№5 (328) июль 2020 г.

Гаянэ Давидовна Ананова (Ботвинник) и Изабелла Егишевна Маркарян (Корчная)

Просмотров: 7033

К 25-летию кончины М.М. Ботвинника (04.08.1911 – 05.05.1995)

В 1960 году в Лейпциге советская команда в звездном составе – Таль, Ботвинник, Керес, Корчной, запасные: Смыслов и Петросян – празднует очередную олимпийскую победу. Михаил Ботвинник (он выступал на второй доске, поскольку действующим чемпионом мира был Михаил Таль) подошел к Виктору Корчному и предложил: «Виктор, давайте с вами выпьем. Это хорошо выдержанный армянский коньяк. Как ваша жена». Подразумевалась национальная принадлежность супруги Корчного, Изабеллы Егишевны Маркарян (1931 – 1995). Корчной взглянул на бутылку, на пустую рюмку Ботвинника – тот не употреблял спиртного – и мгновенно отреагировал: «Да, это старый армянский коньяк. Как ваша жена». Дело в том, что армянкой была и жена Михаила Моисеевича – Гаянэ Давидовна Ботвинник (1914 – 1987), урожденная Ананова.

Шахматный король (шестой в истории шахмат чемпион мира: 1948 – 1957, 1958 – 1960, 1961 – 1963) побледнел как полотно и отошел в сторону. Понятное дело, Гаянэ Давидовна была значительно старше Изабеллы Егишевны. На что, надо полагать, и намекнул Корчной. Ботвинник не мог снести такого дерзкого ответа и через некоторых людей дал Корчному понять, что тот должен прийти и извиниться. Корчной же полагал, что человеку, который шутит так смело, следует адекватно воспринимать и чужие шутки. Но все-таки Корчной был намного моложе Ботвинника и в шахматной иерархии стоял гораздо ниже, и он охотно извинился. «Армянский» инцидент был исчерпан.

ГАЯНЭ АНАНОВА (БОТВИННИК)

Знакомство Михаила Ботвинника и Гаянэ Анановой состоялось в Ленинграде (ныне Санкт-Петербург) в 1934 году.

1 мая Михаил пошел к своему другу Якову Рохлину, жившему на Васильевском острове. Взгляд на соседку, сидевшую с правой стороны за праздничным столом, оказался роковым. Это была любовь с первого взгляда, поразившая Михаила в самое сердце. А потом он провожал Гаянэ под проливным дождем, переживая, что не сможет понравиться стройной загадочной девушке.

Гаянэ была дочерью профессора Давида Георгиевича Ананова (1878 – 1947), директора Ленинградского политехнического института, уроженца Нахичевани-на-Дону (ныне Ростов-на-Дону), написавшего учебник по начертательной геометрии, по которому училось несколько поколений студентов. Ее маму звали Рипсимэ Мкртычевна (на местный русский манер – Ольга Никитична). После турецкой резни из семьи Эммануила Ходжаянца, прапрадеда Гаянэ, уцелели только две девочки – ее прабабушка Розалия Эммануиловна с сестрой Эгинэ. Их вывезли на российский Дон, в Ейск. Прабабушку Розу выдали замуж за купца Мкртыча Акимовича Магдесиева, который имел свой магазин в Ейске.

Гаянэ увлеклась балетом с шестилетнего возраста, а на момент знакомства с Ботвинником выпускница Ленинградского хореографического училища, которой не было еще и 20 лет, танцевала в труппе Театра оперы и балета им. Кирова (ныне Мариинский театр). Балерину можно было увидеть в «Спящей красавице», «Лебедином озере», «Красном маке»…

В хореографическом училище Гаянэ занималась у «королевы вариаций» Агриппины Яковлевны Вагановой, армянки по происхождению. В одно время с ней учились Галина Уланова, Наталья Дудинская, Константин Сергеев, Татьяна Вечеслова. Некоторое время в училище занимался и родной брат Гаянэ – Георгий Ананов, отец известных в Петербурге братьев: Андрея – ювелира – и Никиты – депутата Законодательного собрания Санкт-Петербурга в 1994 – 2011 гг.

