№1 (324) январь 2020 г.

Уступок не будет

Просмотров: 6310

В ответ на бакинские «красные линии» Ереван четко определил свои приоритеты в процессе урегулирования

Прошедшая недавно в словацкой Братиславе уже пятая по счету в 2019 году встреча глав МИД Армении и Азербайджана отнюдь не стала прорывной на долгом и нелегком пути к миру в Карабахе. Однако прорыв все же состоялся, хотя и оказался несколько неожиданным.

Изначально мало кто верил, что на сей раз посредники Минской группы ОБСЕ сумеют сблизить позиции сторон. Дело в том, что незадолго до этого в Баку вновь прозвучали ставшие уже привычными заявления о том, что самоопределение Арцаха должно происходить только и исключительно в рамках территориальной целостности Азербайджана, причем даже такое «самоопределение» может рассматриваться после того, как «армянские оккупанты» покинут Нагорный Карабах и районы зоны безопасности вокруг него. На Апшероне это назвали теми самыми «красными линиями», от которых азербайджанская сторона отступать не намерена. Поэтому было понятно, что переговоры в Братиславе вряд ли приведут к какому-либо прогрессу. Так и получилось, и именно поэтому итоговое заявление, которое подписали только послы – сопредседатели Минской группы ОБСЕ, а сами министры ставить свои подписи воздержались, как обычно, изобилует общими и обтекаемыми формулировками. Единственное, чего удалось добиться посредникам – это договоренности об очередной встрече глав дипведомств, которая должна состояться в самом скором времени. О встрече руководителей противоборствующих сторон речи вообще не было. И это понятно, так как, по словам премьер-министра Никола Пашиняна, «армянская сторона еще не получила разъяснений по поводу «Мадридских принципов»… Нам важно прийти к общему представлению о том, как разрешить конфликт». А это означает ни много ни мало, что у Еревана возникли сильные сомнения относительно документа, переговоры вокруг которого ведутся уже двенадцать лет. Отметим, что у Степанакерта такие сомнения были изначально, хотя ранее никто прямо не говорил об этом.

Напомним, что после смены власти в Армении в 2018 году в Баку склонны были считать, что в Ереване на смену «партии войны» пришла «партия мира» и что Армения будет вскоре готова на ощутимые уступки. Не исключено, что и в Москве, где, исходя из собственных геополитических интересов, хотят снижения накала армяно-азербайджанского противостояния, с новым армянским руководителем в этом отношении также связывали определенные надежды. Тем более что официальная риторика оставляла место для таких надежд. Так, например, Никол Пашинян несколько раз в своих выступлениях подчеркивал, что стремится к такому урегулированию, которое удовлетворит не только Арцах и Армению, но и Азербайджан. Высказываний подобного характера из Еревана не слышали уже очень давно. Не случайно даже глава МИД России Сергей Лавров весьма благосклонно высказался по этому поводу.

Однако именно в Братиславе выяснилось, что Азербайджану надо расстаться со своими абсолютно беспочвенными надеждами на какую-то «безграничную уступчивость» армянской стороны. Да и Москве, если говорить прямо, стоит призадуматься: готова ли Армения жертвовать своими национальными интересами и безопасностью даже ради ближайшего геополитического союзника? И не лучше ли поэтому России вести торг с Азербайджаном (а речь идет о желательном сближении Баку с ЕАЭС и, возможно, ОДКБ) за счет собственных ресурсов и возможностей влияния?

Уже в ходе переговоров стало ясно, что в Ереване отлично понимают и то, что Баку рассчитывает достичь своих целей, прикрываясь якобы «гуманитарными аспектами». Эльмар Мамедъяров предложил организовать обмен пленными по принципу «всех на всех», и это было лукавое предложение. С 2014 года в тюрьме в Степанакерте отбывают наказание двое азербайджанских спецназовцев, Аскеров и Гулиев, которые, проникнув в НКР, оставили за собой густой кровавый след (в частности, убили безоружного 17-летнего юношу), были взяты с боем и приговорены к длительным срокам заключения. В Азербайджане, в свою очередь, находятся четверо пленных, из которых двое являются гражданами Армении, один – гражданин Нагорно-Карабахской Республики и один – гражданин России армянского происхождения. В частности, на Апшероне «тянет» свой срок карабахский солдат-контрактник Багдасарян, взятый в плен в конце декабря того же года. В Азербайджане его назвали членом диверсионного отряда, приписали убийство, однако на самом деле против этого человека на родине было возбуждено уголовное дело, он бежал из-под стражи и попал в плен. В данном случае говорить в свете этих обстоятельств об обмене Баку может только со Степанакертом, но отнюдь не с Ереваном. Однако пойти даже на такой диалог на Апшероне, как известно, упорно отказываются, полагая, что это станет шагом к признанию Арцаха с их стороны.

При всем том, прорыв в Братиславе произошел, однако совсем не такой, какого, возможно, ожидали посредники Минской группы. Это стало ясно на следующий после переговоров день, в ходе выступления главы МИД Армении на заседании Совета министров глав внешнеполитических ведомств стран ОБСЕ. Его выступление в СМИ уже успели окрестить «семью тезисами Зограба Мнацаканяна». Состоят они в следующем:

«– Не может быть альтернативы мирному урегулированию конфликта в рамках сопредседательства Минской группы ОБСЕ, формата, который получил международную поддержку и мандат.

– Неотъемлемое право народа Нагорного Карабаха на самоопределение представляет собой основополагающий принцип и основу для мирного урегулирования. Признание этого принципа, который не может подвергаться ограничению в рамках определения окончательного статуса Нагорного Карабаха, должно быть четко и недвусмысленно принято. Термин «без ограничений» явственно подразумевает также право народа Нагорного Карабаха сохранять и определять статус за пределами юрисдикции, суверенитета или территориальной целостности Азербайджана. Настойчивая враждебная политика и действия Азербайджана, направленные на подрыв и угрозу существующей физической безопасности народа Нагорного Карабаха, включая последнюю попытку агрессии в апреле 2016 года, подчеркивают незаконность и невозможность провозглашения юрисдикции Азербайджана над народом Нагорного Карабаха.

Азербайджан должен взять на себя прямое обязательство по признанию права народа Нагорного Карабаха на самоопределение путем юридически обязательного свободного волеизъявления народа, проживающего в Нагорном Карабахе, исход которого не должен иметь ограничений.

– Безопасность народа Нагорного Карабаха не будет поставлена под угрозу. Ни при каких обстоятельствах народ Нагорного Карабаха не должен оставаться без надежных линий обороны (то есть районы зоны безопасности. Во всяком случае, их существенная часть должна остаться под армянским контролем. – А.Х.). Не будет никаких условий, предполагающих риск для экзистенциальной физической безопасности народа Нагорного Карабаха, как это было в 1991-1994 гг. и в 2016 году. Чтобы подчеркнуть эту мысль: я имею в виду ситуацию на территориях Нагорного Карабаха, в настоящее время оккупированных Азербайджаном, где армяне подверглись этническим чисткам и территории были полностью перезаселены азербайджанцами. Эта действительность была недавно представлена руководством Азербайджана как хороший пример урегулирования карабахского конфликта.

– Мирное урегулирование должно быть всеобъемлющим, посредством прямого вовлечения всех сторон конфликта. Поэтому Нагорный Карабах через своих избранных представителей должен быть непосредственной стороной в переговорном процессе. В этой связи мы подчеркиваем необходимость всестороннего участия избранных представителей Арцаха в мирном процессе, особенно по основным содержательным вопросам. Правительство Армении никогда не будет участвовать в каких-либо действиях, которые могут нарушить право народа Нагорного Карабаха на свободное определение своего политического статуса или которые могут лишить его права собственности по отношению к этому процессу.

– Мирное урегулирование не может происходить в условиях напряженности и риска эскалации. Поэтому соглашения о прекращении огня 1994 и 1995 годов, заключенные между Азербайджаном, Нагорным Карабахом и Арменией, должны строго соблюдаться и укрепляться. Должны быть реализованы механизмы снижения рисков, в том числе механизмы ОБСЕ, расследующие нарушения прекращения огня и контролирующие режим прекращения огня, в том числе путем расширения офиса личного представителя действующего председателя ОБСЕ.

– Необходимо безоговорочно придерживаться основного принципа неприменения силы или угрозы применения силы. Политика ненависти, нетерпимости, ксенофобии, армянофобии, спровоцированная и направляемая руководством Азербайджана, должна быть осуждена. Следует активизировать усилия по подготовке населения к миру и созданию условий, способствующих миру.

– Максималистские позиции Азербайджана, который игнорирует волю и чувства народа Нагорного Карабаха, являются основными препятствиями на пути к значимому прогрессу в мирном процессе. Неспособность властей Азербайджана ответить на призыв к компромиссу со стороны Армении является показательным примером. Напомню, что премьер-министр Армении продемонстрировал твердую политическую волю, объявив, что любое урегулирование должно быть приемлемым для народов Армении, Арцаха и Азербайджана, то есть урегулирование может быть основано только на компромиссе».

Таким образом, встречу в Братиславе можно даже назвать весьма содержательной, поскольку и Баку, и сопредседатели получили внятный посыл со стороны Армении, который вольно или невольно придется осмысливать, оценивать и как-то на него реагировать. Причем в первую очередь Баку, потому что, если внимательно вчитаться в тезисы, станет очевидно, что это во многом совпадает как с подходами миротворцев, так и с основополагающими принципами международного права.

Вряд ли на Апшероне успеют выработать предметный и обоснованный ответ на четко очерченную армянскую позицию. Многое заставляет предположить, что там по-прежнему будут говорить о «территориальной целостности», «двадцати процентах оккупированной территории» и пр. И чем дальше это будет продолжаться, тем очевиднее будет становиться, что опровергнуть подходы армянской стороны Азербайджан не в состоянии.

Не способен он этого сделать и военным путем. Так, известный российский политолог Станислав Тарасов в беседе с News.am сказал, в частности, что «Азербайджан упустил возможности решить карабахский конфликт силовыми методами. Этого не допустят и внешние игроки». Кроме того, по его словам, без опоры на Турцию Баку вряд ли начнет военную операцию, так как это может быть чревато риском столкнуться с Россией.

«Баку, по сути, зашел в тупик, старая гвардия в меджлисе все еще мыслит реваншистскими категориями. Поэтому надо надеяться на то, что придет новое поколение, которое сможет оценить ситуацию иначе и будет искать сценарии примирения. Хотя на все это могут уйти годы, однако политические изменения в Баку могут несколько снизить накал», – считает эксперт.

Определенные изменения в Азербайджане, как известно, уже начинаются. Там будут проведены досрочные парламентские выборы, и проведены, по официальной версии, именно потому, что существующий корпус милли меджлиса не соответствует задачам, которые должны быть решены. Поговаривают эксперты и о том, что в обозримой перспективе в стране может быть осуществлен мягкий транзит власти, в результате чего формально во главе государства окажется нынешний первый вице-президент и по совместительству супруга Ильхама Алиева – Мехрибан Алиева.

Впрочем, стремление провести «косметический ремонт» властной вертикали, не меняя ничего по существу – внутреннее дело Азербайджана. Намного более важное значение будут иметь предстоящие в Арцахе весной президентские и парламентские выборы. Не станем гадать относительно результатов грядущего волеизъявления граждан НКР, скажем только, что любая новая власть в вопросе разрешения конфликта будет придерживаться позиции, озвученной армянской стороной в Братиславе. Другое дело, что, если в Степанакерте победят силы, которые условно можно назвать сторонниками не прежних, а новых властей Армении, это способно позитивно сказаться на укреплении единой позиции двух армянских государств.

Автор этих строк спросил пресс-секретаря МИД РФ Марию Захарову, возможно ли – в свете жестких переговоров в Братиславе – изменение тактики миротворческого процесса. В частности, не планируют ли сопредседатели перейти к своего рода «малым шагам», направив основное внимание на укрепление мер взаимного доверия, различные гуманитарные аспекты? Мария Владимировна ответила, что «это вопрос не будущего, а уже реализуемого настоящего. Как вы знаете, уже были примеры, несмотря, как вы сказали, на разницу в позициях и обозначенные «красные линии», диалога и взаимодействия в сферах, в которых удалось достичь взаимопонимания. В частности, речь идет об обмене группами журналистов, вот вам прекрасный пример. Роль посредников здесь была также весьма конструктивной. Вопрос не изменения тактики, а, может быть, просто активизации уже существующих механизмов, которые задействуются посредниками».

По существу, г-жа Захарова не стала отрицать, что определенные изменения в ходе переговоров возможны – в том смысле, что на первый план будут выдвигаться не проблемы «глобального» характера, а насущные вопросы, в которых какое-то взаимодействие сторон, в принципе, не исключено. И вполне вероятно, что и предстоящая, первая в новом году встреча министров, и последующие саммиты и консультации будут вестись с учетом этих обстоятельств.

Армен Ханбабян, специально для «НК»

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 7 человек

Оставьте свои комментарии

  1. В Армении информационная политика полностью отсутствует. Сегодня только одна тема представлена в СМИ - гибель бывшего главы СНБ Кутояна. Конечно прискорбно, погиб молодой человек в расцвете сил при невыясненных обстоятельствах. Но кроме этой темы существуют и другие важные.
  2. Инфаполитики нет , однако умело хотят дискредитировать в этом вопросе друг друга власть и оппозиция. Находят косвенные факты, чтоб обвинить оппонентов. Не могут дождаться окончания расследования смерти бывшего директора СНБ Кутояна.
Комментарии можно оставлять только в статьях последнего номера газеты