№8 (319) август 2019 г.

Рыбный мир Севана (Гокчи): Ишхан, гегаркуни, боджак, кармрахайт, храмуля, усач

Просмотров: 593

«Мы подъезжаем к селу Еленовке, сплошь заселенному сектантами разных толков… Буфет на станции оказался изрядный: свежая гокчинская форель, которою это озеро славится по всему Кавказу, яйца, сыр, местное вино. За все угощение с нас обоих взяли только 1 руб. 10 коп. Форель и вообще рыбная ловля – главное богатство этих мест. Все здешнее крестьянство – сплошные рыбаки. Гокча не только поит их, но и кормит. Эта громадная водная чаша, в то же время драгоценный рыбный садок, обилие которого не успели вконец истощить десятки веков самого неблагоразумного людского хищничества».

(Е.С. Марков. «Русская Армения. Зимнее путешествие по горам Кавказа». «Вестник Европы», №5, Санкт-Петербург, 1901).

В зарисовках «Озеро Гокча» смотритель Шушикендского училища (Шушикенд, или Шош – армянское село в Нагорном Карабахе) П. Пауль пишет («Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа». Издание Управления Кавказского учебного округа, выпуск XXVII, Тифлис, 1900):

«Само озеро Гокча – в переводе «синяя вода», носит у армян и другие названия, как то: «Кегама-цов» («Гегама-цов». – М. и Г.М.) – море-озеро Кегамовых, по имени правителей, владевших когда-то этим озером, и «Севан», по имени монастыря Сев-ванк (черный монастырь), расположенного на скалистом острове Гокчи. Молокане же из селения Еленовки называют озеро просто лиманом», то есть отделенным от моря водоемом, в который впадают реки.

Селение Еленовка было основано русскими переселенцами-молоканами (разновидность духовного христианства) как поселок в 1842 году и названо в честь жены брата императора Николая I. Данное название оставалось вплоть до 1935 года, когда было принято решение о переименовании в Севан, получивший статус города в 1961 году.

Е.С. Марков в «Русской Армении» замечает:

«Монастырь Сев-ванк построен, по преданию, еще Святым Григорием (ок. 252 – 326 гг. – М. и Г.М.), Просветителем Армении… В этом когда-то неприступном крепости-монастыре спасались армянские цари и патриархи, сохранялись подолгу царские и церковные сокровища и даже эчмиадзинские святыни. Сюда же обыкновенно ссылали на покаяние и исправление и заточали в темницы впавших в немилость духовных лиц».

В древности озеро Севан находилось в пределах армянской провинции Сюник и называлось по-армянски Геламово (Гегамское) озеро, Геламское (Гегамское) море, Геларкуни (Гегаркуни). Армянский историк V века Мовсес Хоренаци находит, что Гегам – потомок библейского Ноя в седьмом колене.

Тему в своем «Обзоре флоры окрестностей озера Гокчи» развивает И. Хоцятовский («Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа», выпуск XXVII, Тифлис, 1900):

«Озеро Гокча находится в северной части Эриванской губернии, верстах (верста = 1.066,8 м. – М. и Г.М.) в 60 от горы Алагеза (Алагяза. – М. и Г.М.) и в 100 верстах от Арарата. Оно представляет громадный пресноводный бассейн, верст 70 в длину и до 37 верст наибольшей ширины, с поверхностью в 1.200 кв. верст (кв. верста = 1,138 кв. м. – М. и Г.М.)… Окружность его более 200 верст. Имея в виду эти данные и сравнивая Гокчу с другими озерами земного шара, можно сказать, что это – самое большое из высокогорных и самое высокое из больших озер… Именно эти внушительные размеры придали ему в устах армянских историков возможность называть Гокчу своим родным морем; с первых веков нашей эры его берега приютили множество армянских монастырей, от которых ныне уцелели одни только руины, как памятники кровавой старины. По этим берегам проносились толпы завоевателей; водный бассейн, как вообще, очевидно и здесь обнаруживал свою притягательную силу…»

Из публикации «Озеро Гокча» П. Пауля:

«Гокча имеет продолговатую форму, простираясь от северо-запада к юго-востоку; в том же направлении она незаметно расширяется, а в середине своего протяжения образует перехват шириною в 9 верст. Он разделяет озеро на два бассейна: более широкий на юго-восточный и узкий – северо-западный. Опоясанный кругом голокаменных хребтов, бассейн Гокчи имеет выходы лишь у северного берега к перевалу Кюмурлу, да на юго-западе – к плоской возвышенности, которую заканчивает вулканическая группа Алагеза. Все озеро представляет огромную котловину, приподнятую, в виде гигантской чаши, с чистой, как хрусталь, водою.

Котловина замкнута с восточной стороны цельным крутым хребтом Гюнейских (солнечных) гор, выходящих непосредственно из воды, благодаря чему здесь вовсе нет береговой охраны, а тем более прибрежных селений… К юго-востоку тянется цепь Агманганских гор с вершиною в 11.902 фута (фут = 0,3048 м. – М. и Г.М.) и теряется далеко во мгле. Горы эти отличаются зеленью своих склонов, составляющих любимое летнее обиталище кочевников-татар (современных азербайджанцев. – М. и Г.М.). Агманганы спускаются с одной стороны к реке Араксу, а с другой к Гокче, где близ селения Аджимухан заканчиваются тремя вершинами (Уч-тапаляр)…

По прежде производившимся измерениям глубина озера была определена в 250 саженей, тогда как по новейшим промерам не найдено места глубже 50 саженей. Вообще Гокча не должна иметь очень значительной глубины; это подтверждается отчасти тем фактом, что в холодные зимы она замерзает, покрываясь толстым ледяным покровом…

Уровень поверхности озера над морем, как известно, составляет 6.340 футов, но он не постоянен и периодично то поднимается, то отпускается. После землетрясения в 1840 году он стал подниматься несколько лет подряд, а затем, понижаясь, достиг в 1875 году самой низкой точки».

* * *

О четырех видах форели и двух – из семейства карповых, обитающих в Севане-Гокче, рассказывает И. Пауль:

«Гокча всегда привлекала и привлекает особенное внимание своим рыбным богатством, отличающимся, как видно, не столько числом рыбы, пользующейся особенной славой, под общим названием гокчинской форели. Среди представителей гокчинского подводного царства, необходимо различать два главных семейства, а именно лососевых и семейство карповых.

Из первого семейства первенствующее место нужно отвести светло-серебристым и нежным форелям, составляющим сокровище Гокчи. Между ними, по словам специалистов, находится всего четыре вида, хотя монахи Севанского монастыря наивно утверждают, будто в озере живет 12 пород форелей – по числу апостолов и месяцев в году.

Четыре вида форелей следующие:

Ишхан наиболее вкусный вид форели, которому армяне присвоили название «ишхан» (предводитель рыб). Действительно, это царица форелей; вес его доходит до 25 фунтов (фунт = 0,410 кг. – М. и Г.М.), а длина – до 3 футов. Он мечет икру в позднюю осень от 20 октября. В период нереста черные пятна, покрывающие бока ишхана, заменяются красными, а нижняя часть приобретает хрящевой нарост в виде крючка. Вообще наружный вид ишхана в это время до того изменяется, что ему туземцы дают другое название – «бахтак» (счастье).

Гегакуни (царская деревня) получила свое название от одной местности на южном берегу озера. Гегакуни (гегаркуни, кегакуни) достойная соперница ишхана по вкусу. Она известна под названиями: «чал-цук» (пестрая рыба), «керактуц» (кривой нос», «амар» (летняя), «цовар» (куча рыб) и «ангижан» (соленое мясо). Гегакуни значительно меньше ишхана и редко весит более 3 фунтов. Для метания икры она заходит в речки.

Боджак несколько отличается видом от предыдущих форелей; он весит не более фунта. Эта рыбка держится все лето глубины озера и только в октябре идет для метания икры в некоторые излюбленные им заливы.

Кармрахет (кармрахайт. – М. и Г.М.) с красными пятнами, попадающаяся очень редко, составляет изысканное блюдо туземцев. Рыба эта пришлая и представляет из себя речную форель, случайно зашедшую в озеро.

Из семейства карповых, по видимому, в озере живут только два вида: храмуля и усач.

Храмуля называется армянами «когак» (ребро), а татарами – «кара-балых» (черная рыба). Она живет во всем озере, но предпочитает травянистые заливы. Видом храмуля некрасива: темно-серая с красными плавниками, большой головой, костлявая. Эта маловкусная рыба в соленом виде употребляется в пищу главным образом армянами, а отчасти татарами и курдами. Солят ее в больших кувшинах на зиму. Вообще храмуля по вкусу занимает последнее место среди гокчинских рыб, и если она в ходу у туземцев, то благодаря только своей дешевизне. Притом, она ловится в большом количестве. Величиною храмуля достигает иногда 2 футов, а весом 7 фунтов. Нерестится она от середины мая до половины июня и дает в это время обильный улов, так как идет в отмели и речки, особенно в Балых-чай (рыбная река) и Адиаман-чай. Нерестясь, храмуля принимает несколько светлый оттенок, а у самцов появляются роговые бородавочки на носу, с помощью которых они ведут отчаянные битвы со своими соперниками. Пища храмули главным образом растительная, хотя питается она и червяками, но зубов она вовсе не имеет.

Усач небольшая 8-дюймовая рыбка с маленькими усиками на морде. Он встречается очень редко и носит у туземцев название «бехлу» (усатый). По причине малой величины и чрезвычайной костлявости, усач не ценится рыбаками».

Поразительно изменение наружности севанских форелей в брачный период, как то: появление роговых бородавок, красных пятен, хрящевых крючков и т. п., в зависимости от пола, возраста, времени года и внешних условий – побуждает местных жителей неверно предполагать о существовании девяти различных пород форели.

Главную пищу всех севанских форелей составляют рачки-бокоплавки, которые, комично изогнувшись набок, плавают в таком множестве, что попадают даже в стакан с зачерпнутой озерной водой. Вероятно, такой избыток пищи влияет на то, что севанская форель никогда не соблазняется приманкой на удочке, почему ею здесь никто не ловит рыбу. Ишхан, однако, не пренебрегает и улитками, и рыбешками своего рода-племени.

* * *

П. Пауль подчеркивает, что: «Ловля озерной рыбы производится неводами, острогой, вершами и «чянгялами» (крюком)».

Невод и острога вошли в употребление с поселением на берегах Севана (Гокчи) русских сектантов-молокан. При ловле неводом лодка отплывает метра на 43 от берега, где начинают высучивать из нее невод; затем вся артель выходит на берег и начинает тянуть рукава невода за длинную бечеву, иногда впрягаясь, как это делают волжские бурлаки. Один из рыбаков, обыкновенно главный в артели, остается в лодке и посредством багра освобождает цепляющийся за камни или траву невод. Вся процедура, чтобы закинуть невод один раз, требует около часа времени.

Гораздо интереснее производится лов рыбы острогой: для этого выжидают тихую и темную ночь; тогда только выезжают при свете горящих факелов, от которых, на глубине 17 метров, раскрывается перед рыбаками ночная жизнь на дне и виден каждый камешек. Притом форель любит огонь, почему при виде факелов часто она мелькает около лодки в виде теней, похожих на большой восклицательный знак. Соблюдая абсолютную тишину, рыбаки, наклонившись над бортом лодки, зорко следят за добычей и то и дело ловким ударом закалывают ее. Когда же лодка подплывает к огромным береговым скалам, сумрачно нависшим над водной поверхностью, то скалы эти, при ярком свете факелов, принимают поистине волшебный вид. Малейший шум, и со всех скал сразу срывается туча диких голубей, чаек, гагар и уток; потревоженные и лишенные сна птицы кружат почти над самой лодкой. Долго парят они, жалобным криком нарушая ночную тишину, пока, наконец, не приютятся до рассвета где-нибудь в трещине скалы. Лов острогой имеет то преимущество, что дает возможность ловкому рыбаку колоть рыбу на выбор, более крупные экземпляры.

Крючком (чангялом) поймать рыбу очень трудно, и для этого нужен особый навык. Чангял состоит из массивного острого крюка, надетого на длинный шест. Часто любитель такой ловли сидит весною на берегу и ждет, когда храмуля затрепещется вблизи берега, чтобы задеть ее крюком.

А. Оверин в статье «Несколько слов о ловле и сушке рыбы на Гокчайском озере» подробно описывает способы ловли крючком-чангялом («Кавказский календарь на 1858 год», Тифлис, 1857):

«Мне удалось видеть два способа ловли чангялом, употребляемые татарами и армянами: а) Чангял речной или ручной (рис. 1); к палке длиною в 2 или

2 1/2 аршина (140 – 175 см) прикрепляется железный крюк в 3 – 4 вершка (13,5 – 18,0 см). Рыба ловится или лучше сказать выхватывается им из воды лишь в мелких горных речках и ручьях, в которые форель охотно заходит. Ловля эта не прибыльна и требует особенного терпения, ловкости и навыка руки, употребляется лишь бедными жителями, не имеющими средств завести лодку и невод; б) Чангял озерный или веерный (рис. 2) состоит из железного крюка, подразделенного на несколько крючьев, числом от 3-х до 5-ти, расположенных кольцеобразно, который привязывается к веревке длиною от 6-ти до 8-ми сажен. Под этим крюком привязывается, в виде веера, пук белых гусиных перьев, которые составляют приманку для рыбы, маскируют отчасти чангял и вместе с тем облегчают средство лучше видеть рыбу, через что можно вернее и подсечь ее, что необходимо по дальности расстояния, на которое закладывается этот снаряд, бросаемый с берега или скалы на 6 – 8 сажен».

А. Оверин упоминает еще об одном способе ловли рыбы: «Ловля мережками («мережа» – рыболовная снасть, состоящая из сетки, натянутой на обручи. – М. и Г.М.) употребляется только армянскими монахами монастыря Св. Иоанна (на острове Севана), которые обладают единственным истоком озера, верховьями речки Занги (Раздан. – М. и Г.М.). Они ловят рыбу мережками (рис. 3), оставляемыми между камней, перегораживая для того мелководную Зангу подводными плотинами, в коих оставляют места для установки мережек».

* * *

Из зарисовок П. Пауля:

«В былые времена рыбная ловля на Гокче отдавалась на откуп одному лицу за определенную арендную плату, достигавшую в 1857 году до 7.500 рублей. Теперь же Гокча (в 1899 г. – М. и Г.М.) дает до 14 тысяч руб. годового дохода, благодаря новому порядку, по которому все озеро с устьями его притоков разделено на 37 рыболовных участков, отдаваемых в аренду частным лицам и артелям. Но эта система плохо повлияла на количество озерной рыбы.

Ловимая в Гокче форель, как известно, сберегается установленными, в четыре года раз, запретами. С 1 января каждого високосного года Министерством земледелия и государственных имуществ организуется специальная рыбная полиция, на обязанности которой лежит охранение гокчинской форели в продолжение целого запретного года.

По видимому, запретные годы должны бы принести большую пользу в деле сбережения форели, однако, они далеко не оправдывают своего назначения, и уменьшение количества этой породы рыб становится все более и более заметным.

Старые рыбаки прибрежных селений утверждают, что в настоящее время улов форели уменьшился вдвое и даже втрое против прежних годов. Местные жители помнят то время, когда рыба попадала даже в кувшины при набирании в них воды».

Прискорбный факт уменьшения севанской форели объясняется беспощадным истреблением ее в разрешенные годы. Особенно усиленная ловля производится с 15 апреля до конца июня и с половины августа до 15 ноября. Рыбаки прикладывают все свое старание, чтобы выловить возможно более рыбы именно в этот период икрометания как в более щедрый на улов. Берега озера в это время усеяны громадной массой икры. Можно себе представить, какое несметное число ее уносится неводами за все время ловли, если несколько десятков неводов, вытаскивающих за один раз от 50 до 200 и более материнских особей форели, с тысячами икринок в них, будут беспрерывно действовать в продолжение трех лет подряд. Конечно, один запретный год совершенно бессилен пополнить неимоверную убыль рыбы за три разрешенных года. Из этого следует, что откупная система пагубно отразилась на количестве севанской форели.

Из труда Е.С. Маркова «Русская Армения»:

«В последнее время, как и везде, количество рыбы в Гочке значительно уменьшилось; старики еще помнят время, когда нельзя было зачерпнуть кувшина воды в озере без того, чтобы в него не попала маленькая рыбешка, а теперь случается, что и не попадается ничего в целую тоню (место на водоеме, в котором ловят рыбу. – М. и Г.М.).

Быть может, это уменьшение рыбы зависит не только от хищнических приемов рыбаков, но и от постоянного уменьшения воды в озере, уровень которого понижается очень заметно. Некоторые местности, недавно еще лежавшие у самой воды, теперь удалились от нее на порядочное расстояние, а мысы противоположных берегов от этого понижения уровня вод все более сближаются между собою, и в самом узком месте озера грозят даже, с течением времени, переделить его на два озера.

При завоевании армянской области Россией, в Гокчу впадало, по исчислению Шопена (Шопен И.И., российский историк-этнограф французского происхождения; 1798 – 1870. – М. и Г.М.), 36 речек, а уже в 1879 году специальная комиссия, расследовавшая состояние рыболовства в Гокче, насчитала только 25 речек, да и те, по показанию жителей, сильно обмелели. Река Занга, составляющая собою единственный исток озера Гокчи в реку Аракс, точно также стала значительно мельче, так что в 1875 году жители вынуждены были прорыть глубже ее верховье, чтобы воды озера могли по прежнему протекать в русло реки».

* * *

Севанская форель, мясо которой совершенно справедливо восхваляется не только на Кавказе, но и далеко за пределами его, употребляется в пищу не в одном только свежем виде. Превосходный свой вкус сохраняет она после соления и других способов приготовления, но лучше всего форель в вяленом виде.

Вот как это описывает в своих зарисовках «Озеро Гокча» П. Пауль:

«Туземцы знали только способ сохранения рыбы впрок посредством соления ее в кувшинах, но с появлением среди них русских переселенцев они научились у своих новых соседей прекрасно вялить рыбу, и этим легким практичным способом почти вытеснили не всегда удобное соление. Большой спрос на вяленую форель породил в рыболовных пунктах Гокчи особую доходную статью.

В 1860-е гг. вяленая форель имела обширное распространение в рыболовных селах, особенно в селах Надежине, Норадузе, Адиамане и Чибухлах. Крупные рыбопромышленники вялили форель тысячами, успешно сбывая ее на месте покупателям, прибывавшим из Тифлисской, Елисаветпольской и Эриванской губерний, но, к сожалению, это занятие с каждым годом уменьшается, по всей вероятности, вследствие того, что гокчинская рыба переводится. Насколько вздорожала в настоящее время форель, можно судить по тому, что пуд ее, продававшийся раньше от 2 до 5 рублей, теперь ценится в 4 – 8 руб.».

Сам способ вяления заключается в следующем: выпотрошив и распластав предварительно рыбу, но отнюдь не промывая ее, посыпают ее в достаточном количестве солью. Приблизительно на каждую сотню рыб употребляют пуд соли и прибавляют немного селитры. Затем рыба складывается в просторный сосуд на время от 3 до 7 дней, пока она не выпустит достаточно рассола. После этого рыба тщательно промывается и вывешивается на солнце, чтобы завяла, но не высохла. В таком виде форель представляет собою прекрасную закуску. Однако, чтобы сохранить ее на долгое время, за нею необходим еще некоторый уход в виде периодического проветривания, протирания чистой тряпкой в том случае, когда рыба покроется плесенью, а главное, требуется соблюдение в помещении, где находится вяленая форель, умеренной влажности воздуха. Излишек или недостаток влаги неблагоприятно влияет на доброкачественность рыбы.

Завершает нашу публикацию тот же П. Пауль, смотритель Шушикендского училища:

«Вялится в настоящее время исключительно ишхан. Другие же породы, как например: гегакуни, боджак, кармрахет не так годны для вяления. Храмулю теперь вовсе не вялят. Дело в том, что рыба эта сама по себе не вкусна, и если вялилась в былое время, то только потому, что ловилась она в таком избытке, что ее некуда было девать. Если хотят вялить храмулю, то ей сначала отрубают голову, которая представляет удобное место для развития личинок. Нередко случалось, что без этой предосторожности масса храмули портилась и выбрасывалась.

Вялить ишхана лучше осенью, так как он в это время ловится больше и достаточно жирен, а главное, не подвергается действию летнего солнца. Только при соблюдении всех этих условий, вяленая форель сохраняет свою свежесть, мягкость и приятный вкус. Купить вяленую форель можно всегда в лавочках селения Еленовки по 30 коп. за фунт».

Полосу подготовили Марина и Гамлет Мирзоян, Москва

Поставьте оценку статье:
5  4  3  2  1    
Всего проголосовало 13 человек

Оставьте свои комментарии

  1. Подобной плохой ситуации с рыбными ресурсами Севана, как сейчас, еще никогда в истории озера не было. Время от времени в озере преобладал какой-либо промышленный вид рыбы – форель, кохак, сиг. На данный момент у нас нет промышленных видов рыб. Форель практически исчезла из-за снижения уровня воды в озере, а основной причиной сокращения объема сига в озере стало увеличение улова.

Ваш комментарий

* Обязательные поля