Михаил Ботвинник заявил о себе как о талантливом шахматисте уже в 14-летнем возрасте. В 1925 году он одержал победу во время сеанса одновременной игры со знаменитым кубинским шахматистом Хосе Капабланкой, третьим чемпионом мира по шахматам. В 1927 году Михаил после участия в чемпионате СССР получил звание мастера. Ко времени знакомства с Гаянэ Ботвинник был уже чемпионом страны, признанным шахматистом.

Он ухаживал за девушкой в течение года: водил в театры, где даже дамы выражали восхищение красотой его спутницы, одаривал цветами, знакомил с приятелями, а потом сделал ей предложение руки и сердца. В апреле 1935-го молодые люди поженились, и Гаянэ Ананова взяла фамилию мужа, оставив девичью своим сценическим псевдонимом. Позже в своей книге воспоминаний Ботвинник описал ее портрет. Перед читателем зримо предстала стройная изящная брюнетка с пронзительными черными глазами. Ганочка, так ласково называли ее друзья, была очаровательна, мила.

Жили они вместе с мамой Михаила Моисеевича – Серафимой Самойловной, имеющей довольно сложный характер. Удивительно, но невестка не только прекрасно ужилась с ней, но добилась любви свекрови. Непростой характер был и у Михаила: прагматичный, придирчивый, упрямый. Правда, очарование чувствительной и сентиментальной жены оказалось так велико, что он практически всегда с ней соглашался. Союз этой удивительной пары отличался тем, что супруги практически всегда были вместе. Ботвинник добился в высших эшелонах власти разрешения посещать заграничные турниры с женой, мотивируя это тем, что с ней он играет лучше.

Отправившись вместе в 1936 году на турнир в Ноттингеме, супруги были счастливы. Ганочка строго следила за соблюдением режима дня мужа, его питанием, полноценным отдыхом. Во время игры, никуда не выходя, сидела в первом ряду в течение четырех часов, что очень удивляло англичан. На этом турнире Ботвинник поделил первое место с Хосе Капабланкой. Гаянэ окутывала своей заботой мужа, помогая ему в любых жизненных ситуациях, даже со свойственным ей чувством юмора составила «План занятий самого умного мальчика в мире Миши Ботвинника». В нем предусматривалось время принятия пищи, прогулок, сна и работы.

Ольга Ботвинник-Фиошкина, дочь шестого в истории шахмат чемпиона мира, вспоминает:

«Я родилась весной 1942 года на Урале, в эвакуации, в Перми, точнее, в Молотове… В город Молотов перед блокадой был эвакуирован Ленинградский театр оперы и балета имени С.М. Кирова, где работала моя мама Гаянэ Давидовна. После окончания балетного училища мама была принята в труппу Театра оперы и балета имени Кирова и танцевала в балетах «Красный мак», «Спящая красавица», «Лебединое озеро», «Конек-Горбунок», «Сольвейг».

Отца на фронт не взяли из-за уже тогда очень слабого зрения, и 19 августа 1941 года он эвакуировался вместе с мамой. По пути над поездом кружил фашистский самолет. Но бомбы сбросил не на поезд, а на ближайшую станцию...

В Молотове мы жили в общежитии Кировского театра. В комнате нас было, не считая меня, шестеро: мои родители, бабушка (папина мама) Серафима Самойловна, папина сестра по отцу тетя Маруся, жена маминого брата тетя Лена и моя няня. Я сначала спала в бельевой корзинке, потом мастер из электротехнической лаборатории Молотовэнерго, где работал папа, сварил мне кроватку из ломаной, найденной на свалке детской кроватки.

Мама после декретного отпуска, который тогда был совсем коротким, работала в местном театре, выезжала с концертной бригадой в госпитали…»

* * *

С 1944 года, после возвращения в Москву, до выхода на пенсию Гаянэ Давидовна танцевала в Большом театре. Сольных номеров у нее было немного: танец в таверне во втором действии оперы «Кармен», «двоечка» в «Лебедином озере», в «Дон Кихоте». Иногда балерина выступала в паре с Кшесинским, братом именитой балерины, эмигрировавшей из России.

Из воспоминаний Ольги Фиошкиной:

«В 1963 году очередным претендентом на звание чемпиона мира по шахматам стал опять же представитель советской шахматной школы, гроссмейстер Тигран Вартанович Петросян. Этот матч папа проиграл со счетом 9,5:12,5 и больше за звание чемпиона мира не боролся. Хотя он, как экс-чемпион мира, автоматически попадал в следующий матч-турнир претендентов, правом этим не воспользовался. Ему было 52 года.

В шахматных соревнованиях он выступал еще семь лет.

Почему он, несмотря на всю свою целеустремленность, отказался от борьбы за мировое первенство? По-моему, он просто перестал видеть смысл этой борьбы для себя. В своей книге «У цели» он откровенно написал: «Гора свалилась с плеч – с борьбой за первенство мира покончено»...

Сербский гроссмейстер Борислав Ивков (род. в 1933 г.), первый в истории шахмат чемпион мира среди юношей:

«Я всегда говорю, что Ботвинник – шахматист, олицетворяющий собой целую эпоху. Примерно как в прежние годы это делали Вильгельм Стейниц, Эммануил Ласкер, Хосе Рауль Капабланка и Александр Алехин. Все они – великие люди».

Михаил Ботвинник, став в 1948 году первым советским чемпионом мира по шахматам, добивался разрешения построить дачу в Николиной Горе в Подмосковье. Денег не хватило – взял взаймы у родственников жены. Постепенно создавал в доме уют, приобретал мебель, бытовую технику. Следил за состоянием дома...

Гаянэ Давидовна дружила со всеми соседками: писательницей Антониной Коптяевой, женой писателя Федора Парфенова, которая дарила ей все книги мужа; Кларой Арнольдовной, женой композитора Тихона Хренникова, с которой вместе гуляли с внуками. С Натальей Кончаловской, детской писательницей и поэтессой, вместе водили внуков в детскую группу.

Из воспоминаний Ольги Фиошкиной:

«Мама сыграла большую роль в становлении папы как шахматиста экстра-класса. Она обеспечивала все условия для спокойных занятий шахматами, готовила ему черносмородиновый морс, который он брал с собой на партию, всего не перечислить. По характеру они были абсолютно противоположными, но всегда служили опорой друг другу.

В 1985 году мои родители сыграли золотую свадьбу. Спустя два года мамы не стало (4 декабря 1987 г. – М. и Г.М.)…

В конце апреля 1995-го, за неделю до смерти, почувствовав, что не поправится, Михаил Моисеевич с грустью сказал: «С дачей не простился». 30 апреля наступило некоторое улучшение, и он нашел в себе силы поехать на дачу в последний раз. Через день сам понял, что состояние ухудшается, и сказал, что надо возвращаться. Сидя в машине, покидавшей участок, тихо сказал: «Прощай, милая дача!» Через три дня, 5 мая, его не стало».

В свой статье, озаглавленной «Поклон Ботвиннику», Александр Кентлер, редактор журнала «Шахматный Петербург», пишет:

«В конце мая мы с Ольгой Михайловной – дочерью Михаила Моисеевича – поехали на Новодевичье кладбище.

В отличие от множества поражающих воображение монументальностью или художественными изысками памятников, скромная доска в стене по соседству с такими же другими, на ней – скупые слова, сначала фамилия Ботвинник, затем три имени и отчества: Серафима Самойловна, Гаянэ Давидовна и Михаил Моисеевич. Мама, жена и сам без всяких титулов, степеней и званий. Маленькая подставка для цветов, куда с трудом вошли шесть гвоздик. Неподалеку – могилы М. Булгакова и А. Чехова...

Когда умер Михаил Моисеевич, у его родных возникли проблемы с получением разрешения на захоронение урны с его прахом рядом с мамой и женой – не могли найти документы, подтверждающие родство матери и сына. Люди, ответственные за предоставление ритуальных услуг в Москве, явно желали получить взятку (символ времени!), и это при том, что еще в 1987 году после похорон жены М.М. Ботвинник оговорил свое право на захоронение там же. Он даже подарил свою книгу кладбищенским работникам... Свидетельство о рождении Михаила Моисеевича я нашел в архиве СПбГТУ».

* * *

Великий шахматист, чемпион мира Михаил Моисеевич Ботвинник восхищался супругой на протяжении всей жизни. В своих мемуарах он писал: «Ганочка обладала способностью делать других людей добрее. И я этого не избежал: я всегда был справедлив, но, когда женился, даже в ущерб справедливости совершал добрые поступки».

Из интервью Ольги Фиошкиной корреспонденту газеты «Ноев Ковчег» Валерию Асрияну (2013 г.):

«Мама была настоящей армянской женщиной – в девушках она почитала родителей, а в замужестве – супруга. Она очень любила папу и относилась к нему с трогательной заботой...

А как она любила внучат – двух моих детей – Юру с Леной! Она их и вырастила. Водила на занятия по фигурному катанию, когда они были в детском саду. Брала к себе (моя семья жила отдельно от родителей), если они болели. Приходила кормить их обедом, когда они учились в школе, причем обед готовила дома, чтобы накормить еще и папу, а к нам привозила этот обед на двух видах транспорта – троллейбусе и трамвае. В школе, где учился Юра, она еще и вела занятия танцевального кружка. Словом, все успевала, на все у нее хватало и времени, и, главное, желания. Сил, конечно, иногда не хватало».

ИЗАБЕЛЛА МАРКАРЯН (КОРЧНАЯ)

В 1957 году в Гаграх Виктор Корчной познакомился с Изабеллой (Беллой) Маркарян (она родилась в семье Егиша и Нино Маркарян), студенткой Московского инженерно-строительного института. Сначала девушка немного стыдилась ухаживаний Корчного, потому что был он по тем временам не очень модно одет, но вскоре разглядела в нем умного и интересного человека и согласилась выйти замуж. Вскоре у пары родился сын Игорь.

Виктор Львович Корчной, советский, впоследствии – швейцарский шахматист, родился в Ленинграде в польско-еврейской семье. В 1947 году стал чемпионом СССР среди школьников, в 1956-м, в 25 лет, получил звание гроссмейстера. Четырехкратный чемпион СССР, двукратный победитель межзональных турниров и матчей претендентов, пятикратный чемпион Европы.

Кульминацией спортивной карьеры Корчного стали два матча за мировую шахматную корону с Анатолием Карповым. Оба матча проходили по безлимитному регламенту, до шести побед без учета ничьих. Соперник Корчного был на 20 лет моложе его, что отразилось на ходе затяжных, многомесячных поединков. Матч 1978 года в Багио, Филиппины, Корчной проиграл со счетом 5:6, уступив решающую, 32-ю партию. Матч 1981 года в Мерано, Италия, Корчной проиграл со счетом 2:6.

* * *

В 1976 году во время шахматного турнира IBM в Амстердаме Корчной, получив от нидерландского гроссмейстера, пятого чемпиона мира по шахматам Макса Эйве гарантии, что его шахматные звания и возможность выступать останутся в неприкосновенности, отказался возвращаться в СССР, попросив политического убежища в Нидерландах. Получив отказ, он поселился в Швейцарии, где в 1994 году получил гражданство. За Швейцарию Корчной выступал на международных соревнованиях.

В своих книгах Корчной рассказывал о травле, развернутой Советским Союзом против него после первого матча за шахматную корону с Анатолием Карповым: «Миллионы считают меня диссидентом, человеком, который боролся за то, чтобы Советский Союз распался. Но это не так. Я просто хотел играть в шахматы. И бежал из Союза, потому что моей карьере угрожала опасность. Не я первый начал, это советские власти втянули меня в войну. Можно считать так: борясь против СССР, я боролся за себя».

Из «Документов ЦК КПСС по сыну Корчного» (1978 г.):

«ЦК КПСС. Об антиобщественных акциях членов семьи невозвращенца Корчного В.Л.

Комитет государственной безопасности СССР располагает данными о том, что жена невозвращенца, участника матча на звание чемпиона мира по шахматам Корчного – Корчная И.Е. подготовила обращение к зарубежной общественности и личное письмо президенту США Картеру, которое намерена передать через государственного секретаря США Вэнса, в связи с отказом ей и сыну выехать из Советского Союза в Израиль. В этих же целях она 19 октября с. г. провела в Москве на квартире начальника отдела Всесоюзного научно-исследовательского института морского рыбного хозяйства и океанографии Габовича Е.Я. встречу с иностранными корреспондентами. На встрече присутствовали 9 корреспондентов из США, Великобритании, ФРГ, Франции и Швеции.

Сын Корчного – Корчной И.В., 1959 года рождения, умышленно уклоняется от призыва в Советскую Армию, настроен антисоветски.

Несмотря на то, что Корчная пытается нагнетать провокационную шумиху, разрешать ей и сыну выезд за границу не следует, так как по существующей практике членам семей изменников Родине и невозвращенцев выезд не разрешается, о чем докладывалось ЦК КПСС №1167-А от 12 июня 1978 года.

Что же касается сына Корчного, то он в соответствии с Законом о всеобщей воинской обязанности подлежит призыву на службу в Советскую Армию и в случае уклонения от службы будет привлечен к уголовной ответственности на основании действующего в нашей стране законодательства.

Председатель Комитета Ю. Андропов».

Перебравшись в Швейцарию (г. Волен), Корчной из Израиля организовал вызов для жены и сына. Но их не только не выпустили из страны, но и арестовали Игоря за нежелание служить в армии после оставления института. Парню пришлось отсидеть два с половиной года. Травля в прессе превратила его семью во врагов народа. После получения разрешения покинуть страну в Швейцарии Изабеллу Егишевну ожидал отнюдь не осчастливленный муж, а адвокат с документами о разводе. О том, что брака больше не существует, она знала уже несколько лет. Еще в Нидерландах, на одном из сеансов одновременной игры, ее супруг познакомился с уроженкой Австрии Петрой Лееверик. Увидев на столике иностранки книгу Льва Толстого «Воскресение» на русском языке, он перекинулся с ней несколькими фразами. Позже он узнает, что хорошим русским его знакомая обязана тому, что 10 лет провела в воркутинских лагерях: она в подростковом возрасте состояла в гитлерюгенде («Детская армия Гитлера»), затем была выкрадена агентами СМЕРШа (сокращение от «Смерть шпионам!») из Лейпцига и перевезена в Советский Союз.

Хорошо играющая в шахматы, Петра Лееверик будет посещать все сеансы Корчного, пока однажды он не пригласит ее к себе домой. И на матч претендентов в Багио (1978 г.) она уже отправится в качестве руководителя его делегации.

Виктор Корчной, жена которого вместе с сыном прибыла в швейцарскую Лозанну, до последних дней будет оказывать ей финансовую поддержку. Изабелла Егишевна с удовольствием подрабатывала гидом для русскоязычных групп и умерла в 1995-м, в возрасте 64 лет, от рассеянного склероза. Игорь до самой смерти матери был в состоянии конфликта с отцом, начав общение с ним только после ее кончины.

В 1990 году вместе с другими диссидентами, лишенными советского гражданства, Корчной был реабилитирован и восстановлен в гражданстве. Ему предлагали вернуться, но он категорически отказался.

Виктора Львовича Корчного, старейшего в мире играющего гроссмейстера, не стало в 2016 году в Швейцарии. Ему было 85 лет.

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 42 человека

Оставьте свои комментарии

  1. Я знал, что жена чемпиона мира по шахматам Тиграна Петросяна была еврейка,но о том,что жены Михаила Ботвинника и Корчного были армянками, узнал с этой интересной статьи. Спасибо.
  2. Статья очень хорошая! Хотелось бы добавить, что в 1963 году «патриарх» советских шахмат Ботвинник уступил чемпионский титул Тиграну Петросяну. И, возможно, Михаил Моисеевич и в третий раз сумел бы вернуть себе шахматную корону, но к тому времени ФИДЕ отменило право чемпиона на матч-реванш.
  3. Многие еще помнят, что московский поединок Ботвинник — Петросян называли еврейско-армянской битвой. Любопытно, что у еврея Ботвинника жена — известная балерина Мариинского театра Гаяне Ананова — была армянкой, а в жилах Роны Петросян преобладала еврейская кровь. Почти анекдот: в начале матча выигрывал Ботвинник. Встречаются армянин с евреем. Еврей говорит: Ага! Наш у вашего выигрывает! Но после победы Петросяна в матче за звание чемпиона мира снова встречаются те же армянин и еврей, который говорит: Ага! Наш зять у вашего зятя выиграл!!! Авторам - М. и Г. Мирзоян - ставлю пять за добрую и познавательную публикацию.
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты