Джейхун Байрамов в Киеве: геополитический расчет с дальним прицелом

В общей сложности объем помощи составил 50 млн долл., и она не прекращается, рассказал 6 августа министр иностранных дел Азербайджана Джейхун Байрамов в ходе официального визита в Киев. Кроме того, он представил данные о взаимной торговле, объем которой в 2021 году составил 900 млн долл., в 2023 году снизился до 350 млн долл., по итогам 2025 года превысил 500 млн долл., продемонстрировав таким образом тенденцию к восстановлению. За первые шесть месяцев текущего года показатель достиг 280 млн долл.

Визит главы бакинской дипломатии в Киев, сопровождавшийся возложением цветов к мемориалу ВСУ, едва ли стоит рассматривать как рядовой дипломатический вояж. Это прямой сигнал, адресуемый не только Москве и Еревану, но и всему постсоветскому пространству.

Россия готова содействовать сближению Азербайджана с Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС), а также хотела бы видеть участие Баку в работе Евразийского банка развития, сообщил заместитель министра иностранных дел РФ Михаил Галузин на сессии Петербургского международного экономического форума. По его словам, такое сближение способствовало бы укреплению уже сложившихся хозяйственных связей на евразийском пространстве, а также положительно повлияло бы на экономику Азербайджана. Министры иностранных дел России и Азербайджана подписали в Москве план консультаций между странами на 2026–2027 годы. По словам главы российской дипломатии, отношения Москвы и Баку развиваются в духе союзнического взаимодействия на основе декларации о союзническом взаимодействии, подписанной президентами Владимиром Путиным и Ильхамом Алиевым 22 февраля 2022 года, а вопросы, связанные с авиакатастрофой пассажирского самолета авиакомпании «Азербайджанские авиалинии» в декабре 2024 года, полностью урегулированы.

Тем не менее, несмотря на поступающие из Москвы заманчивые предложения и оптимистичные заявления, Баку и далее идет навстречу киевскому режиму. И это необходимо воспринимать по возможности спокойно и без эмоций и неуместного удивления. В Баку никак не прокомментировали и тем более не осудили гибель пяти азербайджанских моряков в результате налета дронов ВСУ в начале июня на грузовое судно в Таганрогском заливе, следовавшее в Ростов-на-Дону под погрузку зерна. Но когда российские удары так или иначе задевали объекты SOCAR на Украине, из Баку звучали жесткие заявления в адрес Москвы. Так, посла России в Баку Михаила Евдокимова вызвали в МИД республики и вручили ему ноту протеста по поводу удара беспилотника, нанесенного 5 июля по автозаправочной станции SOCAR в Николаевской области, не являющегося «первым подобным фактом. Продолжение подобных инцидентов, несмотря на неоднократные предупреждения, свидетельствует об их целенаправленном характере».

«Жесткая реакция избирательна и зависит от того, кто выступает адресатом претензии, а не от масштаба случившегося», – заметил по этому поводу бывший депутат Верховной рады, а ныне известный российский политик Олег Царев. А в связи с резонансной атакой уже на следующий день, 6 июля, на Омский НПЗ российский журналист Тимофей Ермаков, автор телеграм-канала «Синяя Борода», высказал предположение, что «дроны в этот раз летели через Каспий со стороны братского Азербайджана. Вполне вероятно, что азербайджанцы обиженно мстят за уничтоженный Кременчугский НПЗ, полностью принадлежавший государственной нефтегазовой компании SOCAR, а также системный вынос их АЗС».

Здесь сразу необходимо отметить, что официальных подтверждений причастности Баку к атаке на Омский НПЗ нет. Ни в Москве, ни в Баку подобного рода заявлений компетентные органы не делали, однако еще в начале 1990-х годов Азербайджан и Украина действовали в унисон на площадках СНГ и других постсоветских организаций в логике совместного противодействия так называемому «российскому империализму». В Баку называют сотрудничество с Украиной «стратегическим», и это действительно так. Джейхуну Байрамову показали выставку украинских беспилотников, что, надо полагать, стало логичным продолжением договоренностей, достигнутых в ходе апрельского визита Зеленского в Габалу, где обсуждались в том числе перспективы военно-технического сотрудничества. Один из приближенных к власти бакинских экспертов уверенно прогнозирует интенсификацию в августе – сентябре ударов ВСУ по объектам российской военной и энергетической инфраструктуры в северной части Каспия, чему опять-таки не стоит удивляться.

Байрамов заявляет о готовности поставлять газ Украине и об использовании украинских подземных газовых хранилищ. Однако непредвзятые оценки развеивают эти громкие обещания. Экспортные объемы природного газа с западных берегов Каспия законтрактованы на годы вперед – недавно к списку его получателей прибавились еще Германия с Австрией. Поставки возможны лишь через задействованный по максимуму «Южный газовый коридор» и являющийся его продолжением дорогостоящий Трансбалканский маршрут. Скорее всего, поставки «альтернативного» газа ограничатся символическими объемами, при этом любая инфраструктура двойного назначения на территории бывшей Украинской ССР, в том числе энергетическая, является законной целью для российской армии.

Баку разыгрывает карту энергетической солидарности с Киевом, стремясь лишний раз продемонстрировать западным партнерам свои возможности. Поездка Байрамова в Киев через короткое время после переговоров с Сергеем Лавровым в Москве свидетельствует о более широкой региональной стратегии. В ходе одного из недавних выступлений Алиев рассказал о возможных критериях «средней державы», среди которых – «признание потенциала страны, ее способности отстаивать свои национальные интересы независимо от того, что думают или делают крупные державы, а также готовности задействовать весь свой потенциал, если кто-либо попытается нанести ей ущерб. Безусловно, сюда входит и обороноспособность, причем не только та, что демонстрируется на военных парадах, а та, что подтверждается на поле боя». Далее, это «способность влиять – одним лишь словом или заявлением – на события, происходящие за пределами собственных границ. Азербайджан неоднократно демонстрировал такую способность», а кроме того – «ответственность за происходящее внутри страны и в определенной степени ответственность за весь регион… многие эксперты называют нас средней державой, и, честно говоря, я не возражаю против этого».

По всему видно, что «лидирующая» роль Азербайджана на Кавказе предполагает в том числе активную работу с действующими властями Армении. Так, в недавнем интервью, явно в расчете на позитивный отклик, Ильхам Алиев предложил Еревану закрыть Армянскую атомную электростанцию, впервые предложив «альтернативу» в виде общей энергетической системы, что будет означать кардинальные геополитические сдвиги на Кавказе. В «украинском вопросе» официальный Ереван также недвусмысленно расставляет приоритеты, в том числе на уровне дипломатического политеса. Так, первым после переназначения Арарата Мирзояна министром иностранных дел РА стал звонок в Киев Андрею Сибиге. Аналогичным образом поступил и свеженазначенный спикер парламента Рубен Рубинян, позвонивший сначала в Киев и лишь затем в Москву.

Думается, последствия всех этих телодвижений для российско-армянских отношений предсказать несложно.

Андрей Арешев, Москва