметных оппонентов «нового учения о языке» Марра, за что во время последнего наступления марристов в 1949 г. был уволен с работы. Он выступил против марризма во время дискуссии 1950 г. в газете «Правда».

Да, действительно, Ачарян владел более чем 50 языками, в том числе армянским (как современным, так и классическим), французским, английским, греческим, персидским, арабским, турецким, ивритом, русским, грузинским, немецким, итальянским, латынью, курдским, санскритом, суретским, авестийским, лазским, пехлеви (среднеперсидским).

Полиглот Ачарян, автор около 200 трудов, составил несколько крупных словарей, в том числе монументальный «Этимологический словарь армянского языка», тщательно изучил армянские диалекты, составил каталоги армянских рукописей и написал подробные исследования по истории армянского языка и алфавита.

Самой цитируемой работой Ачаряна является именно «Этимологический словарь армянского языка». Впервые он был опубликован в Ереване в семи томах в период с 1926 по 1935 год и содержит около 11.000 статей о корневых словах и 5095 статей о корнях.

Этот монументальный труд до сих пор используется в качестве справочного материала. Антуан Мейе (1866–1936), учитель Ачаряна в Сорбонне, считал, что «ни в одном другом языке нет такого идеального этимологического словаря». Американский лингвист Джон Греппин (1937–2016) назвал его «безусловно, самым полным из когда-либо составленных словарей для любого языка». Другой американский ученый (в области османских и турецких исследований) Роберт Данкофф (род. в 1943 г.) назвал его «памятником гуманистической науке». Швейцарский тюрколог Роберт Гедель (1902–1984) охарактеризовал словарь как «монументальный энциклопедический труд, в котором собраны и обсуждены все индоевропейские этимологии армянских слов, а также добавлено множество личных предположений».

Ачарян – автор «Армянского словаря собственных имен», который издавался в пяти томах с 1942 по 1962 г. В него вошли все имена, упоминаемые в армянской литературе с V по XV век, с краткими биографиями, а также имена, распространенные среди армян впоследствии.

В 1913 году Армянский Лазаревский институт в Москве опубликовал «Армянский словарь диалектов» Ачаряна. Он включает около 30.000 слов, используемых в армянских диалектах. Его исследования различных армянских диалектов также были опубликованы в отдельных книгах. К ним относятся публикации о диалектах Нор-Нахичевани (1925), Мараги (1926–1930), Агулиса (1935), Нор-Джуги (1940), Амшена (1940), Константинополя (1941), Вана (1952).

Рачия Акопович Ачарян, заслуженный деятель науки Армении (1933), один из основателей Академии наук Армянской ССР (1943) и ее действительный член, ушел из жизни 16 апреля 1953-го в Ереване, похоронен на Тохмахском кладбище.

Полосу подготовили Марина и Гамлет Мирзоян, Москва