№ 7 (237) апрель (16–30) 2014 г.

Армен Айвазян: Армянская нация – это единый живой организм

Просмотров: 3128

Чем ближе дата – 100-летие геноцида армян, – тем ощутимее реакция Турции на это событие, проявляющаяся, в частности, в ремонтных работах ряда армянских церквей. А с другой стороны, в соседней стране отмечается увеличение числа армян, принявших ислам... Что это? Провокационная западня к 100-летию геноцида или внезапное осознание своей исторической «вины»?

Армен Айвазян,??доктор политических наук, историк, изучавший проблемы турецко-армянского конфликта, директор Центра стратегических исследований «Арарат», считает, что именно из-за отсутствия четко выработанных позиций по отношению к Турции нас удается каждый раз застигнуть врасплох очередной антиармянской информационной операцией турецкого агитпропа. Речь в данном случае идет о так называемой «реставрации» наших церквей на территории Турции.

– Вместо того чтобы осудить подобное действо, осуществленное без участия ее законного владельца – Армянской Апостольской Церкви – и делегированных ею специалистов по армянской средневековой архитектуре и искусству (формальное присутствие на о. Ахтамар подконтрольного турецким властям Константинопольского Армянского Патриаршества носило явно вынужденный характер), счесть всю эту «инициативу» турок поруганием армянской святыни (на развалинах армянской церкви в Ани преспокойно совершался намаз) и сразу же отвергнуть приглашение турецкого государства присутствовать на церемонии Святой Литургии в церкви Сурб Хач, Эчмиадзинский Католикосат по указке из официального Еревана вначале даже объявил о намерении направить туда свою делегацию и лишь в последний момент отказался делать это. Получается так, что нынешние правители Турции, которые по сути являются непокаявшимися наследниками преступных младотурок и отрицателями геноцида армян, осмеливаются на этo издевательство – «реставрацию» святой обители своих же непризнанных жертв. Теперь они упиваются собственной «миссией», позируя в роли хранителей и реставраторов исторических памятников.

А ведь известно, что с 1915 года и до сегодняшнего дня тысячи армянских церквей и монастырей в Турции были разрушены и поруганы, а некоторые и вовсе были «перепрофилированы» в мечети. Та же участь постигла армянские церкви в советском и постсоветском Азербайджане, а некоторые армянские церкви были объявлены «албанскими» и подвергнуты «реставрации» методом полного стирания армянских следов. Фактически обширная недвижимость, древнейшие реликвии вкупе с богатым имуществом Армянской Церкви, включая Армянскую Католическую и Армянскую Евангелистскую Церкви, были конфискованы и разграблены...

Не следует сбрасывать со счетов тот факт, что Армения, хочет она того или нет, может оказаться в международных судах и поэтому должна иметь наготове международно-правовую папку по армянскому вопросу, что подразумевает ежедневную кропотливую работу уже с сегодняшнего дня.

– Вы считаете, у Армении может появиться реальная возможность возврата, а не реставрации армянских церквей?

– Сегодня Армянская Церковь, как традиционная национально-религиозная организация армянского народа, имеющая юридическую самостоятельность, исторический авторитет, международный статус и дружественные связи с мировыми христианскими церквами,?просто обязана бороться за восстановление ущемленных религиозно-церковных прав армянства и за спасение остатков армянского церковно-исторического достояния, в первую очередь в Турции и Азербайджане...

Что касается преимуществ международно-правового подхода к проблеме возврата армянских церквей – они несомненны. Во-первых, решения международно-правовых инстанций, в частности Международного суда ООН, в данном случае будут не рекомендательными, а обязaтельными. Во-вторых, мы перестаем быть пассивными просителями, а берем ответственность (и вместе с тем контроль) за исход дела на себя, а не возлагаем ее на американцев или европейцев, у которых всегда будет чем поторговаться с Турцией за чужой счет. Почти сорокалетняя история резолюций о признании геноцида армян в Конгрессе США должна наконец чему-то научить армянские лоббистские организации, если у них, конечно, есть желание учитывать свои ошибки... В конце концов, следует раз и навсегда уяснить, что успех в подобных делах будет зависеть в первую очередь от нас самих, в частности – от национального и международного авторитета и мощи Армянской Церкви, а также уровня возможностей Республики Армения вести самостоятельную внешнюю политику. А в этих вопросах у нас уйма проблем… Стало быть, если борьба за признание прав Армянской Церкви будет ограничиваться лишь давлением на Конгресс США с целью принятия той или иной рекомендательной, юридически необязывающей резолюции, то ничего конкретно полезного от этого ждать не придется. Если же параллельно будут предприняты меры по самостоятельному международно-правовому преследованию Турции, то тогда принятие этой резолюции может иметь настоящее историческое значение.

Да и вообще, давно настало время, чтобы Армения и армянство оценивали подобные резолюции по собственным (пока не сформулированным) критериям, которые соответствуют как исторической действительности, так и национально-государственным интересам.

– Каковы же эти критерии?

– Я выделил бы пять главных критериев для такой оценки: точное обозначение хронологических рамок геноцида – 1894-1923 годов; необходимое упоминание о том, что армяне были уничтожены на их исторической родине – в западной части Армении; четкое указание государства, совершившего это преступление против человечества, – Османской Турции, а также прямое осуждение ее правопреемника – Республики Турция – за отрицание геноцида армян и осуществление враждебных действий уже против сегодняшней Армении (блокада, пропагандистская война, отказ от дипломатических отношений, военная помощь Азербайджану и т.д.).

Далее: признание ответственности Турецкого государства перед Армянским государством как перед конечным выразителем и представителем интересов армянского народа, а также необходимость компенсации именно Республике Армения (речь идет, прежде всего, о территориальной компенсации) и обязательность увязки последствий геноцида с нынешней геополитической ситуацией в регионе. Иначе говоря – признание основополагающего воздействия геноцида на безопасность Армении и региона.

– Вам принадлежит мысль, что геноцид создал территориальную проблему, сузив исторический ареал проживания армян до критически опасных размеров, угрожающих самому выживанию нации...

– Да, и именно в этом ключе следует рассматривать проблему освобождения Арцаха (благодаря чему границы Армении приобрели обороноспособность и минимально необходимую стратегическую глубину), а также обеспечение безопасного развития армянства Джавахка.

Задача армянской дипломатии сегодня – грамотно привязать международное признание геноцида армян к справедливому урегулированию нагорно-карабахского конфликта и достижение устойчивого мира в регионе. Международное сообщество, признавая геноцид, обязано совершить следующий логический шаг – признать право армян на Арцах, включая всю освобожденную территорию. Между тем, в последнее время, параллельно с ростом внимания к вопросу о геноциде, как в публикациях западных СМИ, так и в политике некоторых стран начинает просматриваться тенденция к усилению проазербайджанских позиций в нагорно-карабахском вопросе. Это может полностью обесценить процесс международного признания геноцида армян.

Следует также отметить, что вышеуказанные критерии относительно ответственности и компенсации пока не нашли отражения ни в одной из резолюций, принятых международными инстанциями.

– Еще в декабре 2010 г. в федеральном суде США было возбуждено весьма неожиданное дело: три американо-армянских истца потребовали от Республики Турция, Центрального банка Турции и банка «Зираат» компенсации «за незаконную конфискацию и несправедливое обогащение» за счет их земельного участка, находящегося на территории Турции. Но ведь дело не сдвинулось с мертвой точки...

– Это была составляющая часть территории американской военно-воздушной базы в Инджирлике (Турция). А затем, если помните, было возбуждено новое дело, касающееся резиденции президента Турции в Анкаре, чье здание расположено на земле, которая принадлежала семье Касабянов (документы на сей счет, как и в предыдущих случаях, имеются).

Понятное дело, что нынче основные международно-правовыe проблемы армянства в случае их рассмотрения в отрыве друг от друга не смогут получить приемлемое для армянской стороны решение – их крепкая и умелая увязка в пакете должна быть приоритетной задачей армянской дипломатии и юриспруденции. Парадокс заключается в том, что в Армении подобная увязка считается политическим табу и никто на этот счет не в состоянии привести вразумительных разъяснений.

– Вы не раз говорили о том, что «в природе» как нет армян-мусульман, так и нет турок-христиан, видя большую разницу между происхождением и этнической идентичностью. Тем не менее нынче делается попытка представить омусульманившихся потомков армян как собственно армян. Говорится даже о том, что в Турции нынче живут миллионы армян, сменивших свой язык и вероисповедание...

– Идентичность – это вопрос самосознания, а не происхождения. Вообще же в реальности дело обстоит иначе. В Турции есть амшенцы, которые проживают в провинциях Ризе и Ардвин, особенно много их в районе Хопа. Те, кто проживает в Ризе, в основном отуречены, население же Хопы сохранило память о своем происхождении и армянский диалект (хотя ни писать, ни читать на армянском не умеют). Все их знания об армянах ограничиваются тем, что их предки были армяне. Однако при этом большинство из них армянами себя не считают. Процесс ассимиляции фактически завершился. Число этих людей не превышает 25-30 тысяч. Что же касается остальной территории Западной Армении и Киликии, то там есть лишь оторванные друг от друга маленькие очажки армянского присутствия, причем без привязки к армянскому миру. Феномен этих групп и амшенцев Турции (их нельзя путать с амшенскими армянами-христианами, живущими ныне на Черноморском побережье России) уникален и достоин серьезнейших научных исследований, которые, к счастью, у нас проводятся. Но говорить о миллионах армян, проживающих в Турции, абсурдно. Даже амшенцы и остальные разбросанные по Турции остатки армянства не считают своей родиной Армению и не имеют психологических привязанностей к Армении – ее территории, народу, языку и культуре. И что главное: они не чувствуют ответственности за судьбу Армении и не берут на себя политических обязательств по отношению к ней; они не стремятся к сохранению своего потомства как армянского. Это и есть те критерии, по которым можно определить армянскую идентичность.

И еще: армяне, принявшие ислам, не являются носителями армянского самосознания. Приняв мусульманство, армянин не только отвергал весь пласт армянской истории и культуры, имеющий хоть какое-то отношение к освободительной борьбе и идеологии, но еще и соглашался быть носителем идеологии врага – пытавшихся навечно поработить Армению мусульманских держав. Можно ли привести в пример хоть одного мусульманина-«армянина», который когда-либо участвовал в национально-освободительной войне армянского народа? Вы таких примеров не найдете. Можно ли назвать имя хоть одного мусульманина-«армянина», который внес бы вклад в армянскую культуру? И таких примеров нет. Зато у нас есть обратные случаи – когда «армяне»-мусульмане сражались с оружием в руках против армянского национально-освободительного движения.

...Если мы будем считать армянами всех тех, чьи предки были армянами, то, наверное, насчитаем сейчас порядка 500 миллионов армян по всему миру. Но это же нелепо. Может возникнуть и другая проблема: если мы будем считать отуреченных «армян» армянами, каких последствий можно ожидать? Во-первых, турки могут сказать: «А никакого геноцида армян и не было. Вот они, ваши армяне, живы-здоровы, живут на своих территориях, являются законопослушными гражданами Турецкого государства».

– Но с другой стороны, ведь были же случаи, когда так называемые отуреченные армяне хотели принять христианство?

– Да, такие случаи были, когда армяне, когда-то вынужденно принявшие ислам, проявляли желание вернуться к своим корням, наперед зная, что им придется отказаться от ислама, принять христианство и войти в лоно Апостольской Церкви, изучать армянский язык, иметь политическую приверженность интересам Армении как государства.

Мы никогда не должны забывать, что сегодня мы живем не в мирных условиях, а все еще находимся в ситуации «быть или не быть», где очень важна политическая позиция армянина. Армянская нация должна восприниматься как один целый живой организм. И если мы считаем себя частицей этого организма, который находится в опасности, то должны адекватно реагировать на эту опасность. Если этого не происходит, значит, сдала какая-то пружина, что-то из организма «выпало», ассимилировалось, отторгнулось. Сегодня каждый необдуманный шаг, каждая невыверенная стратегическая ошибка могут стоить нам жизни.

Кари Амирханян

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовал 21 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Нда, Армен Айвазян в своем репертуаре. Всё та же "ценная" идея "грамотно привязать международное признание геноцида армян к справедливому урегулированию нагорно-карабахского конфликта", всё та же пропаганда неприятия вынужденных перейти в ислам армян. Печально...
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты