N 05 (116) Май 2007 года.

Грузия и НАТО

Просмотров: 3469

Евгений Примаков – академик РАН, президент Торгово-промышленной палаты РФ. В 1977-1985 гг. – директор Института востоковедения АН СССР, в 1985 – 1989 гг. – директор Института мировой экономики и международных отношений АН СССР. В 1989 – 1990 гг. кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС, в 1989-1990 гг.- председатель Совета Союза Верховного Совета СССР. С ноября 1991-го – директор Центральной службы разведки СССР; с декабря 1991-го– директор Службы внешней разведки России. 1996-1998 гг. – министр иностранных дел Российской Федерации. В сентябре 1998 – мае 1999-го – председатель правительства Российской Федерации.

— Грузинский парламент единогласно проголосовал за присоединение Грузии к НАТО. Конгресс США (такая процедура предусмотрена при приеме новых членов со стороны всех ныне находящихся в НАТО государств — вопрос решается на основании консенсуса) самым первым одобрил прием Грузии в Североатлантический союз. Что ждет Грузию в НАТО, если, конечно, все страны, входящие в эту организацию, проголосуют за ее прием?

Для ответа на этот вопрос, очевидно, следует вначале остановиться на тех изменениях, которые произошли и происходят в НАТО.

Евгений Примаков – академик РАН, президент Торгово-промышленной палаты РФ. В 1977-1985 гг. – директор Института востоковедения АН СССР, в 1985 – 1989 гг. – директор Института мировой экономики и международных отношений АН СССР. В 1989 – 1990 гг. кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС, в 1989-1990 гг.- председатель Совета Союза Верховного Совета СССР. С ноября 1991-го – директор Центральной службы разведки СССР; с декабря 1991-го– директор Службы внешней разведки России. 1996-1998 гг. – министр иностранных дел Российской Федерации. В сентябре 1998 – мае 1999-го – председатель правительства Российской Федерации.

— Грузинский парламент единогласно проголосовал за присоединение Грузии к НАТО. Конгресс США (такая процедура предусмотрена при приеме новых членов со стороны всех ныне находящихся в НАТО государств — вопрос решается на основании консенсуса) самым первым одобрил прием Грузии в Североатлантический союз. Что ждет Грузию в НАТО, если, конечно, все страны, входящие в эту организацию, проголосуют за ее прием?

Для ответа на этот вопрос, очевидно, следует вначале остановиться на тех изменениях, которые произошли и происходят в НАТО.

Первое. Вопреки распространенным прогнозам НАТО после роспуска Варшавского договора и окончания холодной войны не стало политической организацией. Более того, все заметнее военный аспект деятельности Североатлантического союза.

Второе. После окончания холодной войны НАТО из союза, призванного обеспечить безопасность входящих в него государств, все больше превращается в организацию, действующую за их пределами с целью наведения порядка (как его понимают США) в глобальном масштабе. Это становится основным направлением военной активности НАТО.

Третье. Есть основания считать, что США стремятся превратить новых членов НАТО в передовую линию, создаваемую на подступах к России и Китаю. Об этом свидетельствует размещение ПРО на территории Польши и Чехии и заявления о планах размещения таких же систем на Южном Кавказе. Если не удастся прийти по этой проблеме к согласию, исключающему ущерб российской безопасности, а это, по-видимому, дело нелегкое, новые члены НАТО, как говорится, «прямо с порога» будут втянуты в конфронтационные отношения с Россией. Не исключено, что России придется выйти из Договора о запрещении ракет средней и меньшей дальности с тем, чтобы иметь под прицелом эти системы ПРО.

Четвертое. Происходит отдаление друг от друга ранее близких процессов — вступление в НАТО и прием в Европейский союз. Многие государства раньше стремились в НАТО, считая, что это укорачивает их путь к членству в ЕС. Положение изменилось после того, как ряд стран — членов ЕС отказались принять новую конституцию союза и выразили отрицательное отношение к процессу его расширения. Этот процесс, по сути, сведен к переговорам лишь с теми государствами, которые уже были объявлены кандидатами на прием в Европейский союз.

Таким образом, становится ясно, что приобщаться к Западу — это одно, а вступать в НАТО — совсем другое. Кстати, такие процветающие страны, как Австрия, Швеция, Швейцария, не члены НАТО и не претендуют на членство в этой организации. Не входит в НАТО и Финляндия, успехи которой в экономическом, научно-техническом и социальном направлениях в столь короткие исторические сроки просто поразительны. Ну, а какие специфические условия могут быть созданы именно для Грузии при ее приеме в НАТО?

Я понимаю, что тяга к вступлению в эту организацию для многих в Грузии связывается со стремлением восстановить территориальную целостность страны, иными словами, вновь включить в Грузию фактически отделившихся от нее Абхазию и Южную Осетию. Однако эта проблема абсолютно не связана с НАТО. Наивно надеяться на то, что Североатлантический союз применит военную силу для того, чтобы восстановить Грузию в административных границах, существовавших при СССР. Или создаст щит в случае попыток вернуть эти территории силой. Кстати, нежелание брать на себя ответственность за территориальные споры вновь принимаемых в НАТО членов проявилось, например, в том, что Румыния и Венгрия перед приемом в НАТО отказались от всех спорных территориальных проблем. Если даже их наличие не предотвратит прием Грузии в Североатлантический союз, отношение НАТО к территориальным проблемам своих членов в главном не изменится. Этот союз и в первоначальном, и в сегодняшнем виде создан и развивается не с целью борьбы против сепаратизма. Об этом свидетельствует хотя бы отношение НАТО к проблеме Косово.

Беспочвенны также расчеты на то, что после приема Грузии в НАТО эта организация сможет играть миротворческую роль, направив своих представителей в зоны конфликтов. Для осуществления таких миссий необходимо согласие не одной, а двух сторон, вовлеченных в конфликт, а позиции Абхазии и Южной Осетии вряд ли станут менее жесткими по этому вопросу после вступления Грузии в НАТО. Одновременно вступление в НАТО, конечно же, не будет способствовать улучшению отношений Грузии с Россией, и это неизбежно скажется на общей картине.

Я понимаю, что никто не может запретить Грузии сделать натовский выбор. Но мне представляется, что такой выбор был бы ошибкой.

Отношения Тбилиси с Сухуми и Цхинвали, да и грузино-российские отношения следует выправлять путем переговоров, находя приемлемые для сторон решения. Должны быть при этом полностью исключены любые односторонние действия. Только в этом случае можно сдвинуть с места нелегкий процесс урегулирования конфликтов.

Уверен, что будущее и для России, и для Грузии — в установлении и развитии партнерских отношений. События показали, что Грузия может кое в чем прожить без России, и тем более Россия без Грузии. Но лучше все-таки грузинам и россиянам жить, когда между ними не будет натовского барьера.

«МН»

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 10 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Примаков прав. Дай Бог ему здоровья.
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты