№ 20 (226) Ноябрь (1-15) 2013 года.

«Устал жить в конфликте с судьбой»

Просмотров: 1940
25 октября золотому перу армянской журналистики Иосифу Вердияну исполнилось бы 70 лет Неполных десять лет с того самого дня, когда армянская журналистика лишилась одного из талантливых своих журналистов, проскочили как миг. А ведь утро 9 апреля 2004 года не предвещало ничего трагического. Обычный рабочий день для всех, кто работал в редакции популярного в республике еженедельника «Урарту» – детища Иосифа Вердияна, занявшего на газетном рынке за короткое время достойную нишу. Впрочем, как средство массовой информации, публикующее на своих страницах злободневные и актуальные статьи об армянской реальности того периода, еженедельник «Урарту» был читаем и в среде политических и государственных деятелей Армении.

Лидеры некоторых политических партий, желая переподчинить себе «Урарту», предлагали его главному редактору и учредителю немалые деньги. Однако для Иосифа Вердияна ценнее денег были его творческая свобода и независимый статус газеты. Выше этого он считал лишь семью – обаятельную супругу, профессора вокала Ереванской консерватории Рузанну Багдасарян, сына Баграта и дочку Зарочку.

В тот день он, как всегда, был в редакционных поисках. Менял рубрики, искал новые имена обозревателей, корректировал структуру корреспондентского корпуса. С новым ответсеком обсуждал некоторые изменения в информационной политике газеты. Мне он предложил открыть вторую спортивную страницу и посвятить ее шахматам. Неспроста – «Урарту» была обещана спонсорская поддержка шахматного руководства страны. К слову, в шахматы Иосиф Семенович Вердиян играл очень прилично, хорошо разбирался во многих тонкостях этой древней игры. Отсюда и его яркие, запоминающиеся интервью с чемпионами мира Анатолием Карповым и Гарри Каспаровым.

Мы были с ним соседями по кварталу и обычно возвращались домой вместе. В тот день он – замечательный семьянин, нежный и любящий отец – решил задержаться в редакции: сын Баграт дома, в его рабочем кабинете, пишет дипломную работу, не хотелось отвлекать. Решил заняться редакционным запасом – статьями, ждущими своей очереди на газетные полосы. Отпустив сотрудников, сказал им, что задержится еще на час. Через неполный час он вскочил со стула от неожиданной боли в груди и... упал, сраженный недугом, который уже несколько лет как пристроился в его широком, благородном сердце.

Иосиф, сын Семена из славного рода Вердиянов (он любил шутить, говоря, что и великий композитор Джузеппе Верди из их рода, просто в жизненной суматохе потерял армянское окончание фамилии) родился в Кировабаде (ныне Гянджа, бывший Гандзак – столица северного Арцаха) – городе, в котором пока еще все было навеяно стариной: поэзией Низами, Месхети и Давтака, златословием баснописца и правоведа Мхитара Гоша, историческими повествованиями Киракоса Гандзакеци и знаменитыми лекциями по естественным наукам Средневековья Ованеса Саркавага, учеными трудами Давида Алавка и Григора Токавера.

Среднюю школу Иосиф окончил на «отлично». Продолжить учебу решил в Ереване, на филфаке Государственного института русского и иностранных языков имени Брюсова, а затем в аспирантуре МГУ, где и стал кандидатом исторических наук.

Трудовую деятельность он начал помощником председателя Гостелерадио Армении. Затем пять лет проработал в газете «Коммунист» (предтеча «Голоса Армении»), в последние годы – заведующим отделом пропаганды, в начале восьмидесятых – в «Арменпресс». С 1983 года он – собственный корреспондент ряда московских газет: «Советской культуры», «Труда», «Московских новостей», «Литературной газеты», «Общей газеты» и «Новой газеты». С двумя последними он сотрудничал уже в постсоветское время. Интересная деталь творческой биографии: главный редактор «Новой газеты», прежде чем подписать с ним трудовой договор, устроил Иосифу своеобразный экзамен. Называл предполагаемую тему статьи, и Вердиян тут же придумывал к ней заголовок, на что у него был особый талант. После нескольких остроумных, философских заголовков руководитель «НГ» протянул Иосифу ручку со словами: сам выводи цифру своего оклада.

Как творческая личность, он был «совой» – работал в основном ночью. Но перед этим теплыми, ласковыми вечерами любил гулять по городу, часто на пару с Зорием Балаяном или Джоном Киракосяном, живущими неподалеку. Это были не просто прогулки, так сказать, вечерний моцион. Даже в это время он работал. Благодаря своей наблюдательности нередко возвращался домой с идеями в голове – для нового рассказа или новой статьи. Он умел подавать обыкновенный, казалось бы, малозначащий факт с самой неожиданной стороны, сопровождая его такими нюансами и оборотами речи с философским подтекстом, что зачастую его сочинения нельзя было читать, не прибегая к помощи дополнительной литературы.

Свои очерки, эссе, рассказы, публицистические статьи он писал в комнатке-кабинете. Почетное место в нем занимал письменный стол, рядом диван, на котором он, работая, засыпал под утро. В процессе работы он даже не замечал, как жена незаметно, с определенной последовательностью приносила ему его любимый чай с лимоном, обязательно в подстаканнике. От дивана он отрывался лишь для того, чтобы с книжной полки взять для какого-либо уточнения книгу классика, энциклопедию или словарь – книгами были забиты все его книжные полки. У него была прекрасная библиотека, которой он гордился.

Он и редактировал быстро и качественно, иногда заменял в тексте всего пару слов – и статья как-то сразу расцветала. Его черновики все написаны от руки, он не признавал машинки и компьютера. С поразительной скоростью заполнял каракулями бесчисленные листы бумаги, соединяя их загогулинами (пока мысль не ушла), а потом сам же их расшифровывал.

Утром Рузанна передавала мне ночной труд Иосифа из бумажных листков разных оттенков и размеров, соединенных скрепками или склеенных между собой «паровозиком». До редакции пешим ходом было минут двадцать. Этого с трудом хватало для «расшифровки» и прочтения его рукописей, так как они сплошь были с перечеркнутыми словами и целыми абзацами, с многочисленными добавлениями, место в тексте которым указывали стрелки. Так невольно становился я первым его читателем, в том числе и всех шедевров именной рубрики – в московской «Новой газете» специально для него была открыта «рубрика Вердияна». Затем читателями становились наборщица текста Лена Шахназарова и корректор «Урарту» Люда Мещерякова. В полдень приходил сам Вердиян, перечитывал отпечатанный текст, отправлял его нашему ответсеку Павлу Джангирову и по электронной связи в Москву.

Интеллигентность не позволяла ему ходить с протянутой рукой, и не нашлось настоящего мецената, кто бы помог газете. Сам без гроша в кармане, он сумел приютить на страницах «Урарту» детище Нелли Саакян «Элитарную газету», а затем помог ей найти спонсора. Вспоминая Вердияна на страницах своей газеты, Нелли Вартановна призналась: «Только теперь я полностью осознаю, как мне будет не хватать Иосифа с его вечным интересом к жизни, к чтению, с его не авторитарной манерой ведения газеты, с его глубокой благодарностью судьбе за то, что соединила «Урарту» с «Элитарной газетой». Есть ведь смеси гремучие, а есть удачные. Да и просто по-человечески жаль, что ушел человек совсем еще не старый, а внешне так и вовсе моложавый и красивый. Симметрия черт его лица была удивительной и, как всякая симметрия (синоним лада), действовала неотразимо. А сколько еще он мог сделать и как насыщенно и мудро провести старость! Но человек предполагает, а судьба располагает. И расположения ее часто горючи».

Иосиф Вердиян был журналистом от Бога. Зорий Балаян называет его Гением, вспоминая слова незабвенного Джона Киракосяна: «Иосифа может редактировать только самонадеянный и амбициозный нахал».

Он был лауреатом премии Союза журналистов Армении «Золотое перо» (в 1977 году), лауреатом премии «Вопреки-2002» имени Ларисы Юдиной. В 1988 году в издательстве «Советакан грох» вышел его сборник «До востребования: Очерки, рассказы». Несколько его рассказов вошли в учебники русского языка, но огромный пласт его сочинений все еще незнаком подрастающему поколению армян, тем, кто в ладах с русской словесностью. «Урарту» во главе с Багратом Вердияном собрали все его произведения, а московская редакция «Новой газеты» отредактировала и подготовила сборник к печати. Осталась малость – найти мецената, который пожелает издать его. Срок этой малости уже девять лет.

Свое последнее сочинение он озаглавил, как реквием:

«Я устал быть армянином», в котором признался, что «устал жить в конфликте с судьбой». Сердце и не выдержало.

Он ушел в мир иной невостребованным нашим бренным миром. Его талант здесь был не нужен, он не мог спокойно видеть деградацию собственной страны, искренним патриотом которой был всегда, еще со времен Гандзака.

25 октября – день рождения Иосифа Семеновича Вердияна. Каков человек – такова его память, говорил Иосиф. И замечал еще: «Не исключена и обратная связь. Какова память – таков и человек». Память о нашем друге и наставнике – мудрая. И будет такой всегда. Ибо есть что перечитывать.

Александр Григорян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 23 человека

Оставьте свои комментарии

Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты