№1 (369) январь 2024 г.

Михаил Делягин: С точки зрения имиджа потеря Нагорного Карабаха – это потеря не только для Армении, но и для России

Просмотров: 4031

Интервью с экономистом, депутатом Государственной Думы РФ, председателем Союза профсоюзов России Михаилом Делягиным

-Михаил Геннадьевич, в сентябре текущего года в результате азербайджанской агрессии народ Арцаха – Нагорного Карабаха был вынужден полностью покинуть свою родину, оставить церкви, дома, хозяйство, могилы предков. Скажите, пожалуйста, на Ваш взгляд – кто виноват в этой трагедии и каковы ее причины?

– В этом виновато нынешнее руководство Армении, абсолютно проамериканское, которое вслед за предыдущим руководством не признавало Нагорный Карабах ни в каком виде. И соответственно не пыталось его защитить. Вот и всё. Более того, оно последовательно отвергало варианты мирного урегулирования, которые предлагали в том числе и Азербайджан, и Россия – все предлагали. Пашинян занял, насколько я понимаю, абсолютно обструкционистскую позицию. Сейчас уже, по сути дела, вопрос стоит не о существовании Нагорного Карабаха, который вошел в состав Азербайджана де-факто, не только де-юре, но и вопрос существования самой Армении.

Кто виноват? Дело в том, что есть большой англо-американский конфликт за лидерство на Западе. И когда распался Советский Союз, то англичане были младшими менеджерами американцев по тем территориям, которые когда-то входили в их империю. Поскольку Закавказье географически – это Средний Восток, то Армения вошла в зону контроля британских менеджеров. Но когда возник англо-американский конфликт, американцы устроили революцию Пашиняна. Это была даже скорее соросовская революция, ведь американцы тоже неоднородны. Вот американская революция Пашиняна, которая была организована их правительством, вывела Армению из-под контроля Британии. На что англичане сказали: «Ну, окей, сейчас мы всем покажем, каково от нас уходить!» Ну и показали. Подыгрывая, с одной стороны, Пашиняну. Но американцы – они же живут по глобусу и прямо заявили Пашиняну, что «мы поддерживаем ваше стремление в Европу, а ваш путь в Европу лежит через Турцию».

– Как Вы считаете, как будут развиваться экономические отношения между Арменией и Российской Федерацией? Есть ли у России критически важные вложения в экономику Армении и Арцаха? Как мы все знаем, Арцах – это же медь, олово…

– Это не критически значимые для нас вложения, потому что у нас есть другая медь и другое олово. Я не знаю, есть ли у нас вложения именно в Арцах. Сильно сомневаюсь, что есть, потому что это непризнанная территория. Там могли работать какие-то армянские бизнесмены с территории России, но это не российские инвестиции. Что касается Армении – транспортное сообщение крайне затруднено, железнодорожного сообщения практически нет. Поэтому традиционная торговля затруднена и вряд ли она имеет какие-то большие масштабы. Как я помню по «энергомайдану» – там РАО контролировало энергосистему, но прибыльно это или убыточно – вопрос открытый.

– А база в Гюмри?

– А база в Гюмри – это не экономические вопросы. Понятно, что Пашинян эту базу выдавит так или иначе. Потому что для того, чтобы передать Армению под контроль Азербайджана, нужно эту базу выдавить. Ну, с особым цинизмом, конечно, можно было бы передать Армению под контроль Азербайджана, не убирая эту базу. Но я думаю, что соросята забоятся.

– Не считаете ли Вы, что потеря Нагорного Карабаха – это не только потеря для Армении, но и для России?

– Эмоционально и с точки зрения имиджа – безусловно. Арменией управляет Сорос – ведь, конечно, 2 миллиона человек в современных условиях не могут сохранять суверенитет, если они при этом не являются какими-то необычными людьми, не находятся в необычных обстоятельствах. Фактически провозглашение суверенитета Арменией сразу отдало ее в руки и врагам Армении, и врагам России. Карабах – это продолжение этого. На самом деле, когда было первое обострение карабахского конфликта, я сказал, что это для нас катастрофа, потому что неважно, чьи пушки, но они выстрелили без разрешения России.

– Как Вы оцениваете нынешнюю внутриполитическую ситуацию в Армении и не кажется ли Вам, что Россия должна более активно продвигать свои интересы в регионах Южного Кавказа, в частности – в Армении?

– У меня ощущение, что немножко поздновато. Потому что с Грузией у нас была война в 2008 году. Слава Богу, что Грузией сейчас управляют грузинские патриоты, но непонятно, на сколько их хватит. Когда мы попытались нормализовать отношения, Запад инспирировал, как Вы помните, массовые беспорядки.

Отношения с Грузией – крайне деликатный вопрос, я в него влезать не буду. Отношения с Арменией… Если к власти пришел представитель Сороса, который является врагом армянского народа, если мы считаем его легитимной властью, которую мы признаем – хотя мы и Зеленского считаем легитимной властью, – то, простите, о чем идет речь? О каком влиянии, о каком месте России в Армении идет речь? Азербайджан победил, подвинув наших миротворцев. Мы им явно в этом не были друзьями. Им помогала Турция. Поэтому можно говорить о влиянии Турции в Азербайджане. Ну, а влияние России в Азербайджане, по-моему, сводится к тому, что российские чиновники просят объявлять в розыск Интерпола некоторых российских деятелей, а Азербайджан против этого не возражает.

– Ситуация в Приднестровье сейчас довольно сложная. Как Вы ее оцениваете?

– Крайне опасная потому, что Приднестровье находится в блокаде. Просто они могут себя защитить, поэтому на них пока не нападают. Но ситуация может измениться в любой момент. Молдавия практически оккупирована Румынией, то, что молдавские войска одеты пока в молдавскую форму, никого смущать не должно. Бандеровцы завезли туда своих бандитов еще год назад. Правда, может быть, потом вывезли обратно, я за этим не следил. Но ситуация там крайне серьезная.

– Как Вы предполагаете, как будет строиться экономическая и социальная политика России на освобожденных территориях? И каких именно это потребует дополнительных бюджетных вложений?

– Освобожденные территории – это часть России, поэтому социально-экономическая политика там будет с некоторыми поправками такой же, как и в России. И в хорошем, и в плохом. Единственное, поскольку там местные власти сильно ближе к народу, они проявляют больше внимания к реальным проблемам населения. Вице-премьер одного из новых регионов пообещал снизить цены на яйца, по-моему, в ДНР. Я что-то не слышал, чтобы какой-то из российских губернаторов делал такие заявления, ущемляя интересы федеральных торговых сетей. Там просто этих торговых сетей пока нет.

Что касается второго вопроса – там предусматриваются расходы, но они абсолютно посильны. Можно ругаться по поводу того, как бездумно они там осуществляются. Вспомните, как готовили к зиме Мариуполь. Когда рапортовали о прокладке магистральных теплотрасс – отрапортовали о прокладке. А о том, что нужно еще тепло довести до домов – вспомнили с большим опозданием.

Естественно, это требует денег, но эти деньги в федеральный бюджет заложены, причем с учетом даже возможных повреждений в случае ударов. Понятно, что есть бардак. Понятно, что есть идиотизм, наверное, есть и воровство. Если оно есть в большой России, то, наверное, и в новых частях России тоже. Но здесь нет бюджетных вопросов. Здесь есть проблема, например, строителей. Я сталкивался с тем, что, когда снарядами разбило крышу больницы под Донецком, были выделены деньги на ремонт. А строители говорят: «Мы не работаем в условиях обстрелов, потому что у нас нет страховки на этот случай». И всё, ситуация встала. И она стояла, по-моему, всю прошлую зиму, сейчас я не знаю, как в итоге решился вопрос. Потому что формально – режим мирного времени, а в реальности – режим чрезвычайной ситуации.

–  Украинское так называемое контрнаступление провалилось. По Вашему мнению, что будет дальше?

– Дальше будет продолжение наступления, но на дипломатическом фронте. Когда провалилось украинское контрнаступление, они поняли, что нас не получается уничтожить военным образом, и нас стали уничтожать путем экономическим, через действия госпожи Набиуллиной и господина Силуанова. Одна устроила

рукотворную девальвацию – в два раза повысила эффективную ставку Банка России, по сути дела подорвав исполнение бюджета следующего года, другой на ровном месте устроил топливный кризис, в два раза сократив дотации в нефтепереработке. Причем сначала превратив прибыльную отрасль при помощи налогового маневра в убыточную, ведь у нас нефтепереработка дотируется государством. А потом – еще в два раза сократил дотации на ровном месте. Собственно, это и были удары на экономическом фронте. Теперь следует ждать ударов на дипломатическом фронте – нам будут пытаться организовать «Минск-3» или «Стамбул-2». Это уже видно. То есть наступление будет продолжаться на другом фронте – только и всего.

– Сейчас в СМИ и в соцсетях активно обсуждается вопрос с лицами, вышедшими из мест заключения, которые подписали контракт с ЧВК «Вагнер», иными российскими добровольческими либо военными формированиями, а потом получили помилование. По Вашему мнению, какая необходима дальнейшая работа с теми, кто получил помилование, по факту кровью искупив свои прегрешения?

– Если это тяжкое преступление, то какой-то контроль за ними, конечно, нужен. Потому что, да, он искупил свою вину кровью, но это не значит, что он полностью социализировался. Тем более что социализация на фронте и социализация в мирных условиях – совершенно разные вещи. Работа по ресоциализации людей, которые возвращаются и будут возвращаться в мирную жизнь – это отдельная огромная работа. И вот на эту работу я бюджета не вижу. А это требует больших расходов.

– Как и специалистов на самом деле. Их тоже не хватает.

– Специалисты – это другая тема, потому что люди могут ресоциализировать друг друга. Грубо говоря, толковый, хороший офицер может ресоциализировать своих подчиненных. Быть хорошим специалистом именно в этом. Но это требует организации – это требует не просто денег, это требует организации процесса.

– Добровольцы 2014–2015 гг. – добровольцы до СВО. Был принят закон о том, что они могут получить статус участника боевых действий, однако по практике не могут получить этот статус. Что Вы посоветуете этим людям?

– Нужно громче о себе заявлять, естественно, в рамках закона. Нужно продумать, какие конкретно нужно внести изменения, в какой конкретно закон, и это предложить. Мне предложите, и мы внесем – в чем проблема?

– Спасибо Вам! И крайний вопрос. Впереди – Новый год. Что бы Вы пожелали в новом году всем жителям Российской Федерации?

– Победы.

– Спасибо Вам за интервью!

Беседу вела Мария Коледа

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 27 человек